Секрет красных глаз

***

В глаза. Смотри мне в глаза! — он кричал. Как бы сильно он не кричал, я не хотел поднимать свой взгляд на него. — Смотри, кому говорю, — он с силой схватил меня за волосы и поднял голову. Его взгляд… Он был пугающим. Он смотрел на меня, будто хотел убить. Взгляд полный злобы и ненависти. Я опустил взгляд в пол. — Я сказал, СМОТРИ НА МЕНЯ, — мне было больно, поэтому я не хотел сопротивляться. Его глаза… Они были красными, словно полностью залиты кровью. Казалось, что они источают ярко-красный свет. Красные глаза — глаза убийцы, что никогда не насытит свою жажду крови. Красные глаза — глаза, что показывают свой истинный цвет лишь жертвам, тем самым говоря, что кроме них они больше ничего в этой жизни не увидят. Красные глаза — знак смерти, надвигающейся и по твою душу. — Прошу тебя, живи… — Тьма. Но что же в ней? Я пытаюсь идти. Продолжая углубляться во тьму, я ощущаю легкий запах перца. Такой приятный, что хотелось бы вдыхать его снова и снова. Это не был острый запах черного перца, от которого слезилось в глазах и хотелось чихать. Нет, он был нежный, слегка пощипывающий гортань. Такой запах можно сравнить только с французскими духами, которые использовали состоявшиеся мужчины. Чем дальше я шел, тем сильнее чувствовался этот запах, но стал отличаться от прежнего. Он был более грубым. Даже от маленького вдоха щипало в носу. Чем сильнее становился аромат, тем больше мне казалось, что выход уже рядом. Но вдруг… — Чонгук, хватит дрыхнуть! Ты на работу опоздаешь, — папа пнул меня так, что я слетел с кровати. Я не сразу смог очнуться, но как только у меня получилось, я первым делом посмотрел на часы… И ужаснулся. До начала рабочего дня оставалось двадцать минут. — Паап, а ты не мог меня раньше разбудить? — проскулил я, ибо знал, что не успею на работу во время. — Нет, я готовил завтрак твоему отцу. А ты — хватит разлеживаться и марш собираться. Отец еще может довезти тебя до работы, но только если ты успеешь собраться, — ничего не ответив, я побежал в ванную. Это был уже третий раз за месяц, когда я опаздывал на работу. И третий раз, когда мне снился этот сон. Не знаю, к чему он, но он мне кажется до жути знакомым. Уже через десять минут я был готов и помчался в машину к отцу, успев захватить с собой хлеб с арахисовым маслом. Осталось пять минут, а до работы ехать все 15. Это был капут. Начальник уже не раз предупреждал меня, что если опоздание повториться, мне напишут выговор, а я этого ох как не хотел. Я молил отца ехать как можно быстрее, но сегодня точно не мой день. Мы каждый раз останавливались на светофоре, то чуть не задавили черную кошку — двойное несчастье. Кое-как мы приехали к моей работе. Я уж было хотел поблагодарить отца, как он пинком вышвырнул меня из машины и уехал, буркнув что-то в своем стиле напоследок. И вот я стою перед отделением полиции. Еще на улице я ощущал всю ту злобную энергетику, что исходила из этого места, особенно от начальника — Чон Хосока. Хоть наш начальник и молод, но за его плечами сотня раскрытых преступлений. Он только одним своим взглядом показывал всю свою мощь и благородие. Но в тоже время его все боялись, как овцы голодного волка. Это был тот, кому можно и нужно подражать. Стать, красота, элегантность, строгость — все было в нем. Он был самым могучим альфой нашей полиции. Все омеги кипятком писались при виде него. — Чон Чонгук, что ты не заходишь? — Боюсь. — Чего это ты боишься? — Боюсь, что начальник прибьет, — я решил обернуться, чтобы поздороваться с тем, кто стоял рядом со мной. Но лучше бы я этого не делал. Надо было сразу провалиться в землю. — Мне кажется, что он не убьет, он просто заживо в землю закопает за еще одно опоздание, — злой начальник стоял прямо передо мной. Вот знал, знал же, что обернуться — было плохой затеей. И я рванул. Рванул, что есть мочи. Я бежал по отделению, а он за мной. Я бежал через туалет, и он там. Мне хотелось спрятаться. Я бежал, потому что знал, что сейчас кто-то рванет. Каждый раз оборачиваясь я видел лицо начальника, что с яростью в глазах пытался догнать меня. Несмотря на то, что я маленький омежка, которого мать-природа обделила ростом и силой, в беге мне не было равных. Поэтому папа и смеялся, что мне следует лучше убегать от кого-то, нежели чем преследовать. Я почти оторвался от него, как вдруг столкнулся с кем-то. — Чонгук, ты в порядке, — столкнувшись, я отлетел в стену и ударился головой. Я хотел прибить придурка, что так неожиданно выскочил, но, подняв глаза, я увидел любовь всей моей жизни — Пак Чимина. Блондин, что так неаккуратно укладывает свои мягкие и пушистые волосы. Он был небольшого роста, но таким прекрасным и милым. Он словно менялся на глазах: то он робкий и стеснительный, словно омега, то он властный и сексуальный, как полноправный альфа. Многие сомневаются, кто же он, но только я знаю точно: Чимин-альфа. Мой альфа. Мы дружили с самого детства. Многие путали, кто из нас альфа, а кто омега, и все потому, что в детстве я был более крупнее, чем он. Я полюбил его с первого взгляда в детском саду. В тот день, когда все отвернулись от меня, он был единственным, кто взял меня за руку. С тех пор прошло уже более 15 лет, а чувства остались до сих пор. Я видел, как он менялся за это время, как встречался с омегами и доводил их до течки. Было больно видеть, как в течении нескольких лет, он каждый день ночевал с новой омегой. Но я все еще надеюсь, что когда-нибудь до него дойдут мои чувства. — Вот ты и попался Чон Чонгук, — я почувствовал, как начальник схватил меня за ворот пиджака и потащил в сторону своего кабинета. — Скоро увидимся, Чонгук, — Чимин помахал мне и пошел куда-то. — Чон Чонгук, ну вот как мне с тобой разговаривать? Ты уже третий раз за этот месяц опаздываешь, — лекция с нотками нравоучений началась. Еще час или полтора капитан Чон промывал мозги мне тем, что порядочный гражданин не должен опаздывать на работу, на которую и так с натяжкой приняли. О том, как следует одеваться и о том, что омега не должна убегать. Бла, бла, бла… Куча пустых слов, переполненных стереотипами о том, как должны и не должны вести себя омеги. — На этом закончу. Надеюсь, ты меня понял. — Да, начальник, — еще только начало дня, а я уже знатно вымотался. Хотелось спать, есть и все такое, да и другое. Чтобы больше не злить капитана, я поспешил поскорее на свое рабочее место. Работа детективом была скучной и нудной, особенно если нет дел, ну совсем. Казалось, что наш маленький городок — самое безопасное место на земле. Преступность была сведена до минимума. За все то время, что я работаю, что посчастливилось расследовать дело о краже сумочки у старушки. На этом занавес. Жизнь была предельно скучной. Я не понимал, зачем вообще хожу на работу. Все было серое, однообразное. Мне казалось, что я работаю не в отделении полиции по сложным делам, а в гостинице для бомжей и алкашей. Уж слишком много их было у нас. И лишь мой ангел Чимин мог скрасить этот нудный день своим присутствием. День тянулся долго. Хотелось поскорее пойти домой. Но вдруг все закопошились, куда-то побежали. — Чон Чонгук, быстро поднимай свою задницу, — крикнул начальник, забежав в кабинет. — А что случилось? — На одной из улиц на омегу напали. Сейчас она в реанимации. Срочно поднимайся, кому говорю! — За весь год это был единственный раз, когда на кого-то напали. Я не раздумывая собрал вещи и направился в больницу. Уже в больнице мне удалось разузнать, как и где это произошло. Расспросить пострадавшего не удалось, так как он был без сознания. — Так, на омегу напали сегодня вечером в районе улицы Чан, когда он возвращался с дополнительных занятий. Возраст пострадавшего — 20 лет. На его теле замечены многочисленные синяки, а так же небольшое ножевое ранение в области бедра, — начальник с особым вниманием читал вслух все то, что написали в отчете. Было видно, что он очень переживал, ведь пострадавшим был его лучший друг. — Капитан Чон, нам удалось узнать, что последний, с кем виделся потерпевший, был его парень — директор Ким Тэхен. Так же многие сообщили, что перед вечером нападения у них была ссора, во время которой Ким Тэхен выкрикнул, что убьет пострадавшего… — Немедленно привезти его на допрос, — со злостью выкрикнул капитан.