Секрет красных глаз

***

Звук машины разрушил ночную тишину. Маленькое здание оказалось на пути у спящей омеги и невидимки. Подхватив омегу на руки, тень направилась в сторону дома. Маленькая, ничем не примечательная дверца, а за ней? За ней огромная лестница, ведущая далеко вниз. Стук ботинок о железные ступеньки разносился эхом по коридору, сопровождая гостей. Множество коридоров, в которых могут с легкостью заблудиться, но только не тень. Он знает эти пути как пять своих пальцев. Пробираясь сквозь миллион путей, каждый раз поворачивая то влево, то вправо, он добрался до заветной комнаты, которую глухо закрывала огромная дверь. Казалось, это был настоящий бункер, находящийся глубоко под землей. Никто бы не смог догадаться, что в подвале заброшенного дома, может находится тот, кто так сильно требует помощи. Этот спящий крепким сном омега и представить не мог, что происходило и будет происходить после. Пока что он наслаждается незнанием, находясь в дремоте. А тень зря время не теряла. Пока его жертва почти бездыханно спала, он навел небольшой порядок в своей обители. Данная комната была разделена на два этажа и несколько секторов, закрытых железной решеткой. Посередине небольшого зала стояла кушетка, а рядом разная аппаратура. Он нежно положил омегу на ту самую кушетку, застегнув кожаными наручниками руки и ноги. Завершив работу, он навис над омегой и тихо произнес: — Теперь ты мой.

***

День Чонгука незадался с самого утра. Сначала он умудрился проспать, потом пролить на форму горячий кофе, а после вообще столкнуться с капитаном Чоном. Он был подавлен тем, что вчера не смогли ничего выяснить по поводу происшествия. Сев за рабочий стол, он долго размышлял, как могут быть связанны Ким Тэхен и жертва. Даже если у них и была мимолетная интрижка, то это не повод нападать. — Простите за опоздание, — прикрикнул Чимин, заходя в отделение. В это момент лицо Чонгука стало менее обеспокоенным и он с улыбкой посмотрел на возлюбленного. — Чимин-и, что-то случилось, раз ты опоздал? — несмотря на то, что Чонгук был всегда серьезен, перед Чимином он не мог так себя вести. Какая-то сила превращала его в нежного и податливого омегу, которым его хотели видеть другие альфы. Чимин был немного в шоке от такого отношения Чонгука к нему, но ничего не сказал, а лишь только улыбнулся в ответ и сел за свой стол. Тут уж Чонгуку было не до работы. Он не мог ни о чем думать, пока напротив него сидел Пак Чимин, что-то быстро печатая своими маленькими пальчиками на клавиатуре. Ему казалось, что вот хоть с этой минуты день должен быть хорошим. — Чон Чонгук, тебя начальник вызывает, — прокричал Сокджин зашедший на минуту в кабинет. Тут Чонгуку стало не по себе, потому что начальник вызывал только по одной причине, что означало — Чонгуку писец. Когда Чонкуг зашел, начальник сидел спиной к нему. — Чонгук. — Да, капитан Чон — У меня есть к тебе деловое предложение — Какое же? — Я не доверяю этому Ким Тэхену, поэтому надо что бы кто-то следил за ним сутками на пролет. Но никому из отделения я доверить это не могу. Как понимаешь, он не должен знать, что за ним следят. — Да, начальник. Но что вы от меня ходите? — Так как все, кроме тебя, уже засветились перед ним, я не могу никого послать. Так что ты наша последняя надежда. Ты будешь работать его телохранителем, так как у него свой бизнес и он много нажил себе этим врагов… — Капитан Чон, — мальчишка еще не до конца смог переварить все слова, сказанные начальником, — вы хотите, что бы я оставил все и начал работать на нашего подозреваемого? — А ты быстро соображаешь. И еще, за твою работу тебе будут платить в четыре, а может и в шесть раз больше. — Но, капитан Чон… — Не успел Чонгук договорить, как в кабинет вбежал Сокджин. — Капитан, омега пропал… — Эта новость лезвием прошлась по всему отделению. Что? Как? Когда? А главное — кто похитил омегу? Ответы на эти вопросы были не досягаемые для отделения Сеульской полиции. Буквально через минут двадцать все важные лица прибыли в больницу. Палату опечатали, пытаясь найти хотя бы малейшую зацепку, все записи видеокамер пересмотрели, что бы хоть что-то узнать, но все было бесполезно. Ни отпечатков пальцев, ни волоса, ни даже силуэта или своей тени не оставил преступник. Никто не понимал, что делать, а Чонгук — тем более. Для него это было впервые. Он не знал, что делать в такой ситуации. Он просто смотрел. Стоял и смотрел на то, как рыдает отец этой омеги, как капитан отчитывает тех, кто был в это время на дежурстве, как криминалист и следователь досконально проверяют палату. Он стоял и дрожал. Дрожал от беспомощности, от того, что не мог ничего сделать. Только к вечеру все более-менее утихло. Чонгук чувствовал себя полностью раздавленным, поэтому попросился пораньше уйти работы. Прогуливаясь по вечернему Сеулу он размышлял о том зачем похитили омегу. Если преступник изначально планировал убить жертву, но у него ничего не вышло, то он бы мог спокойно убить омегу в больнице. А раз он ее похитил, то не факт, что он хотел ее ранить. Он все шел и думал, не замечая ничего. Вдруг он услышал сигнал машины. Последнее, что он увидел — белый свет фар, режущий глаза. Затем столкновение, удар и сильнейшая боль. Он еще не потерял сознание, поэтому слышал приближавшиеся шаги кого-то, его приятный голос. Он пытался ответить на вопросы, но боль не позволяла и слова произнести. Он приоткрыл глаза, что хоть как-то подать знак, что еще жив. Он не видел лица человека, что пытался помочь, лишь красное свечение в области глаз ему удалось увидеть. После этого Чонгук потерял сознание.