Неожиданный поворот.

       Билл распахнул глаза и присел на месте, его грудь быстро и широко вздымалась от вдыхаемого им воздуха. Тело била дрожь, по вискам стекал холодный пот. Все это время он пытался подать своим друзьям знак о том, что все это является обманом. Рука болела от укола. Конечно, монстр не совсем знаком с медициной, не знает, куда следует вводить инъекции. Может даже к лучшему...       Не смотря на все свое недовольство и обилие страха, температура и изнеможение, что он раньше чувствовал, пропали. Пеннивайз дал ему шанс, но почему? Может, монстру хочется сначала поиграть со своей едой, как он делал это всегда и везде? Или же не любит, когда все просто лежит у него пластом под носом, в жалких попытках сопротивления? Кто знает. -Черт, где же ты...       Денбро младший пытался найти складной нож, что прятал в своей подушке на тот самый случай, если Пеннивайз посреди ночи вдруг проголодается, а идти до кухни к холодильнику не захочет. Увы, сейчас необходимого предмета не было на том самом месте, где он его оставил. Проклиная скрипучую кровать, Билл встал и подошёл к окну, стараясь сделать шаги как можно тише. По его расчетам сейчас должна была быть глубокая ночь. Часы красными цифрами показывали 60:00, что до жути испугало подростка. Но то, что он увидел за окном, поразило явно не меньше. Небо было залито странным алым светом, переливающимся с многими другими, более тусклыми цветами. Было ощущение, что и красный на глазах начинает тускнеть, сливаясь с ними. Однако, вновь набирал силу, подобно живому существу, оживал. Осознание пришло само, было ли оно правдивым-Денбро так и не узнает. -Это и есть оно. Его мир, зн-значит. Он затащил меня сюда. П-последняя битва.       Естественно, все было не настоящим. Дом был не настоящим и город. Ненастоящие деревья, которые выглядели скорее как скульптуры с выставки модерна. Листья на них были бронзового оттенка, переливались и окрашивались в красный. Красный мир, для клоуна с красным носом, держащего в руке связку красных шариков.       Внезапно часы издали пронзительный писк. Показались цифры отсчёта, что сначала заставило Билла застыть, затем начать судорожно думать. Он не знал где Пеннивайз, когда решит напасть на него, использует ли самые страшные кошмары, чтобы еще детское сердце начинало пропускать удары. Открыв окно, Билл решил действовать. Идти по дому опасно, ведь чудовище может напасть на него с любого удобного места, а таких вполне достаточно. Прыгнув на дерево рядом, он осторожно спустился вниз. Игнорируя холодную землю и свои босые ноги, игнорируя пижаму, в которой он до сих пор был, Денбро побежал. "Сердце. У него должно быть сердце, я так думаю. Наверное, за это время он должен убить меня, или я его. Но, что если это время, за которое я должен выбраться отсюда..."-мысли метались в голове.       Чуть приостановившись, Билл вытер собственные слезы. Нет, он не хочет сдаваться. Ради родителей, ради ребят и Беверли, ради Джорджи. Подумав немного, мальчик вернулся к себе домой, взял в гараже так удачно оказавшееся под рукой родительское оружие, висящее на стене. Нашел свой верный "Сильвер", прихватил с собой патроны и поехал к черному дому, к колодцу. Никаких людей, машин, бродячих собак. Даже ветер не дул в этом месте и Билл задался вопросом, есть ли здесь вообще воздух. Велосипед ехал как всегда быстро, не подводя в такую сложную минуту. И только карточки, прицепленные когда-то им самим, трещали как никогда громко, будто предупреждая монстра о приближении его конца, что за ним едет сам большой Билл.

***

      То, то увидел парень, приехав к месту назначения, застало его врасплох. Дом, который буквально разваливался из-за сгнивших досок, наполненный запахом плесини и сырости, превратился в настоящий особняк. Оставив велосипед на улице, Билл осторожно прошел по ровным каменным ступеням, хотел постучать в дверь, но посчитал это глупой затеей. Дёрнув за дверную ручку, дверь распахнулась перед ним сама. Повеял странный сырой сквозняк, как будто напоминая зашедшему, что это всё ещё иллюзия, которая создана его врагом. Нельзя вестись на что-то подобное и терять бдительность. Поправив оружие, что было перекинуто через правое плечо, Дэнбро младший пошел осматриваться в ранее знакомом ему доме.       Комнаты напоминали ему журнальные фотографии: кухня была отделана так, будто здесь жила опытная домохозяйка, имеющая мужа-миллионера. Плита, навесные шкафчики, вытяжка, кофеварка, даже самый обычный стол и тот был сделан из красного дерева, с резьбой и качественной лакировкой. Холодильник напряг его больше всего. Внешне-большой, кремового цвета, последней модели. Но кто знает, что там внутри? Может, даже сам Пеннивайз. Билл долго смотрел на него, ожидая прихода врага, но, как оказалось, холодильник не хотел шевелиться, дверца не хотела открываться, чтобы показать содержимое. Не выдержав, мальчик сам открыл его, предварительно проверив ружье на готовность. В холодильнике преимущественно лежало мясо, сало, голова свиньи украшала этот праздник мясоеда. С нее маленькими каплями стекала свежая кровь. -Я полюбил эту пищу благодаря тебе.       Реакция Билла не подвела, он моментально повернулся назад, откуда и исходил голос, но позади никого не было. Лишь смех из холла убедил парня в том, что это не его панические глюки. На всякий случай, Денбро младший вытащил нож из стоящего рядом кухонного набора. В этот момент часы, что стояли на кухонной тумбе, показали 40 минут.       Осторожно выглянув в холл, Денбро младший не увидел никого. Клоун снова скрылся в доме, не заявляя о своем точном местоположении. Но так же Пеннивайз знал, что Билл уже здесь, что он пришел убить его. -Б-боишься? А ведь ты даже не рассказал мне о п-правилах своей игры, чертов монстр. М-мне не с-страшно!       Возможно, если бы Пеннивайз хотел запугать его, то сделал бы все максимально страшным, использовал марионетку в виде Джорджи, его родителей или друзей, прокаженных и умирающих. Но после слов Билла дом оставался таким, каким и предстал в самом начале. Лишь некий холод и полумрак царили в этом месте, как будто парень попал в дом Дракулы из известных фильмов. Роскошь, уют, мало света. Даже пол под ногами не издавал скрипов, делая шаги совсем бесшумными.       Оглядев комнаты на первом этаже, Билл не стал идти на второй, сразу же спустился в подвал. Но, вместо колодца обнаружил крутую лестницу вниз. -Я не хочу, чтобы ты задерживался, малыш Билл.       На этот раз голос звучал в его голове, слащавые нотки его въелись в уши и ещё долго не могли раствориться. Оружие сжалось в руках мальчика, ноги зашагали вниз, к красному свету. Чем ближе он приближался, тем отчетливее слышал музыку цирка, ощущал запах попкорна, сосисок, животных и чего-то непонятного, сырого, холодного. Веяло канализацией.       Казалось, на спуск уйдет вся его жизнь. Но, наконец-то ноги преодолели последнюю ступень, доведя обладателя до мигающей вывески с надписью "Цирк Пеннивайза". Набравшись смелости, Билл зашёл внутрь, по началу не видя перед собой абсолютно ничего. Но, как оказалось, ход он помнил. Трудба канализации превратилась в темный коридор, пространство к которому он вышел было огромным, украшенным трибунами. Горели прожектора, отовсюду слышался шум толпы, тихое рычание животных где-то в глубине кулис. Внезапно, свет померк, вместе с ним стихли звуки. Один из прожекторов выделил фигуру, оказавшуюся в центре сцены. Пеннивайз в костюме фокусника, своем новом обличии и улыбкой на лице, которая казалась больше из-за макияжа, стоял в забавной позе вора, которого случайно обнаружили владельцы посреди ночи. Типичное цирковое начало, казалось, что это просто большая шутка и Денбро младший оказался посреди представления в людском мире. Все было слишком настоящим. -Добро пожаловать в цирк Пеннивайза, дамы и господа! Для нашего заключительного представления мы позвали очень интересного гостя! Встречайте! Малыш Билли Денбро собственной персоной. Поаплодируем же смелому юноше, его ум и кооперация заставляют впасть в восторг, настоящий укротитель опасных существ! Ну же, господин Денбро! Выходите скорее на сцену, ведь времени у вас осталось не так уж и много...       И Билл вышел, конечно, его стал со всех сторон засыпать шум аплодисментов, свист людей и авации, которым позавидует сборная по бейсболу после тяжёлой решающей победы. От врага осталось какие-то четыре-пять метров. Взмахом трости, Пеннивайз заставил в воздухе появится таймер, который показал двадцать пять минут. -Удивительно, как же быстро летит время. Не правда ли, Билли? -Я п-пришел тут с тобой не р-рзговаривать.       Парень возвел заряженное готовое ружье в положение полной готовности, целясь прямиком в клоуна. Но тот, в свою очередь, фамильярно сделал испуг на своем лице, прикрылся руками и задрожал. После таких действий раздался всеобщий смех. -Х-хватит шутить со мной! Я пришел чтобы п-покончить с этим раз и навсегда! Твои уловки на м-меня не подействуют, м-мне не страшно!       Все снова стихло, происходящее походило на театральную постановку, будто сейчас каждый отыгрывает свою роль, ничего более. -Раз ты так просишь, Билли, давай сделаем наш конец ещё более фееричным.       Он не принял свою истинную клоунскую форму, не поменял костюм, не использовал иллюзии, чтобы вызвать страх у соперника. Легко прыгнув к Биллу на носочках, Пеннивайз загнул вверх ствол ружья его отца, после чего вытащил цветок из переднего кармана черного пиджака и вложил легко и осторожно в дуло. Ошеломлённый подросток не смог среагировать сразу, раздался смех с трибун. -Ты думал, что в моём мире у тебя будет преимущество? Что я, могущественное существо, дам тебе себя убить здесь? Нет, большой Билл, нет, не убивай меня, жалкого Пеннивайза, я все сделаю, все.-клоун бросился к Биллу в ноги, изображая страдания на своем лице, испуг, подстроил голос, но вышло все это смешно и глупо, что разозлило ещё сильнее.       Неожиданный удар спрятанным ножом заставил клоуна стихнуть, как и псевдо людей, якобы присутствующих на трибунах. Кровь полилась вниз. Повисла тишина, продлившаяся несколько минут. -Так значит ты не прост, Билли? Не хочешь сразу предоставить мне победу на блюде? Что ж. Раз ты так настроен, я не буду сдерживаться, специально ради тебя.       Внезапно пол дал трещины. Земля стала расходиться в разные стороны, но Биллу повезло: он отпрыгнул вовремя и оказался дальше от клоуна, глаза которого загорелись красным первый раз за долгое время. Послышался скрежет, похожий на слияние тысячи криков несчастных, что когда-то были поглощены этим местом, но смех клоуна будто разрезал все звуки, пробрался через изломы в душу и впился своими зубами так крепко, что дыхание было перехвачено в один лишь миг. Пространство наполнялось алым светом, трещало, выворачивалось наизнанку. Ничего не осталось от того, что было ещё секунду назад. Весь мир принял облик, до этого момента не узнаваемый. Небо сейчас состояло из тысячи звёзд, но было залито алым. В изломах плескалась жидкость, похожая на почерневшую кровь. Клоун исчез из поля зрения, все постепенно стихло, прекратило превращение. Стало жарко. -Ты проиграешь, Билл! Я обещаю тебе! А если же нет, я все-равно заберу тебя с собой! На тот свет, где уже не будет ничего! Лишь я и ты, и вечность!       Голос клоуна не потерял человеческих нот, но сейчас был полон злобы и отчаяния. Это смутило Денбро младшего, заставило ощутить чувства, которые раньше он к монстру не испытывал. Переживание? Соболезнование? Похоже на какой-то абсурд, такой же, как и само это место. Решив, что стоять на одном месте очень опасно, подросток ринулся искать место для засады. Таких было полно, но кто знает, на что сейчас способен его враг. Может тот чувствует его запах, слышит дыхание, ощущает страх. Все шло к тупику. -Я знаю тебя на вкус, Билл! Я чую твою кровь, не страх. Мне больше не нужен страх!-послышался треск, совсем рядом.-Мне нужно больше, малыш Денбро! Мне нужен ты...       Сейчас бы Пеннивайз был доволен, если бы питался страхом. По телу Билла прошлась дрожь, холод пробрал до самых костей. Откуда он мог испытывать такой сильный страх? Может это потому, что клоун больше не играл как обычно, его действия превосходили ожидания, были резкими и быстрыми. Существо сильно, особенно в своем родном мире, от которого питалось и в котором жило. Пришлось сглотнуть вставший в горле ком. -Я не остановлюсь! Я возьму это тело, нет, твое тело! Я сотру в порошок всех тех, кого ты любишь! Очкарика, параноика, чернокожего, жирдяя, кучерявого и ту противную рыжую девчонку! Я бы сожрал ее на твоих собственных глазах, разрывая ее плоть на куски, пока она сама была жива и кричала от страха и боли. Ты хочешь этого, Билл? Сдавайся! Я убью всех в городе! Убью даже собак! Даже птиц! Сотру с лица земли это место! Всему виной будешь ты, я буду говорить каждому перед смертью о том, как ты выбрал их кончину! Решайся, малыш! Быть героем, или же врагом всего человечества? Может я оставлю одного человека, чтобы он рассказал всему миру о тебе? Ты жалкий трус!       Парень успел отбежать от образовавшейся глыбы до того, как она разлетелась на несколько частей. Злобные, отчаянные глаза клоуна снова посмотрели на Билла, грудь монстра вздымалась быстро, были слышны хрипы. Теперь клоун выглядел как обезумевший человек, растрёпанный, в грязи. Его царапина от ножа уже успела зажить, или же это тоже было частью иллюзорного мира? Денбро младший не найдет ответа. Они оба застыли в одном положении, друг напротив друга. Мальчик решился на отчаянный шаг, взвесив все за и против. -Ч-что ты хочешь от м-меня? Что?-нож был направлен прямо на монстра, но руки слегка дрожали. -Что хочу?-прошло некоторое время, после чего Пеннивайз выпрямился, приняв более спокойный вид,-я уже сказал тебе в самом начале, Билли. Мое решение не поменяется. Цена окончательная. -Если я с-соглашусь на твои условия, ты не тронешь г-город? -Он будет существовать и процветать, заполняя больше пространства, развиваться. Да, не трону. -Т-ты не будешь трогать ж-жителей? И детей? -Зачем они будут мне нужны? Все выживут, вырастут, заведут семьи и умрут в глубокой старости. -Ты...не тронешь родителей? От-отменишь чары, к-которые наложил на них? -Думаю да, они вернутся целыми и будут любить тебя, пока не скончаются в старости, во сне. -И ты не уб-убьешь моих д-друзей? -Нет,-Пенни махнул рукой,-они проживут хорошую, богатую жизнь со своими новыми семьями, не будут нуждаться в чем-либо. -Даже Беверли? -Даже Бе..верли.-ее имя клоун прожевал и выплюнул. -Т-тогда...-Билл глянул на всё ещё держащийся в воздухе таймер. Чудом там осталось лишь пять минут.-Тогда я согласен.       Лицо клоуна будто застыло от этих слов в немом удивлении, смотря на мальчишку. Глаза стали снова принимать небесный голубой оттенок, что каждый раз случалось, когда тот начинал успокаиваться. Этот факт Денбро младшего порадовал. -Брось нож. Брось его так далеко, как можешь.       И Билл бросил. В голове всплывали вопросы относительно того, что вообще задумал сделать с ним чертов сумасшедший клоун. Виски запульсировали от прилива крови к голове, от шага Пеннивайза в его сторону, мальчик отошёл ровно на такой же шаг назад. -Я не убью тебя, Билл. -Т-тогда, что тебе н-нужно?       На лице клоуна озарилась широкая улыбка, показавшая верхний и нижний ряд человеческих зубов, хоть казались они чуть острее тех, что были у обычных людей. -Это сюрприз, но ты сейчас все узнаешь. Тебе некуда бежать после твоих слов, ты не сможешь отказаться. Я обещаю, ты не пожалеешь. Мое слово будет нашим контрактом, твое слово его подписью. Мы скрепим его вместе, скрепим его сейчас.       Пеннивайз поднял руку. Послышался щелчок пальцев, после которого последовала тьма.

***

      Он очнулся, лицо ощущало сырость, перед глазами плыло пространство, поэтому нельзя было точно сказать нынешнее местоположение. Протерев тыльной стороной ладони глаза, пелена наконец-то спала, мир предстал перед ним отчётливо. Теперь тот смотрел на настоящее звёздное небо, ветерок ласкал волосы, а чьи-то очень теплые руки, которые были замечены только сейчас, бродили по его телу. Почему он не кричит? Почему не сопротивляется этим ощущениям? Они были слишком ласковыми для него. За долгое время после смерти Джорджи родители даже не смотрели на него, как на любимого сына. -Билл...       Парень повернулся, увидел лицо. Знакомое, он знает, кому оно принадлежит. Дёргается от неожиданности, но не бьёт и не пытается бежать, звать на помощь. Рука ложится на его щеку широкой ладонью с длинными пальцами, от приятного тепла веки закрываются. -Малыш Билл...       Голос тоже ему знаком, но слышит его парень будто впервые. Сердце бьётся сильнее, он не знает где находится, что будет с ним теперь, но если это все Денбро должен пройти ради своих близких, чтобы подарить им жизнь и счастье, то тот готов на долгую мучительную смерть. Парень был готов принять ее в любой момент, пока жил с этим чудовищем, что теперь так ласково гладит его по лицу. -Тебе страшно, Билл?       Губы не хотят шевелиться, лишь дрогнули в попытке озвучить короткий ответ. По щекам покатились слезы от осознания. Все то, что происходило с ним за это время стало складываться в одну маленькую картинку. Ему было знакомо это ощущение, он испытывал его. Клоун оказался не так прост, решил взять сердце, душу, в добавок ко всему его тело. Сейчас парень не знает, что собиралось сделать с ним существо, жившее задолго до того, как вымерли на Земле динозавры. Это было пугающе, но, взяв в волю кулак, все ещё дрожащим голосом, тот смог ответить. -Нет.       Сразу после ответа губы были накрыты чужими губами. Это должно было быть отвратительно, как думал мальчик. Но, не смотря на то, что клоун питался человеческим мясом столько времени, до этого не имев нормального тела человека, с отсутствием опыта, этот поцелуй вышел весьма приятным. Денбро не понимал. -Ты думаешь, что я промыл тебе голову ещё будучи в своем мире?       Да, Билл так думал, но боялся сказать все, как есть. Боялся оступиться ненароком, поставив себя и всех остальных под удар. -Я ничего не делал. Расскажу тебе обо всем, что ты захочешь знать, что попросишь. Я сделаю все для тебя, ведь ты мой, Билл. Теперь ты всегда будешь моим.       Тепло, исходящее из настолько жутких слов, вызвало лишь больше слез. Пеннивайз не был человеком, но и монстром будто бы перестал быть. Пижама, в которой парень заснул, была снята и отложена в сторону. Поцелуи с лёгких и ненавязчивых перерастали в грубые и несдержанные. Пускай первый свой поцелуй парень отдал ещё в начальной школе, его рот обследовал первым язык бывшего врага.       Он раньше слышал о французских поцелуях, но не думал, что когда-нибудь сможет на такое осмелиться. Вкус у клоуна был сладковатый, напоминающий слабогазированный виноградный напиток. Такой опыт продлился сравнительно недолго, наверное терпение Пеннивайза давало трещины, раз тот сразу же принялся за уши и шею парня, вызывая толпы мурашек от щекотливых, приятных ощущений. Однако, было сложно отделаться от мысли, что в какой-то момент Билл не будет съеден, что зубы не вонзятся в его плоть, отрывая кусок тела. Снова дрожь. -Расслабься, тебе будет очень хорошо, настолько, что ты запомнишь это чувство навсегда.       Ещё юный мозг отказывался переваривать подобный ход событий, но мог повиноваться, довериться. Какая-то часть Билла этого не хотела, кричала об обсурдности, отвращении, но другая давила на тот факт, что не так уж это и плохо. Поцелуи пухлых губ перешли на ключицы, вниз, по груди, специально целуя сосок, заставляя обладателя сжиматься в комок от неловкости. Пеннивайз тихо смеялся от такой реакции, но не останавливался, идя к своей цели. -Ты уже играл с собой здесь? Наверняка вы с друзьями смотрели те кассеты, ты чувствовал то же, что и сейчас? Ласкал себя руками? Смог ощутить то, что ощущают взрослые люди? Тебе будет ещё приятнее от ощущения чужих рук...       Совсем тихий стон от неожиданности раздался со стороны парня, когда монстр сжал его промежность свободной рукой, оглаживая возбуждённый орган. -Так быстро? А я думал, что ты будешь в штыки до конца сопротивляться мне. Ты стал таким послушным, это сильно возбуждает... -З-завались! Просто д-делай уже это!       Слова клоуна заставляли понервничать. Будто тот насмехался над ним, но это было настолько откровенно для него, что все эти манипуляции растворялись от обычных действий ловких рук. Штаны были сняты, Денбро младший свернулся в небольшой калачик от холода и страха, смешанных с смущением. Однако, не стал сопротивляться, когда Пеннивайз раздвинул его ноги, смотря прямо в глаза, будто спрашивал у паренька разрешения на свои дальнейшие действия. К слову, не нужны ему были никакие разрешения, зато раскаленная от прилившей крови мордашка еще юного, невинного, ничего не знающего мальчишки, вышибала остатки разума.       Длинный скользкий язык коснулся разгоряченной юной плоти. Спина чуть выгнулась от непривычных ощущений, захотелось попросить остановиться. В глубине души Билл понимал, что у него не выйдет сейчас сделать что-либо, он не властен над самим собой. Лишь прикрыв свой рот ладонью, укусил ее тыльную сторону, мальчик расслабился. Страх скопился комком ниже пояса, куда, клоун положил свою руку. Мысли в голове запутались. Сейчас он перестал помнить о родителях, о друзьях, о городе, о своем прошлом и будущем. Разум с каждой секундой заплывал туманом, что в последствии сковал его без шанса на самовольное движение. Вытрезвило его ощущение того самого языка в том месте, куда руки чужие никогда дойти не должны были. -Ч-что ты делаешь? Т-туда н-н...       Парень не смог подавить заикание, лишь приглушённо простонал, когда язык оказался внутри него. Из глаз полились слезы, чувство стыда зашло за рамку. -Прости, Билл. Ты наверное никогда не слышал и не знал о таком? Вернее, в школе вы, подростки, часто шутите на тему этого места. Наверное ты никогда не думал, что тебе придется испытать подобное. Не переживай, все будет лучше, чем ты думаешь.       Пеннивайз манипулировал. От этих слов тело Билла расслабилось, но снова напряжение пробило его, когда монстр ввел свой палец. Непривычные, неприятные ощущения, из-за которых "закрепление договора" захотелось прекратить. Свободная рука взяла разгоряченный орган подростка, оглаживая сверху-вниз. Контраст ощущений сделал свое дело, когда от боли ничего не осталось, а кольцо мышц предварительно расслабилось. Второй палец.       Эти манипуляции продолжались будто целую вечность. Билл не помнил точно, сколько пальцев уже грубо толкалось в его тело, зато мог видеть из-под прикрытых век хищное лицо клоуна, который уже изнывал от нетерпения, но продолжал заставлять юное тело привыкать к новым ощущениям, чтобы не доставлять боль. От мыслей о подобной заботе сердце парня качало кровь ещё быстрее, лицо пылало так же сильно, как и места, которых касалась нежная рука. Внезапно, пальцы покинули его. Неприятное ощущение пустоты, что мальчик испытал, вызвало недовольство, которое переросло в напряжение после того, как клоун снял свои черные брюки костюма. Что-то большое и горячее терлось об него, глаза зажмурились. -Тебе придется потерпеть ещё немного, это может быть больновато сначала, но потом ты уже забудешь обо всем на свете.       В голове проскочила мысль о том, что клоун слишком много болтает, но испарилась она так же быстро, когда что-то вошло в него. Непривычное и неприятное ощущение заполненности в подобном месте вызвало не самые лучшие эмоции. Пеннивайз остановился, давая парню шанс отдышаться, разводя длинные худощавые ноги шире. Так продолжалось до тех пор, пока монстр не смог полностью заполнить собой нутро подростка, наконец посмотрев в заплаканное, красное лицо, заметив искусанные губы, сжимающие ткань одежды руки, капли пота на белой коже, сам клоун стал сходить с ума. Ему снова захотелось больше, намного больше.       Ждать пришлось не долго, мальчик сам дал понять ему, что время пришло, когда худощавые бедра ерзнули из стороны в сторону. На лице монстра показалась ухмылка. Медленно выйдя ещё из тугого прохода наполовину, снова вошёл в него, грубо, выбивая стон, похожий на вскрик. Напряжение пошло по всем клеткам организма, будто его прошибло током. Так же, клоун повторял свои движения, подстраивая нутро партнера под собственный размер. Чувство собственности переливалось за край. -Билл, тебе не больно? Так горячо внутри, вот что люди называют "секс"? Билл, это потрясающе. Ты потрясающий...       Слова будто пренадлежали зависимому сталкеру, который наконец добрался до своей жертвы. Денбро младший не мог ничего сказать в ответ, мог лишь судорожно глотать воздух и стонать то хрипло, тихо, то громко, почти кричать. С новым толчком его спина выгнулась дугой а собственный голос обрел ноты наслаждения. Руки монстра легли на тонкую талию, прошлись по выступающим рёбрам груди, вернулись обратно. Пальцы взялись крепче, больнее. Толчки с каждым мгновением становились быстрее, ненасытнее. Может подросток ещё ощущал боль, но она терялась на фоне более сильных приятных ощущений, пальцы вцепились в траву, на которой он лежал спиной, вырывая ее с корнями, повреждая руки.       Внезапно клоун захотел сменить позицию, сел сам и усадил на свои колени парня. Тот в свою очередь обхватил его шею, обнял ногами, плотно прижимаясь к чужому телу настолько, насколько это было возможно. Когда движение было восстановлено, стоны лились прямо в уши монстра, спина ощутила маленькие но острые ногти, под которыми теперь была чужая кровь. Сейчас воздух вокруг них двоих становился контрастно раскаленным, запахи двух тел смешивались в единое целое, как и сами они. Крепкие руки Пеннивайза плотно обхватывали, казалось, хрупкое тело, но в глубине своего естества он был поражен стойкостью бывшего врага, даже сейчас это чувство не покидало его. Укус пришелся в шею, от чего Билл резко вздрогнул и сжался, затаив дыхание. Может подумал, что сейчас придет его конец, но никто не собирался пожирать его плоть, лишь сделать собственные пометки.       Оставив глубокий след на память, Пеннивайз оторвался от шеи, сильные руки легли на бедра Денбро младшего, заставляя того скакать на члене не менее интенсивно, чем ковбои на родео, все сильнее разгоняясь, отдаваясь позыву тел достичь сладкого завершения. Пик наслаждения пришелся на них одновременно. Горячая жидкость текла по животу подростка, пока такая же жидкость заполняла его внутри. Голова переставала думать уже давно, судороги прошибали тело, потерявшее все силы. Перед глазами снова поплыло пространство, теряя отчетливые очертания, темнело. -Теперь мы связаны, малыш Билл. Я всегда буду знать где ты, что ты делаешь, даже если меня не будет рядом. Мое обещание тебе будет выполнено, можешь не переживать за это. К сожалению, Билл, слушай внимательно, мне придется покинуть тебя. Но я найду тебя снова, верь мне. Через шесть лет ты снова увидишь меня. Билл?       Денбро младший уже не был здесь и где либо ещё. Его сознание плавало между мирами, тело наполнялось отданной энергией монстра после взаимного обмена. Сам Пеннивайз понял, что его никто не слышит, посмотрел на восходящее в небо солнце и то, как под его светом меркнут все звёзды небосвода. Сентиментальность была чужда монстру, но рядом с этим мальчиком, пожалуй, тот и правда становился кем-то другим, более особенным. Нужным? Больше клоун не был один, как все эти бесчисленные века, полные обычного выживания и безумия. Последнее в своем роде существо из вымершего вида прекратило свое существование на этой самой минуте, с началом нового человеческого дня. -Прости, Билл.       Нежно поцеловав парня в губы на последок, собрав разбросанные вещи, Пеннивайз поспешил переместить их в родной дом Денбро. Совсем недалеко от этого места находился парк, в котором подтянутые дамочки выходили на пробежку, сонные люди выгуливали своих собак, кто-то шел на работу. Жизнь начинала закипать вокруг, оживало совершенно все. А может, сквозь свой сон и века, монстр просто никогда не замечал всего этого? Обмякшее тельце было крепче прижато к белой сильной груди, им нельзя идти так до самого дома Денбро, поэтому, собрав силы, клоун смог перебросить их прямиком в место назначения, укладывая в кровать дорогого ему человека и растворяясь в лучах солнца, проступивших через окно.

***

      Веки медленно распахнулись, когда солнце начало надоедливо светить в лицо. Билл не ощущал тела, не понимал где в этот раз находится. Мир и иллюзии для него слились воедино, может он уже был мертв? Боль, которая возникла при движении, была знаком того, что до смерти ещё жить и жить. Осмотревшись, подросток так же понял, что лежит в своей кровати, в своей комнате. Вокруг него валяются его же вещи. Часы показывают десять утра.       Кое-как встав с кровати, мальчик направился в ванную, чтобы умыться. Придя туда и посмотрев на себя в зеркало, он заметил опухшие от слез глаза, покусы и красные пятна на своей шее и плечах. Воспоминания стали заполнять его голову, прокручивались снова. Пришлось присесть на стиральную машину, чтобы не оказаться на полу. После всего этого вылез вопрос:"Где же он?". Хромая, испытывая дискомфорт при движении, Билл обошел весь дом, но так и не смог найти даже намеки на присутствие Пеннивайза. От чего-то ему стало ещё тяжелее. Вернувшись в комнату, он так же заметил вещи отца, аккуратно сложенные в стопку на столе. Пытаясь вспомнить хоть какие-то ключевые моменты, Денбро младший вызвал у себя лишь головную боль. Согнув ноги, обняв свои колени, тот пытался не плакать. -Я жив...       Всхлипы наполняли всю комнату Денбро. -Все живы?...       После этого вопроса, обращённого к пустоте, раздался звонок телефона, стоявшего на кухне. Дойдя до него и сняв трубку, Билл услышал радостный мягкий голос своей матери. Она рассказала ему о том, что уже через день они будут дома, как ей понравился отдых и то, что хочет в следующий раз поехать в это же месте вместе с ним, оставив дом на произвол судьбы. Отец так же сказал ему пару слов, спросил, хорошо ли тот питается, отвесил пару шуток и попрощался с ним до поры до времени. Телефонная трубка была возвращена на место, слезы стали капать и разбиваться об паркет пол ногами. Билл хотел сесть, отдавая себя эмоциям, но телефон зазвонил. -Алло? Билл, здравствуй. Твоя простуда спала? Я так рада тому, что смогла дозвониться до тебя.       Голос Беверли, как всегда энергичной и лёгкой. Однако, почему-то он перестал чувствовать к ней тот же самый трепет, который ощущал всегда. -Да, сегодня мне стало намного лучше. Жара уже нет, да и родители завтра прилетят с отдыха. А как ты? -Ого, Билл, это точно ты? -А что не так?-сдержав всхлип спросил парень. -Ты не заикаешься.