Through Her Eyes

Все вещи Камилы были перенесены в комнату Лорен, пока это нельзя было назвать их общим пространством. Самые драгоценные вещи, лежащие в её сундуке, были расположены у кровати, точно так же, как и в заброшенном здании Камилы. Сейчас у неё был дом. В этом же сундуке лежали и ключи Лорен от машины. Лорен чувствовала, что делала что-то ужасное, беря эти ключи, как будто крала что-то заветное, что принадлежало Камиле, пока та спала. Камила свернулась калачиком посередине матраса и нахмурила лоб, ища рукой рядом с собой того, чего там не было. Лорен хотела бы сейчас быть рядом, ей нравилось составлять Камиле компанию, которую та жаждала даже во сне, но если бы Лорен осталась, то, вероятно, никогда не вернулась бы к работе. Лорен никогда больше не хотела возвращаться к работе. Камила моргнула пару раз, проведя рукой по пустой кровати в поисках Лорен. Лорен, затаив дыхание, наблюдала за длинными ресницами Камилы и подумала, что Камила уже проснулась, но та только уткнулась носом в их общую подушку. Лорен думала, что даже спящая Камила была огорчена, что её оставили одну в постели. Дело было не в том, что Лорен бросила Камилу, ей просто нужно было идти на работу. Люди работали, это естественно, хоть Лорен не понимала и не поддерживала это. Камила вставала не так рано, как Лорен. Ей не нужно было просыпаться утром только потому, что Лорен уходила. Если бы Камила проснулась, Лорен не ушла бы. Затем Камила нахмурилась бы и предложила ей что-нибудь милое. Она начала бы говорить о посадке дерева или захотела бы увидеть Спаркса, надеясь отвлечь Лорен. И Лорен позволила бы ей это сделать. Затем позвонил бы её босс, угрожая снова уволить её. Лорен сказала себе, что было бы лучше наблюдать, как сжимались пальцы Камилы, и чувствовать, как сжимается её собственное сердце. — С тобой всё будет хорошо, — беспомощно сказала Лорен своим низким голосом. Камила заскулила, как будто не соглашаясь с этим. Её пальцы начали подергиваться, и Лорен накрыла их своей рукой. Камила сжала руку Лорен. Она не проснулась, только легонько вздохнула в подушку, скручивая своё тело вокруг их переплетенных рук. Её кожа была теплой, её ладонь идеально подходила к ладони Лорен. Лорен сглотнула и резко отошла от кровати, пытаясь незаметно убрать свою руку. Камила недовольно что-то пробормотала, на её лице можно было увидеть раздражение. — Я должна уйти на некоторое время… — сказала Лорен, пытаясь вытащить свою руку. Камила ухватилась за неё ещё сильнее, больше не готовая отпускать Лорен во время сна. Лорен беспомощно оглядела комнату. — О, — она заметила своего плюшевого мишку, любимую детскую игрушку, валявшуюся в углу кровати. Он был мягким и уже износился от постоянных обнимашек, поэтому он постоянно падал, когда его сажали. Лорен осторожно поднесла медведя к пальцам Камилы, тем самым вытащив свою руку. Камила прижала медведя к груди и теперь не хмурилась так сильно, как прежде. — Он твой на некоторое время, — сказала Лорен, медленно отстранившись от кровати, снова и снова переворачивая ключи автомобиля в руке, пока металл не нагрелся от её кожи. Камила всё ещё скулила в подушку, как будто знала, что её бросили даже во сне. — Я верну их, как только доберусь до дома, — пообещала Лорен, сжимая ключи. Камила не проснулась, её пальцы сжали плюшевого медведя. Лорен провела рукой по одеялу, не касаясь обнаженной руки Камилы. Даже когда Лорен отвернулась, она не могла игнорировать смехотворное предчувствие. Старый звук двигателя грузовика казался более громким, чем обычно. Лорен вздрогнула, как будто слышала его через чувствительные уши Камилы. Когда Лорен зашла в «Какао», над её головой зазвенел колокольчик. Нормани посмотрела на неё с жалостью и указала ей рукой на офис босса. — Вы не похожи на человека, который попал в ужасную автомобильную аварию, — это первое, что сказал мужчина, когда Лорен зашла в офис. — Вы выглядите достаточно живой. Лорен задумчиво нахмурилась. — Я мертва внутри? — с надеждой предположила она. Её босс покачал головой, выглядя измученно. — И твоя мать тоже. — Я не видела её некоторое время. Она могла умереть. Возможно. Мужчина устало потер рукой свое лицо. — У тебя нет обручального кольца. И, гнаться за звездами, Лорен? Ты хотя бы пыталась? — Не совсем, — честно призналась Лорен. Её босс издал печальный вздох и положил свою голову на руки. Он выглядел так, как будто весь мир рушился у его ног. Лорен подумала, что работа в «Какао» делала его таким. — Пожалуйста, уходите из моего кабинета, — сказал он, махнув рукой с видом человека, который смирился со своей судьбой. Лорен пожала плечами и ушла. Поскольку Лорен не думала, что её уволили, она надела свой фартук и вернулась к ненавистной работе. — Я слышала, ты вышла замуж, — сказала Нормани, жуя жвачку. — Как так получилось? Лорен посмотрела на свои всё ещё фиолетовые ногти, и на её губах появилась нерешительная улыбка. — Новый стиль? — спросила Нормани, посмотрев на ногти Лорен. — Я не могу это смыть, — сказала Лорен, отдирая краску с одного ногтя. — Лак для ногтей? — сказала Нормани, предположив, что Лорен была не очень умна. — Ты можешь купить жидкость для снятия лака в аптеке через улицу. Лорен задумчиво нахмурилась и поднесла свои руки ближе к лицу, чтобы получше рассмотреть ногти, и заметила, как на них отражался свет. Камила была бы в восторге от этого. Нормани с любопытством посмотрела на неё. Лорен осторожно провела пальцами по своей ладони. — Возможно, позже.

***

Лорен никогда не любила работать в кафе. Это всегда была работа для сокращения времени, перед тем, как она станет рок-звездой. Работа, которая, по мнению её мамы, нужна была ей для того, чтобы стать ''продуктивным членом общества''. Теперь, когда они с Камилой были рок-звёздами, с гитарой, меняющейся лирикой и так далее, Лорен ещё меньше была рада работать в кафе. Лорен была уверена, что чашки в кафе дразнили её. Лорен посмотрела на кофе, затем на нескольких клиентов, потом впилась взглядом в пустые серые стены, затем на часы, ожидая, когда её смена закончится. К полудню её сердце странно забилось, затрепетало и затревожилось. То, что она избегала работу, не было ленью. Лорен не нравилось то, что она оставила Камилу одну. Она была уверена, что Камила развлекала саму себя. Камила могла развлекаться и с мусорным баком. Лорен не была уверена, что Камила не повредит себя. Она не была уверена, что Камила не забудет о том, что нельзя подниматься на крышу. Она не была уверена, что у Камилы снова не появится головная боль. Она не была уверена, что Камиле не будет одиноко. Когда Камила оставалась без Лорен, она могла просто покинуть дом и продолжать блуждать по улицам, копаться в мусорных баках, собирать вещи, которые её забавляли, жить в заброшенном здании с бездомным котом и оставить Лорен одну. Лорен не хотела, чтобы Камила снова вернулась к жизни в одиночестве в заброшенном месте. Когда Камила была у Лорен дома, это был их дом. Когда её не было, это было просто большим пустым местом. Не было ни одного призрака в этих стенах. Просто небытие и пустота. Беспокойно вздохнув, Лорен снова посмотрела на чашку. Если бы Камила была здесь, она бы нашла что-то волшебное в этой чашке. Лорен ткнула в неё своим фиолетовым ногтем. Чашка перевернулась и прохладный кофе разлился на стол. Лорен нахмурилась. Никакой магии не было.

***

Странное нервное чувство не покидало Лорен весь этот день. Её пальцы постоянно дергались, и она каждый раз обращала внимание на фиолетовый лак для ногтей, а её сердце билось странным незнакомым ритмом. Она слишком много раз звонила Камиле, тревожно держа телефон в руке. Камила ненавидела, когда звонил телефон и всегда вздрагивала от внезапного шума. Лорен рано ушла с работы и быстро направилась в сторону дома с мыслью, что что-то не так с Камилой. Дом выглядел спокойным, когда Лорен подъехала к нему. Это было небольшим облегчением, что дом не исчез, пока её там не было, не исчез вместе с Камилой, как сон. — Камила? — позвала Лорен, открыв дверь. Ей не нужно было искать её. Когда она зашла в дом, её сразу встретили вихрь каштановых волос и сильные объятия. Этот вихрь отбросил их обеих назад к двери. Лорен ахнула, когда почувствовала спиной твёрдую поверхность. Камила сильнее сжала руки на шее Лорен. — Эм, — сказала Лорен, не в силах ни о чём думать, кроме теплоты Камилы, её обнимающей руки, щеки и запаха волос. Лорен хотела дотронуться до волос Камилы утешительным движением, но та прижалась лицом к шее Лорен, притянув её сильнее к себе. Лорен сразу же убрала свою руку. — Милая, я дома? — Лоло, — тихо сказала Камила, её голос был странным, а шея Лорен стала влажной. О, Боже. Лорен нерешительно коснулась плеча Камилы, и та отстранилась на несколько дюймов, чтобы Лорен не заметила, как неестественно сверкали её глаза. — Тебя не было, — отчаянно сказала Камила. — Я искала тебя, и никто не знал, где ты. Я спрашивала… стены не разговаривали со мной. Не уходи. — Я не… — сказала Лорен, испуганная внезапным беспокойством Камилы, потому что обычно она казалась очень довольной ужасным миром вокруг неё. — Я работаю в кафе. Я видела тебя там один раз, помнишь? — утешительно сказала Лорен. Камила покачала головой. — Ты не помнишь, — сказала Лорен, кусая губу. — Но ты же оставалась здесь раньше, когда я уходила на работу. Ты помнишь это? Ты сделала огромный бант. Камила отчаянно покачала головой, её длинные волосы покрывали её лицо. — О, — произнесла Лорен в недоумении. Камила выглядела нестабильной, её глаза были красными и широко раскрытыми, её руки цеплялись за пустоту по бокам. Лорен немного сместилась от беспокойства. — Ты скучала по мне? Камила фыркнула, моргнула и разрыдалась. — О, Боже, — сказала Лорен. — Не делай этого, пожалуйста. По лицу Камилы скатывались слёзы, и Лорен внезапно поняла, что из всего, что можно было сказать неправильного, она уже сказала. — Я имею в виду, ты можешь плакать. Но не надо. Пожалуйста. Камила выглядела неуверенной сквозь слёзы. Может быть, Лорен стоило объяснить Камиле, что нужно делать в «Какао». Может быть, Лорен должна была предупредить о своём уходе. Возможно, Лорен вообще не должна была уходить. Лорен нервно переместилась, протянув руку, чтобы коснуться Камилы, но затем убрала, подумав, что может только ухудшить ситуацию. — На тебе нет банта, — заметила Лорен. Слёзы всё ещё катились по щекам Камилы. Её лицо было розоватым, её глубокие карие глаза сияли в коридоре. — Ты всё ещё выглядишь красиво. Ты выглядишь… — Лорен замолчала на мгновение, смотря на слёзы и дрожащие губы Камилы. — Тебе приятно смотреть на себя? Камила нахмурилась. Лорен закрыла свой рот. — Ты вернулась, — сказала Камила, вся в слезах, словно Лорен не вернулась бы никогда, как будто она только что ушла от Камилы. Страхом для Лорен было остаться брошенной. Камила была тем человеком, для которого существовало большое количество вещей в мире, человеком, который будет меняться и расти, а не оглядываться назад. Если бы Камила ушла, Лорен осталась бы одна. Так оно всегда и было. Лорен ранило то, что Камила волновалась, что Лорен покинет её, что она когда-нибудь захочет сделать это. Лорен неуверенно протянула руку, на этот раз Камила увидела это и сразу же вцепилась в неё. Камила неожиданно напряглась, снова прижав лицо к шее Лорен, то поняла намёк и расслабилась в объятиях, коснувшись головы Камилы. — Я не покину тебя, — тихо сказала Лорен, хоть Камила и выглядела так, будто не знала этого, но она знала всё. — Ты ушла, — обвинила Камила, её губы щекотали горло Лорен. — Ты меня покинула. — Я не делала этого, — сразу же ответила Лорен, хотя это было неправдой. — Я бы не стала. Камила ещё раз всхлипнула. — Разлука заставляет сердце любить сильнее? — сказала Лорен, повторив слова Камилы в надежде утешить её. Камила отстранилась, моргая своими сверкающими глазами, на её лице начало медленно появляться осознание. Лорен тогда не знала, что именно это было за осознание. Камила шмыгнула и посмотрела перед собой. — О, — сказала Камила, словно Лорен раскрыла ей какую-то тайную истину. Она несколько раз моргнула, и блеск слёз исчез из её глаз. Лорен ухмыльнулась, гордясь тем, что смогла успокоить Камилу. Затем Камила наклонилась и поцеловала её. Её губы были мягкими, не колебались, не боялись того, как отреагирует Лорен, не боялись, что она отвергнет её. Лорен хотелось бы сказать, что она не целовала Камилу в ответ. Ей хотелось бы сказать, что она не провела рукой по её волосам, чтобы притянуть Камилу ближе к себе. Ей хотелось бы сказать это, но всё было ложью. Это был один бесконечный момент, чувство мягких губ Камилы на своих. Секунда или вечность. Когда Лорен медленно отстранилась, неохотно или шокировано, глаза Камилы были наполовину закрыты, её щёки всё ещё были розоваты от слёз, а губы мокрые. Лорен крепко ухватилась за кромку своей толстовки с каким-то подавленным чувством, сухим горлом, но покалывающими губами. — Ты не можешь… — замолчала Лорен, слова были бесполезны и потерялись на её губах. — Что… почему? — задумчиво спросила она хриплым голосом. Камила наклонила голову в сторону, выглядя любопытной, хрупкой, знакомой и волшебной на свету. — Ты — моя родственная душа, — сказала она просто, как будто это всё объясняло. Может быть, для Камилы это и имело смысл. — А я — твоя. Лорен облизнула губы, ощущая вкус Камилы. Она вздрогнула, а Камила подошла ближе, посмотрев на неё любящим взглядом. Лорен ненавидела себя за это. Когда Камила потянулась к ней, Лорен оттолкнула её. Ногти Лорен впились в её же руки, пока Камила доверчиво наблюдала за ней. — Я не такая родственная душа.