Through Her Eyes

— Я помню это, — сказала Камила. — И это, и это. Она указывала на разные вещи, пока они шли по дому, её пальцы касались картин и ламп, с которыми она дружила. Лорен плотно заперла за собой дверь, снова оказавшись в их собственном мире. — Я помню это, — сказала Камила, подняв книжку со сказками с пола. — И это… — Мишка Лорен. — и его… — Элвис. — И тебя. Я помню тебя. Камила стояла в большой комнате, собирая вещи, которые она помнила, в руках. Она посмотрела на Лорен полным надежд взглядом, заправив волосы за ухо. Тёплый свет отражался на её лице. Лорен медленно подошла к ней и забрала все вещи из её рук, Элвис убежал. Но Камила всё ещё крепко держала плюшевого мишку Лорен. Лорен взяла Камилу за запястье, надеясь, что её это успокоит, и через мгновение Камила неохотно отпустила медведя. Когда у Камилы ничего не осталось в руках, Лорен крепко обняла её. Камила ахнула от удивления, и крепко обняла её в ответ. — Я не помню тебя, — сказала Лорен в плечо Камилы. — Я не должна тебя помнить. Ты здесь. Было приятно обнимать её, как и ожидала Лорен. Она думала, что так и будет. Руки Лорен крепко держали Камилу за талию, и она никогда не хотела отпускать её. Камила отстранилась от объятий. — Он сказал тебе то, что нужно? — спросила Камила, закусив губу. — Теперь у тебя есть ответы? — Нет, — сказала Лорен, покачав головой. Она хотела притянуть Камилу в очередные объятия, но они уже закончились и длилось не долго. — Он не может. Бен не может. Камил заметно поникла. — Оу. Сердце Лорен сжалось. Она засунула руки в карманы куртки, чтобы не потянуться к Камиле. — Это не так. Бен тебя не знает. Он не знает нас. То, что я хотела, я могу получить только от тебя. Камила выглядела потерянной, её голова склонилась, когда она посмотрела на Лорен. — Что, если я не знаю? Для Камилы было странно признаться, что она чего-то не знала. Было так много вещей, на которые она не знала ответов, так много информации не хватало, но она всегда была уверена во всем, в себе. Она никогда не хотела, чтобы Лорен думала иначе, которая не была так уверена во всем. Это была одна из бесчисленных надежд, которые Камила вложила в неё, и Лорен обещала себе, что не разрушит всё. — Тебе не обязательно знать. Во всяком случае, я не хочу знать больше, чем ты. Какая от этого польза? Камила выглядела смущенной, и Лорен не могла винить её в этом. Для Лорен это было странно, она была той, кто настаивал на этом. — Думаю, — медленно сказала Лорен, глядя вниз, потому что не могла смотреть на Камилу, и они обе смотрели в пространство между их ногами. — Думаю, я искала инструкцию или что-то ещё, понимаешь? «Забота о Камиле для чайников». Это было глупо. Я глупая. Лорен подняла глаза, когда Камила издала обиженный стон, либо из-за слов Лорен, либо из-за того, что она оскорбила саму себя. Зная Камилу, она, вероятно, обиделась из-за второго варианта. Камила осторожно обвила пальцами волосы Лорен. — Ты — рок-звезда, помнишь? Рок-звёзды, вместе. Эта мысль всё ещё вызывала улыбку на лице Лорен, даже когда она покачала своей головой. — Да, я, правда, глупая рок-звезда, хорошо? Я никогда ни о ком не заботилась, как о тебе. Чёрт, я даже ни о ком не заботилась весь прошлый год. Не знаю, наверное, я забыла, что люди не приходят с инструкцией. Вот почему я и вправду чертовски глупая. — Рок-звезда, — настаивала Камила, наступив на ботинок Лорен своим. — Да, — согласилась Лорен, наступив в ответ. — Рок-звёзды вместе. Камила улыбнулась. — Тебе нравятся звёзды из-за этого? — спросила Лорен и погладила большим пальцем щёку Камилы. — Из-за всех этих астрологических штук? Даже если бы у них был одинаковый интерес, Лорен полагала, что они должны отличаться. Бен, вероятно, видел в этом учёбу, а Камила видела в этом что-то любимое. Лорен не думала, что Бен сидел бы на крыше и наблюдал за звёздами вместе с Камилой, слушал бы её, как она переводила бы всякие мелочи, которые они шептали. Бен не знал, что любимые ночи Спаркса, это те, когда облаков на небе нет, и она могла видеть весь мир сверху вниз. Он не знал, какие звёзды были её друзьями, а какие были назойливыми соседями. Бен не знал, что любимой сладостью Спаркса были мармеладные мишки, поэтому они всё время брали их с собой на крышу, чтобы убедиться, что звезда не была голодна и сама их скушает. — Из-за Бена, — сказала Камила, взяв Лорен за руку. — Бен любит звёзды. Он мог бы любить меня, если бы я могла сиять, как они. — Ты сияешь, как звёзды, — сказала Лорен не веря, что из всех сияющих вещей в её жизни, она не видела сияния в себе. — Звёзды не светятся без тебя. Бен больше идиот, чем я, если не видит этого. — Ты не идиотка, — сказала Камила, выглядя раздраженной, что Лорен не поняла её с первого раза. — Ты просто немного медленная. Лорен рассмеялась, удивившись. — Да, хорошо. Медленная. Я согласна. Однако Лорен была уверена, что догоняла. Она догоняла Камилу, даже если та была смущена так же, как и она. Их можно было смутить вместе непредсказуемым способом, который всегда был захватывающим, пугающим и прекрасным. Лорен провела пальцем по лицу Камилы, по её мягкой коже. Она поняла, что это был первый ответ. Первый ответ от Камилы. Ей нравились звёзды из-за Бена. Этот ответ не имел особого значения, как думала Лорен, но тот факт, что Камила произнесла его, делал его гораздо значительнее. Рука Камилы отпустила руку Лорен, и та отстранилась. Она отступила назад, глядя в сторону. Камила потянулась, чтобы вытащить что-то из своего кармана, и от линз на мгновение отразился свет. — Как ты их достала? — спросила Лорен, удивившись. Камила взяла очки Бена. Она поднесла их к окну, наблюдая с удивлённым выражение лица, как обычно. — Они для моей коробки, — сказала Камила. — Они даже не блестят, — сказала Лорен, видя, как от них отражался свет. Ей не хотелось ничего хранить из того дома, от того человека, той прошлой жизни. Это было не достаточно хорошо для Камилы, и даже если Лорен хотела, чтобы Камила вспомнила то, чего не могла, она хотела, чтобы Камила помнила хорошие вещи. Это было не так уж и лишено смысла. Наклонив очки, чтобы отразить крошечный лучик света на стену, Камила улыбнулась Лорен. — Всё сияет. Несмотря ни на что, Лорен почти поверила. Даже если бы мир был тусклым, Камила бы всё осветила.

***

Лорен сыграла песню Камиле на гитаре в ту ночь. Она даже не знала, как она звучала. Мелодия была странной, и Лорен не знала, куда она её приведет. В странные места. Это не звучало плохо. Камила сидела рядом с Лорен и пела милые, бессмысленные вещи, которые заключали в себе много смысла. Это звучало даже хорошо. Лучше, чем раньше. Это была песня, которую она не могла представить, что сможет сыграть, не беря гитару в руки в течение года. Тогда она не думала о музыке, она не хотела. Камила принесла ей музыку и всё, чего Лорен никогда не ожидала получить. Когда музыка затихла, и пошёл тихий гул струн, так как Лорен не могла придумать окончание песни, Камила с любопытством посмотрела на неё. — Это для тебя, — сказала Лорен, чувствуя, как её щёки начали от неловкости нагреваться. — Песня. Она для тебя. Звучит так, как будто ты у меня в голове. Камила задумчиво погладила гитару, перебирая струны. — Я звучу так? Лорен покраснела, дёргая свою футболку. Она никогда не знала, что сказать, но, играя музыку для Камилы, Лорен чувствовала, что это всё равно, что сказать всё, даже то, в чём она была не уверена. — Мне нравится, — решила Камила, её глаза от радости сверкнули. Лорен кивнула, проглотив комок в горле. — Мне тоже. — Играй снова, Лоло. Лорен сыграла. Они провели всю ночь, играя музыку и напевая песню, которая предназначалась для Камилы, и она начинала звучать лучше с каждым разом. Лорен ничего не говорила. Так было проще. Она не знала, что должна была сказать, а что нет. Также она не задавала никаких вопросов. Если бы Камила хотела ей что-либо сказать, она бы это сделала. Если нет, то музыки было достаточно. Только когда они обе пошли в свои кровати, в раздельных комнатах, Лорен захотелось сказать кое-что. — Камз, — позвала она, слегка улыбнувшись, прежде чем Камила успела закрыть дверь. — Доброе утро.

***

Лорен проснулась, почувствовав тепло и пальцы ног Камилы на своих лодыжках. — Привет, — пробормотала Лорен ночью, её голос был хриплым ото сна. — Тебе холодно? Волосы Камилы щекотали щеку Лорен, и та кивнула. В комнате было темно, слишком рано, чтобы просыпаться, и Лорен подвинулась ближе к Камиле, чтобы лечь поудобнее, и закрыла глаза. Камила прижалась к Лорен, обнимая её руками и ногами, как раньше. Это было удобно, и Лорен почувствовала, что засыпает, думая о том, чтобы быть с Камилой в тёплом месте, где всё было хорошо. — Я вижу его во сне, — сказала Камила из темноты. Её пальцы были ледяными, когда она взяла Лорен за руку. — Из-за этого так холодно. Но мне не холодно с тобой. Не уходи, Лоло. Лорен вздрогнула от резкого изменения слов Камилы. Она переместилась достаточно, чтобы дотянуться до прикроватной лампы, но Камила лишь крепче прижалась, когда та двинулась. — Я не ухожу, — пообещала она. Свет замерцал. Камила посмотрела на Лорен. Камила была иногда странной после кошмаров, отдалённой и в замешательстве. Лорен поняла это быстро, в основном на собственном примере Камилы, что прикосновение успокоит её быстрее, чем что-либо ещё. Лорен погладила её по коже, обняв одной рукой талию Камилы. Вскоре Камила легла ближе и положила голову на подушку Лорен, их носы касались друг друга, а дыхание Камилы грело губы Лорен. Было не холодно. Лорен всё равно взяла Камилу за руку, потирая её ледяные пальцы, чтобы согреть их. — О чём твои сны? — спросила она. — О нём, — сказала Камила, её глаза были закрыты, словно она могла видеть это сейчас. — О Майкле. На самом деле, Лорен не ожидала ответа, её сердце сжалось от этого имени. Часть неё, которая думала о Камиле с другим человеком, с кем-то, кто был её родственной душой до Лорен. Две родственные души? Возможно ли это? Было глупо чувствовать себя собственником, когда Лорен даже не принимала то, что хотела защитить. Она знала это, но это не заставляло чувства уйти. В любом случае, она улыбнулась, потому что Камила всё ещё выглядела испуганной, а Лорен это ненавидела. — Ты должна сказать Майклу, чтобы он установил центральное отопление, — прошептала Лорен, легонько толкнув Камилу. — Я не хочу, чтобы тебе было холодно, ты можешь заболеть. Лорен нахмурилась. Ты не болеешь…? — Майкл был болен, — сказала Камила, и Лорен удивленно отодвинулась. Камила смотрела на неё. — Его голова была больна. Я думала, мы похожи друг на друга. Лорен открыла рот, молча смотря на неё. Даже когда Камила была готова рассказать ей о звездах раньше, она была удивлена, что Камила сказала ей что-то конкретное, что-то о Майкле. Её глаза сверкнули. — Ты говорила, что хотела знать. — Да… — Лорен думала, что хотела знать. — Ты хочешь мне рассказать? Камила перевернулась на спину, смотря в потолок. Её рука коснулась руки Лорен. — Иногда я забываю об этом, — сказала она. — Иногда даже помню некоторые вещи. — Какие? — спросила Лорен, оперевшись на локти, пристально смотря на Камилу. Камила не сводила взгляд с потолка. — Я была потеряна. Все ушли, и я была потеряна, поэтому начала искать. Он искал со мной. Камила остановилась, нахмурившись и выглядя немного потерянной. Лорен занервничала. Она понятия не имела, что делать, был ли этот разговор полезен, или только бы расстроил её и ухудшил кошмары. Но если Камила хотела рассказать ей, Лорен хотела знать. Все, что Камила хотела сказать, Лорен хотела знать. — Итак, что ты искала? Камила не выглядела расстроенной. Она пожала плечами, как будто это не имело значения. — Я узнаю это, когда увижу. Когда ты теряешься, ты ищешь, пока не найдёшь что-нибудь, — Камила мечтательно улыбнулась. — Я нашла свою родственную душу. Что-то сжалось в груди Лорен, в сердце. — Твоя другая родственная душа. Камила на мгновение замолчала, смотря на Лорен. Лорен сглотнула, пытаясь отстраниться, когда рука Камилы приблизилась к её сердцу. — У меня есть половинка и у тебя есть половинка. Вместе мы целое. — А как насчёт Майкла? — спросила Лорен, опасаясь надежды, которая росла под рукой Камилы. Камила наклонила голову, посмотрев в глаза Лорен. — У него не было души. Вот почему. У меня была половинка, а у него не было. Я думала, мы будем искать вместе. Я думала, он знает, где искать, все тайные места, которые я никогда не видела. Он обещал, что покажет мне их. Я ничего не видела, но хотела увидеть всё. — Так, он не был твоей родственной душой, — сказала Лорен, чтобы снова услышать это. — Только я. — Только ты, — согласилась Камила. Она улыбнулась, прежде чем повернуться на спину, чтобы посмотреть в потолок. — У него не было души. Как у этих стен. — Ты ладишь со стенами, — сказала Лорен, протянув руку к волосам Камилы. — Они не будут говорить со мной, — сказала Камила, взглянув краем глаза на стену. — Я просто хочу быть друзьями. Я даже пела им, но они никогда не пели мне в ответ. Лорен усмехнулась. — В конце концов, они запоют. Никто не может устоять перед тобой. Любое сопротивление, с которым Лорен когда-либо пыталась справиться против странного обаяния Камилы, уже давно рухнуло. Даже неодушевленные предметы, в конечном итоге, поддавались Камиле, как и стены. Даже бездушный человек? Лорен задавалась вопросом, что это значило. Как бы то ни было, это означало, что Майкл не был родственной душой Камилы и не мог быть. Лорен наслаждалась этим фактом. Эгоистичная и отчаянная, она хотела, чтобы вся Камила принадлежала ей. — Он показал тебе? — спросила Лорен через некоторое время. — То, что ты искала, он тебе помог? Я имею в виду, прежде чем он умер. — Нет, я думаю, он был слепым, — сказала Камила, закрыв глаза, вспоминая. — Его глаза были странным, как химикаты. Они омрачали всё вокруг, но сами становились только ярче. — О, — сказала Лорен, закусив губу. Она не знала, что это значило. — Глаза — окна души, — сказала Камила, повернувшись, чтобы снова взглянуть на Лорен. Её волосы были мягкими, Лорен заправила их за ухо, обнажив линию её челюсти. — Я ничего не видела, когда смотрела в его глаза. — Почему ты ушла с ним? — нахмурилась Лорен. Если Бен говорил правду, то Камила ушла из дома сама. Лорен не могла понять этого. Оставить стабильность и дом, чтобы быть с кем-то, у кого, по-видимому, не было души. Но это была Камила, пытающаяся найти все самые яркие звёзды и самые дружелюбные растения. Камила покачала головой. — Я больше не подходила… Было мало места и темно, я хотела узнать, как выглядело небо. — Бен хотел, чтобы ты подходила, — поняла Лорен, вспоминая жалкий взгляд мужчины. Он сказал, что хотел бы помочь Камиле, но Лорен думала, что он просто хотел изменить её, посадить её в коробку. Камила была слишком яркой, другой. — Он хотел, чтобы ты была ограниченной, как он сам. Камила кивнула, её рука потянулась к её животу. — Как принцесса в башне, — сказала Камила, потому что язык сказок казался ей всегда легче. — Рыцаря там не было, поэтому я ушла с драконом. Так или иначе, это имело смысл для Лорен, больше, чем что-либо ещё. — Я поцеловала его, но он не превратился в принца, — нахмурилась Камила. Лорен рассмеялась. — Тебе следовало бы попробовать поцеловать лягушку. Глаза Камилы сосредоточились на губах Лорен. Лорен игриво толкнула её. — Расскажи мне всю историю. Что случилось с драконом? — Он дышал огнём и возрождался в огне, как и все драконы, — сказала Камила. — Было так жарко, так больно… Камила замолчала, снова потерявшись. Лорен напряглась при мысли о том, что Камиле было больно, и взяла Камилу за руку. Её пальцы не были холодными, но Лорен всё равно потерла их. — Тебе не обязательно, — сказала она с неловкостью, когда глаза Камилы потемнели. Лорен не хотела её расстраивать. — Не думай об этом. В любом случае, это не имеет значения. Просто забудь эту часть. — Я забыла, — продолжила Камила. — Я думала, он вернётся. Он не пришел. — Он не пришел, — прошептала Лорен. — Он сказал мне, что не вернётся… — сказала Камила, смущенно нахмурившись. — После того, как я поцеловала его и сказала, что он не моя родственная душа. Он сказал, что мы это исправим. Он сказал, что мы не вернёмся. Всё закончится, и мы не будем больше потеряны. Он устал, он хотел сдаться. Лорен ничего не сказала и сжала руку Камилы. Неприятное чувство появилось внутри Лорен, удушающее и пугающее. — Он сказал, что мы будем в звёздах, — сказала Камила, наклонив подбородок, чтобы посмотреть в потолок. — Я сказала ему, что ты не можешь добраться до звёзд, как быстро бы ты ни шёл. Они светятся годами, и они намного больше, чем кажутся со стороны. Целые галактики, — нахмурилась Камила. — Он не слушал. Он сказал, что мы доберёмся до другой стороны света. — Камила… — прошептала Лорен. — Это произошло так быстро… он сказал, что мы будем родственными душами. Он сказал, что там мы будем счастливее, — Камила посмотрела на Лорен и нежно улыбнулась. — Я счастлива здесь. В горле Лорен пересохло. — Я рада, что ты счастлива, — сказала она. Лорен не могла вспомнить, почему Камила боялась машин. Она никогда этого не знала. Эта мысль заставила Лорен дрожать от слишком многих эмоций. Кто-то, кому Камила доверяла, причинял ей боль, пытался забрать её из этого мира, от всего, что она любила, от всего сияющего. Выбросить их жизни, это того не стоило. — Это несправедливо, — сказала Лорен, крепко сжав руки Камилы дрожащими пальцами. — Это чертовски несправедливо. Ты принадлежишь сказке со звёздами, кошкой, рыцарем и замком. А не этому. — Сейчас я здесь, — сказала Камила, поглаживая Лорен, как будто она была единственной, кого нужно было утешить. Для Камилы потолок был небом, дом — замком, а Лорен — рыцарем. — Стоило ли это того? — спросила Лорен. Её горло было сухим, а голос слабым и странным. — Ты бросила всё, чтобы искать чудеса с каким-то бездушным, с суицидальными наклонностями придурком. Стоило ли это того? — Сейчас я здесь, — повторила Камила. Лорен подумала, что это означало «да». — Он пообещал мне, что покажет. Лорен рассмеялась. — Люди всё время нарушают свои обещания, не так ли? — Все его обещания были нарушены, — сказала Камила. Она протянула руку, чтобы коснуться щеки Лорен, и почувствовала влажность, о которой Лорен даже не подозревала. — Не то, что ты, Лоло. Лорен старалась не думать о том обещании, в котором она была не уверена. — Правильно, — прошептала она. — Ты — рыцарь, — напомнила ей Камила. Лорен проглотила комок в горле и кивнула. — И герой. Камила улыбнулась. Она выглядела ничем не затронутой, в безопасности и счастливой. Потому что Лорен была рядом, потому что Камила верила в неё. Что Лорен будет соответствовать её ожиданиям. Она просто должна была соответствовать. Других вариантов не было. Она должна была сделать всё для Камилы. Она должна была сделать всё так, чтобы она не была там, когда Камила ушла с драконом вместо рыцаря. — Было больно? — спросила Лорен, погладив Камилу по голове. Она не выглядела так, будто её сломали и собрали заново. Она выглядела прекрасно, безупречно. Она была похожа на Камилу, возможно, это всё было одним сплошным кошмаром. — Я не помню, — сказала Камила. Лорен рассмеялась, издав слегка истеричный звук. Она также провела рукой по сердцу Камилы. Что бы ни случилось, Камила была рядом. Они были вместе. Этого было достаточно. — Ты не больна, — сказала Лорен, спустя некоторое время. Она потянула Камилу ближе. В комнате было тихо, и Камила всё ещё смотрела на неё таким же открытым и проницательным взглядом. — Ты сказала, что Майкл был болен, и что ты похожа на него. Но это не так. С тобой всё в порядке. — Правда? — спросила Камила, смотря ей в глаза. Лорен покачала головой. — Правда. В мире есть что-то неправильное и плохое, но в тебе такого нет. Некоторые люди были глупыми, больными и сломанными. Камила была Камилой. Камила была собой. Камила была всем, что было правильно в этом ужасном мире. Камила прекрасно уместилась в объятия Лорен. Одна её рука обхватила её талию, а другая покоилась на груди Камилы. Лорен чувствовала, как билось её сердце. В этом тоже не было ничего плохого.