Вернувшись из-за Грани

      Живя на одном этаже, у Кати была возможность сразу же заходить за Кристиной. Рано утром к девяти часам уже слышался стук в дверь, и уже через несколько минут торопливые шаги нарушали тишину дома. Солнце в последнее время радовало всех своими лучами, правда, оно пекло как в адской сковороде, но умеренный ветерок, разбавляя раскалённый воздух, приносил долгожданную прохладу. По самую макушку загруженные девочки шли к гаражам, покормить котят и перекусить самим. Катя привычно взяла с собой книгу и села в тени читать. Кристина тем временем игралась с мелкими. Спокойная обстановка настраивала на разговоры о ничего не значащих темах, девочки не преминут этой участи. — Когда ты приехала? — Катя вопросительно взглянула на собеседницу. — Раньше я тебя не видела… — Совсем недавно, раньше я жила в Крыму. Папу сейчас перевели служить сюда, — не отрываясь от своего занятия ответила Кристина. — Он военный? — скорее для проформы уточнила читающая. — Да, как догадалась? — Мои тоже все военные: мама, папа, дядя и прочие. Уже могу определить, — растянув губы в усмешке ответила Катя. — Надолго у нас? — Надеюсь да, мне нравится тут. Хочу пойти к вам в школу, завести друзей, — Кристина мягко улыбнулась. — Сколько тебе лет? — Двенадцать в этом году исполнилось, а тебе? — Тринадцать, — коротко ответила Катя уткнувшись в книгу. Кристина решила более её не тревожить. На этом разговор закончился. Вновь воцарилась блаженная тишина, ветер шуршал где-то высоко в листве. Солнце медленно поднималось к зениту. Где-то к двум часам подошли близняшки и принесли корма с бутылкой воды для котят. Также у них оказалось печенье и сок, уже остывший. Немного посидев и поговорив, перешли к обсуждению смен дежурства, так как почти патологическая непунктуальность девочек не оставляет особого выбора кому приходить утром, а кому днем, было решено, что ранние пташки вроде Кристины и Кати будут приходить утром, а остальное время дня пусть разбирают оставшиеся трое. На том и порешили. Кристина и Катя быстро собрались и ушли домой.       По дороге не говорив ни о чем принципиально важном, они зашли в подъезд. Уже на нужном этаже брюнетка решилась: — У меня никого дома, не хочешь зайти на чай? — Я наверное немного позже зайду, сейчас меня мама ждет, не все вещи разобрали, — Кристина, извиняясь, глянула на соседку и зашла к себе. Катерина пожала плечами и тоже ушла домой. Позже так позже. Она согласна немного подождать. Дома было душно и, чтобы впустить воздух, она открыла все окна и вышла на балкон, захватив с собой книгу, пакет печенья и только заваренный чай. Усевшись на прохладном старом ковре и, поджав под себя ноги, девушка открыла книгу на нужной странице, похрустывая печеньем. Погрузившись в события описанные в романе, она не сразу обратила внимание на лёгкое покашливание за спиной, только через несколько секунд словно очнувшись от забытья она встала посмотреть откуда идет звук. На соседнем балконе, помахивая рукой в приветственном жесте, стояла Кристина. Уже переодевшись в домашнее она, похоже, развешивала белье на веревке. Катерина тоже помахала ей. — Ты долго? Предложение ещё в силе! — Не знаю, как получится. Больше они не говорили, уютная тишина убаюкивала и расслабляла. Кристина закончила развешивать белье и вышла из балкона, а Катерина продолжала читать дальше. И вновь в глазах плясали зелёные пятна, зрение затуманилось, и она перестала различать буквы на страницах. Девушка медленно отложила книгу от себя и принялась ждать. Уже и так ясно, что последует за всем этим…       Мягкий свет в витражах переливается многими цветами, что невидимы человеческому глазу. Резные колонны, обвитые плющом, поддерживают высокий потолок, украшенный резьбой и разнообразной лепниной. Большое количество деталей было гармонично спланировано и не выглядит растяписто. Венцом этого творения искусства был трон. Кресло, созданное из крепчайшего и красивейшего металла этого мира, вокруг которого обвился хвостом дракон. Он вцепился лапами в спинку трона и раскрыл крылья. В зубах поблескивал камень. Дракон был абсолютно черный, как изначальная тьма, но если приглядеться, то можно увидеть короткие, но яркие проблески цветов, от белого до яркого красного. Стоящих там мало интересовали красоты тронного зала. Шестеро людей от двадцати до тридцати лет стоят, преклонив головы в традиционном жесте почтения. Женщина, сидящая на троне, лёгким мановением руки позволила им подняться. Стоящий ближе всех начал говорить: — Вы уверены, Ваше Величество? В теперешних обстоятельствах мы не можем потерять ни одного члена правящей династии, и, тем более, крон-принцессу, что в будущем должна занять трон… — Я прекрасно осознаю потерю, Скайдрам, — королева прервала говорившего. — Но ты думаешь, что волкам не нужен Альфа? Она уйдет ненадолго, также как и дочь Казешини. Это перемирие лишь отсрочка неизбежного. Она долго не протянет, десять или пятнадцать лет, не более. После они обе вернуться. — Но кем? Слабыми людишками, что пропагандируют так называемый «либерализм»? — слово взяла женщина с белыми как снег волосами. — Нам не приходится сомневаться в волчьих методах воспитания, а в наших тем более, Грандина. Я уверен, что её Величество знает что делает, — на этих словах Скайдрам дернулся, но промолчал. — Тогда стоит побеспокоиться о безопасности принцессы, мало ли, что может случиться, — внесла свою лепту и молчавшая до этого женщина с тёмно-серебристыми волосами. — Я позабочусь об этом, не стоит беспокоиться. — В этом вопросе я доверяю тебе, Игонил, — королева благосклонно кивнула ему. — Делай, что считаешь нужным.       Резкая пощечина вывела её из иллюзий. Перед ней стояла Кристина с обеспокоенным выражением лица. Одним слитным движением Катя поднялась на ноги и оглянулась, по ощущениям прошло не более чем пара минут, но удлинённые тени явно указывают на то, что уже вечереет. И только сейчас она обратила внимание на одну важную деталь: — А что ты тут делаешь? Как попала сюда? — Катерина начала засыпать знакомую вопросами, не давая вставить и слова. — Я полчаса назад постучалась, но мне никто не открыл. Я заволновалась и на пробу попыталась открыть дверь, ну, мало ли, и она оказалась открытой. Я вошла и позвала тебя, — Кристина не торопливо отвечала на каждый заданный вопрос. — Потом заметила открытую балконную дверь и пошла туда. — Это всё понятно, сколько сейчас времени? — Катя оценивающе глянула на соседку, не заметила ли чего. Но Кристина задала вопрос в лоб: — Что с тобой? Ты сидела с таким стеклянным взглядом, что я перепугалась, не случилось ли чего? — Катя начала судорожно придумывать более менее правдоподобный ответ, не скажешь же прямым текстом, что тебе уже почти полгода, а то и больше, как нужно быть в доме с мягкими стенами. Наверное, она заметила резко заметавшийся взгляд и нервно сжатые руки и сразу предупредила: — Не ври, я вижу когда мне лгут, — она внимательно наблюдала, как меняется выражение лица её знакомой. Катя тяжело вздохнула и жестом позвала гостью на кухню, посадив ту за стол, поставила чайник и достала печенье и конфеты, что припрятала от проныры племянника. В абсолютной тишине разлив чай по чашкам, Катя поставила всё на стол. Кристина терпеливо ждала ответа. Если Кате есть о чем рассказать, она расскажет… — С чего бы начать? — взяв в руки чашку и, даже не поморщившись от жара, она задумчиво сверлила стол взглядом. — Я не знаю какой психической болезнью это можно объяснить, меня уже полгода как посещают странные «видения», — она картинно показала в воздухе кавычки.  — Это как кадры из старого фильма, мельком проходящие, но они словно выбивают из реальности? Как эти стеклянные глаза. Я заметила, — Кристина улыбнулась, но глаза так и остались серьезные. Катерина как раз глотнула чаю и чуть им же не захлебнулась, она смотрела на свою гостью глазами в пять копеек и пыталась прекратить кашель. Как она догадалась?! Не могла же просто напросто угадать… — А теперь с этого места поподробнее. — Тебе суть, или всё с самого начала? — Кристина разрядила обстановку немудреной шуткой-уточнением. — Давай суть, — последовал короткий ответ. — В общем у меня такая же чертовщина в голове, уже несколько месяцев, — Кристина налюбовалась на скептически непонимающие лицо соседки и начала с самого начала, вняв молчаливой просьбе. — Несколько месяцев назад в Крыму появилось первое видение, меня увезли в больницу с сотрясением мозга первой степени. Я грохнулась с велика. — Ого, это уже точнее. И моё первое чуть не закончилось больницей. Я тогда была на карьере и чуть не упала с высоты в пять метров. А что ты тогда увидела? Я вот бойню. — Катя уже заметно расслабилась и просто расспрашивала Кристину о всём что можно, тактично обходя тему содержания этих видений. Но Кристина сама решилась рассказать о всем что хотела… — Я видела стаю волков среди снежных равнин, двух Альф и нескольких Бет, ну и остальных, — призадумавшись ответила она. — Ты знаешь распределение в волчьих стаях? Необычно. — Поинтересовалась совсем недавно. Нужно же хотя бы понять что именно я вижу. — Кристина пожала плечами, словно это ничего не значит. — Так или иначе, долго так продолжаться не может, — Катерина серьезно посмотрела на гостью. — Лично меня уже немного достали вечные мигрени от этих иллюзий. — Только вот как с этим бороться? Нельзя же просто напросто по щучьему велению всё прекратить, от наших желаний это не зависит, — Кристина сомневалась что Катя рассказала все ей. Но и она смолчала о многом. — От наших нет, но от присутствия тебя и меня рядом вполне возможно. Помнишь несколько дней назад, когда мы впервые встретились, я резко встала как вкопанная? — она сделала глубокий вдох, словно перед прыжком в воду. — Я похоже видела тебя. — Ты уверена, что это была я? — Кристина смотрела на соседку с нескрываемым скепсисом. — Может ты спутала с кем-то? — Нет, я уверена. Те же самые карие глаза как у тебя, цвет кожи и волос, — зачастила Катя. — И ещё там были волки, размером с человека. Совпадение или нет? Я не знаю, но определенно, это не просто так. — Может ты и права, я не знаю. Хотя недавно, всего-то вчера у меня было видение связанное с тобой, — Кристина задумчиво колупала трещину в чашке. — И что же ты видела? Мне даже интересно. Надеюсь что не битву какую-нибудь, они у меня в печени уже сидят. — Нет, не битву. Я видела парня, чуть младше меня. Лет десять наверное, не знаю. Волосы какого-то тёмного оттенка, бледная кожа… — тут она запнулась. — И глаза такие красные, как кровь. Они очень сильно выделялись на бледной коже. На руках он держал сверток из ткани. В нём кричал маленький ребенок. А потом вспыхнул свет и всё закончилось, — Кристина коротко выдохнула словно совсем не дышала все это время. — Да, и вправду сильно отличается от того что ты видела ранее, верно? И что у нас в сухом остатке? Получается что по какой-то причине что-то внутри нас среагировало как-бы на смену обстановки. Словно мы два абсолютно не подходящих друг другу элемента, — немного убито закончила свою мысль Катя. Кристина внимательно наблюдала за мимикой девушки, ей не нравится ход её мыслей. Слишком уж не похожий на реальность. Хотя и стоит признать, здравое зерно в этих словах есть. Она поспешила выразить свое несогласие: — Звучит как-то странно, не находишь? Словно мы бомбы с часовым механизмом, ждать взрыва? — Ну ты перегибаешь палку, какой взрыв? Может быть есть смысл посмотреть в интернете, глядишь и найдём что-нибудь. — Катерина не мешкая вышла из-за стола и направилась к компьютеру. Нажав на кнопку включения, она стала ждать, тем временем пытаясь сформулировать вопрос так чтобы поисковик его понял. И пришла к неутешительному выводу, она не знает что конкретно написать в строке поиска. Но как можно правильно сформулировать то, что творится с ними? — Кристин, а что мне написать? — спросила Катя, уже занеся руки над клавиатурой. Кристина глянула на вкладку в браузере, перевела взгляд на Катю, и пожала плечами, мол, не знаю. Брюнетка просверлила раздражённым взглядом компьютер и, наконец, раскрыла рот: — Приплыли… И что нам делать? -Кристина только еще раз пожала плечами, и немного подумав, ответила: — Может не будем ничего искать? Я считаю что лучше подождать и посмотреть что будет завтра, а там уже и будем разбираться что да как? — Предлагаешь спустить всё на тормозах? И к чему это приведёт? — Катерина недоуменно покосилась на неё. Она точно в своем уме?! — Кристина, мы не знаем, что творится у нас в мозгах! А вдруг это закончится в психушке? — Не преувеличивай, вряд ли это закончится вот так. Правда, зачем бросаться в омут с головой? Лучше подождать и посмотреть, что будет дальше. А там возможно всё устаканиться, — Кристина отмахнулась от всех своих сомнений и заставила это сделать Катю. Она всё также сверлила подругу взглядом, прикидывая чем-же закончатся их видения. Результаты не утешали… Но перечить она не стала. Пусть будет так, как сейчас. — Ну ладно, давай оставим пока этот вопрос. Но при одном условии, — русоволосая подобралась внимательно слушая подругу. — Будем по возможности постоянно рядом друг с другом, если видение застанет врасплох, чтобы ситуация не закончилась плачевно. Я намекаю на то, что с нами творится во время таких сеансов промывания мозгов. — Я поняла. Согласна. Так будет лучше для нас обоих, — Кристина кивнула и расслабилась. — Кстати, научи меня такому же трюку, какой сделала сегодня. — Это какому трюку? — Катя непонимающие покосилась на неё. — Ну тому, когда ты одним махом поднялась на ноги, как в фильмах про кунг-фу, — Кристина замахала руками пытаясь изобразить то движение. — Ага, понятно. — Катя понятливо кивнула. — Я училась на практике, не знаю получится ли, но я попробую. — Ты где-то тренировалась? — Кристина с интересом уставилась на Катю. — Я ходила на секцию каратэ. Ну, а потом уже сама тренировалась. — А долго ходила? Ну, на карате? — уточнила Кристина. — Не очень, примерно год, потом училась по интернету, — Катя про себя посчитала дату. — А научи меня, пожалуйста! Я всё никак не соберусь, давно хотела пойти куда-нибудь заниматься, — девушка сложила руки в просящем жесте. Катя посмотрела на подругу как на человека, у которого явно не все дома. Никто в здравом уме и трезвой памяти не стал бы у неё обучаться. Но после Катя вспомнила, она не местная, ещё не знает ее так сильно, чтобы судить. Она прикинула сколько и чему её нужно будет научить. Результаты не утешали. Основные моменты, вроде стоек и ударов только полбеды, у неё рефлексы и выносливость ни к черту. И всё это так быстро не развивается. Ей потребовался год, чтобы привести в порядок свою и так не слишком запущенную, физическую форму. И первый месяц она падала без сил после каждой тренировки, но потом как-то втянулась и начала даже обгонять сверстников по показателям. Но где гарантия, что Кристина покажет такие же результаты? Придётся идти почти вслепую, угадывая где поднажать, а где остановиться. — Окей, я могу научить тебя чему захочешь, — она ухмыльнулась — но потом не жалуйся, я не из тех, кто жалеет на тренировке. — Далее, разговор сам собой угас. Девочки молча пили чай, каждая со своими мыслями наслаждаясь уютной атмосферой вечера.       Удар ногой пришелся по ребрам, словно вышиб дух из тела. Резкий вскрик Кристины ознаменовал окончание тренировочной битвы. — Я тебя предупреждала, — Катя раздраженно разминала мышцы. А ведь она даже не выглядит запыхавшейся, а Кристина уже задыхается. — Где твоя ошибка? — Согнулась в три погибели и поставила блок неправильно, открыв место для удара, — уже не задумываясь ответила ученица. — Всё то мы знаем, да только не летаем, — Катя ждала намного больше чем увидела. Физическая подготовка ограничивалась только небольшой пробежкой, навыки совсем никуда не годятся и, к тому же, огромный пробел в знаниях анатомии человека и хотя бы простейших ударов и стоек. В общем, работы непочатый край, но стоит отметить и плюс. Кристина невероятно быстро учится, она в своё время изучала то, что она умеет сейчас почти месяц. У неё крепкое телосложение и неплохие задатки бойца. А также, её рефлексы на уровне зверя, а не человека. Такое довольно нечасто встретишь. — Сегодня результат меня не порадовал, — всё таким же ровным тоном начала Катя. — Стойку не держишь совсем, удары либо летят мимо, либо слабенькие, как у трехлетней. — Ой, да знай я на что подписалась, не стала бы и предлагать, — уже падая с ног заявила Кристина. Катя в ответ только приподняла бровь в насмешке, мол, тебя никто не держит, далеко ли только уйдешь на четвереньках. Кристина только опустила взгляд, молча признавая поражение. Обижаться то не за что, Катя права, сегодня она налажала. — Ладно, на сегодня достаточно, большего я с тебя всё-равно не вытащу, — Катя подала подруге руку и улыбнулась. — Всё в порядке? — Да, всё пучком, — только слепой не заметит того, что Кристина лжёт. Вот и Катя отнюдь не слепая. — А если по честному? Голова болит или ещё что? Лучше говори сразу. — Ладно ладно, не кипятись. Мигрени опять замучили. — Катя молча отошла к валяющейся неподалеку сумке и достала оттуда воду и блистер с таблетками. Одним точным движением руки метнула всё это подруге. — Таблетки это мощное обезболивающее для головы, мне они всё равно перестали помогать. — Давно уже? — Кристина немного обеспокоенно глянула на собеседницу. Сколько же она терпит? — Морфин колоть не пробовала? Или анестезию какую-нибудь? — Достаточно, но это не страшно. Я уже научилась игнорировать боль, а становится нариком меня не прельщает. — Кристина только пожала плечами, мол научилась и ладненько. Незачем лезть к девушке в душу, уж за несколько недель она заметила, что Катя это терпеть не может. Через некоторое время Кристина заметно приободрилась, видно лекарство подействовало. Отточенным движением руки, она бросила блистер с таблетками и почти пустую бутылку воды обратно подруге и поднялась, чтобы продолжить тренировку, но Катя быстро сменила тему: — Уже подала документы в школу? Или передумала? — с плохо скрываемой тревогой в голосе спросила Катя. — Да, мама уже ходила договариваться, с первого сентября я учусь в вашей школе, — с улыбкой закончила Кристина. — Ладно, пойдём уже. — девушка не старалась скрыть радости. — Три часа тут торчим, мои уже звонят. Кристина только кивнула и, быстро собрав все вещи в рюкзаки, они пошли по домам. Катя заставила ученицу помимо боевого искусства учить также основы анатомии и психологии человека. Взяла учебники из дома и в доступной форме объяснила куда нужно бить, чтобы вывести противника из игры, даже если он выше или тяжелее её самой. Также пояснила психические рычаги давления на человека во время боя, ну и, разумеется, как применять все это на практике. Не сказать, что она проверяла, но что-то Катю тревожило. Какие-то нехорошие предчувствия терзают девушку… Брюнетка привыкла доверять самой себе, чуйка на разного рода неприятности редко подводит её. Но списав всё на нервозность, девушки отмахнулись от нервно попискивающего шестого чувства. Но бдительности не теряли, мало ли, вдруг не обманывает их интуиция. Пусть Кристина и относится к ней со скепсисом, на фоне их «шизофрении», но тему иллюзий не поднимали, понимая, если что-то все-таки случится, каждая узнает об этом первая.       Звонкий смех разносится по светлой опушке леса, брюнетка как всегда отпустила язвительную шутку, а Кристина поддержала. И завёлся привычный спор с нотками сарказма. Катя получала искреннее удовольствие от таких словесных баталий, а Кристина не возражала. Иногда даже запоминала особо полюбившиеся фразы.

***

      Между деревьями промчались две стремительные тени. В мгновение ока они встали друг напротив друга. Пепельно-серый волк, примерно в полтора метра в высоту, угрожающе оскалил клыки. Стоящий напротив него парень лет двадцати, лишь надменно усмехнулся и, достав флягу из-за пояса, отсалютовав оппоненту, сделал несколько глотков. Волка охватило тусклое свечение, кости начали деформироваться, шерсть втянулась под кожу. Уже через несколько минут на опушке вместо волка стоял мужчина. Темно-серебристые волосы, бледная кожа, серые, как грозовое небо, глаза. Полная противоположность светловолосому и кареглазому парню напротив. — Что ты здесь делаешь, Хермайор? — волку явно надоело играть в молчанку. — Тоже что-то ты, Фарахир. Слежу за своей подопечной, — мягким тенором тем не менее наполненным скрытой угрозой, ответил названный Хермайором. Обменявшись таким не мудреным приветствием, они продолжали сверлить друг друга взглядом. Тишина затягивалась. Атмосфера буквально искрилась всё растущим напряжением. Но битва не входит ни в чьи планы. Буквально на мгновение прикрыв глаза, Хермайор показательно открыто потянулся рукой куда-то за пояс и в следующее мгновение в воздух взлетела та самая фляжка, из которой он сам только что пил. Она упала точно в руки Фарахиру. Волк глянул на него с безмолвным удивлением и ноткой недоверия. Хермайор спокойно кивнул: — Нам нет резона сейчас устраивать побоище, предлагаю посидеть и выпить, — волк вынул пробку и недоверчиво попробовал, он ожидал водку из мира людей, но с удивлением признал вино и весьма неплохой сорт. Такое вино делают на Юге, и стоит оно отнюдь не дёшево. С чего бы такая щедрость? В особенности от таких как он. Но так или иначе, от такого откровенного предложение перемирия не отказываются. — Как долго ты уже здесь? — Фарахир решил первым начать разговор. — Уже около двенадцати лет я не переходил с места на место. — Я раньше кантовался у моря, немного непривычно снова быть в лесу. — А разве твоя стая не в лесу живет? — Хермайор удивленно покосился на знакомого. Насколько ему известно, волки не слишком любят побережье. — Это так, но я провел много времени у моря, — Фарахир пожал плечами. — Это оставляет свой след. — Вот как, понятно, — Хермайор неторопливо начал рассказывать. — Около двенадцати лет назад меня откомандировали на землю в целях защиты этой девушки. С тех пор я не был дома. Ты здесь по тому же… Верно? — Я защищаю Кристаликс немногим меньше чем ты. Правда, домой не хочется. Не жалуюсь в общем. — Ходят слухи, что когда они обе вернуться то война Судного Дня возобновится, — кареглазого передернуло на этих словах. — Ты наблюдал за ними? По-моему это не их дело, пусть они сильнее чем кажется, но по человеческим меркам ещё совсем дети. — Это их судьба, она была предрешена ещё до их рождения. — Люди часто плюют на такие понятия как судьба или предназначение, — лицо волка приняло немного скучающее выражение. — Не потому что могут, жизнь не разбрасывается такими подарками, но потому что хотят это сделать. Сделать что-то со своей жизнью, которую не могут контролировать. — Они не люди! — Хермайор резко вскочил на ноги. — Они отродясь ими не были! — Не важно кто они, гораздо важнее что они из себя представляют. Не нам решать кем они станут, людьми или кем-то ещё! — Фарахир остудил пыл оппонента. — Сам посмотри, лично мне как-то не улыбается провожать таких же детей на войну. — Ты прав, не нам. Ты и я можем только наблюдать и, по мере возможности, защищать, — блондин намекал на что-то, но волк не понял, или не захотел понимать.