Гуру учения Пофигизма

Наруто домой все-таки не дошел, но не по своей воле. В нескольких кварталах от дома он почуял неладное, но сделать ничего не успел – новая тощенькая тушка не блистала ни рефлексами, ни силой, и поэтому у Наруто даже дернуться особо времени не хватило. Просто в одну секунду у него противно екнуло в животе, а в следующую он уже болтался безвольным грузом в пасти здоровенной жабы; к счастью, не Гамабунты, но габаритами земноводное все равно тянуло на откормленного быка. Причем жаба попалась на удивление меланхоличная: ни брыкание, ни трехэтажные ругательства, изрыгаемые невинным с виду дошкольником, ни даже попытка применить к ней Тысячу Лет Боли никакого эффекта не возымели. А потом эта жаба так же невозмутимо прошествовала к дому Хокаге, позволяя всем желающим полюбоваться на своего обслюнявленного и опозоренного на всю жизнь пленника. Вот честное слово, если бы его просто сожрали, было бы не так обидно. Жаба дотащила его до самого крыльца, где его уже ждали подозрительно ласково улыбающаяся Кушина и слегка помятый Минато. Наруто оценил обстановку, брыкаться перестал и повис с видом хрустального ангелочка на рождественской елке. - А вот и наш старшенький, - пропела Кушина, подперев ладонью щеку. – Спасибо, Минато, что бы я без тебя делала? - Очевидно, заканчивала бы разносить Коноху по камешку в поисках блудного сына, - вздохнул Минато. – Ладно, я, пожалуй, развеюсь, чтобы оригинал мог технику призыва отменить. - Да-да, конечно. Дальше я справлюсь сама. Наруто сделал максимально умилительное лицо и похлопал ресницами в надежде вызвать у Кушины материнский инстинкт и сохранить себе таким образом жизнь хотя бы на ближайшие полчаса. Клон Минато исчез в облачке дыма (как показалось его сыну, не без облегчения), и спустя пару секунд, презрительно выплюнув свою добычу на землю, точно так же испарилась жаба. Почуяв под ногами твердую землю, Наруто попытался было спастись бегством, но был вовремя схвачен матерью за шиворот и повис в ее руке нашкодившим котом. - Так, - сказала она очень тихо и нежно. – А теперь давай поговорим. Блондин тихо икнул и позволил ей уволочь себя домой – по крайней мере, там в него хотя бы прохожие пальцами не тыкали. А то снаружи уже толпа начинала собираться, еще бы, такое кино – и совершенно бесплатно. Внутри Кушина внезапно посерьезнела. Наруто покосился на ее каменное, без единого намека на улыбку лицо и мысленно приготовился к смерти. Жестокой, мучительной и абсолютно незаслуженной. - Короче, - сказала ему мать, все еще крепко держа его за шкирку и сверля взглядом. – Показывай печать. Наруто осоловело похлопал глазами. - В смысле? - Не придуривайся! – рявкнула Кушина, с недоверием глядя на наетое пузико своего чада. – Сам покажешь, или мне посмотреть? - …Я стесняюсь, - вякнул будущий герой, краснея, как будто бы это не он в тринадцать лет голой девкой по Конохе щеголял. Сине-зеленые глаза Кушины блеснули, как лезвие куная, поймавшее солнечный зайчик. - Я тебе постесняюсь. Я тебе задницу вытирала до трех лет, чего я там не видела? А если не снимешь, я ее так сдеру, сожгу и тебе в штаны засыплю. От таких перспектив Наруто ошалел вконец и потянулся было задрать пижамную кофту, но не тут-то было. - А ну стоять, - рявкнул на него из подсознания забытый за всеми этими встрясками Курама. – Ты чего творишь? Жить надоело? - Как раз наоборот, - мысленно ответил ему его «сосуд», стараясь не встречаться взглядом с матерью. – Я тут выжить пытаюсь, из последних сил! Ответом ему был долгий усталый вздох без капли удивления. - О ками, за что мне это… Подумай на секунду тем бесполезным утолщением вверху твоего туловища, которое ты по какому-то недоразумению называешь головой. Как ты думаешь, зачем тебя просят показать печать? - …полюбоваться? - Ну да. На то, насколько она открыта. А она открыта. И по всем признакам, я тебя захватил и очень плохо пытаюсь тобой притвориться. Итог подобного открытия тебе объяснить? Наруто тихо ойкнул. Кушина приподняла бровь. - Ну и, солнышко? - Я щас, - сказал ей Наруто, хлопая ресницами. – Я в туалет хочу. - Перехочешь. - Сильно хочу. - Сильно перехочешь. Мне таки провести трюк с сжиганием майки или?.. К счастью двух третей собравшихся, именно в этот момент в дверь стукнули. Наруто мысленно сотворил молитву Саске как главному демиургу этого клочка реальности, Курама на мгновение перестал рвать на себе шерсть. - Кушина-сан? – позвали снаружи. – Тут интересуются… Кушина зыркнула было на дверь злыми глазами, но тут же вздохнула, выпустила Наруто, взглядом сообщила ему, какие казни и в каком порядке ему будут уготованы за попытку улизнуть, и пошла разбираться. - Так, - пользуясь паузой, снова подал голос Курама. – Что делать будешь? Бывший-будущий-Хокаге, гордость всех деревень, какие есть, и герой Четвертой Мировой, вдумчиво почесал живот сквозь рубашку. - Нагло врать? - И зачем я спрашиваю… - Биджу устроился поудобнее и прикрыл глаза. – А я уже к тебе привык. Ну что же, значит, перепечатают в какого-то другого человеческого мальца, не впервой… Наруто не успел возмутиться подобными упадническими настроениями его внутреннего питомца – на плечо сзади ему упала тяжелая женская рука. - Ну так? Наруто вздохнул, вздохнул еще раз, сделал лицо сиротки, пойманного за воровством кусочка хлеба в морозную рождественскую ночь, и спросил грустно: - А ты не будешь ругаться? Кушина, уже настроившаяся не то что ругаться, а рвать и метать, закашлялась. И ответила то единственное, что ей оставалось: - Нет, маленький. Не буду. Наруто надул пухлые губки и аккуратно приподнял край пижамной кофты. Кушина уставилась на печать. Потом медленно перевела взгляд на лицо сына, явно ища узкие зрачки, хвосты, убийственную ауру и прочие милые прелести биджу-одержимости. - Оно само, - слабым голосом вякнул Наруто. - Само, - повторила женщина подозрительно тихим голосом. - Я случайно, - поправился Наруто. - Случайно. - Он голодный был, - в отчаянии произнес ребенок, мысленно прощаясь с этим прекрасным жестоким миром. И тут Кушина поперхнулась. Это был шаг в нужном направлении в стратегической системе «заговори до полусмерти, а потом убеди в какой-нибудь фигне» (патент номер 46392). Наруто немедленно воспрял духом. - Голодный?.. - Очень голодный! Он уже много лет ничего не ел, - вдохновенно пропел Наруто с убедительностью бывалого дипломата. – И мы пошли есть ветчину! Кушина медленно села на пол. Очевидно, Кьюби, заставляющий своего носителя красть вкусняшки из холодильника посреди ночи, не вписывался в ее картину мира. - Как ты вообще… - Я что-то там нажал! – жизнерадостно ответствовал ей сын. – И все открылось! И я пошел есть, потому что животные – братья наши меньшие, и их надо любить и заботиться, ведь мы в ответе за тех, кого в нас запечатали! Кушина сложила ладони вместе. Вдохнула. Выдохнула. Приложила руку к печати Наруто. Потом закрыла обеими руками лицо. - Сына, - сказала она ласково из-за ладоней, - принеси-ка маме рисовой водочки. - Чего?.. - Водички, говорю. Принеси маме водички. Мама разбираться будет. И пить. В основном, пить. Наруто аккуратно заглянул маме в лицо, ойкнул и помчался за водичкой. Такой безумный блеск он в последний раз у Кагуи видел. Тут уж лучше не рисковать.