Не имеет названия

После очередного концерта тура World Violation, за сценой, Дэйв беззаботно посасывал пиво из стеклянной бутылки, стоя у стены. Энди упорно делал вид, что здесь он один. Мартин следовал его примеру. Прочитав на лице вокалиста мнимо доброжелательное расположение духа, я спросил: - Дэйв, может, погуляем? Пока есть время. Он завёлся сразу: - Это приглашение на свидание? - Нет. - Ты, может, решил, что у меня столько свободного времени, что мне нечем заняться? - Нет. - Или, думаешь, ты для меня такой бог, что даже с забитым графиком я побегу к тебе? Я промолчал, зная, что если и отвечу, это будет мат. Но он не затыкался: - Или хочешь затащить меня в переулок, чтобы я тебе отсосал? Обернулся даже Энди. Мартин, складывающий в ящик вещи, выпрямился и окинул взглядом нас обоих. - Дэйв, я просто позвал тебя погулять. Хочешь, выпить, хочешь, просто пойти поговорить. - Считаешь, мне нужен личный психолог? Считаешь, я долбанутый и сам уже ни с чем не справляюсь? – он отпрянул от стены и выпрямился, сжимая пустую бутылку в руке. Я выставил ладонь вперёд: - Всё. Закрыли тему. Я понял, ты не хочешь. Всё, Дэйв. - Я не хочу. Ты просто желаешь от меня отцепиться, да? Я, может, просто подстилка для тебя. Когда захотел, погулял, когда захотел, трахнул, да? Гор нахмурился. - Дэйв, хватит. - Ублюдок! – я только успел дёрнуться и сделать шаг в сторону. Бутылка, запущенная в меня с бешеной силой, разлетелась на сотни микроскопических осколков. - Чёрт! – Мартин прижал к животу кровоточащую руку. Энди вскочил и тут же вывел его из помещения.        Так продолжалось день за днём. 22 сентября 1990 года. Алан, я ждала, что рано или поздно, так или иначе ты поднимешь этот вопрос. Тебе не показалось. Ты видел то, что видел. Я больна, сынок, это так. У меня рак. И морфин нужен мне, чтобы не жить с этой болью. Я не смогла сказать тебе это сразу. Может, это и прозвучит напыщенно и цинично, но я так радовалась за вас с Джерри. За вашу дочку, она ведь такая волшебная девочка. Я впервые за долгие годы увидела в твоих глазах счастье. И мне так не хотелось это рушить. Но теперь у меня больше нет времени, чтобы тянуть. Врачи говорят, ещё пара месяцев. Что бы там не было, просто живи, Алан. У тебя есть, ради кого жить. Прекрасная жена, прекрасная дочь. Обещай мне завести ещё детей. Ты очень хороший отец и лучший сын. Спасибо за то, что ни разу в моей жизни не позволил мне стыдиться за тебя. И помни, какими бы густыми не были тучи, из-за них всегда выглянет солнце, просто нужно ждать. Я всегда буду любить тебя, Чарли.

Мама.

      Вышло так, что после этого письма, я встретился с ней только на похоронах. Отец умер спустя неделю, хоть врачи сказали, он был абсолютно здоров.