Защити меня.

Изуку домывает посуду, когда сзади раздаются шаги. Вздрогнув, девушка оборачивается и робко улыбается Киришиме, вновь поворачиваясь к нему спиной, и убирает тарелку. — Как охота? — спрашивает она. — Не очень, — Эйджиро подходит к Мидории ближе и замирает у неё за спиной, робко прикасаясь пальцами к левой лопатке. — Как твоя рука? — Она вчера немного болела, но это, наверное, из-за погоды, — Изуку не оборачивается и нервно вцепляется в раковину. — Я же говорила, что рука зажила и всё хорошо. Сердце в груди начинает быстро биться от близости с Эйджиро, от его прикосновения и лёгкого дыхания, что касается открытой шеи. Он так близко, что хочется развернуться и прижаться к нему. Но Мидория не имеет права. За эти полтора месяца, что они вместе, Киришима ни разу не коснулся её. В основном он переживал за её руку. Но Изуку было достаточно и того, что Эйджиро рядом с ней. Она считала себя недостойной быть рядом с ним, но Киришима никуда не уходил, не оставлял ни на минуту. Место, в котором они поселились, находилось в какой-то глуши. До ближайшего городка было далеко, да и люди в этих землях предпочитали жить вдали друг от друга и не нарушать чужих территорий. — Изуку, — тёплые губы нежно касаются шеи, оставляя приятный поцелуй. Мидория шумно выдыхает и жмурится. Она счастлива. Очень счастлива. Но Изуку не хочет, чтобы Киришима касался её. Она грязная перед ним. Сколько клиентов у неё было? — Не надо, — Изуку выскальзывает из любимых объятий и отходит в сторону. Но Эйджиро не отпускает её, прижимает к кухонному столу, не давай уйти. — Я противен тебе? — в его глазах сожаление и вина. — Я не смог предотвратить то, через что тебе пришлось пройти, я не поверил тебе, когда следовало бы… Если бы я не…. — Пожалуйста, — Изуку робко заключает его лицо в свои мягкие ладони, — не говори так. Ты сделал столько, чтобы вызволить меня. Ты спас меня, ты… Эйджиро подаётся вперёд, порывисто целует Мидорию. Но Изуку сперва отвечает на поцелуй, а потом отворачивается, закрывая рот ладонью. — Нет, не надо. Ты… ты не представляешь, что мне приходилось делать. Пожалуйста, ты не можешь. Это не отпускает, продолжает тянуть на дно, возвращая в кошмары. Не смотря на то, что рядом с Киришимой Изуку стала спать нормально, а ведь они даже не делили одну кровать на двоих, прошло не так уж и много времени, чтобы Мидория начала забывать. — Изуку, — Эйджиро поворачивает её лицо на себя. — Я люблю тебя. Тебя беспокоит то, что ты была проституткой, верно? Что множество мужчин занимались с тобой сексом, что трогали тебя. Но ты не выбирала этот путь. И ты не должна винить себя. Я не такой святой, чтобы ты шарахалась от меня, будто грешница. Я выбрал тебя, я выбрал быть с тобой. Он замолчал, тяжело выдохнув. Это то, на чём они запинались, и не могли продвинуться дальше. Эйджиро не знал уже как доказать Изуку, что для него она всё. Что её прошлое для него не важно. — Хорошо, я не буду прикасаться к тебе, если тебе это противно. Но будь честна со мной, Изуку! Это не должны быть твои тараканы в голове, страхи или стыд. Ты должна понимать и осознавать, что я тебе противен. Мидория тяжело дышит. Это совершенно нечестно! Киришима хочет заставить её сказать ему, что противен он ей? — Я не хочу тебя, — собрав всю волю в кулак, говорит Изуку. Потому что так правильно. Только таким способом она будет держать от себя Эйджиро подальше. Киришима хмуро смотрит ей в лицо несколько секунд, словно девушка вот-вот передумает и скажет, что ошиблась. Он отворачивается и что-то внутри Мидории обрывается. Она не хочет, чтобы он уходил. Изуку даже протягивает руку, чтобы коснуться Эйджиро и попросить остаться. Но Киришима сам резко разворачивается к Мидории, прижимаясь тесно и целует, в этот раз грубо и уверенно. Изуку задыхается, цепляется за него, словно боится, что Эйджиро вот-вот уйдёт, но Киришима не уходит, целует более страстно, вызывая приятную дрожь в теле, а затем сажает Мидорию на кухонную тумбу. — Эйджиро, — хрипло выдыхает Мидория, когда Киришима начинает покрывать её шею поцелуями. Она нервно сглатывает, когда он стягивает с неё трусики, даже слегка привстаёт, опираясь на руки, чтобы упростить ему задачу. — Какая же ты обманщица, — Эйджиро задирает юбку выше, оголяя белые бёдра, и разводит ноги шире, размещаясь между ними. — Говорила, что я тебе неприятен… — Что? Нет!... — Изуку вздрагивает, когда губы Киришимы касаются её половых губ. — Пожалуйста, только не так! — Люблю в тебе всё, и для меня ты самая чистая, — говорит Эйджиро, языком дотрагиваясь до клитора. Изуку выгибается, желая свести ноги вместе. Но Киришима держит. Его язык дразнит и ловко ласкает её, заставляя дыхание сбиться, дрожь в теле становится неконтролируемой. — Не надо, — просит Мидория, пытаясь отстранить его голову. Но Эйджиро сдвинуть невозможно. Его движения ласковые и нежные, они заставляют терять голову. Ощущения настолько новые и сильные, что Мидория теряется и перестаёт сопротивляться, лишь прогибается в пояснице сильнее, пальчиками зарываясь в волосы Киришимы, и с силой стягивает их, подавляя собственные постанывая. — Хватит, хватит, пожалуйста, — просит Изуку, уставившись в потолок, чувствуя, как всё тело резко напрягается, а потом его словно охватывает судороги и приятное наслаждение заполняет каждую клеточку её тела. Киришима понимает, что Изуку достигла своего пика, он привстаёт, опираясь на руки, и смотрит ей в глаза. — Зачем? — Изуку отводит взгляд. — Ты не должен был так делать! Я… — Ты моя любимая женщина, — твёрдо говорит Эйджиро. — И мне плевать, если ты не сможешь иметь детей. Плевать на то, сколько мужчин у тебя было. Плевать на многое. Я хочу быть с тобой, и я хочу тебя любить. Позволь мне любить тебя! Ты единственное, что у меня есть в этой жизни. Мидория чувствует на щеках слёзы, но не спешит их вытереть. — Ты же понимаешь, что я не смогу так быстро отпустить своё прошлое? — Мидория наклоняется вперёд, обхватывая его лицо руками, и начинает медленно целовать, начиная ото лба и спускаясь к подбородку. — Меня будет ломать. Настроение постоянно будет меняться, я то и дело буду отталкивать тебя. Я изведу тебя и себя, я… — Мы с этим справимся, — Эйджиро крепко сжимает Изуку в объятиях. — Обязательно справимся. Мидория улыбается и целует Киришиму, притягивая его к себе. В эту минуту страхи и тревоги отходят на задний план, ей хочется слиться с ним воедино, стать тем самым заветным одним целым, наконец почувствовать себя желанной и ощутить это волшебное чувство наконец-то с ним. — Я хочу тебя, хочу, — шепчет Мидория зажмурившись. — Пойдём в спальню, я… — Нам и здесь хорошо. Не хочу ждать, не хочу никуда идти, — Эйджиро снимает футболку и откидывает её в сторону Мидория неловко скользит руками по его плечам и груди, чувствуя под пальцами горячее напряжённое тело. Как сильно она любит его! Как же сильно хочет его! И сейчас она позволит себе всё это без тёмных отталкивающих мыслей о себе самой. Эджиро тянет вниз спортивные штаны, освобождая возбуждённый член. Ему немного неловко под таким взглядом Изуку. А вдруг он сделает что-то, что ей не понравится? Поймёт ли он, что где-то ошибся? Мидория нервно сглатывает и тянет лямки майки вниз, спуская их, расстегивает бюстгальтер и отбрасывает в сторону, оголяя небольшие груди. — Я недостаточно красива для тебя, но… — Мидория прикусывает губу и снова задирает юбку, уже сама разводит ноги и отводит взгляд. — Ты восхитительная! — говорит Эйджиро, слегка подтягивая Изуку к краю, и осторожно входит в неё, напряжённо смотря в лицо Мидории. — Если тебе будет больно или я сделаю что-то не так, то ты обязательно мне говори! — Хорошо, — тихо шепчет Изуку, нервно вцепившись в его плечи и чувствуя, как Киришима наполняет её собой. — Всё сейчас очень хорошо, правда. Эйджиро улыбается, осторожно сжимая бёдра Изуку, и начинает медленные движения, такие плавные, что хочется скрежетать зубами от подобной пытки. — Побыстрее, — просит Мидория зажмурившись и нервно вцепившись в столешницу пальцами. Киришима только усмехается, продолжая делать плавные движения. Он склоняется к женской груди, целуя её и покусывая, вызывая у Мидории тихие стоны. Ему даже не верится, что сейчас всё это происходит в действительности! Он так её искал, так хотел всё исправить… Мидория такая потрясающая и невероятная, полностью его и ничья другая! Больше никто и никогда не причинит Изуку вред! — Я люблю тебя, люблю, — улыбается Эйджиро, смотря Мидории в лицо, а затем начинает ускоряться, позволяя огню в груди разгораться сильнее. Мидория вскрикивает громче, хватаясь за его плечи, и пытается отвечать, неловко двигая бёдрами навстречу. Она плавится, это выше её сил. Изуку не думала, что секс – это так здорово. Она так ненавидела это, испытывала отвращение к любому проникновению, а сейчас сама хотела, чтобы Эйджиро никогда не останавливался. Почему это так хорошо? Изуку уже не пыталась сдержаться, позволяя голосу прорезаться на всю, наполняя комнату своими стонами, позволяя им вырваться из недр души. Позволяя себе быть такой громкой, какой она никогда не могла. И её снова накрыло этим потрясающим новым чувством, она даже не сразу поняла, что Эйджиро тоже получил оргазм. — Это было так здорово, — хрипло ответила Мидория, продолжая держаться за Эйджиро, словно он мог отстраниться и исчезнуть. Нет, она никуда его не отпустит! Юбка и ноги были испачканы, но Мидории впервые это нравилось. — Почему ты не кончил в меня? — Я не знал, как ты к этому отнесёшься, — растерянно отозвался Эйджиро, смотря в глаза Изуку. — Вдруг это загнало бы тебя в ещё большие переживания? — Спасибо, — улыбнулась Мидория и поцеловала его в щёку. — А теперь нам нужно принять душ. Горячая вода вряд ли нагрелась, так что нам придётся идти вместе, чтобы хватило на двоих. Они жили вдали от города, где не было водопровода, а воду можно было нагреть только с помощью электричества. Здесь всё было не так, как в городе. Но хотя бы горячая вода – очень даже большая роскошь! — Я очень даже за, — воодушевлённо отозвался Киришима.