Открытая книга

Как и планировали ранее, девушки выбрали для себя пока просторную комнату с двуспальной кроватью. Конечно, потом, когда дело дойдет до смены мебели, Элис планировала обзавестись нормальным диваном и, поставив его в спальне деда, перебраться туда. Пока же ночевать в полной одинокой стариковской печали комнате совершенно не хотелось, а размещать подругу на продавленном диване в гостиной не очень гостеприимно. Здесь же впечатляющие размеры кровати позволяли комфортно разместиться обеим, а два одеяла не давали друг другу мешать отдыхать. В какой-то момент Элис даже показалась, что она одна лежит на этом масштабном великолепии, но потом успокоила себя, что Полли не могла никуда пропасть, оборачиваться не стала, кровать вроде и не скрипела, но беспокоить подругу лишним шумом не хотелось. Вскоре эта мысль улетучилась, и в голове девушки вяло поплыли переходящие в сны размышления о предстоящим в отдаленных планах ремонте, получившимся светлом и уютном домике, веселых гостях и их добрых шутках. Сонно закинув руки за голову, Полли сначала растянулась на спине, а затем вяло перевернулась на бок, приблизившись к лежавшей рядом подруге, и продолжила уютно сопеть. Удовлетворенное движением девушки потревоженное на миг сознание обрадовалось мысли, что будильник выключен и можно спать дальше, не взирая на огромный список предстоящих дел. Но почему-то Полли пошевелилась еще раз, вытягивая ноги, и приоткрыла глаза, думая, что, возможно, сам организм намекал на то, что пора бы уже вставать. Видный в окно край серого неба намекал, что рассвет уже скоро, но пока он не спешил будить подруг поднимавшимся солнцем, и сумерки еще вовсю властвовали в комнате. Князь Кира представал перед встреченными им на жизненном пути разным. Для одних он - добрый благодетель и самый лучший хозяин земель и людей, для других, в основном гейш и семей, желавших выдать за него одну из своих дочерей, - изысканный аристократ и богатый феодал, для армии - лучший рубака и смелый командир, но многие знали его как кровожадного и сумасбродного тирана, и следовало опасаться его жестоких идеально взвешенных решений. Кем он был на самом деле, где скрывалась правда о князе, не знал никто. Приятный в мужественности своей Кира, не обделенный природной красотой истинного самурая, крепкоплечий в укор многим другим представителям женоподобной знати, проводившей время в сочинении стихов и прогулках, ловкий охотник не только на бегавшую на четырех ногах дичь, он являлся людям таким, каким желал, чтобы его узнали. Возможно, в книге и были еще и другие описания князя, но вспомнилось только это, когда серые глаза Полли встретились с карими раскосыми князя. Завороженная, не зная, где край реальности, а где сна, она сжимала пальцами край натянутого до подбородка одеяла, и с восторженным ужасом взирала на стоявшего у дальней стены ожившего героя. Сумрак рисовал серым бледное чисто выбритое лицо, а остатки ночи и отсутствие света в углу обрисовывало дымкой сумерек непонятный костюм. Тело виделось в каком-то тумане, и только черты лица еще удавалось рассмотреть более-менее неплохо. Вживую князь Кира выглядел еще лучше, чем на качественной иллюстрации хорошего художника. Статный самурай со строгим остроскулым лицом, тяжелым подбородком и орлиным с горбинкой носом выгодно отличался от невысокого и бритолобого героя с картинки. А здесь длинные черные прямые волосы приятно обрамляли лицо, на котором застыла печать полной уверенности в себе и своих силах. Он именно такой, каким и должен быть, и врет иллюстратор, запечатлевший свою фантазию на рисунке. Полли пошевелилась, напомнила о себе затекшая спина - все же неудачно девушка приподнялась на постели. Заподозрив у случайной наблюдательницы попытку встать, утреннее виденье строго покачало головой и приложило указательный палец к губам, а после, когда Полли понимающе кивнула, жестом показало, чтобы она ложилась вновь и спала дальше. И подруга Элис покорилась, кто же будет спорить с любимыми героями? Только глаза никак не хотели закрываться, девушка, приподняла одеяло, делая вид, что укрывается с головой, а сама оставила маленькую щелочку для наблюдения, но и это оказалось замечено. Призрачный гость недовольно покачал головой и устрашающе двинулся в сторону кровати. Даже сон испугался гнева князя Киры и милостиво забрал Полли в свои объятия. *** - Завтрак готов, - Элис склонилась над недвижимым телом подруги и даже тронула ее за плечо, но так и не дождалась ответной реакции. Девушка уже не первый раз кликала Полли, но раньше могла списать все на то, что с первого этажа ее голос плохо долетал до второго, но сейчас, когда в непосредственной близости подруга не могла услышать – это уже нонсенс. - Пора вставать! Голос стал громче, но и теперь спящая не шевелилась. Ее теплое, все еще дышавшее тело наводило Элис на одну-единственную мысль: надо срочно вызывать скорую. Что бы ни случилось с подругой, отчего бы ни возникла такая реакция, только врачи в этом смогут разобраться. Девушка схватила с тумбочки мобильный и почти набрала срочный номер, как Полли открыла глаза: - Что ты здесь мечешься? Поспать не даешь. - А ты разве спишь?! Я кричала, звала тебя! Ты не отвечала! - Ну, не отвечала. Мне снился замечательный сон – сам князь Кира, как будто он зашел к нам в гости. Сначала он мне привиделся вечером – я же ушла вниз немного почитать, не могла заснуть да и вообще так хотелось узнать, что будет дальше, - а потом как будто он появился в этой комнате и смотрел на меня. Представляешь? Так-то он вообще по книге пришел к Яиои, но мне снилось, что именно я – его цель, и он был здесь, стоял вон в том углу, - Полли махнула рукой в означенном направлении, куда по инерции обернулась и Элис, - и смотрел на меня. Правда, кажется, он вообще остался не очень доволен тем, что я его видела. - Ой, ладно, фантазерка, чего только не приснится. И наверняка ты и внизу заснула с книгой, раз сначала увидела его там, а потом уже досмотрела сон в постели. Еще хорошо, что ты лунатизмом не страдаешь, а то отправилась бы гулять со своим книжным князем, а я бы вас потом по всему городу искала. Серьезная Элис устало фыркнула, а Полли с веселым смешком плюхнулась обратно на подушку. А почему бы и правда не погулять с князем по ночному Нью-Йорку? Красавица Яиои осталась навеки запечатанной в страницах книги, придавленная гнетом тысячи букв, а раз Кира смог оттуда вырваться, то ему наверняка потребуются услуги экскурсовода в незнакомом месте. И Полли, добрая душа, готова ему помочь. Конечно, глупости все это, сны, не более того, но кто запретит человеку мечтать? *** - Кажется, мы вместе разбираем вещи, - как-то подозрительно недовольно заметила Элис, отправляя в большой мусорный пакет комок неопознанных намертво слипшихся тканей. - Ага, - отозвалась Полли, не отвлекаясь от осмотра старой книги. - Отложи, потом почитаешь, я же ее не выкидываю. Только, пожалуйста, давай подготовим хоть какое-то пространство для жизни, а уже потом ты удовлетворишь свою любовь к старым книгам. - Ага, - меланхолично согласилась девушка, не выпуская раритет из рук, а жадно проглатывая глядевший на нее текст. Устроившаяся наверху стремянки Полли выбрала для себя разбор книжного шкафа, предоставив подруге все остальные горы старья, и вот первый же попавшийся экземпляр ее впечатлил, заставив вообще отказаться от дальнейшего продвижения в деле уборки. Элис уже устала с ней бороться, постоянно напоминая, зачем они тут собрались, это не действовало. Подруга продолжала спокойно читать. - Это японская поэзия, - наконец довольно пояснила девушка в ответ на очередное замечание подруги, - твой дед знал японский? - Ты хочешь сказать, что ты его знаешь, раз читаешь? – саркастично отозвала Элис, заталкивая в шелестевший пакет порванный старый свитер, наверняка принадлежавший ее родственнику. - Нет, читаю я на родном, но вот тут есть пометки по-японски карандашом, интересно, что в них? - Пометки? – Элис удивленно поднялась на несколько ступенек, пытаясь заглянуть в книгу. - Где? Покажи. - Вот. - Это почерк не деда. Он присылал мне письма, когда я была маленькой, точно не его рука. Может, давал кому почитать? - Может, и хорошо, что книгу вернули, стихи потрясающие! Ладно, ладно, не смотри так на меня, хорошо, я помогу тебе разобрать шкаф с одеждой. Хотя, наверное, оттуда сразу все можно выкинуть, - оставив книгу на верхней перекладине стремянки, Полли спустилась к подруге, - ну, вот, ты тут все раскидала, даже вазу завалила. - Вазу? – Элис наморщила лоб. - Да, вазу, ту самую, которую я нашла вчера, помнишь? - Вчера помню, а сегодня… Не сговариваясь, девушки руками бросились выгребать вытащенный из шкафа хлам в центр комнаты, пытаясь освободить то место, где еще вчера оставалась стоять ваза. Ничего! - Не могла же она пропасть! – в ужасе воскликнула Элис, волнуясь не за исчезнувший предмет, а за их собственные жизни и другие ценности, те же деньги и документы могли стать наживой для подозреваемого вора, - но дверь и окна, все позакрыто! - Черт, а хорошая была ваза, - Полли удрученно закусила губу и, вдруг взглянув в зеркало, радостно вскрикнула, - так вот она! За креслом! - Только кто ее туда поставил? - Не знаю. - А я знаю, у кого-то все-таки развивается лунатизм на почве ночного чтения! Сегодня я тебя к кровати привяжу, чтобы ты спала, а не ерундой занималась! - Ой, напугала, - но Полли на всякий случай отошла от разозленной подруги и довольно погладила бок обретенной ценности. При свете дня краски казались еще ярче, а изображение еще более реалистичным, а заодно проникшее в темноту нутра вазы солнце обнажило странный сюрприз. - Кажется, у нас есть улика, - фраза вырвалась у девушки сама собой, возникшая мысль произнесена вслух, и уже напуганная Элис подскочила к подруге. Запустив тонкую руку внутрь, Полли извлекла смятую ткань белого со следами ошметок пыли цвета. Развернутая находка оказалась футболкой большого размера, с ее лицевой стороны на девушек взирала странная зеленая морда, принадлежавшая не то вымершему динозавру, не то герою какого-то фантастического фильма – зеленая кожа, плоский нос и синяя повязка с прорезями для умных серьезных глаз. Сделанная курсивом надпись в нижней части футболки гласила: «С Днем рождения, Леонардо!» - Наверное, была вечеринка в стиле чего-то с участием этого зеленого типа, - заметила Полли, брезгливо понюхав одежду, - кажется, чистая. - Ты что, носить собралась? – удивилась Элис. - Нет, конечно. А вот мистера Гроссмана ты обязательно спросишь, не видел ли он на ком-то такую? Что-то не нравится мне идея о моем лунатизме, скорее, поверю, что в доме ночью кто-то побывал. Наверняка собирался забрать твою вазу, но она же тяжелая, вот он и смог ее дотащить только до кресла. Умаялся, стянул с себя футболку и сунул в вазу, собираясь забрать все вместе, но почему-то не забрал. Может, я его спугнула, когда спустилась сюда почитать. Вообще не помню, где стояла тогда ваза, может, и за креслом? Элис тяжело опустилась на сидение. Да, вполне вероятно, что у Александра Ферфакса хранились и хорошие дорогие вещи, чем-то он ведь торговал, не рваными же кофтами, и кто-то после его смерти задумал забрать то, что не получил до нее. Обратиться в полицию? Они установят слежку за домом? Вряд ли, часто нераскрытыми остаются более страшные дела, а тут и не украдено ничего, лишь только одно подозрение на преступление. - Хотя… наверное, это я ее переставила, - вдруг изрекла Полли. - Я уже хотела пойти в полицию, а поведу тебя в итоге к врачу! – негодуя на подругу, взревела Элис, вскакивая с кресла, - наверняка и футболка твоя! - Нет, футболка точно не моя. А вазу я действительно двигала, только мне кажется, что не так далеко. Она сильно бликовала, когда я зажгла лампу, вот и малость переместила. - Я с тобой с ума сойду! - Честно, футболка не моя. Да и стала я бы ее в вазу засовывать? - Я уже не знаю, может, и стала бы! - Нет, точно нет, - Полли попыталась максимально невинно посмотреть на Элис, - скорее всего, она давно там покоилась, мы же вчера руками в нее не лазили. Я и сейчас-то случайно увидела, что там что-то есть. А так нашли бы еще вчера. - Но ночью я тебя все же привяжу к кровати. - ОК, если так тебе будет спокойнее. Только тогда сама мне немного почитаешь, хорошо? Полли довольно захихикала, позволив себе небольшую шутку, увидев, что подруга вполне успокоилась, когда выявилась причина произошедшего.