POV Алек
Я услышал её крик, доносящийся из комнаты Джейса, и даже не заметил, как уже через секунду распахивал дверь, взглядом ища рыжую копну кудрявых волос. — Клэр, что у вас тут? — мельком оглянув комнату я обнаружил Фрэй безмолвно стоящую у окна, её ручки были сжаты в кулаки, костяшки пальцев побелели от напряжения. Она не отвечала, — Саймон? Льюис лишь развел руками и вышел из комнаты, ничего так и не объяснив. Прикрыв за ним дверь я подошёл к Клариссе и осторожно развернул к себе. Выражение её лица меня насторожило. Слёз не было, губы сжаты в тонкую полоску, все мышцы напряжены, отчего скулы на худеньких щеках выступали ещё сильнее. Казалось, она была в ярости. И это было бы понятно, но её молчание и безумный, озлобленный взгляд пугали меня. — Клэри, прошу, ответь мне. — А что ты хочешь услышать? — её зеленые глаза сосредоточились на мне. Трудно было выдерживать этот колкий и холодный взгляд, — Что всё в порядке и я сейчас же найду Джейса? Такого ответа у меня нет! И я, черт возьми, не знаю что делать. — Тише. Мы справимся... — Нет. Никаких мы. Я знаю, что могу и должна сделать в одиночку. — Клэр, во имя Разиэля, что ты несешь? Ты ничего не должна делать одна. Я буду с тобой. —Но я этого не хочу. Эти слова резанули по сердцу, заключая всё моё существо в железную клетку, обездвиживая и обезоруживая. Я мог лишь смотреть за тем, как она удаляется. — Когда ты найдёшь его, то всё будет как прежде? Ты вернёшься к Джейсу? Ответь. Махнув рыжей копной волос, она развернулась и прошептала какие-то слова на иврите. Гул стоял у меня в ушах и я не мог разобрать её слов. А затем она ушла и я остался один.POV Джейс
Было чертовски неправильно с моей стороны обращаться к Магнусу, учитывая то, что они с Алеком расстались. Но мне сейчас было плевать. Он ведь не думал обо мне, когда спал с Клариссой. Так почему я, спрашивается, должен хранить те отношения парабатев, которые он самолично порушил? — Так зачем ты пришёл, Джейс Эрондейл? — Верховный Маг Бруклина протянул мне кружку с дымящейся жидкостью. — Я не выпить пришёл, — я махнул рукой и кружка, что мне протягивал Магнус, полетела на пол. Кофе разлилось, топя в себе осколки и белоснежный ковер, — И не обольщайся, от Алека передачек тоже нет. Магнус прикусил губу, явно предотвращая перепалку, которая вот-вот могла бы возникнуть. — Что-ж, тогда тебе нужно что-то по части магии, я ведь прав? — Видимо прав. Мне нужен портал. — Но зачем? Из института вроде не вызывали, к тому же там сейчас полно своих магов. — Мне нужно, чтобы ты открыл портал в одно особенное место. И чтобы этот портал и меня в нём никто не засек. Магнус повел бровью и достал из некого подобия бара под кофейным столиком бутылку неизвестного мне пойла. — Может, ты был прав. И кофе действительно не для этого случая.ПОВЕСТВОВАНИЕ ОТ ТРЕТЬЕГО ЛИЦА. АВТОРСКАЯ ПОЗИЦИЯ.
Нью-Йорк погружался в темноту. Она, словно бы вязкая жижа, заливала собой высотки, длинные улочки, линии из машин на дорогах. Начинали светиться фонари, но им едва-едва удавалось отогнать её от небольших углов. А потому, всё вокруг изменялось, перевоплощалось и оголялось. Правда, мысли, желания, слова. Ложь не выживает под нападками тьмы. В такое время обнажается лишь горькая правда. Обыкновенные тени вдруг начинают казаться зловещими, а за каждым углом мерещиться монстр или убийца. Сердце от страха начинает биться быстрее, и все чувства обостряются. С самого детства нам читали сказки о том, что тьма скрывает собой монстров. А затем уверяли, что всё это ложь. Но ведь всем нам известно, что ночь не терпит её. Так, может быть, всё это правда. Тьма раскрывает наши души и показывает миру настоящих монстров. Только вот вы вряд ли их увидите. Вы ведь никогда их не видели, правда? Почему? Да потому что настоящие чудовища живут не под кроватью, и не в самых тёмных углах комнаты, они живут в нас. Ведь самые настоящие монстры — это мы сами. И поэтому нам так четко мерещиться, будто бы ночью правду сказать гораздо лечге. Мы чувствуем, как тьма обезоруживает и делает явным всё тайное. Какая ирония. Но, может, мы так плохо видим в темноте по причине того, что правда, которую она в себе хранит, не должна быть нам доступна.