Часть 2
16 октября 2017 г., 16:44
В ирландском пабе на Четвёртой авеню в пятницу было не протолкнуться. Служащие, студенты, белые воротнички — тут собирался самый разный народ, в основном, потому что пиво в пабе варили на удивление вкусное, да и стоило оно дешевле, чем в других местах. Из развлечений в заведении были только бильярд, старенький музыкальный автомат да телевизор, висевший прямо над барной стойкой. Сотрудники балтиморской тюрьмы открыли для себя это место около года назад благодаря Дуэйну Тейлору — старшему охраннику блока «Р», пригласившему коллег отпраздновать в пабе своё пятидесятилетие. С тех пор почти каждую пятницу кто-то из своих звал Сару пропустить по «стаканчику с прицепом». Так местные завсегдатаи называли пиво со скотчем — коктейль, который быстро помогал забыться, а после — крепко заснуть в конце трудной рабочей недели.
Когда Сара под руку с Сэмом Гревье вошла в шумный и насквозь прокуренный зал, за стойкой их уже ожидал Росс, с кислой миной потягивавший минералку через соломинку.
— Ну и что за херню ты тут хлебаешь, малыш? — усаживаясь рядом, спросил Сэм, косясь поверх очков на его стакан.
— Содовую с лимоном, — Росс небрежно махнул рукой, подзывая бармена.
— Правда, что ли? — хмыкнул Сэм, забирая стакан. — Ты чё, баба? Может, член сразу пососёшь?
— Очень, блядь, смешно, — он вымученно скривился. — Мне к понедельнику надо составить ебучий рапорт ебучему майору, а я так на Питерса ничего и не нарыл. Придётся завтра весь день проторчать в картотеке, ещё объехать тех охранников, кто за это время успел уволиться.
Росс поднял глаза и умоляюще уставился на обоих, точно щенок, оставленный хозяином под проливным дождём.
— Может, вы, ребята, помогли бы мне, а? С документами и рапортом. Я его почти написал, но убей не пойму, как приплести к этому делу тюремное начальство. По документам и со слов свидетелей этот сукин сын Питерс чист как грёбаный младенец.
Глядя на беднягу Росса, Сара подумала, что помощь кого-то более опытного ей бы тоже не помешала, только вот обратиться за консультацией к доктору Костелло, срочно улетевшему в Бостон на какой-то симпозиум, она теперь не могла.
— Гревье, слушай, ты же умник, может, хоть одним глазком глянешь, что у меня там и как? А ты, Сара, обзвонила бы бывших сотрудников, ведь один чёрт знает, где их теперь искать? Ну же, ребята, соглашайтесь! С меня шикарный ужин в «Чарльстоне», ну и вся сегодняшняя выпивка тоже за мой счёт.
Сэм перевёл взгляд на Сару и, лукаво подмигнув ей, сказал, ласково потрепав Росса по щеке:
— В служебных взаимоотношениях такое, богатенький белый мальчик, называется потаканием.
— Так потакай мне, детка, иначе я никогда не найду эти сраные доказательства, — он опять подозвал бармена и крикнул, хлопнув Гревье по плечу: — Чарли, подай-ка нам три кружки тёмного с прицепом и тарелку острой вяленой говядины для начала.
— Надеюсь, милая, вечернее платье для ресторана у тебя есть? — спросил у Сары Сэм, залпом опрокидывая первую стопку.
— Если и нет, — она саркастично улыбнулась, — возьму напрокат у моей сестры Симоны. Как-то для похорон декана она выручила меня дорогущей чёрной сумочкой от Луи Витон.
Примерно через три часа все трое уже находились на улице возле входа в паб. Изрядно подвыпившая Сара, покачиваясь, стояла, опершись на плечо Сэма, пока Росс блевал в мусорный бак за углом.
— Господи, и чего это мы так накидались? — неловко подвернув каблук, Сара рассмеялась, едва не вывихнув лодыжку.
— Спокойно, девочка, скоро ты будешь дома, — Сэм быстро поставил её на ноги.
— А Жанетт тебя пилить за выпивку не станет? — пытаясь найти равновесие, Сара снова хихикнула. — Не дракониха она у тебя, случайно, нет?
— Эй, детка, ты где таких слов понахваталась? — махнув проезжающему таксисту, Сэм взглянул на часы.
Когда такси остановилось, он попросил усатого водителя-индуса немного подождать.
— Дензел Джексон просветил, — Сара машинально полезла в сумочку, проверить, на месте ли бумажник, — девчонка у него та ещё стерва психованная.
— Кто бы мог подумать, верно? — Сэм по обыкновению взглянул на неё поверх очков. — Посидишь в машине или прогуляешься со мной до баков?
Сара решила, что болтать с таксистом в её состоянии было бы слишком опрометчиво, а сидеть молча ей сейчас не хотелось.
— Сэм, я вот все думаю об этом мальчишке, Лэйни Киче, — она взяла его под руку и поковыляла рядом, крепко ухватившись за рукав добротного твидового пиджака. — Знаешь, он оказался не таким уж и отморозком. Серьёзно, со слов Дензела, Лэйни даже в школу хотел вернуться. Почему же он тогда пошёл на убийство? И почему, имея при себе оружие, Джексон в него не стрелял? Смотри, Дэя Коротышка уложил одним выстрелом, а в Дензела палил трижды и, можно сказать, куда попало. Если он хотел стрелять на поражение, как вообще можно было промахнуться и не попасть в голову с десяти шагов?
Пока Сара, повиснув на руке Сэма, тараторила без умолку, тот дотащил её до мусорных баков, возле которых на грязном асфальте уже растянулся Росс, похоже, готовый там и уснуть.
— Ну и хули ты творишь, мать твою? — Сэм оставил Сару обниматься с фонарным столбом, а сам нагнулся над Россом и, силясь поднять его, потянул за отвороты кожаной куртки.
Явно не желая вставать, тот издал нечленораздельное мычание, но, уступив натиску, всё же с трудом открыл глаза.
— Оставьте меня здесь, ребята, я в норме, только немного отдохну…— стараясь снова улечься, он мучительно икнул, — вот тут.
Оглядевшись по сторонам, Сэм со сдавленным смешком всплеснул руками. Сара сообразила, что лучше бы она всё же осталась в машине, потому что тащить их обоих Сэму точно будет трудновато.
— Блядь, Росси, белый ты сучонок, вот встретил тебя и жизнь пошла по пизде, — он с трудом оторвал Росса от земли и, заставив встать, закинул его руку себе на плечо. — Сара, тебе придётся идти очень аккуратно, милая.
Она понимающе кивнула и тихонько засеменила следом.
— Ох, Сэм, когда ты так матюгаешься, то прямо как папаша мой, чесслово, — промямлил Росс, с трудом передвигая ноги. — Слышь, если я щас домой вернусь, он же мне яйца нахрен отгрызёт.
— Поедешь ко мне, сынок, — Сэм выразительно возвёл глаза к небу. — Жанетт постелет тебе в подвале, чтобы дети утром от перегара не задохнулись.
— М-м… Как скажешь, старик, вообще, я и на полу могу… Только это, тазик принеси, а то, ну, мало ли что.
Когда такси притормозило у симпатичного дома в хорошем, спокойном районе, Сара не без труда открыла глаза. Достав из сумочки телефон, она рассеянно взглянула на дисплей — шёл второй час ночи. Рядом, уронив голову ей на плечо, тихонько похрапывал Росс. Так как с самого начала все попытки усадить его прямо оказались тщетными, Сара сдалась, решив, что её блузке всё равно пора в стирку.
— Ну вы просто голубки, — усмехнулся Сэм, протягивая водителю деньги. — Девушку отвезите в Польский квартал, тут недалеко. Этого должно хватить, вот, даю ещё десятку сверху за ваше беспокойство. И не уезжайте сразу, пусть сначала войдёт внутрь.
— Какой разговор, сэр, — индус бодро закивал, пряча купюры, — прослежу, как за собственной дочкой.
В этот момент в доме на первом этаже зажёгся свет, а потом на крыльце появилась Жанетт в шёлковом халате и косынке, стягивающей копну чёрных курчавых волос.
— Ой-ой, — Сара взглянула на Сэма с сочувствием, — похоже, настроена она решительно.
— Ничего, милая, — обернувшись, он лукаво подмигнул. — На горячий супружеский секс я сегодня всё равно не рассчитывал.
Когда Сэм вытаскивал из машины полностью обмякшего Росса, тот на секунду очнулся и пробормотал, видимо, не вполне понимая, где находится:
— Сэмми, мы… что, к нам в Управление приехали? Копаться в ебучем деле моём, да? — он обвёл вокруг себя пальцем. — Только чё-то эти милые домишки не сильно похожи на грёбаный Западный Балтимор.
— Когда ты в такое говно, детка, ебучее дело может и подождать, — Сэм снова закинул руку Росса себе на плечо и, махнув на прощание Саре, поволок его к дому под испепеляющим взглядом жены. — Для начала ты проспишься, а завтра я как можно нежнее покажу, сколько всего чудесного о работе копа ты, мелкий засранец, пока ещё не знаешь.
Машина тронулась, и, глядя на удаляющийся дом четы Гревье, Сара почему-то взгрустнула. Ей вспомнилось, что в маленькой, арендованной у троюродной тётки квартирке, её ждала только золотая рыбка Гэри и вечно работающий радиоприёмник. Сара оставляла радио включённым, когда уходила куда-то по вечерам, потому что под бодрый голос ди-джея и танцевальную музыку заходить в тёмную прихожую было не так тоскливо.
Снова уткнувшись в телефон, она бегло просмотрела смс-сообщения. Вопреки ожиданиям, первое же оказалось от мамы из Вашингтона. «На уикенд папа устраивает семейный ужин в честь нашей годовщины. Симона очень занята, а мне нужна помощь. Перезвони, как сможешь. Целую».
— Просто превосходно, блядь, — она с досадой швырнула телефон обратно в сумочку.
— Плохие новости, мисс? — участливо спросил водитель, взглянув на неё в зеркало заднего вида.
— Да нет, как раз хорошие, — Сара тяжело вздохнула и уставилась в окно.
Старшая сестра была для Сары главной соперницей чуть ли не с самого рождения. Симона появилась на свет на четыре года раньше, и к тому моменту, когда младшая только-только начала соображать, уже считалась в семье чуть ли не вундеркиндом. Сама о себе Симона говорила только в превосходной степени, поэтому маленькой Саре надлежало во всем быть похожей на умницу и красавицу сестру. «Ты слишком глупая, французский не осилишь» или «Не надевай узкие джинсы, а то все увидят, что у тебя кривые ноги» — эти и другие фразы Симоны с детства врезались в память впечатлительной Сары. Конечно, у сестры были и хорошие качества, например, она без капли сожаления дарила свои дорогие наряды, туфли и сумки и совершенно не умела лгать, но её капризы и самовлюблённость даже родители выносили с трудом.
Разумеется, помогать страдающей артритом маме готовиться к приезду гостей, натирать полы, мыть окна, готовить и начищать столовое серебро Симона не собиралась. Встречи с докучливыми родственниками сестра попросту игнорировала. А значит, всю домашнюю работу в который раз предстояло в одиночку переделать усталой и издёрганной Саре, которая вдруг почувствовала себя ужасно несчастной.
Она живо представила своих многочисленных тётушек и их назойливые расспросы о том, хорошо ли продвигается её карьера и скоро ли она наконец-то выйдет замуж. И хотя Сара давно заготовила правильные ответы, все кругом знали: ни хорошей работы, ни перспективной должности, ни даже постоянного парня у неё не было.
— Простите, сэр, как, по-вашему, почему в этом мире одни люди получают всё, а другие вечно в проигрыше?
Задав вопрос, она едва не шмыгнула носом. Сара понимала, что ведёт себя, как последняя эгоистка: злиться на Симону глупо, в конце концов, она просто живёт своей жизнью, и не её вина, что младшая сестра не умеет говорить родителям «нет». Но Сара всё равно чувствовала обиду, как в тот раз, в детстве, когда Симоне за хорошие отметки в школе подарили милого щенка спаниеля, а Саре, которая не только прилежно училась, но ещё и старалась помогать маме по дому, отдали старую, едва живую черепаху какого-то переехавшего в Нью-Йорк приятеля отца.
— Наверное, такова их судьба, мисс, — он достал из бардачка сигареты и вежливо предложил ей. — Есть люди везучие, как мой деверь Кишан — он вечно в лотерею выигрывает, и отец его такой был, и дед — как-то у себя во дворе золотой зуб нашёл. А есть как моя сестра Марджана, которая два раза была замужем, и оба за алкашами. Или бывает так: сегодня тебе не повезло, зато завтра, глядишь, дела пошли в гору, может, и у вас так случится, мисс, вешать нос никогда не стоит.
Забирая сигарету, Сара благодарно кивнула. Курила она редко, но если на душе делалось слишком гнусно, позволяла себе пару затяжек. Снова достав телефон, она не раздумывая набрала сообщение Гэри Романо — своему бывшему, с которым рассталась ещё будучи студенткой. «Пожалуйста, перезвони мне. Сара».
Перечитав сообщение примерно десять раз, и раз пять переправив «позвони» на «перезвони» и обратно, она всё-таки решилась отправить смс.
«Плевать, — нажимая кнопку, Сара набрала в лёгкие побольше воздуха, — в конце концов, сейчас я пьяненькая, могла ведь и номером ошибиться».
***
Её разбудило дребезжание сотового на тумбочке. За окном ещё даже не рассвело, поэтому, кое-как разлепив веки, Сара не сразу сообразила, который час. Первая мысль была о том, какая же она дура, что написала Гэри то идиотское смс. Звонил, разумеется, он. Маму или сестру в такую рань разбудило бы разве что падение во двор метеорита, а поскольку никто другой по личному номеру её уже давно не беспокоил, Саре, очевидно, предстоял разговор с парнем, которого она всячески избегала более пяти лет. Кое-как оторвав голову от подушки, она нащупала телефон, но, взглянув на дисплей, увидела совершенно незнакомый номер. — Я вас слушаю, — сказала Сара, очень стараясь, чтобы язык не заплетался. — Здравствуйте, мисс Неплер, — низкий, сипловатый голос в трубке показался ей смутно знакомым. — Это телефон медсестры, не знаю, сколько там на счёте, так что времени у меня немного. — Мистер Джексон? — Сару вдруг осенила догадка. — Надеюсь, речь пойдёт о вашем убийце? Происходящее казалось настолько нереальным, что остатки сна сняло как рукой, и даже головная боль как будто стала меньше. — О моём дружбане вообще-то, — он принуждённо кашлянул. — Как он там, мисс? — Боюсь, в вашем случае это одно и то же, — сев на постели, Сара зябко поежилась и потянулась за халатом. — Ну, насколько мне известно, мистер Кич держится неплохо. Вы что-то хотели мне сообщить? Повисла пауза, во время которой Сара слышала лишь его напряжённое дыхание. Дензел явно сомневался, и потому молчал, подбирая слова. — У Коротышки были основания желать нашей смерти. Если скажу правду, могу я попросить об одной услуге? Сара не поверила своим ушам. Возможное признание означало одно из двух: либо дела Дензела настолько плохи, что ему придётся идти на сделку со следствием, либо имеет место некий личный мотив, обсуждать который с Чейни или со своим адвокатом он не захотел. — Попросить можете, — она вздохнула, — но, Дензел, я далеко не всесильна. — Если признаю, что реально подставил его, парня ведь всё равно не отпустят, так? — в его тоне Сара почувствовала горькую иронию. — Нет, но если присяжные сочтут это смягчающим обстоятельством, срок могут сократить лет на пять или шесть. Дензел снова замолчал, по-видимому, обдумывая услышанное. Сара поднялась с постели и, сунув ноги в домашние туфли, побрела на кухню заваривать кофе. — Ясно… — наконец выдохнул он почти шёпотом. — Вы ведь вроде психолог, да? — Вроде того, — она невольно усмехнулась. — Что, если я сильно перед кем-то облажался и, например, хочу, чтобы тот человек меня… ну, что ли, простил. Вы бы смогли его убедить? Не дойдя до кофеварки каких-то пару шагов, Сара сосредоточенно нахмурила лоб и машинально опустилась на табурет. — Речь о Лэйни Киче? — она взяла огрызок карандаша и, оторвав кусок бумажного полотенца, вывела на нём замысловатый зигзаг. — Предположим, что да, — на другом конце города Дензел наверняка кивнул. Старательно закрашивая только что нарисованный кубик, Сара представила себе лицо Дензела Джексона. Его мимика была не такой богатой, как у Лэйни, но несколько его характерных выражений она успела подметить, например, то, как он упрямо поджимал губы, совершенно по-особому отводил глаза или вдруг улыбался, словно невпопад, становясь похожим на беззаботного мальчишку из младшей школы. — Это зависит от того, что вы сделали, Дензел, — Сара нарисовала новую закорючку. — На прощение нужно время, а у мистера Кича в тюрьме его будет предостаточно. Говоря иначе, шанс у вас есть. — Ещё вопрос, мисс, — тут же раздалось из трубки. — Если я пойду на сотрудничество по делу о перестрелке, какова вероятность, что после приговора меня посадят в Балтимор, а не куда-то ещё? Сара встревоженно оторвала взгляд от бумажки. Если Дензел действительно рассчитывал отсидеть срок в балтиморской тюрьме, его беспечность была равносильна самоубийству. — Честно говоря, сейчас это маловероятно. Даже если вы организатор той стрельбы, пострадал в ней только случайный прохожий, и ваш ловкий адвокат, скорее всего, убедит присяжных, что имело место превышение необходимой самообороны или убийство по неосторожности. Кроме того, в Балтиморе Лэйни снова попытается вас убрать. Поэтому я же первая буду против того, чтобы вы двое находились в одной тюрьме. Сейчас друг для друга вы потенциальная угроза, и не считаться с этим нельзя. — Поймите же, мисс! — судя по тому, как резко поменялся его тон, нервы Дензела были на пределе. — Я предал его, подставил, ясно?! Мне тогда казалось, что всё, что мы делали, нихуя не правильно, типа, не по понятиям вообще никак! Я просто хотел соскочить. А тут ещё Таша сказала, что ребёнок от меня… Блядь, и что мне было делать?! — Дензел, простите, но я действительно вас не понимаю, — Сара напряжённо сжала карандаш. «Что бы там ни было, — твердила она себе, как заклинание, — не наталкивай его на ответ». Сейчас Дензел должен был рассказать всё сам, без посторонней помощи. В противном случае он неосознанно может подтвердить или наоборот опровергнуть то, что она ожидает услышать, а значит, солжёт и снова замкнётся, только теперь уже навсегда. — Блядь! — его громкий раздражённый голос прервал ход размышлений Сары. — Это нельзя говорить на грёбаном суде, вы же понимаете, где мы живём! Брат Таши — Тайриз Вест, вы знаете Тайриза, мать его, Веста?! Ну конечно, откуда вам его знать. Тайриз — босс, большой чёрный папа, ясно?! Как вы думаете, понравится ли большому чёрному папе, что жених его любимой сестрёнки и отец его будущей племянницы оказался конченым хуесосом?! И сколько, думаете, после этого проживём мы оба? А моя мать и мелкие братишки, что будет с ними там, на воле, если, типа, слушок пройдёт?! Да на наших похоронах ниггеры с района будут всем сэндвичи бесплатные раздавать! Его голос словно отдалился, и Сара услышала хлопок, похожий на звук разбитого стекла. — Стойте, Дензел, не отключайтесь! — она зачем-то поднялась на ноги. — Если я вас правильно понимаю, вы с мистером Кичем имели сексуальный контакт, о котором впоследствии пожалели? В трубке что-то запищало, но через секунду она снова услышала голос Дензела Джексона. — Да, блядь, мы как-то имели этот грёбаный контакт, даже не знаю, как уж так и вышло! — Дензел, мы все люди и совершаем ошибки, — теперь Сара старалась говорить как можно спокойнее, — просто расскажите мне, что произошло между вами после и причём тут убитый Фрейзер Дэй. Я не адвокат и не следователь, записей не веду, мне только нужно понять, как вам помочь, чтобы все интимные подробности, учитывая обстоятельства, остались, так сказать, за кадром. Вы меня понимаете? Я не хочу никого подставить, мне это не нужно. — Тогда чего вы хотите, мисс? Снова этот чёртов вопрос, уже не раз ставивший её в тупик. — Справедливости для Лэйни, — Сара понимала, как, должно быть, пафосно и нелепо звучат подобные слова для простого уличного парня, но другой правды у неё не было. — Хочу, чтобы он понял — правосудие возможно не только для богатых или белых, и что в тюрьмах работают не одни лишь лицемеры. Хочу показать, что закон способен защитить и его тоже. Он молчал так долго, что Сара начала опасаться, что со своей неуместной откровенностью снова перегнула палку, но тут Дензел заговорил на удивление тихо и спокойно: — Питбуль Ди был моим корешем по первой отсидке, не местный, из братвы Нью-Йорка, с нашими дел почти не имел, просто товар тут кому-то сбрасывал. В этот раз тоже на три дня всего закатился, но у меня тусовал, чтобы перед городскими не светиться. — Что именно толкал Питбуль? — это был так называемый дежурный вопрос, просто для снятия напряжения. — Стекло, дурь, снежок — да всё понемногу. Мы тогда нехило с ним закинулись… — он усмехнулся, и Сара почему-то снова вспомнила его на удивление обаятельную улыбку. — Вообще-то нам ни свой, ни чужой товар пользовать нельзя, но днём Таша сказала про ребёнка и я вроде как был малость в напряге. — Понимаю, — она села и придвинула к себе бумажку. — Я рассказал ему про Коротышку, — неловко кашлянув, Дензел продолжил рассказывать со смущением, грозившим в любую минуту перерасти в ярость, — ну, как там всё у нас завертелось. Спросил, типа, — что делать, брат, я в полной жопе. Тот обещал помочь, типа, отошью от тебя уёбка, никто из своих не узнает, дело между вами останется. Я согласился, выбора-то не было. Не ожидая ничего хорошего, Сара напряжённо нахмурилась. — И что он сделал? — Что?! — Дензел зло хохотнул. — Ну, сперва наехал, типа, как по понятиям: мол, то про тебя ниггеры на углах языками треплют, да это. Коротышка его нахуй послал. Ну, в ответ тот, понятно, отмудохал мелкого как следует, Питбуль здоровый кабан был… А уже после оприходовал куда и как хотел. Не по разу. Пацан тогда, правда, никакой уже был, как в отключке, даже не сопротивлялся почти. — И где находились вы? Слушая, Сара очень старалась не оценивать поступок Дензела с эмоциональной стороны. Он и так знал, что повёл себя как трус и мерзавец, а её злость или отвращение точно не помогли бы сейчас ни одному из ребят. — Стоял рядом, — его голос словно сделался глуше. — Может, типа, ржал или дрочил, я не помню, в говно тогда уделался. — Понимаю, — Сара начертила круг на клочке полотенца, — и сейчас вам нужно его прощение? — Тут дело даже не во мне, — ответил Дензел без каких-либо раздумий. — Тайриз. Коротышка хочет моей смерти, так? И, типа, подсылать кого-то пытался, ну, чтобы ниггер меня грохнул? Так вот, грёбаная Таша как-то про это узнала. Клянусь, не от меня, я сам не при делах, а то нашёл бы способ малого на нарах предупредить. А щас она надавит на братца, а тот станет мстить. Если в тюряге я буду рядом — смогу защитить его, потому что тогда не защитил. Я должен ему, понимаете, мисс? Дело даже не во мне… Он замолчал, и Сара отчего-то почувствовала подкативший к горлу комок. У этих двух, по сути, ещё мальчишек, в жизни было намного больше боли и разочарований, чем у неё самой. Уборка дома родителей в субботу, расспросы тётушек о женихах, эгоистичные выходки сестрицы — всё это показалось ей сейчас полнейшей ерундой. А ведь ещё вчера она искренне себя жалела, чуть не плача от досады. — Вы там это своё какое-то правосудие защищаете, — вдруг добавил Дензел тихо, — а я, считайте, собственную душу отмыть пытаюсь. Мне очень надо увидеть его, мисс, не могу я больше жить с этим грузом ебучим. — А что, если он вас не простит или не поверит? — так же тихо спросила Сара. — Да плевать. Буду делать вид, что мне похер, но смотреть за ним в оба. Мисс, прошу, поговорите с детективом Чейни или ещё с кем, нельзя мне в их ёбаный Рок-Харпер. Я всё на себя повешу, дел десять по наркоте, а то и больше, я про все тёрки знаю — сдам кого скажут. Легаши как закроют всё — процент раскрываемости повысят. Срать, сколько лет впаяют — только пусть меня переведут в его блок в Балтимор. Мисс, помогите, а? Иначе мелкого Коротышку там порежут, это я вам богом клянусь. «И тогда мстить всему Западному Балтимору буду уже я», — Сара невольно закончила про себя его мысль. — Хорошо, Дензел, я подумаю, что можно сделать, — она встала и подошла к кофеварке. — Разговор же был строго между нами, так? — хотя это прозвучало как вопрос, Дензел говорил чётко и уверенно. — Я даю слово, что ненужные подробности через меня не всплывут, — она машинально кивнула. — И, может быть, это удивительно, но я слышала о том, кто такой Тайриз Вест. Спасибо за звонок, Дензел, я постараюсь помочь. Отключившись, Сара взяла банку с кофе и хотела было наполнить кофеварку, но, подумав с секунду, отставила её на край стола. Её пальцы снова нащупали телефон. Сара сняла блокировку и быстро набрала сообщение: «Отлично. Приеду сегодня, ближе к обеду. Заночую у вас. Люблю тебя, мам».***
После долгих и не самых приятных выходных в кругу семьи Сара вновь возвращалась к повседневным делам. Ещё до поездки в Вашингтон она ненадолго заскочила домой к Сэму Гревье, чтобы в общих чертах рассказать об утреннем звонке Дензела и избиении Лэйни. Об изнасиловании она предпочла умолчать. Сэму Сара полностью доверяла, но слово, данное Дензелу в конце разговора, не позволяло ей быть полностью откровенной. «Если умница-Гревье догадается сам, — подумала она тогда, — я просто не стану ничего отрицать». Быстро миновав КПП, Сара, не заходя к себе, сразу же направилась в офис службы соцзащиты. Хотя на её пути снова лежал больничный блок, останавливаться там Сара не стала. Мельком взглянув за решетку, она зачем-то отметила для себя, что сегодня дежурной была Кристалл Смит — новенькая чернокожая барышня, переведенная откуда-то с Юга. Вообще, по наблюдениям Сары, у офицеров охраны в Балтиморе имелся вполне определенный типаж: полная молодая афроамериканка ростом чуть выше среднего. И если бы не именные жетоны, которые в обязательном порядке носили все сотрудники тюрьмы, ей бы часто приходилось краснеть, мучительно вспоминая имена всех этих девушек, благодаря одинаковой черной форме и внушительным габаритам похожих друг на друга как близнецы. «Прости, Тайгр, — с досадой на себя подумала Сара, удаляясь по коридору, — похоже, сегодня снова не твой день». Толкнув тяжелую железную дверь бывшего пошивочного цеха, Сара сразу же увидела Сэма, сгорбившегося за столом над пухлой бумажной папкой, и стоявшего рядом Росса, как-то неуверенно переминающегося с ноги на ногу. Слева от них Сара заметила переехавший в более светлое место фикус, который несмотря на все старания хозяина упорно продолжал желтеть и сбрасывать листья. Глядя на сосредоточенное лицо Сэма, Сара невольно улыбнулась и молча присела на старенький желтый диван. — И на что я, блядь, смотрю? — поздоровавшись с ней, спросил Сэм, внимательно уставившись на Росса поверх очков. — На рапорт, — тот машинально ткнул пальцем в титульный лист. — Угу, — ещё раз скосив глаза на Сару, Сэм многозначительно вскинул бровь, — на твой рапорт начальству, значит? — Ну да… — в этот момент на симпатичной мордашке Росса появилось такое испуганно-растерянное выражение, что Сара едва удержалась от того, чтобы не прыснуть в кулак. — И-и… чё, типа, скажешь? Нахмурив лоб, Сэм, резко откинулся на спинку стула. — Что мне жаль твоего шефа, Росси, — быстро сняв очки, он строго оглядел его с головы до ног. — Мужику целых два года тянуть до сороковника и повышения пенсии, а у него в отделе, похоже, скоро появится ещё один белый сержант-долбоёб. — Что?! — обалдевший Росс буквально просиял от счастья. — Стой, я что-то не просёк… Так мы реально это сделали?! — Ну, только на мой скромный взгляд, ты учти, — Сэм тепло улыбнулся и, поднявшись, дружески похлопал его по щеке. — Пока что поздравляю, малыш. Сэм протянул Россу ладонь для рукопожатия, но тот крепко вцепился в его плечи, с силой потянув на себя. — Да ну нахер, иди ко мне, красавчик! — заключив опешившего Сэма в крепкие объятья, Росс на долю секунды оторвал его от земли. — Нихуя не вздумай повторить это снова, мать твою! — резко отпихнув его от себя, Сэм явно пытался выглядеть сердитым, но получилось у него не очень убедительно. — Да ладно, тебе, Сэмми, без тебя я бы никогда столько дерьма не расхлебал, — Росс быстро схватил папку, и весело подмигнув Саре, помчался на выход. — Всё, ребята, я в Управление. И это, с меня ресторан, лимузин, гавайский ром и грудастые шлюхи — всё как обещал! Когда дверь за ним захлопнулась, Сэм вернулся за стол и, с улыбкой расправив пиджак, велел Саре подойти и сесть напротив. — Иисусе, что это сейчас было? — опустившись на стул для посетителей, Сара со смехом кивнула в сторону двери. — Чокнутый белый пацан, вот что, — он выразительно постучал пальцем себе по лбу. — Так ты реально смог нарыть компромат на бывшее тюремное начальство? — Сара внимательно посмотрела ему в лицо. В этот момент на губах Сэма появилась усмешка Чеширского кота. — По правде говоря, всегда мечтал поднасрать чинушам, — вновь надевая очки, он аккуратно убрал в стол лишние бумаги. — Не хочешь поднасрать ещё и судебникам, м? — Сара с не менее загадочной улыбкой помахала перед ним блокнотом. На это Сэм лишь кивнул и передал ей дело Лэйни Кича, лежавшее в стопке поверх других. — Кстати говоря, пока ты вчера играла в Золушку, мы с малышом наведались в гетто к матери твоего протеже, — он открыл папку в нужном месте. — Ты знаешь Стивена Волчека, старшего детектива из особо тяжких, который ведёт его дело? — Знаю, если только он засадил кого-то из моих парней, — Сара неуверенно пожала плечами. — Волчек — знакомая фамилия… Возможно, я встречала его в суде, но лично нас никто друг другу точно не представлял. Уловив подчеркнуто нейтральное выражение его лица, Сара подозрительно сощурилась. — Он тебе не нравится, верно? — С чего ты взяла? — Сэм как-то странно усмехнулся. — Постой, — тут ей в голову пришла неожиданная догадка, — а это не из-за его ли рапорта ты уволился из Отдела по поиску пропавших без вести и переметнулся из следаков в юристы? Росс как-то рассказал ей, что в молодости Сэм был отличным детективом. Работал в отделе по поиску пропавших, считался классным следаком, но однажды перешел дорогу кому-то из полицейского начальства и был сослан патрулировать улицы якобы за неподчинение приказу. Рапорт о его переводе, желая выслужиться, подписал этот самый Волчек, который потом перешел на повышение в Отдел особо тяжких. Словом, выходило, что детектив, занимающийся делом Лэйни, оказался тем ещё козлом. — Возможно и так, девочка, — он на секунду прикрыл глаза, — но давай притворимся, что мы это не обсуждали. — И о чём вам рассказала мать Лэйни? — Сара быстро свернула неприятную для него тему. — Что примерно за месяц до убийства на пацана напали и серьёзно избили. В больницу они, ясное дело, не обращались, но мать покупала для него лекарства — кровоостанавливающее, обезболивающее, разные там бинты. И если родня для дела почти не свидетель, то аптекарь факт покупки тоже подтвердил. А значит, когда Костелло вернется и осмотрит Коротышку, уж сломанное-то ребро он найти точно сумеет. — То есть Лэйни должен показать, что избили его Дэй и Джексон? И когда Джексон это подтвердит, у нас будет чёткий мотив! — она радостно хлопнула в ладоши. — Вообще-то так себе мотивчик, — Сэм, похоже, не разделял её энтузиазма. — Мысли как судья, девочка, Кич — это тебе не парень, который придумал тридцать два рецепта домашнего печенья, на нём висит практически двойное убийство с отягчающими. И из-за чего была вся канитель? Из-за пары ссадин и сломанного ребра? Да этот бешеный ниггер опасен даже для своих будущих сокамерников. — Ну, мы же пока не знаем, насколько серьёзно он пострадал, — Сара многозначительно подмигнула, — и если все правильно объяснить Костелло, в медицинском заключении характер и тяжесть повреждений можно слегка приукрасить. Сэм хмыкнул, внимательно посмотрев на неё поверх очков. — То есть, наш замечательный док будет мухлевать с заключением, потому что тебе отчего-то нравится этот мелкий ниггер, — он покачал головой, — или причина в чём-то другом? — Сэм, я бы и хотела сказать тебе всю правду, но не могу, — вспомнив рассказ Дензела, Сара почувствовала, что краснеет. — Выдавать тайны клиентов нельзя, это неэтично и недопустимо, даже если никакие они мне не клиенты… В ответ Сэм кивнул и изобразил ободряющую улыбку. — На месте Волчека я бы чисто для нажима проверил показания Кича на полиграфе. Как улику суд это рассматривать не станет, но у присяжных появятся сомнения. У любой драки, даже простого уличного наезда, есть причина. Кич, возможно, скажет, что никакого избиения не было, а это он просто неудачно упал, и даже если Джексон признает, что лично разукрасил парню морду, привлечь его за избиение не получится, у следователя нет ни заявления от потерпевшего, ни свидетелей — ничего. Однако люди в зале и судья историю услышат и, наверное, примут во внимание. — То есть теперь всё зависит от показаний Дензела против самого себя? — Сара сосредоточенно наморщила лоб. — Выходит, что так, только зачем парню это нужно, лично я пока не понимаю, — он развел руками. — Я сегодня в три встречаюсь с Кичем, не хочешь повидать его до нашей беседы? Сара вспомнила, как они с Лэйни расстались в последний раз, и кисло усмехнулась. — Я бы с радостью, но, боюсь, сам он идти ко мне не горит желанием. — Так возьми охранника и сходи в камеру. Сейчас он как раз в одиночке, подрался с Нино Антонелли, заодно и дежурному по блоку нахамил. — Это потому, что Нино его задирает, — она глубоко вздохнула. — Есть ещё одно дело. Надо чтобы Джексона закрыли не в какой-то там центр временного содержания, а к нам в Балтимор. Всё из-за Лэйни, возможно, люди Тайриза Веста попытаются его убить. Сестра Тайриза — невеста Дензела и она жаждет мести, а Дензел говорит, что попытается этому помешать. — И ты ему веришь? — Сэм серьёзно посмотрел ей в глаза. — А что, если дело вообще не в невесте, а это он сам хочет замочить Коротышку, что вполне логично? — Верю, — Сара неловко опустила глаза. — Дензел пойдет на сделку со следствием, закроет несколько дел по наркотикам, сдаст кого сможет, и от Фихтнер, скорее всего, получит по максимуму. Он назвал мне реальный мотив Лэйни и, похоже, действительно чувствует вину перед этим парнишкой. — Сара, ты же знаешь — врать по телефону всегда проще. Если этот ниггер лжёт, убийство Кича будет на и нашей совести, а если нет, где гарантия, что Кич раньше не пришьёт его самого? — С Лэйни мне придётся ещё раз поговорить, а вот в Дензеле я практически уверена. Никто из этих парней не стал бы выдумывать такую историю, слишком уж щекотливая она у них вышла. Обычно мальчики из гетто о таком молчат. — Да ну, брось, — уставившись на неё, Сэм подозрительно скривился, — уличные барыги — членососы?! Матерь божья, чего только на свете не услышишь! Он отложил очки и весело рассмеялся, хлопнув ладонями по столу. — Вообще-то, мистер государственный защитник, это не смешно, — поднимаясь, Сара деланно сердито поджала губы. — И заметь, я тебе ничего такого не говорила!
