C19, H28, O2

– Целый месяц? – взвыл Шерлок, страдальчески всплёскивая руками. – Четыре недели, – поправил его хирург. – Это необходимо для того, чтобы всё зажило, Шерлок. Я знаю, что ты хочешь сделать операцию на груди, но теперь у тебя в любом случае останется здесь шрам. И нужно удостовериться, что он полностью затянулся. – И что же я должен делать в течение четырёх недель? – Я уверен, что никто… – Только не говорите, что никто не заметит, – ядовито выплюнул Шерлок. Миссис Холмс в беспокойстве потёрла руки. – Шерлок, уверена, мы что-нибудь придумаем… – Сейчас лето, – отчеканил тот. – Я не могу ходить в пальто. – Тебе нужно сказать спасибо, что сейчас лето, – заявил хирург. – И что ты сейчас не в школе. Четыре недели, Шерлок. Без бинтов, без спортивных топов. Раны должны зажить. Шерлок сложил на груди руки и раздражённо насупился, в то время как врач уже давал краткие инструкции его родителям. Это было так чертовски несправедливо. На нём была одна лишь тонкая рубашка, через которую были прекрасно видны его выпуклости – а всё оттого, что он решил от этих самых выпуклостей избавиться. Теперь это было его наказанием – жить какое-то время у всех на виду с ничем не замаскированной грудью. – Только не говори, что я получил то, что заслужил, – процедил Шерлок, когда они все вместе направлялись к машине, а Майкрофт нёс его сумку. – Я не хочу этого слышать, – он посильнее ссутулился, когда мимо них прошёл какой-то мужчина, который, конечно же, совершенно не догадывался о том, что грудь Шерлока шла вразрез с небритой щетиной на его подбородке. – Очень печально, что ты такого низкого обо мне мнения. Да и вообще о любом из нас, – неодобрительно проговорил Майкрофт. – Ситуация ужасна, но ты знаешь, что мы постараемся сделать всё, что в наших силах, чтобы тебе было комфортно. – Я не могу даже надеть две футболки, – пожаловался Шерлок, со вздохом опускаясь на сиденье автомобиля. Мистер Холмс помог ему вытянуть ремень безопасности, а миссис Холмс просунула между ним и грудью Шерлока подушку. Шерлок же был настолько погружён в свои мысли и чувствовал себя настолько несчастным, что даже не прокомментировал их действия. Путь до дома прошёл в относительной тишине, нарушаемой лишь звучавшими по радио старыми композициями, которым даже не хотелось подпевать. Шерлок, прислонившись лбом к окну, думал о Джоне.

***

Джон, вызванный сообщением, прибыл к Холмсам спустя полчаса после того, как Шерлок оказался дома. Он был более чем рад выбраться куда-нибудь: летом в их доме становилось невыносимо влажно, витали неприятные запахи, а в коврах, Джон был уверен в этом, разводилась какая-то живность, поэтому он старался как можно больше времени проводить подальше от этого места. За ту неделю, что Шерлок лежал в больнице, он успел выполнить всё заданное домашнее задание: что-то сделал, сидя у его кровати, что-то – в библиотеке, но ему ужасно не хватало возможности по-настоящему видеть своего друга. Слава богу, у них впереди было ещё четыре недели летних каникул, или около того. После того вечера, когда они уснули, свернувшись клубочком в объятиях друг друга, к вопросу о чувствах они больше не возвращались. Для Шерлока эта тема, как и прочие раны нефизического характера, была ещё слишком болезненной, и Джон был более чем готов ждать до тех пор, пока Шерлок не почувствует себя достаточно созревшим для какого бы то ни было разговора. Дверь ему открыл Майкрофт – и тут же утащил его немного в сторонку, чтобы Шерлок пока не знал, что Джон был уже здесь. – Он очень расстроен, – предупредил Майкрофт. – Он не сможет пользоваться топами в течение четырёх недель, и ему очень непросто с этим смириться. – Не удивлён, – Джон закатил глаза. – А он не может носить… что-нибудь другое? – Боюсь, что нет: раны должны зажить, прежде чем он сможет носить что-то кроме свободной одежды. Он может быть… – Ладно, – решительно кивнул Джон. – Если он скажет мне уйти, то мне просто придётся это сделать, верно? И с этими словами Джон и Майкрофт прошли в гостиную. Шерлок сидел на диване, откинувшись на его фирменные подушки и обняв ещё одну обеими руками так, чтобы она прикрывала его грудь, и мрачно смотрел что-то по телевизору, но стоило ему только поднять глаза на вошедших и заметить Джона, и он тут же просиял. – Привет, – улыбнулся Джон. – Дома ты выглядишь гораздо лучше. – Как и чувствую себя, – ответил Шерлок, поправляя подушку, но не сдвигая её. – Был согласен на что угодно, лишь бы убраться подальше от тех докторов. – Да-а, доктора просто ужасны… – протянул Джон, и Шерлок улыбнулся. – Эй, но не все же они настолько плохие. Вон, доктор Блюм была замечательной, разве нет? – Только не в глазах мамули, – фыркнул Шерлок. – Она не одобряет всего этого. – Что ж, могу понять. Если ты настолько отчаялся, чтобы… то да, тогда увеличение дозы действительно может помочь. – Я прочитал много положительных отзывов, – сказал Шерлок, кивнув в сторону своего телефона. – Полагаю, будем действовать методом проб и ошибок. Майкрофт кашлянул, прочищая горло. – Пойду узнаю, как там насчёт обеда. – Приоритеты, Майкрофт, – ухмыльнулся Шерлок, ловя сердитый взгляд брата, прежде чем тот покинул гостиную. Едва Майкрофт скрылся из виду, Джон подошёл ближе к Шерлоку и опустился рядом с ним на пуфик. – Эй, красавец. – А… не надо, – Шерлок прикрыл лицо ладонью. – Чувствую себя отвратительно. – Майкрофт рассказал мне про весь этот вопрос с невозможностью твоего перевязывания. Мне жаль. – Это просто смешно, – Шерлок отнял от лица руку. – Невероятно: я наказан за то, что пытался… – Тебя никто не наказывал, – Джон взял его руку в свою. – Они просто хотят, чтобы ты скорее поправился. – Нужно было просто срезать их до конца во время операции, и всё. – Ты знаешь, что врачи не могут сделать это вот так просто. – Они должны, – Шерлок насупился и бросил взгляд на экран телевизора. Джон улыбнулся и погладил его по голове, перебирая пальцами его чисто вымытые кудри. – Это не займёт много времени, не так ли? Шерлок ощутимо напрягся. – Джон… если весь этот вопрос с планированием моих операций будет для тебя проблемой, то, думаю, нам с тобой было бы лучше сейчас просто… – Э-эй, подожди, – Джон убрал руку с шерлоковых волос и крепко сжал его пальцы, что всё ещё удерживали подушку, скрывавшую под собой его грудь. – Я вовсе не это имел в виду. Я просто думаю о том, чего хочешь ты, ясно? Полагаю, ты хотел бы уже завтра пройти через все эти операции – если только они были бы возможны так скоро. – Если не и того раньше, – вздохнул Шерлок, позволяя Джону поглаживать большим пальцем тыльную сторону его ладони. – Вот и хорошо тогда. Просто я бы предпочёл, чтобы ты получил то, что хочешь, раньше, чем станет слишком поздно. Шерлок едва заметно улыбнулся. – Мне потребуется ещё больше терапии, больше сеансов психоанализа… особенно сейчас. Когда на каждом шагу возникают всё новые и новые трудности. – Надеюсь, это не прозвучит слишком дерзко, но, по идее, у них ведь уже должны быть разработаны какие-то меры для решения этой проблемы? – предположил Джон. – Не каждый трансгендер причиняет себе вред или употребляет наркотики, – покачал головой Шерлок. – Это не связано с чем-то личным, я знаю, но… просто я бы хотел, чтобы они с этим смирились. В данный момент я позволяю заживать той части своего тела, от которой хочу избавиться. И это больно для осознания, – он плотно закрыл глаза, и сердце Джона болезненно кольнуло от сочувствия. Он крепче сжал руку Шерлока. – Если хочешь… можешь убрать подушку, – произнёс мягко. – Ты знаешь, я ничуть не изменю своего мнения о тебе. И я уже видел тебя в больнице. И прежде. – Я бы предпочёл, чтобы этого никогда не случалось, – проговорил Шерлок, всё так же не открывая глаз. – Теперь это всё, о чём ты будешь думать. Обо мне с этими… этими… этими… – Очень обидно, что ты так обо мне думаешь, – поддел его Джон. – К тому же это абсолютная неправда. Я никогда не пожалею о том, что увидел тебя тогда. Потому что это помогло мне спасти твою жизнь, ясно? И это не ты. Это просто часть тебя, которую ты собираешься немного подкорректировать. И которая уж точно никоим образом не меняет моих чувств к тебе. Шерлок приоткрыл один глаз. – Джон… я тебе нравлюсь из-за того, что во мне есть… кое-что от женщины? – Что? – Джон густо покраснел. – Нет! – Тогда, значит – несмотря на это? – Это… тоже не совсем верно, – медленно проговорил Джон, пытаясь собраться с мыслями. – Просто… Ты мне нравишься. Шерлок. В этом всё и дело. Просто нравишься. И ты… трансгендер. Эти вещи неотделимы, но в то же время мало взаимосвязаны друг с другом. Это очень трудно объяснить. Шерлок кивнул. – Представь, каково тогда быть им. Джон коротко рассмеялся. – Но ничего, да? Что я так сказал? – Думаю, да, всё нормально, – Шерлок сел немного ровнее, поморщившись, после чего перевёл взгляд на диванную подушку на своей груди и, поколебавшись пару мгновений, отбросил её куда-то за спинку дивана, как будто ему было всё равно, однако румянец, тут же окрасивший его щёки, говорил об обратном. Джон снова поймал Шерлока за руку. – Так будет лучше для твоих ран. Им нужно дышать, а не быть зажатыми под чем-то. Шерлок кивнул и сделал маленький вдох, выглядя при этом ужасно неуютно, а затем опустил взгляд вниз и, подцепив пальцами ткань футболки, чуть встряхнул её, чтобы она не так сильно прилегала к телу. – Как думаешь… мы могли бы попробовать стать… «парнями»..? – спросил Джон, его язык заплетался, словно был неродным. Шерлок тревожно взглянул на него, а затем покраснел от подбородка до самых корней волос. – Джон! – Это означает нет? – кашлянул Джон, чувствуя, как страх обволакивает все его внутренности. – Нет, просто… ты сказал парнями. Не… не партнёрами или чем-то более гендерно нейтральным. Я… – Шерлок закусил губу и кивнул. – Я так давно мечтал об этом, ты даже представить себе не можешь… – Оу, вообще-то могу, – улыбнулся Джон, подтягивая руку Шерлока к своим губам и целуя её. – Если мы чувствуем с тобой одно и то же, то это была просто адская вечность. – Совсем немного. – Да-а? Шерлок отвернулся, смущённый. Джон придвинулся чуть ближе и взял его пальцами за подбородок, тут же ощутив его немного стянутую и раздражённую кожу, свидетельствовавшую о том, что совсем недавно по ней проводили бритвой. Он с грустью подумал о том, были ли в тот момент Майкрофт или мистер Холмс с ним рядом – на случай, если у него появились бы какие-то особые идеи насчёт применения лезвия. И Джона вдруг накрыло волной сожаления и желания уберечь, защитить; он склонился ещё ближе к Шерлоку, замирая в миге от его губ и запуская руку в его тёмные кудри на затылке. – Почему ты остановился? – едва слышно прошептал Шерлок. – Просто хотел быть уверен, что ты уверен, – выдохнул Джон, сокращая оставшееся расстояние и даря Шерлоку нежный, целомудренный поцелуй, чувствуя, как к его тонким губам прижимаются полные губы и как Шерлок делает резкий вдох через нос, подаваясь вперёд и вцепляясь пальцами в ткань джоновой футболки. Всё закончилось буквально через пару мгновений. И оба расплылись в глупых улыбках, глядя друг на друга. Не отпуская футболку Джона, Шерлок провёл ладонью вверх по его груди, достиг плеча и спустился вниз, к голой коже его рук, касаясь загорелого её участка и выглядя при этом так, словно открывал сейчас какую-то невиданную тайну. – Ты просто потрясающий, – нежно проговорил Джон. Шерлок покачал головой. – Я в самом деле так считаю, – убеждённо повторил Джон. – Честно, считаю. Ты потрясающий. Привлекательный и красивый. Ты столько месяцев сводил меня с ума этими своими узкими брюками… Шерлок не выдержал и рассмеялся. – О боже. Сказал человек, носящий форму для регби, и после тренировок весь такой в поту и грязи… – Оу, так тебе нравится немного пожёстче? – поддразнил его Джон. Шерлок улыбнулся, однако при этом едва заметно занервничал. – Я… Джон, я… Я не совсем ещё уверен, что мне вообще нравится. И обоим было кристально ясно, что речь сейчас шла уже о сексе. Оба юноши вспыхнули от смущения. – Я бы солгал, если бы сказал, что не хочу это выяснить, – сказал Джон. – Я просто буду прислушиваться к тебе. Выслушаю все твои «да» и «нет». Я никуда не тороплюсь. Шерлок кивнул, кладя свою руку на грудь Джону и растопыривая пальцы в форме звезды. – Спасибо.