Может быть, в следующий раз?

      Это было самое лучшее свидание в моей жизни. Нет, не так. Это было первое и единственное настоящее свидание в моей жизни. Со стороны я напоминаю себе школьника, которого очаровала одноклассница. Мариса действительно обладает магическими чарами, я чувствую их прямое воздействие на себе. Она явно подмешала в мое вино не только снотворное, потому что я не могу найти противоядия против ее очарования. Что-то в ней заставляет меня не только желать ее тело, но и обладать ее сердцем. Да, это будет не просто, но я в таком азарте завоевать ее, что ничто и никто уже не помешает добиться ее расположения. Поскольку доверие Марисы к мужскому роду подорвано одним из его членов (теоретически), именно Нико, ее бывший поможет мне узнать ее лучше. — Просишь меня, помочь тебе охомутать мою бывшую девушку? Я отвожу глаза в сторону, чтобы переосмыслить этот вопрос в своей голове. — Ну, да! — Ты странный, Пабло. — А ты гей Нико, и еще изменил Марисе с парнем, поэтому тебе уже явно ничего не светит в отношении ее. Дай дорогу молодым! Я вздыхаю, порядком устав от нашего с ним разговора. Уже битый час я стараюсь вложить в его голову, то что хочу. Но Нико бетонная стена, непробиваемый. — Ты любишь Марису? — Да, как человека и подругу. — Ну вот, — я кладу ему руку на плечо, и когда он воспринимает мой жест странным гейским образом, тут же ее убираю. От греха подальше. — Я искренен в своих стремлениях к Марисе и никогда ее не обижу. И знаю, что и я ей нравлюсь, поэтому если ты действительно любишь ее и желаешь ей самого хорошего, то просто обязан мне помочь. В глазах Нико все еще чувствуется некоторая неуверенность, но последний мой аргумент практически сломил его броню. Один… два… три… четыре… пять… Он все еще колеблется и шесть… — Ты подорвал ее доверие к мужчинам и поэтому должен все исправить. …семь…восемь…девять…и десять… — Ну, хорошо. Я помогу. Что ты хотел узнать? — Отлично, — говорю я и не могу сдержать улыбку. — Все, я хочу знать все! И это чистая правда!       Во вторник после занятий я направляюсь к аудитории, где проходит лекция по истории права у Марисы. Мы не виделись с того самого дня, как ходили на свидание. Поскольку профессор Суарес в начале недели отменила собрание «счастливой пятерки», вот уже двадцать восемь часов и пятьдесят семь минут, я не имею возможности лицезреть свою прекрасную избранницу. В предвкушении нашей встречи подхожу к кабинету, где к собственному удивлению замечаю Гвидо. — Привет, — мы ударяемся кулаками и плечами в нашем фирменном приветствии, — что ты тут делаешь? — Я нашел ее. — Кого это ее? — Ну ту незнакомку, помнишь я тебе рассказывал? Звенит звонок с пары, и я больше не слушаю друга и его историю про то, как он в очередной раз встретил «любовь всей своей жизни.» Все мое внимание сосредотачивается на двери. Мариса выходит вместе с Лаурой и другими студентами с юридического. Едва я только замечаю ее в толпе лиц мне страшно хочется ее поцеловать, потому что… просто потому что это мое желание. Ее невозможно проглядеть, потому что одежда, которую она носит в повседневной жизни наполнена всеми цветами радуги. И сегодня не исключение, она вся так и сияет от обилия цвета. Даже ее очки в темной оправе и повязка на голове кричат о том, что Мариса обладает собственным стилем. Я бы описал его как «этнический беспредел», но мне нравится. По сравнению с ней я выгляжу скучно. В сравнении с ней все выглядят как серая инертная масса. — Привет, — мы одновременно с Гвидо делаем шаг навстречу к Марисе, преграждая путь ей и ее подруге. — Привет, — сначала она выглядит немного растерянной, а затем просто наблюдает за нами двумя. Мы переглядываемся с Гвидо. — Подожди, разве тебе не нужно искать свою незнакомку? — Я ее уже нашел. — Подруга Марисы твоя незнакомка? Здорово, мы сможем вместе ходить на двойные свидания. Говорю прямо как девчонка. — Точно. А затем Гвидо делает то, что на моей памяти никогда не случалось, он дарит розу Марисе. Моей Марисе. — Ну вот мы снова и встретились. — Что ты делаешь? — не могу не задать этот вопрос, потому что какого хрена здесь происходит? — Пабло дружище, не мог бы ты оставить меня наедине с моей королевой, — Гвидо берет Лауру за руку и толкает ее в мою сторону. — Приятно познакомиться, Мариса. — Нет, нет это Лаура. Вот Мариса. Я встаю ближе и по-хозяйски заявляю свои намерения в отношении сеньориты Спиритто путем того, что кладу руку на ее талию. — Моя, Мариса, — подчеркиваю первое слово и глазами даю понять, отвали. — Что? Нет! Гвидо хватается за голову, и как всегда ведет себя излишне эмоционально. — Этого просто не может быть! Ты хочешь сказать, что это та Мариса с Испании, которая наслала на тебя проклятия в постели? Друг, — Гвидо делает театральную паузу и вдыхает, — твоя Мариса — моя незнакомка. — Так стоп! Мариса выпутывается из моих объятий, кажется, сердясь на всю эту нелепую ситуацию. — Я ничья Мариса! Так вы друзья, мальчики? — Да. Она улыбается, оглядывая нас обоих, — вот так сюрприз! — Это совсем не весело! Как нам тебя делить, королева? — Очевидно, — сразу отвечаю на вопрос Гвидо, — я первый встретил Марису в самолете, значит она моя. — Так нечестно! — Все честно! Это правило, которое известно всем мужчинам. Кто первый увидел, тот и застолбил. — Не согласен! — тут же возмущается Гвидо, и я теперь начинаю сомневаться в нашей с ним мужской дружбе. — Застолбил? А кто-нибудь спросит меня, чего хочу я? Мы оба ничего не успеваем ответить, потому что в следующую минуту, кто-то на весь коридор выкрикивает мое имя. — Паблооо!!! О, нет только не сейчас! Слышу знакомую интонацию, а затем еще вижу прямо курсу, движущуюся на меня словно авиалайнер, Августину. — Паблоооо, дорогой, — и вот хищные лапы моей бывшей обвиваются вокруг моей шеи. — Куда ты пропал? Я соскучилась, нам о стольком нужно поговорить! Она тянется к моему лицу, а я пячусь назад, стаскивая с себя ее руки. — Сейчас, я занят. Давай потом, Августина. — Когда? Вечером? — Да, а лучше в конце недели, — пытаюсь отвертеться хоть как-нибудь, скармливая Августине напрасные обещания. Слава богу, она не сопротивляется и уходит, но моя репутация уже подмочена. Я вижу «этот» взгляд Марисы на себе. — Не знаю что на нее нашло, мы расстались, — начинаю оправдываться я. — Это ничего не значит. — Ну как сказать, — как мой друг Гвидо должен мне помогать, но своими высказывания он только портит мое и без того шаткое положение. — Помолчи лучше. Мариса, давай сходим куда-нибудь вечером? — Нет, вечером она идет со мной. Помнишь, ты мне обещала, когда мы встретились в прошлый раз. — Извини, Гвидо, — начинает Мариса, а я намеренно делаю громкое ХА! — Сегодня не получится, но может быть, завтра? — Что??? — мое лицо вытягивается от несогласия. — Ты не можешь пойти с ним на свидание! — И почему же? — Мариса делает то что обычно, когда слышит упреки в свой адрес, — воинственно складывает руки на груди. А Гвидо вторит и в точности повторяет ее позу. — Да, почему же? — Потому что… у нас с тобой уже было одно свидание и, вроде как, все идет к настоящим отношениям. — Я такого не говорила. Она надо мной издевается? — Она такого не говорила, — опять повторяет Гвидо, и я уже хочу треснуть его по лицу. Чертов Лассен! — Ты обиделась из-за Августины? Я все понимаю, но нас с ней ничего не связывает. Я вообще не понимаю, что на нее нашло. Мариса не оставляет никаких комментариев, чем злит меня еще больше. — Мне пора, мальчики! Гвидо, встретимся завтра у общежития университета в шесть, идет? — Идет, моя королева! Моя королева, вы тоже это слышали? Тупейший. Подкат. В истории. — Спасибо за розу, — Мариса благодарит моего друга, приближая бутон к носу. Хитрая лиса улыбается и бросает мне через плечо. — Пока, Пабло! — Ты же не любишь живые цветы! Я знаю это точно, ведь об этом мне поведал мой новый союзник в борьбе за сердце сеньориты Спиритто. — Она не любит, — повторяю теперь еще и для Гвидо, чтобы стереть его дурацкую улыбочку. Пусть не зазнается! Ну ладно, я все понял. Мариса злится и поэтому специально заигрывает с моим другом. Хорошо, я это заслужил. Я мужчина и стерплю. Но Лассен не жилец!        Вечером в квартире профессора Суарес я просто не могу сосредоточиться на деле, а вместо этого, молча наблюдаю за Марисой, сидящей напротив. То, как она внимательна и сосредоточена делает ее еще более привлекательной. Она вертит ручкой около своего рта, в тот момент, когда не делает соответствующие пометки в рабочей тетради. Смотрится сексуально и только лишь замечание от Химены заставляет меня оторвать глаза от сеньориты Спиритто. Еще перед началом наших занятий Нико поведал мне о том, что Мариса влюблена в поэзию. В особенности в стихи Пабло Неруды. Поэтому когда профессор Суарес отвлекается на телефонный звонок, я отправляю Марисе на телефон отрывок, который специально выбрал для нее в интернете. Ты отказала мне во всём, и всё же я и такой свою любовь приемлю. Хотя бы потому, что смотрим оба мы в это небо и на эту землю. Я чую, как сплетеньем вен и нервов, укрытых под мерцаньем лунной кожи, ты содрогаешься в объятьях ветра, который и меня объемлет тоже. Ты отказала мне во всём, и всё же ты — зрение моё и осязанье. Как счастлив я, что вижу это поле, которое ласкала ты глазами. Не разлучит меня с тобой разлука: зажавши уши и глаза зажмурив, я в птичьей стае распознаю птицу, которую ты видела в лазури. И всё же ты во всём мне отказала, и от тебя не жду я благостыни. И твой ручей серебряного смеха погасит жажду не моей пустыни. Моё вино отвергнуто тобою, но по душе мне, милая, твой милый. Моя любовь да обернётся мёдом тому, любовь, кого ты полюбила. Но эта ночь… Одна звезда над нами… Я знаю: я к ней намертво привязан! Во всём ты отказала мне, и всё же я всем тебе, любимая, обязан. Слежу за каждым движением языка ее тела. Мариса читает и где-то улыбается, а потом не глядя на меня присылает, свой ответ. Очень красиво… Сам написал? — она ухмыляется, когда я поднимаю глаза, прочитав ее короткое сообщение. Нет, один мой старый приятель. Мы с ним, кстати, тезки. У него лучше получается с женщинами, знаешь ли. Я хочу с ним познакомиться Он слишком стар для тебя)))Соглашайся на меня, и я попрошу написать для тебя еще что-нибудь. Шантажист! Немного. Не ходи с Гвидо на свидание, пойдем лучше со мной! Нет) — приходит ее короткий и емкий ответ, в конце которого значиться смайлик с высунутым языком. Грустно убираю телефон в карман. Когда мобильный снова вибрирует, я не жду ничего хорошего для себя. И напрасно. Но ты можешь проводить меня до общежития, когда мы закончим, — эти строки снова заставляют меня улыбнуться, и если бы это не выглядело глупым со стороны, я бы даже станцевал на месте.       Тот факт, что Химена задержала нас чуть дольше обычного, меня не расстраивает, а даже наоборот, добавляет настроения. Согласитесь, гораздо романтичнее провожать девушку до дома под звездным небом. — Ты не передумала? Я веду Марису по парапету, крепко держа ее за руку. — О чем? — Гвидо, свидание… — перечисляю я. — Ты ревнуешь? — Нет, не ревную. Я так ревную! Не подумайте, что я вижу в друге достойного конкурента, просто не хочу впускать в наши отношения с Марисой третьих лиц. Понятно, что она не заинтересована в Лассене, но мне бы не хотелось чтобы, она разменивалась какой-то игрой, стараясь тем самым меня наказать. — У меня есть несколько причин, чтобы ты сказала ему «нет». Первая, — демонстративно загибаю пальцы, — он тебе не подходит. — А по-моему он милый. — Милый? Мы про Гвидо сейчас говорим? Да у меня в шкафу вещи дольше хранятся, чем он с девушками встречается! — Ревнооость — игриво тянет она. Игнорирую ее комментарий и продолжаю перечислять. — Во-вторых,  мы с Гвидо друзья еще с колледжа, и мне бы не хотелось разрушать нашу дружбу из-за девушки. Пусть даже самой лучшей девушки. Мариса перешагивает через небольшой зазор между оградой на мосту и едва не теряет равновесие, от чего еще крепче сжимает мою руку. Я тяну ее на себя, вот она уже спрыгивает, и наши лица оказываются в пару сантиметров друг от друга. — Ты всегда такой милый, или только потому, что хочешь мне понравиться? —  Я милый и хочу тебе понравиться, — шепчу, не разрывая нашего зрительного контакта. Вечер, звезды, набережная, шум воды, тусклый свет фонарей, — атмосфера вокруг мне благоволит, но я не спешу ее целовать. Мы обнимаемся уже в течение долгого времени. Гораздо дольше, чем это положено друзьям, но недостаточно для того, чтобы насладиться этим сполна. Не хочу отпускать Марису и завороженно смотрю в глаза цвета молочного шоколада. —  Ты красивая… — мои пальцы скользят по ее щеке, а слова сами вырываются из моего рта. Она, услышав этот комплимент, еле сдерживается от улыбки на своем лице. Такая милая, когда смущается. — Мне так хочется тебе верить Пабло… — Так поверь! Я отстраняюсь и выставляю мизинец правой руки вперед. — Давай сюда свой пальчик. Наши мизинцы переплетаются словно мы миримся, как это делают дети в детском саду. — Обещаю, что никогда тебя не обману и не обижу! Она ласково улыбается, глядя на наши пальцы, и в уголках ее глаз появляются морщинки в виде лучиков. — Это только слова… Не говоря ни слова, не колеблясь, я делаю первое, что приходит в мою голову. Безумие. На улице ранняя весна, и пусть температура воздуха достаточно комфортная, но для ночных заплывов еще слишком рано. Снимаю с себя ветровку и стягиваю футболку через голову. Кидаю их Марисе, куда следом отправляются и мои джинсы. — Что ты делаешь? Не нужно… — она обрывается на полуслове, прикрывая рот рукой, потому что уже понимает, что задуманное мной все равно случится. По всему моему телу проносится дрожь, и я закрываю глаза, чтобы в следующую секунду окунуться в холодную воду. — Сумасшедший! — кричит она и смеется. Должно быть я потерял рассудок, потому что мне плевать, что мои яйца сейчас отвалятся. И, возможно, я никогда больше не смогу иметь детей, но улыбка Мариса заставляет меня наслаждаться таким положением вещей. Удивительный момент. Удивительная ночь. Удивительная девушка. — Мне уже можно вылезать? Она приставляет палец ко рту, как бы задумываясь. — Мг… Конечно, вылезай скорее! Как только я становлюсь ногами на бетон, пальцы рук и ног в одну секунду немеют, и от холода у меня зуб на зуб не попадает. Дрожа как осиновый лист на ветру, мне сложно справиться с тем, чтобы одеться, поэтому Мариса помогает мне с этим делом. — Признаться честно, я представлял эту ситуацию по другому, когда ты трогаешь меня за ширинку. — Замолчи, или останешься без одежды! — Молчу… — И зачем тебе понадобилось лезть в эту воду? — добавляет она между делом, словно мамочка, которая меня отчитывает. — Не знаю, зато у тебя появился ответ на вопрос, какие безумства совершали парни ради Вас? — Ты ведь понимаешь, что это глупый поступок, Пабло? — А разве не мило? Совсем чуть-чуть, — обиженно выпячиваю губу вперед и показываю пальцами. — Ну разве что совсем чуть-чуть. — Быстрей отправляйся домой, пока не заболел, супермен. — Может быть, ты смогла бы за мной ухаживать в этом случае? — Может быть… Мариса идет к освещенной магистрали и ловит такси. Машина останавливается прямо напротив нас. Она держит мою футболку в руках, потому что я использовал ее в качестве полотенца и надевать ее было бы глупо. Облокачиваясь на открытую дверь пассажирского сидения, я смотрю на Марису. Мне хочется, чтобы она поехала со мной и грела мои руки, как она греет мое сердце одним только своим присутствием. Но по ее глазам я вижу что, она намерена добираться до дома самостоятельно. — Пока, безумец. — Пока, — я устало улыбаюсь, потому что и замерз и расстроен тем фактом, что мне не удалось ее поцеловать даже на прощание. Медленно слежу за тем, как она удаляется вдоль линии набережной. — Мариса! — не могу сдержаться от переполняющих меня эмоций и кричу ей в след. — Да, — она оборачивается и замирает в ожидании моих слов.  — Не ходи с Гвидо на свидание…пожалуйста… — Посмотрим… Она загадочно улыбается, и я усаживаюсь в автомобиль, потому что таксист начинает ворчать из-за нашего долгого расставания. — Эй, Пабло! — теперь Мариса окликает меня. Сначала она молчит, уставившись себе в ноги, а потом поднимает глаза и говорит. — Я рада, что встретила тебя тогда… в самолете. — Я тоже, — искренне отвечаю я, наблюдая за тем, как она обнимается с моей футболкой, вдыхая ее аромат, а в следующую секунду размахивает ей как трофеем над головой и уходит. — Оставлю на память! — ее голос растворяется в потоке проезжающих мимо машин. Мое больное воображение уже рисует в голове картину, как Мариса каждый вечер надевает мою майку перед сном и засыпает в ней, думая обо мне. Эта фантазия заставляет меня откинуть голову назад на сидении и улыбаться, точно придурку. — Сколько времени? — спрашиваю у водителя такси, отрывая голову от подголовника. — Половина двенадцатого. — Запомните эту минуту, сеньор. Это время, когда я влюбился в эту девушку.