Таро

В это раннее утро в кухоньке обычной токийской квартиры все было как обычно. На плите тихонько кипел мисо-суп, а в сковороде аппетитно скворчало рыба. — Сегодня в столице ожидается переменная облачность, преимущественно без осадков… — маленький телевизор монотонно сообщал о погоде на сегодня. Красивая стройная женщина в ярком фартуке сноровисто нарезала зелень, украдкой поглядывая на часы. Стрелки показывали без пяти минут семь. — Что-то долго сегодня, — тихо произнесла женщина, а потом замерла, словно прислушиваясь. Пронзительный писк известил о готовности риса. Хозяйка закончила с салатом, а потом громко позвала: «Хикари! Милая! Просыпайся! Ты же не хочешь опоздать в первый же день?»

***

— И куда ты так спешишь? — светловолосая женщина неодобрительно наблюдала за трапезой своего сына. Подросток с невероятной скоростью поглощал уже вторую порцию яичницы с беконом. Прямо перед его носом высилась стопка поджаристых тостов. — Не хочу опоздать в первый день, — ответил парень и отпил кофе. — К тому же я должен зайти за Хикари. Его мать медленно смаковала свой зеленый чай, баюкая в ладонях чашку. У её ног вертелся неугомонный пушистый котенок. — Если бы вернулся с пробежки пораньше, то успел бы поесть в нормальном темпе, — женщина слегка улыбнулась, когда котенок начал играть с пояском от её махрового халата. — Еще один спортивный фанатик на мою голову. — Спасибо! — спортивный фанатик закончил есть и стремительно выскочил на ноги. — Я пошел одеваться. Спустя секунду парень умчался прочь, а котенок, поскальзываясь на гладком паркете, поспешил за хозяином. — Как ребенок, ей-богу, — проворчала женщина и щелкнула пультом от телевизора, где шел прогноз погоды. — Или это я слишком серьезная? Спустя пятнадцать минут она уже стояла в прихожей, наблюдая за тем, как её сын зашнуровывает ботинки. Для своих неполных пятнадцати лет он был весьма высоким и мускулистым — ежедневная пробежка давала о себе знать. — Готово! — паренек взглянул на мать. — Как я выгляжу? — Как ученик старших классов на стероидах, — блондинка дернула паренька за галстук, вынуждая нагнуться. — Слишком высокий. Она ловко поправила замявшийся галстук, распрямила накрахмаленный воротник, убрала невидимую соринку с плеча. — Ну вот, теперь все отлично, — женщина старалась, чтобы её голос звучал ровно, но в уголках глаз защипало. Подумать только…уже старшая школа. — Мам? — Нет, — она улыбнулась. — Просто удивляюсь, когда ты успел повзрослеть. — С чего это такая сентиментальная? — нахмурился парень и в миг стал почти точной копией своего отца. — Что-то случилось? — Ничего такого! Иди уже, а не то опоздаешь! — Ладно! Я ушел! — парень быстро чмокнул её в щёку, схватил школьный портфель и был таков. — Будь осторожен… Акито, — прошептала Акира и прижала к груди котенка. Прошло почти пятнадцать лет, а она все еще боялась призраков прошлого. Боялась, что в один прекрасный день её семьи не станет.

***

Пространство квартиры огласилось переливчатым звоном. Хозяйке не нужно было смотреть в глазок, чтобы узнать посетителя. — Доброе утро, Акито-кун! — женщина отварила дверь и радушно улыбнулась. — Проходи, не стесняйся. — Здравствуйте, Киришима-сан! — парень вежливо поклонился. — Простите, я бы рад, но боюсь опоздать. Скажите, Хикари дома? — Конечно, сейчас я её потороплю… — Нет необходимости, — послышался язвительный голос и в прихожей показалась темноволосая девушка, одетая в школьную форму. — Идем. Она быстро влезла в туфли, и схватив парня за рукав, выволокла за дверь. — Э… ну, мы пошли! — успел попрощаться он, прежде, чем дверь с шумом захлопнулась. Пару мгновений Хинами смотрела на дверь, а потом тяжело вздохнула, с трудом сдерживая слезы. — И все же…я плохая мать, сестренка.

***

— Эй! Хикари! Подожди! — Акито нагнал подругу, которая стремительно шагала по тротуару. Парки и аллеи Токио утопали в розовом мареве цветущих вишен, ознаменовывая начало нового учебного года. — Мы опаздываем, тормоз! — выпалила девушка. — Оставь тупые вопросы на потом! — Да, время поджимает, но это вовсе не повод так вести себя с своей ма… — А это не твое дело, маменькин сынок! — От папенькиной дочки слышу! Переругиваясь всю дорогу, друзья детства добрались до школы, в тот самый миг, когда большие часы пробили восемь утра. — Вот черт! — подростки, что есть духу помчались в сторону спортзала. Когда приветственная церемония закончилась, новоиспеченные старшеклассники потянулись в свои классные комнаты.  — Эх…- Хикари с наслаждением потянулась, разминая затекшую шею. — И почему эти старперы так любят свои скучные речи? — Наверное, потому что это традиция, — невозмутимо отозвался Акито. Он с честью выдержал тридцатиминутное выступление, не испытывая никакого дискомфорта. — Это был риторический вопрос, — девушка с трудом подавила зевок. — В каком ты классе? — Класс 1-4, — по-военному отозвался парень. — А ты? — По-моему, 1-2, — Хикари с тоской оглядела толпы одинаковых школьников. — Нам обязательно идти на этот классный час? — Это тоже риторический вопрос? — усмехнулся Акито. — Увидимся! Парень махнул рукой и устремился по коридору, оставив взбешённую подругу одну. Его высокий рост и крепкое телосложение привлекали взгляды многих девчонок. — Позер, — выплюнула девушка и поплелась в свой класс. Села за первую попавшуюся парту и бездумно уставилась в окно, старательно игнорируя человеческий шум. Внезапно гам прекратился, Киришима повернула голову. В классную комнату зашел учитель — невысокий мужчина с седыми баками. — Доброе утро, класс! — учитель раскрыл журнал со списком учеников. — Что ж, прежде чем начать знакомство, я бы хотел задать вам один вопрос: «Есть ли среди вас гули?» По классу пробежал взволнованный шепоток. Хикари стремительно обернулась, но никто не поднял руку. Сердце тоскливо заныло, но девушка нашла в себе силы и поднялась на ноги. К ней тут же приклеились десятки взглядов. — А ты у нас? — учитель поспешил свериться с журналом. — Киришима Хикари, 14 лет. И я гуль. Со всех сторон послышалось шушуканье. — Что ж, очень хорошо. Спасибо, что не побоялась открыться нам, — учитель призвал к тишине. — Итак, друзья мои, начнем с традиционного представления, а после я прочитаю небольшую лекцию, посвященную антидискриминационной политике Японии. «В современном обществе люди и гули спокойно сосуществуют вместе, хотя раньше никто о таком и помыслить не мог. Долгие годы шла незримая война между двумя расами, почти 15 лет назад локальные конфликты переросли в настоящий геноцид, — монотонный голос учителя разносился по классу. Школьники ловили каждое слово, хотя об этом можно было прочитать в многочисленных книгах, посвященных равенству рас. — CCG начало истребление гулей как вида, и массовые чистки сократили популяцию гулей в десятки раз. Никто не знает, к чему бы привела столь агрессивная политика, если бы не противодействие крупнейшей античеловеческой группировки «Черная Коза», под предводительством сильнейшего гуля Токио, известного как Одноглазый король. По классу пробежал шепоток. Легенды о лидере «Черной козы» всегда были окутаны ореолом таинственности. Хикари навострила уши. Родители никогда не рассказывали ей о войне, отделываясь от нее общими фразами. — Благодаря деятельности этой организации управление CCG пошло на уступки и смогло заключить временное перемирие с уцелевшими гулями Токио. Все виновные в убийствах гулей были наказаны, и с тех пор правительство Японии ведет активную социальную политику в поддержку гулей. Однако это весьма непросто. Как вы наверняка знаете, главное отличие гулей от людей состоит в том, что они не способы есть обычную пищу, а могут питаться лишь человечиной. Решением этого вопроса занялись исследователи глобальной медицинской корпорации «Сансара», которая выросла из социального проекта под названием «Великое колесо». Кто-нибудь знает, кто является президентом этой организации? — Нишино Кими, да? — Именно так, — учитель продолжил лекцию. — Благодаря долгим исследованиям ученым из этой организации удалось вывести особый фермент, который позволяет гулям есть обычную человеческую пищу, и чувствовать себя прекрасно. Официальное название этого фермента VC-14. Сначала его использовали как биологически активную добавку, но десять лет назад началось массовое производство продуктов с добавлением VC-14, и теперь каждый гуль может спокойно есть обычную пищу, а значит нормально существовать в нашем обществе. На сегодняшний день популяция гулей постепенно восстанавливается, а особая антидискриминационная политика защищает права и свободы гулей наравне с человеческими…

***

— Киришима-саааан! — как только классный час закончился, парту Хикари обступили назойливые одноклассники. — Да? — напряженно спросила она, не зная, куда сбежать от любопытных взглядов. — А ты правда можешь есть обычную еду? Тебе не противно? Ты знаешь еще гулей? А правда, что гули сильнее, чем мы? А… Хикари затравленно огляделась, но тут в коридоре послышался какой-то шум, дверь отъехала в сторону, и в класс вошел Акито. А следом за ним тянулся шлейф из назойливых школьниц. Парень приблизился к парте подруги. — Хикари, ты идешь или как? — с деланно-спокойно спросил он, стараясь не обращать внимание на восторженные вопли одноклассниц. — Конечно! — Киришима попыталась выбраться из-за парты, но плотный поток фанаток Акито не дал ей это сделать. Девушки взяли парня в кольцо. — Амон-кун! Что это за девчонка?! Ты же обещал пойти с нами в караоке! Терпение лопнуло. Хикари вклинилась в толпу и выволокла оттуда Акито. Фанатки завопили как встревоженные чайки. Киришима распахнула окно и оглянулась на ошеломленных однокашников. — Эй! Кто-то там хотел увидеть силу гуля?! Ну смотрите! — с этими словами девушка выпрыгнула в окно. Школьники ахнули, Акито выругался сквозь зубы, наблюдая за тем, как Хикари легко приземлилась на молодую траву перед окнами. — Акито! Ну, чего ты опять тормозишь?! — крикнула Киришима. — Прыгай! Парень покосился на притихших одноклассников и вскочил на подоконник. — Амон-кун! Это же второй этаж! — завопили девчонки, но было уже поздно. Через секунду парень с шумом приземлился рядом с подругой. — Идем? — девушка отряхнула форменную юбку от пыли. — Лично я голодная. Ты же не откажешься от фирменного папиного кофе? Изумленные школьники прилипли к стеклам окон, наблюдая как два сверхсущества спокойно покидают школьный двор. За пятнадцать лет хрупкий мир между расами окреп и возмужал, но гули так и не стали обыденностью в глазах окружающих.