Гномы Поющей Горы

      Ульгар Рориссон, оставив своего горюющего отца и сестру вместе с чудом пережившей череду обвалов семьей его матери, после того, как какое-никакое сообщение между отдельными залами и уровнями было восстановлено, с трудом добрался до других следопытов, в среде которых он числился. И не успел он добраться, как ему тут-же вручили арбалет, топор, кольчугу и плащ, и поручили совместно со своими товарищами провести разведку близлежащих территорий, в особенности различные горные тропы. И вот теперь, совершенно ничего не понимающий Ульгар в компании других следопытов стоял у одних из многочисленных ворот Карак Хирна и под пение своей горы пытался понять — где они, урк подери, вообще оказались? Местные горы были совершенно незнакомы Ульгару, и уж тем более местные горные тропы. Эдакое «пойди туда не знаю куда, принеси то, сам не знаю что». Поэтому, тяжело вздохнув, юный сын древнего клана Камнебородых последовал за другими гномами, направившись к более-менее прилично выглядящему подъему на одну из ближайших скал. Конечно, вряд ли гномы были так-же ловки, чтобы скакать по скалам, подобно каким-нибудь горным козлам, однако они были весьма уперты, поэтому в конце концов, среди малоприметных уступов и труднозаметных троп они таки нашли оптимальный путь на более-менее приличную площадку на крупной высоте, откуда можно было-бы хорошо изучить местность. Там они устроили небольшой привал, ведь несмотря на то, что дави — весьма выносливый народ, им тоже требуется отдых, в особенности после долгого карабканья по горам. Достав из котомок хлеб, по твердости способный посоперничать с добрым камнем (впрочем, по мнению гномов он был вполне ничего) и небольшие емкости с добрым элем (способным свалить с ног тролля), гномы культурно расселись полукругом, принявшись обсуждать произошедшее. Ульгар тоже сел на ближайший камень, отломил кусок «кирпича» и запив элем принялся слушать истории бывалых разведчиков. Впрочем, долго на месте он усидеть не смог — что-то впилось ему прямо в седалище, и гном тут-же подскочил со своего места, а затем кинул сердитый взгляд на столь негостеприимный булыжник. При ближайшем рассмотрении оказалось, что на камне обнаружился чужеродный предмет в лице какой-то непонятной то-ли брошки, то-ли застежки, изображающей листок какого-то дерева. — Это-еще что за хрень? Изучив «листок» Ульгар передал находку командиру отряда. Тот внимательно осмотрел застежку, понюхал, попробовал на зуб и вынес вердикт: — Застежка металлическая, работа искусная, но до гномьей не дотягивает. Ее хозяин был тут недавно, застежка пахнет лесом. Сдается мне, она принадлежит элги. Нельзя сказать, что гномы ненавидели эльфов, однако и дружественного отношения к ним не было, из-за многовекового конфликта, длившегося много сотен лет назад. Поэтому факт того, что где-то тут ошивались остроухие особой радости не вызвал. — Проверьте тут все, может тут еще есть следы! — приказал командир, и гномы принялись изучать площадку. Довольно скоро обнаружились еще следы, и следопыты, оправдывая свое название, принялись по ним следовать, отослав предварительно одного гнома в Карак. Несколько раз след терялся, однако вскоре гномы обнаруживали еще следы пребывания элги, и в конце концов пути в горах привели их к подножию гор, на опушку исполинского леса. — Вот отсюда, сдается мне, и пришли элги. — Заявил командир следопытов, присев на ближайший камень и указав на вековые деревья, добавил: — Дальше мы не пойдем, один Грунгни знает — что может обитать в этом лесу, если он хоть немного похож на Атель-Лорен. Гномы неприязненно посмотрели на деревья древнего леса так, будто они готовы превратиться в эльфов и нашпиговать их отравленными стрелами, и пошли обратно. Путь назад в Карак Хирн обещал занять куда меньше времени, чем до леса, учитывая то, что никого выслеживать более не приходилось. Да и память у дави была хорошая, поэтому путь назад они прекрасно запомнили. Однако, на середине пути, случилось непредвиденное. Небольшая черная стрела чиркнула по камню в опасной близи от идущего впереди гнома. Те быстро сориентировались и рассредоточились, попрятавшись за крупными валунами, держа арбалеты наготове. По валунам чиркнуло еще несколько стрел, прежде чем гномы поняли — кому так категорически не хватило мозгов, чтобы напасть на дави. Крупные желтые глаза, серая кожа, мелкая пасть с острыми зубами, заостренные на концах уши, лохмотья и металлолом вместо одежды и брони — на гномов напали гоблины. Ну, если быть более точным, то они наткнулись на их разведчиков, идущих впереди армии Гурца Кровавого, того самого, что в свое время дико взбесился при появлении гномов в Серых Горах. Пока пара лучников доставала из колчанов стрелы, вперед ринулись самые нетерпеливые из серокожей братии, срываясь на визг и размахивая какими-то ржавыми железками, которые ну с очень большой натяжкой можно было назвать оружием. Эти вот нетерпеливые гоблины и стали первыми мишенями следопытов — со звоном дернулись тетивы арбалета, и выпущенные болты попали в уродливые немытые рожи прямо промеж глаз. Однако гоблинов было много, с десяток, двигались они быстро, и поэтому арбалеты были заменены на топоры, что довольно быстро пришли в соприкосновение с разными явно лишними частями тел гоблинов с последующим лишением оных. Гоблины даже не ожидали такой резни, но тем не менее сражались отважно (для гоблинов), так что и у пары гномов вскоре появились неприятные царапины и мелкие порезы. Больше всего не повезло одному из новичков — он умудрился поймать стрелу в плечо, из-за чего махать топором стало вдруг резко неудобно. Однако так-же внезапно, как они появились, гоблины исчезли, оставив после себя кучу трупов, истекающих черной, как смоль, кровью, видимо поняв, что с гномами им не совладать. Гномы не стали расслабляться и продолжили свой путь до Карак Хирна, ибо врата были уже совсем близко, правда перед тем как отправиться, командир отряда отрубил голову трупа местного «неправильного гроби» и положил в мешок, намереваясь показать сей трофей в крепости — в конце концов нечасто дави встречаются с совершенно новым врагом. Наконец перед следопытами показались врата родного Карака, что сразу-же гостеприимно распахнулись, впуская своих вернувшихся «сыновей». Уже когда врата захлопнулись за следопытами, командир, взяв в охапку мешок и Ульгара с еще одним следопытом, кинулся в сторожку. Там он нашел восседающего за столом начальника стражи, мерно попивающего пиво и закусывающего бараниной и шмякнул ему на стол мешок. Тот сразу отпрянул: — Гуннар, ты что, со скалы рухнул? Что за дрянь ты мне принес? — А ты открой да посмотри. Эта «дрянь» на нас во время разведки в компании десятка таких-же напала. Гном недоверчиво посмотрел на Гуннара, убрал еду со стола и заглянул в мешок, после чего издал странный звук, будто съеденная еда едва не попросилась наружу, и сказал: — Много я всякого дерьма в жизни повидал, но такое — в первый раз. И где, говоришь, на вас эта дрянь выскочила? — На горной тропе, в паре сотен метров от Карака. Еще раз заглянув в мешок, стражник сказал: — Пойдем-ка мы вместе с нашим «гостем» к старейшинам. Нечасто все-таки новые твари на нас нападают. Взяв мешок, и пробурчав в бороду, что мол «ходют тут всякие, аппетит портят» начальник стражи пошел в компании следопытов в центральный зал, во дворец Короля.

***

      Ангар с гномьими гирокоптерами теперь больше напоминал исполинскую помойку, нежели, собственно, ангар. Небольшие, способные летать подобно птицам, округловатые механизмы теперь лежали изломанными кучами по всему залу, подъемные механизмы торчали из стен изломанными линиями, а их платформы сиротливо торчали из земли, впившись наполовину в поверхность. Врата ангара, открывающие выход на поверхность, были наполовину вырваны с корнями какой-то неведомой силой. Такого разрушения не могла устроить даже армия объевшихся галлюциногенными грибами гроби. И посреди всего этого великолепия натурально рвал волосы на голове и заламывал руки заведующий ангаром член Гильдии Инженеров, грязно ругаясь и выстраивая такие матерные конструкции, что многие его подопечные, в данный момент пытающиеся найти среди этого бедлама хоть что-то уцелевшее, чуть-ли не в книжку их записывали. И пока инженер сотрясал потолок ангара неприличными выражениями, Гунни Дургримссон вскарабкался на обвалившуюся подъемную платформу и осмотрелся. Инженер (и пилот по совместительству) обладал весьма неплохим зрением, и поэтому вскоре заметил кое-что, отличающееся от другого хлама в дальнем конце зала. Аккуратно спустившись с платформы, Гунни направился к обнаруженной находке, перебираясь или обходя обломки летающих машин и прочего металлолома. Наконец, инженер достиг своей цели и громко присвистнул — перед ним лежал уцелевший гирокоптер. Конечно, катаклизм и его стороной не обошел — пара лопастей отсутствовала, паровое орудие отвалилось, внушительные вмятины покрывали обшивку, однако, судя по всему, все основные механизмы были целы. Неверяще потрогав аппарат руками, будто опасаясь, что он исчезнет, подобно миражу в пустыне Нехекхары, гном взобрался на ближайший разломанный гирокоптер, в отличии от своего товарища совершенно не уцелевший, и заорал, размахивая руками: — ЭЙ! ВСЕ СЮДА! Через пару минут почти все гномы, находившиеся в ангаре, столпились вокруг гирокоптера, взирая на него как на огромную кучу ничейного золота. Глава инженеров, протолкнувшись через толпу бородачей, подбежал к аппарату, радостно охая, и чуть-ли не расцеловал его. Нежно поглаживая обшивку и чуть-ли не облизывая все механизмы гирокоптера, гном повернул голову в сторону своих подчиненных, нахмурил взгляд и гаркнул: — Ну чего столпились и смотрите, как бараны на новые ворота? А ну быстро метнулись и нашли мне все необходимые детали! Чтобы к вечеру эта прелесть порхала как бабочка! Дважды повторять не пришлось — все инженеры, что были искренне рады своей находке, тут-же принялись разгребать завалы и убирать металлолом, освобождая взлетную полосу для гирокоптера, одновременно пытаясь найти запасные детали и разбирая другие аппараты. В конце концов, уцелевший гирокоптер был всего-лишь один, а Караку нужно было намного больше. Поэтому можно было дождаться, пока Гильдия Инженеров соберет новые, или разобрать поломанные и собрать несколько работающих. Пилоты и работники ангара предпочли второе. Удивительно, но поиск деталей завершился крайне быстро — нужные запчасти обнаружились в считанные минуты, и теперь вытащенный в середину зала аппарат тщательно проверялся на наличие неработоспособных деталей, которые тут-же заменялись. Даже несколько крупных вмятин счастливые гномы умудрились выпрямить и отполировали поверхность чуть-ли не до зеркального блеска. Наконец, все детали были на месте, гирокоптер был заправлен лучшим углем, кристально чистая горная вода была залита в котел, и Гунни Дургримссон занял свое место в кабине пилота, натянув летный шлем и очки. Главный инженер прокомментировал это словами: — Ты нашел эту прелесть, тебе на нем и лететь! — и, что характерно, другие бородачи его поддержали. Наконец, настал момент истины. Гунни дернул стартер и… ничего не произошло. Движок чихнул и все. Гном нахмурился, затем дернул стартер еще раз. И, как и в прошлый раз, ничего. Окружающие гирокоптер гномы стали нервно переглядываться, пока Гунни остервенело дергал стартер. Наконец гном не выдержал, и разразился такой матерной тирадой, что если бы в ангаре произрастало хоть какое-то растение, оно-бы моментально завяло от подобного потока брани, и пнул геликоптер изнутри в приборную панель. Движок бодро затарахтел и лопасти стали быстро раскручиваться. Окружающие гирокоптер гномы бодро кинулись прочь от летательного аппарата, и оный, оторвавшись от поверхности ангара, медленно, будто боясь, что движок опять заглохнет, полетел на выход. Миновав вырванные с корнями ворота и выбравшись за пределы ангара, аппарат словно почувствовал чистое небо над головой, и взмыл в воздух под одобрительные крики инженеров. Гунни был счастлив. Конечно, большинство гномов предпочитало твердую землю под ногами (а еще лучше — над головой), но были и те, кому больше нравился свежий воздух и голубое небо над головой. Такие обычно шли либо в следопыты, либо в пилоты гирокоптеров, и, как понятно, Гунни был из их числа. Освоившись с машиной и убедившись, что падать она пока не собирается, гном сбавил скорость и как следует осмотрелся, и обомлел. Где-бы не находился сейчас Карак Хирн — это явно не были Чёрные Горы.       Гунни повел свой аппарат повыше, насколько позволяла конструкция, достал подзорную трубу и сверился с компасом. На севере, где должны были быть плодородные земли Виссенланда, не было ничего, кроме холодных пустошей. А на юге, где должны были быть земли Порубежных Княжеств, стоял огромный, мрачного вида, лес, навевающий неприятные воспоминания о пресловутом Атель Лорене и проживающих там элги. На востоке и на западе, куда только простирался взгляд, стояли горы, и цепи в конце концов заканчивались исполинскими вершинами. А совсем далеко на юго-востоке виднелся огромный черный вулкан. Но было и еще что-то, побеспокоившее Гунни — с запада виднелись крупные столбы черного дыма. Нехорошее предчувствие заставило Гунни направить свой гирокоптер в ту сторону, и спустя некоторое время полета заметил нечто, вроде разбитого лагеря крупной армии. Снова достав подзорную трубу и направив свой взгляд на обнаруженное, Гунни разразился бранью — наспех собранные постройки дерьмового качества, исполинские костры и копошащиеся серые кучи позволили сделать вывод, что это были ненавистные гроби. Но гроби эти были какие-то… странные. Черные, серые, коричневые, более крупные для гроби, но недостаточно крупные для урхов, кто-бы они не были, но Гунни чувствовал всем сердцем — эти неведомые твари явно направляются к Карак Хирну. С тяжелыми думами пилот развернул гирокоптер и полетел обратно, к родному Караку. Пилот теперь не радовался тому факту, что он наконец поднялся в небо — он думал о том, что скоро в Книгу Обид будет внесена новая глава.       Наконец гирокоптер мягко опустился на платформу, и его окружили инженеры, и когда Гунни выбрался, они начали его расспрашивать наперебой, пока их всех не заткнул начальник, затем спросивший: — Ну, что ты там видел? — Я понятия не имею, где мы теперь, но это точно не Чёрные Горы. Ни Империи, ни Порубежных Княжеств. Но зато огромная армия… я не знаю гроби это или нет, но тем не менее сюда идет целая орда. Эти недобрые вести явно остудили радость по поводу починенного гирокоптера, и начальник махнул рукой: — Пойдем, сообщим эту новость Совету.

***

      Во дворце короля, собственно, короля не было. Он ушел со своим войском воевать в землях людей и не вернулся. А наследник пропал без вести, когда неведомая сила закинула Карак Хирн неведомо куда. Поэтому стоявший на возвышении во дворце трон пустовал, а Совет, в который входили богатые и знатные длиннобородые, в данный момент увлеченно обсуждал — чья задница в ближайшее время в него сядет. Обсуждение шло бурное, на повышенных тонах советники мерялись богатством, мощью, знатностью клана и длинной своей бороды (это важно!), но пока-что с кандидатурой будущего властителя Карак Хирна не определились. Именно в этот важный политический момент Совет был прерван появлением одного из стражников, охранявших дворец, и возвестившего, что, мол, прибыли отправленные следопыты. Честно говоря, старейшины даже были немного рады тому, что их прервали, ибо они могли так спорить, без малейшего преувеличения будь сказано, днями. Поэтому вдовствующая королева, выполняющая роль председателя совета, сразу-же приказала их сюда привести. Пройдя в центр зала к заседающим старейшинам, Гуннар отобрал мешок у начальника стражи и возвестил: — Уважаемые старейшины, ваше приказание выполнено. Мы долгое время ходили горным тропам, и можем точно сказать — мы точно больше не в Чёрных Горах. Ни одна гора не похожа на известные пики, ни одна горная тропа мне не известна, а на юге, вместо земель людей, простирается до горизонта огромный лес. И более того, по пути назад на нас напали неизвестные твари. — и Гуннар перевернул мешок, шмякнув голову гоблина на пол. Заинтересованные советники даже привстали со своих мест, чтобы лучше рассмотреть трофей. Сначала они решили что это гроби, но для гроби этой голове не хватало более зеленоватого цвета кожи и длинного носа. — И много таких тварей на вас напало? — вопросил один из советников с длинной густой бородой. — Где-то с две дюжины. Впрочем, мы их легко раскидали. — на это заявление гном удовлетворенно хмыкнул и присел на свое место, поглаживая бороду. Следопыт так-же добавил: — Еще мы обнаружили следы пребывания элги. Они приходили из леса на юге. — Час от часу не легче… Надо… — очередное заявление одного из старейшин было прервано появлением стражника, возвестившего: — Прибыл главный инженер гирокоптеров со срочной новостью! — Пусть подождет! — заявил один из старейших, на что стражник возразил: — Инженер говорит, это не терпит отлагательств! — Ну пускай тогда заходит… И к следопытам присоединился изрядно запыхавшийся инженер в компании так-же запыхавшегося пилота, возвестивший: — К Карак Хирну идет огромная армия! — а пилот, увидев валяющуюся на полу голову гоблина добавил:  — И там полно вот этих тварей! Советники тут-же стали мрачнее любой грозовой тучи, что когда-то клубились над Чёрными Горами, и заявили: — Когда они достигнут Карака? — Скорее всего к вечеру следующего дня. Длиннобородые нахмурились, после чего один из них жестом приказал разведчикам убираться. Когда ворота за гномами захлопнулись, советники начали обсуждать появившуюся проблему и то, кто будет королем, с удвоенной силой, ибо кто-то должен был повести войско на битву. Учитывая зависший над крепостью Дамоклов Меч неизвестного врага, выбор был сделан на удивление быстро — всего за пару часов.