Д — диалоги

— Слава? Ты? — Угу. Я. — Ты чего так поздно? Я уже хотел тебе звонить... Блядь. — До того, как ты что-то скажешь... — Это кровь?.. — Да, но... — Если ты скажешь, что она не твоя... — Бля, чья ещё? — Твою, сука, мать, Слава... — Я хотел сказать, что все в порядке. — Это же не открытый перелом? Скажи, что это не открытый перелом... — Да не... Это от ножа. Эй, эй, ты, блядь, только не вырубись! — И не собирался. — Блядь, не начинай!.. — Не начинать что? — Говорить таким голосом! Серьёзно, как мамка! Че ты делаешь? Твит? Типа, Яхве наконец раздал пиздюлей за своих еврейских детей... Стой, ты в скорую звонишь? Бля, не надо! Мир-о-о-он! Да в порядке все, че ты... Не включай свет!!! — Господи... — На вид пиздец, но все заебись... — Слава, во что ты ввязался?.. — Давай, я все расскажу, когда сяду. — Я звоню в скорую. — Бля, Оксан, не бузи! Просто джинсы светлые... Были. Этот уебок порвал мне джинсы, ты видишь? — Я вижу, что у тебя вся нога в крови. — Джинсы порвал! Новые!.. Почти. Они же и не отстираются теперь, да? Че ты?.. Эй! Серьёзно уже заебал со своими жидовскими ручонками! — Сними очки. — Зачем? — Почти час ночи, Слава, солнца нет и не было весь день. Сними очки. — ...нет. Да отъе... А! Блядь!.. Да могу я идти, не надо... — Ни. Слова. Больше. — О'кей, мам... Даже разуться не дал. Хотя твоя ж хата, хули мне... Не!.. Сука. Без очков, как голый, блядь... — После того, как я услышу эту охуительную историю, Слава, у тебя будет один единственный шанс на достойное оправдание. — Да мы только дунули... — Закатай рукав. — Я кровью истекаю. — Ты... Блядь. Сиди смирно. — Да, ма-а-ам... — Говори. — На баттле бы такой злой был... Ну, мы с Замаем... Не вздыхай ты так! Он нихуя не при делах! — Как всегда... — Че? — Продолжай. — Короче, мы просто ходили по городу... — Снимай джинсы. — Это, кстати, неплохая идея, потому что, не знаю, почему так всего происходит, но мы не спим, и... — Слава, я въебу тебе. — Ладно, ладно. Короче, мы просто гуляли... Ваще никого не трогали, отвечаю, а потом к нам приебался какой-то тип... Сука, только, блядь, попробуй. — Ты не сможешь сам раздеться, ты еле стоишь. — Оксан, я въебу тебе. — Въебывай. — Вот ведь... А и хер бы с тобой. Короче, приебался к нам какой-то упырь... Эй, кроссы не швыряй так! Я уже, блядь, джинсы проебал, кроссы просто разобьют мое сердечко!.. В общем, он че-то начал пиздеть, я ему говорю, мол, уважаемый, пиздуйте нахер, а он такой, только после Вас. Андрей ему все разложил, типа, так и так, отъебись, но этот хмырь просто пиздец ебнутый был, полез, блядь, к нему с кулаками, по башке ебнул... — А ты? — А я че, стоять, смотреть должен был? Ну, втащил я ему разок, он ваще охерел. Толкнул меня, мудак, я об скамейку башней пизданулся. Отрубился на пару сек, глаза открываю, а у этого гондона, блядь, ебаный нож! Сука, Мирон, нож! Я ебать охуел. Мы тогда так зависли, и прямо ещё впиздело так нехило, мне даже показалось, что это просто... Не важно. Короче, смотрю, у него, блядь, нож. Я думал, он угорает, а он как замахнется, блядь, куда-то, типа, в грудь, не знаю, но Андрюха его оттащить успел, так что он мне ток по ноге задел. Совсем с краю. Почти не больно. Только джинсы, сука, жалко... Короче, я решил, что легче будет дойти до тебя... Надо было вызвать такси... Я не подумал о... Но теперь я тут. Хэппи энд, епта... Мир-о-о-он! А... Опять эта херня твоя. Ты её для меня держишь, да? — Ты залил стул кровью... Сиди. Продолжай. — Да че ты, Мирош, все ж заебись! Нахуй этот мамкин тон, че за хуйня? Я ж сдохнуть мог сегодня... Андрей тоже сказал ехать в больничку, а я говорю, хули мне, Гнойному... Блядь, ты же не будешь заливать это все этой хе-... СУКА! Блядь!.. Че за хуйня?! — Перекись. Не веди себя, как ребенок. Терпи. — Блядь... Прикинь... Прикинь, он бы меня замочил?.. Ебаный клуб 27, так и ждут, твари. Это, блядь, заговор. Хитрый план... Ты че? Мир-о-о-он?.. Эй, бля, я ж пошутил, нихуя бы он меня не грохнул. Я, бля, бессмертный!.. Мирон?.. — Подержи вот так. И прижми посильнее. — Ну, не загоняйся ты! Подумаешь, какой-то гондон приебался, ниче ж не случилось, все в поряде... Ай. Обязательно так сильно?.. — Обязательно. Следи, чтобы повязка не сбилась и не ослабла. Завтра мы едем в медпункт. — Бля, Мирон, я ж сказал, что... — Я сидел здесь, дома, и думал, нужно ли тебе позвонить. Это не так уж важно, один звонок, да? Без звонка или с ним, по большей части, одна херня. А ты приходишь и говоришь, что на этот звонок мне мог ответить либо мент, либо Замай, и я нихуя не знаю, что хуже... — Андрюха мне жизнь спас. — И это лучшее, что он когда-либо делал. — Не гони! Замай... — Помолчи, Слава, просто помолчи. — ... — ... — У тебя руки в крови. — У тебя тоже. — Кстати, надо бы протереть дверную ручку... И, может, немного стену у лифта... — Я не могу представить, что тебя нет. — Конечно, я же смысл твоей жизни... Ну, подожди, ну! Я не могу за тобой бегать, забыл? Все хорошо... Мы съездим в больничку, если ты хочешь... Прям завтра утром. Хоть сейчас. — Не надо сейчас, ты... Без очков. — А кто их, блядь, снял? — Ты испачкаешь мне одежду кровью... Я констатировал факт, а не запрещал. — Еще б ты мне запрещал. — Ты говорил, ты бросишь все это, Слав. Ты говорил, что... — Я брошу. — Нет... — Я... — Не сейчас. Давай... Не будем спорить. — Ладно. Но ты же не злишься на меня? — Нет, Слава. — Тогда почему ты все еще говоришь... Так? — Потому что я хочу дать тебе пизды, привязать к стулу и больше никуда не пускать одного. И потому, что я... — Я люблю тебя. — Да, поэтому. — Да... Так и... Ну, знаешь... Мы не спим... — Иди нахуй, Карелин.