Нас было трое

      Я пуст, выжат досуха. Завидую тем, кто еще может показывать слезы. Даже в такой мелочи я подвел тебя. Я такой бесполезный.       В спальне было темно и душно. И температура все больше повышалась от двух тел, что тесно сплелись на постели. Юнхо забыл в баре пиджак, где-то в коридоре маленькой квартирки, которую снимал Дже, посеял рубашку. Носки сгинули во тьме вместе с ремнем. От белья его тоже быстро избавили. Джеджун бросился в омут запретного наслаждения с головой, задыхался от жадных поцелуев, сам изводил Юнхо торопливыми ласками. Обнаженный, он прижимался к мужчине, к которому влекло магнитом, судорожно цеплялся за его плечи, стискивал бедрами.       На какое-то мгновение, когда животная ненасытная страсть измучила и силы иссякли, Джеджун упал любовнику на грудь, закрыл глаза. Он чувствовал, как теплая вязь склеивает их животы, слышал гулкое сердцебиение Юнхо. Губы онемели от поцелуев, но напряжение, сковывавшее гениталии еще несколько минут назад, спало. Они мастурбировали друг другу, словно два подростка, покусывали и вылизывали влажную от пота кожу. И совершенно ни о чем не думали, просто удовлетворяли сиюминутные желания и потребности. — Юнхо? — Мм? — Это… то, что ты ожидал? — Спрашиваешь, не разочарован ли я?       Дже приподнялся и взглянул на мужчину. — Мне было хорошо, — ответил Чон. — Но не «очень» хорошо? Не как с… — он едва не брякнул про Джесс. — Не как с девушкой?       Юнхо не был идиотом, сразу все понял, улыбнулся. — Девчонки здорово сосут. — Кстати о птичках, как это было? — Ты о чем?       Дже положил подбородок на ладони, смотрел на Юнхо. — О минете. Как ты, умница и пай-мальчик, учил ее отсасывать?       Чон удивлено вскинул брови, потом расхохотался. Джеджуну пришлось упереться одной рукой в постель, чтобы не свалиться. Отсмеявшись, Юнхо погладил волосы Кима, запутал в них свои пальцы. Потом огладил шею и помял мышцы спины. — Слышал о чайных домах? — Нет. — На востоке так называют закрытые заведения, куда влиятельные люди приходят культурно провести досуг. — Потрахаться с элитными проститутками? — Там ведутся важные разговоры, заключаются сделки, в том числе и не совсем легальные. Девушки, работающие там, могут расслабить разными способами. Они умеют очень многое, да так искусно, что подсаживаешься на удовольствие, как нарик. — Ого! — Я был там пару раз тайком от родителей. — А потом попросил нашу принцессу поработать язычком? — Угу.       Джеджун опустил глаза на губы мужчины. На мгновение в комнате повисла тишина. А потом Дже огорошил его. — Хочешь… научить меня? — Чего?!       Юнхо приподнялся, и Джеджун вынужден был выпрямиться, сесть на его бедра. — Это не смешно. — Я не шучу, — Дже обвил руками шею мужчины, легонько чмокнул в губы. Шепнул. — Я хочу подсадить тебя. Сделать так, чтобы ты не мог обойтись без меня. Хочу сделать тебя наркоманом.       Юнхо был без ума от такого страстного шепота. Он не мог отказать в просьбе. Обнявшись, они долго целовались, с удовольствием играя язычками. Их молодые тела отзывались на обоюдные ласки, и вскоре они вновь возбудились. — Давай вниз, — мягко отстранив Джеджуна, Юнхо с трудом сладил с хриплым голосом. — Устройся поудобнее.       Джеджун сполз с ног любовника, уселся на колени. Юнхо положил несколько подушек у изголовья, удобно устроился и развел ноги в стороны. Поманил Дже пальцем. Тот подполз. Его взгляд был приковал к эрегированному члену мужчины. Он накрыл его ладонью, ощутил вздутые вены. Он был горячим и наливался твердостью от одного прикосновения. Розовая головка появилась из своего укрытия, отчего член вырос в размерах, не помещаясь под ладонью Джеджуна. Тогда он обхватил его пальцами и немного поводил вверх-вниз. — Не противно? — Нет. — Тогда можешь попробовать лизнуть.       Дже наклонился и дотронулся кончиком языка до головки члена. — А сейчас как? — Да нормально все, заебал! — вспылил Ким, чувствуя себя идиотом от такого нежного внимания. — Тогда поводи язычком по кругу, потом присосись, будто к персику. — Персик, — ухмыльнулся Джеджун, выполняя инструкции в точности, как сказал мужчина.       Он увлажнил головку слюной, и та заблестела, стала очень привлекательной на вид. Тогда Ким пошел дальше, обхватил губами и начал всасывать, будто хотел высосать побыстрее сперму из уретры. Юнхо прикрыл глаза, балдея от волшебных ощущений. Джеджун действовал смелее, сосал сильней, чем Джессика, и это было просто изумительно. — Пройдись языком по всей длине. Делай так, как самому бы понравилось.       Дже надавил на головку большим пальцем, чтобы не скучала без игрищ, сам пустился в исследования вверенной ему территории. Он ощупывал каждую венку, увлажнял каждый миллиметр члена, щекотал дыханием. И вздернул на Юнхо глаза, едва до него долетел наполненный удовольствием стон. Чон тяжело дышал, его глаза словно затуманились. Он смотрел на Дже с самым сексуальным выражением на лице. Это обнадежило. Обхватив член у основания, Джеджун погрузил его в рот. Причмокивая, заскользил по нему, нажимая языком.       Юнхо запустил руки ему в волосы, закрыл глаза и немного выгнулся, двигая бедрами. Дже уперся ладонью ему в чресла, вырвался. — Не держи так, мне неприятно. — Прости.       Дже слизнул мутную капельку, повисшую на нижней губе. — Ну как, у меня получается? — Да, так классно… — Отлично.       Ким обхватил яйца мужчины, сжал. Тут же глубоко заглотил торчащий колом член любовника. Юнхо стиснул простынь, заменяя ею мягкие волосы Дже, потянул. Ему отчаянно хотелось двигаться, просто до одури возжелалось повалить и трахнуть Джеджуна. В рот или еще куда. Захотелось секса. — Еще! Пожалуйста, еще!       Дже поднял на него глаза, чтобы убедиться, что получил власть над мужчиной. Удостоверившись, что дальнейших указаний не будет вследствие неадекватности учителя, он удвоил усилия. — Ах, Дже… я…       Ким почувствовал, как начали сокращаться мышцы живота мужчины, приподнялся. Заменив рот рукой, он с усилием сжал член и принялся дрочить ему. Юнхо напрягся и даже дыхание задержал. Его лицо исказила сладостная мука. Секундой спустя он кончил. Джеджун растер сперму по наливающемся слабостью члену, потом наклонился и запечатлел поцелуй на животе любовника. — Кажется, у меня получилось. — Угу. Это было… охренительно…       Юнхо тяжело выдохнул и затих, мгновенно засыпая. Усталость на работе, эмоции от близости и бурное семяизвержение доконали его. Дже думал сначала потормошить его, но быстро одернул себя. Поднялся и ушел в ванную. Вернулся с влажным полотенцем. Почистив тело любовника, он укрыл его одеялом. Сам накинул на плечи плед и вышел на балкон покурить. Далеко на горизонте небо начало светлеть. Через пару часов будет рассвет. Новый день они встретят вместе. Однако его грызло смятение, одна сигарета не помогла успокоиться, в ход пошла вторая.       Посасывая сигарету, он ощущал легкую боль в мышцах лица. Еще бы, ублажать такого зверя. Тут нужны силы и умения! Джеджун потер лицо, погримасничал, разминая мышцы рта. Вспомнился солоноватый вкус Юнхо, его размеры. Смущение уступило место удовлетворению: он наконец-то получил то, что хотел. Юнхо принадлежал ему, корчился от его усилий, кончил от того, что ему было хорошо. Но почему ощущал какой-то дискомфорт? Почему не мог просто уснуть, как Чон? Неужели муки совести? Усмехнувшись, молодой человек прикрыл глаза, раздумывая над тем, что произошло этим вечером. — Жили на свете Ромео и Джульетта, — пробормотал он в задумчивости. — Совсем не к месту оказался поблизости другой герой, Тибальд. Нет, лучше Меркуцио! Все же я не такой уж отрицательный персонаж… Какая к черту разница! Джульетта где-то во Флориде, а мы превратились в нелепую пару Ромео и Меркуцио. Шекспир бы в гробу перевернулся, ха-ха-ха.       Дже повертел в пальцах третью сигарету. Вышвырнул нетронутой и вернулся в квартиру. Бросив плед на стул, он забрался в постель. Пришлось попотеть, чтобы вытащить одну подушку из-под Юнхо, но все же он устроился и закрыл глаза. Думал, что будет мучиться бессонницей, но заснул довольно быстро.       Утро началось с бешенного стука в дверь. Джеджун продрал глаза, сел. Голова раскалывалась от принятого вчера на грудь. Кажется, пил немного, но похмелье настигло его. Юнхо спал, засунул голову под подушку. Его обнаженное бедро выглядывало из-под одеяла, вызывая в памяти волнительный образ ночного оргазма. Это лицо, эти стоны, они останутся с Дже навсегда.       Стук-стук, бряк-бряк. — Иду!       Джеджун нацепил джинсы, не удосужившись надеть трусы, поплелся открывать. Прежде чем открыть дверь, он вжикнул молнией вверх. Потом повернул ключ. — Что… — Дже, мне нужна помощь!       В квартиру ворвалась Джессика. Растрепанные волосы и бледное лицо с залегшими под глазами тенями говорили о том, что девушка не спала по крайней мере сутки. Швырнув сумку на комод, она стянула туфли и принялась распутывать душивший ее бант на блузе. Джеджун пребывал в шоке, молча таращась на нее. — Т-ты… — Эта сука втянула меня в такое дерьмо! — Какого хрена ты сюда… блять… — Джеджун бросился мимо девушки к спальне, рывком закрыл дверь. — Так, Джесс, слушай, давай поговорим внизу в кафе. Спускайся, а я сейчас оденусь и приду. — Ты что, не один? — Дин понизила голос. — Угу. — Ой, прости! Да-да, сейчас. Ох, знала бы, так не шумела бы.       Дже закивал. Схватив сумку, он протянул ее подруге, а та начала тягать на ноги туфли. Внезапно дверь спальни отворилась, и на пороге возник Юнхо. Он кутался в одеяло и сонно щурил глаза. При виде Джессики мужчина вмиг проснулся. Джеджун возвел глаза к потолку и прислонился к стене, словно все силы разом покинули его. Джесс медленно выпрямилась, держа одну туфлю в руке. Взглянув на расстегнутые джинсы Кима, она перевела взгляд на одеяло Чона. Повисла пронзительная тишина. — Джесс… — В-вы встречаетесь? Давно?       Джеджун исподлобья глянул на Юнхо, мол, давай, объясни ей, раз приперся и испортил все к хренам собачьим. — Нет, — чувствуя на себе взгляд Дже, Юнхо пояснил. — Недавно. — Вы что же… и… и спите? — Ну… — Господи Боже-еее!       Дже выронил сумку, хлопнул себя по бедрам. — Может, кофе выпьем? — Да! Отличная идея, — поддержал его Чон.       На кухне места для троих не было, поэтому расположились с кружками в спальне. Джеджун открыл все окна, чтобы проветрить помещение, пропахшее их потными телами. Джессика залезла в кресло с ногами, сжалась в комочек и вглядывалась в мужчин, будто при первом знакомстве. Юнхо сидел на краю кровати, закутавшись в одеяло, как в римскую тогу. Его брюки оказались где-то под кроватью, а поиски сейчас были невозможны. Дже уселся на подоконник. Так и обменивались взглядами, сидя в разных углах, храня неудобное молчание. — Я думал, ты во Флориде, — проговорил наконец хозяин квартиры. — Была. Мы с Кейт поехали на заработки, ее парень вроде как все устроил. Туристический сезон обещал неплохую прибыль, мы должны были работать в ресторане одного отеля. Когда мы приехали, оказалось, что им нужны шлюхи. Точнее, официантки с широкими полномочиями. Мы сбежали. — Это не та Кейт, которая уже подставляла тебя? — Она! — Джесс подняла руку, мол, только не надо этих «я же говорил». — Блять, Дже, у меня не было выбора! Матери нужны лекарства, а страховка не покрывает их. Где мне, по-твоему, найти пять тысяч?! — Если человек один раз подставил, значит, впредь нет ему веры.       Дин сморгнула появившуюся в глазах влагу. — И кто мне это говорит? Чувак, отбивший у меня парня? — Парня? — Джеджун аж кофе подавился. — Да вы с ним даже не встречались, аллё! — Ты знал, что я его люблю. — Ты всех любишь. Мне говоришь об этом постоянно. — Это другое. — Да, точно. Я ведь просто приятель, с которым ты трахалась в спортзале. А он был другом, с которым ты спала в универе. И кто знает, сколько еще у тебя таких корешей? — За кого ты меня принимаешь?! — вскричала Джесс. — Прекратите, — Юнхо терпеть не мог ссор, особенно таких, когда каждый ошибался и не мог признать вину. — Давно ты стал геем, Юнхо? — Джессика повернулась к нему, по ее щекам потекли слезы, голос дрожал. — Сегодня ночью, прикинь, — начал закипать Джеджун. — Мы трахались, как сумасшедшие кролики. — Дже, сходи проветрись. — Это моя квартира! — возмутился тот. — Сходи в аптеку за каплями, окей?       По тону Ким понял, о каких каплях шла речь. Пробурчав ругательство, он поднял с пола футболку и вышел. Через минуту хлопнула входная дверь. Джессика вскочила. Отставив кружку, она подошла к Юнхо и села рядом, обхватила его руку. — Дже ведь мстит мне, да? За то, что выбрала тебя. — Что? — Юнхо не понимал, о чем она говорит. — Он часто упрекал меня в том, что я не могу сделать выбор. Как собака на сене, не подпускаю вас к себе, но и отпускать не хочу. Вы — два самых главных человека в моей жизни. — Джесс, что ты сказала только что? Ты выбрала меня?       Девушка всхлипнула и громко шмыгнула носом. — Когда я побежала за Дже дома… я боялась потерять единственного друга. Брата, можно сказать. И я действительно люблю его, как брата. А ты — другое дело. И я сказала об этом Джеджуну.       Теперь Юнхо стало понятны слова Дже и его нежелание сближаться. Зная все, мужчина ясно видел, что буквально подтолкнул Джеджуна к близости, едва ли не заставил. Ким сомневался, может ли присвоить себе человека, столь дорогого его подруге. Именно поэтому злился сейчас. — Джесс… здорово, что ты наконец определилась, но уже поздно. Я любил тебя в университете, но тогда ты решила, что Дже и его идеи важнее и ушла. Не имеет значения, жили вы тогда вместе или нет, я продолжал любить, пока не понял, что это чувство выродилось. — Теперь ты видишь во мне сестру? — горько усмехнулась девушка. — Да. Прости. — А Джеджун? Что ты чувствуешь к нему? — Он мне нравится. По-настоящему.       Джессика выронила его ладонь. Некоторое время она сидела, оглушенное признанием, потом поднялась. — Никогда не верила в Бога, но, кажется, он только что преподал мне урок.       Юнхо тоже поднялся, положил руку на плечо девушке. Та сбросила его ладонь, отошла. — Джеджун тоже сказал тогда, что больше не видит нас вместе. Мы долго разговаривали с ним, пытаясь понять, когда наши дороги разошлись, — девушка тряхнула головой. — Мне было так больно из-за вашей неприязни сначала, а сейчас… вы вместе, это здорово. Но теперь я лишняя. Какая ирония.       Юнхо подошел вновь, приобнял девушку. — Дождись Джеджуна, иначе потом будешь сожалеть, что расстались в ссоре. Давай в душ, успокойся, отдохни. Он вернется, и мы поговорим втроем. Хорошо? — Ладно.       Ким разжился бутылкой бренди и пошел к дому. Однако, решив, что напиться ранним утром в среду будет как-то по-свински, он не поленился дойти до азиатского квартала. Это не был знаменитый Чайна-таун, просто небольшую улочку оккупировали выходцы из Лаоса, Камбоджи и Вьетнама. Мужчина купил три коробки с китайской лапшой и повернул назад. На улице встретил Юнхо. Сердце биться перестало — этот козел сейчас пытается смыться, как и год назад?! — Где ближайший телефон-автомат? — Ээ… за углом. — Сбегаю позвоню на работу, скажу, что меня не будет. — Ты вернешься? — Дже покраснел от того, сколько надежды прозвучало в его голосе. — Да. — Точно? Может, мне пойти с тобой? — Лучше посиди с Джесс. Боюсь, она может что-нибудь учудить. — Вены вскрыть и удавиться у нее кишка тонка. — Дже! — Ладно-ладно. Давай быстрее только, а то еда остынет.       Юнхо улыбнулся ему и побежал в том направлении, куда указал ему Дже. А десять минут спустя все трое сидели в более-менее прибранной спальне, шумно ели лапшу и запивали алкоголем. Джессика изрядно разбавляла бренди слезами, а соус лапши — соплями. Ким, будучи из тех друзей, что навешают больше, чем пожалеют, провоцировал истерику едкими замечаниями. Юнхо ел молча, изредка одергивая любовника. Он был растерян — ситуация складывалась такая, что хоть вой. — Любовный треугольник, — пробормотал он. — Пф, — Дже одним махом осушил свою рюмку. — В этом пресловутом треугольнике роли расписаны по жопски. «А» любит «Б», «Б» сохнет по «С», а «С» раздвигает ноги перед «А». У нас не так.       Джесс всхлипнула. — У нас «А» любит «Б», «Б» спит с «А», а «С» летит в пизду. — «С» сама в этом виновата. — Хватит меня упрекать! — Ребята, мы все виноваты. Заткнитесь уже. — И вообще, мы еще не выяснили, какие чувства испытывает «Б» к «А». И испытывает ли.       Джесс покрасневшими глазами уставилась на Дже, так же как и Юнхо. Ким заерзал. — Может, уже сменим тему? — Почему? Мы достаточно причинили друг другу боли, чтобы еще умалчивать. — Не хочу я больше говорить об этом, — уперся рогами Джеджун.       Протянув руку, он взял пульт и включил телевизор. Намеренно сделал звук громче. В стену застучали, раздался глухой крик. Дже снял тапок и швырнул, угодив в постер с рок-звездой, ответным ором послал соседа нахуй. — Что ты теперь будешь делать? — спросил Юнхо у девушки, придвинувшись со своей порцией к ней ближе. — Не знаю. Поищу работу, может смогу совмещать, чтобы побыстрее накопить денег. — Возьми в банке ссуду. — Кто мне даст? Я без образования и стабильной работы.       Дже при этих словах сжал губы в тонкую полоску. Несмотря на телевизор, он прислушивался к разговору. — Я помогу. — Не надо, я сама. — Гордячка! Я тебе не бабки предлагаю, а работу! Завтра придешь в офис в девять. И чтоб без опозданий.       Джессика кивнула, вновь заревела. Джеджун отвел взгляд.