Общий мир

      Ято смотрел на несуразного подростка с нелегкой судьбой с минуту, Юкине также с деланным спокойствием, неровно дыша, рассматривал человека, согласившегося взять над ним опеку. — Собрать вещи? Окей. Это будет просто. Тут их немного.       Парень резко сорвался с места и унесся к жилому корпусу. Пробежал до второго лестничного пролёта, там его застала одышка. Он почувствовал приступ рыдания, подступающего к горлу. Такие приступы истерик часто случались, когда Юки переживал. А сейчас он переживал. Не сбавляя шага, Юкине попытался восстановить дыхание. Вроде получилось. Уже дойдя до комнаты, мальчик почувствовал, что он в полном порядке.       Открыв дверь, Юкине увидел Алекса, тот что-то строчил в своей тетрадке. Но как только заметил зашедшего, сразу убрал её и поприветствовал взглядом. Алекс, в отличие о своего брата, не любил говорить. Блондин, также взглядом ответив на приветствие, начал закидывать в потрепанный рюкзак вещи. — Освобождают? — только одним словом и поинтересовался Ал. — Да. Нашёлся какой-то мудак, дядя вроде, — Юки продолжал яростно закидывать пожитки в сумку. На него часто находили приступы эмоций. Сейчас это был именно он. Юкине злился на себя за несдержанность, на нового дядю за… он не знал за что, наверное, за эту тупую неуверенность. И в конкретный момент просто ненавидел того. И, конечно, он злился на несправедливость. — Увидимся, — бросил он сочувствующему соседу, громко хлопнув дверью.

***

      Ято понял, что определённо вляпался в какое-то дерьмо. И это дерьмо называлось «Опека над Сато Юкине». По первому впечатлению можно было понять, что всё веселье только начинается.       Биса сбежала обратно в здание приюта по каким-то делам: «Ничего странного в этом нет, она же социальный сотрудник.» — пронеслось в голове Ятогами. А с ухода парнишки прошло минут десять, но долго ждать не пришлось: Юкине уже понуро топал к новому опекуну. — Ты всё собрал? Отлично. Нас всё ещё ждёт такси, давай быстрее, пока Солнце ещё не сожгло нашу планету — дышать будет трудно, — Юкине только закатил глаза, закидывая со всей силы рюкзак в машину, затем ещё раз громко хлопнул дверью. Если бы на потолке была штукатурка, она бы точно посыпалась       Ято повторил те же действия, только в более мягкой форме и назвал тому же старичку нужный адрес.       Как оказалось, таксист высказал не всё, что думает о современной молодежи. Но теперь он ещё жаловался Ято на сидящего сзади мальчика, как представителя панков. Возможно, супер укладка от подушки напоминала ирокез, возможно шпоры по английскому на руках парня слишком походили на татуировки, но вот принадлежность к этой субкультуре старик чётко разглядел. Юкине устал закатывать глаза и уже активно кивал водителю. Ятогами же просто сделал вид, что уснул.       Мысли Ято, как ни странно, не крутились вокруг четырнадцатилетнего подопечного с непростым характером, а были направлены на письмо, которое отослала его компания в крупную сеть аптек (фирма занималась только производством препаратов, не их сбытом). Такой контракт решил бы все трудности с выплатой зарплат в следующем году.       А вот Юкине рассуждал о вселенской несправедливости. Сначала мать загремела в психушку, а теперь ещё и это: левый парень в опекунах, с которым у них общего — только половина крови. Но от вселенской несправедливости отвлекал живой монолог водителя. Чёрт, он так круто хейтил панков, что Юки даже действительно захотелось к ним примкнуть.       Но вот автомобиль подъехал к пункту назначения — светлому трехэтажному дому (первый этаж был скорее гаражом, а третий напоминал чердак). Здание стояло почти вплотную к соседним, но слева имело небольшой свободный участок, там был развит скромный японский садик. Тут Юкине усмехнулся, представляя как напыщенный опекун копается в земле, пристраивая какой-нибудь бамбук. Бред. Этим наверняка занимается садовник.       Расплатившись и поблагдарив за работу таксиста, Ято вылез из машины и распахнул дверь перед мальчиком. — Пошли, не мешкай, нам ещё нужно какой-нибудь ужин сообразить, — Юкине не стал противиться и, снова понуро, двинулся к своему будущему дому.       Ято поднялся по внешней лестнице на второй этаж, поглядывая, чтобы парнишка не свалился с неё, повернул ключ в замке, войдя, щёлкнул выключателем. Свет озарил прихожую — комнатку два на два с удобным стулом, шкафом-купе в традиционно японском стиле и дубовым полом. — Вешаешь одежду сюда, запасные ключи здесь, — Ято указал на небольшую ключницу висящую прямо под выключателем. — Пользуйся пока ими. Ты будешь жить в гостевой спальне. Это на третьем этаже. Вот лестница, — нельзя было не отметить великолепный дар командовать, приобретённый за восемь лет работы генеральным директором.       Юки, уже снявший всю одежду, выглянул, чтобы посмотреть, что все-таки ведёт к его комнате. Это была чрезмерно крутая винтовая лестница. — Твоя дверь — вторая. Ещё там есть душевая. Внизу нормальная ванна. Здесь, — Ято обвел руками близлежащее пространство, — кухня-столовая, гостиная и мой кабинет. Ах да, санузел есть на каждом этаже. Вопросы? — Юки пожал плечами, — Отлично. Раскладывай свои вещи пока, осмотрись, если хочешь. Через полчаса ужин. Если возникнет непреодолимое желание помочь мне, приходи на кухню, — но по взгляду Юкине сразу стало ясно, что не возникнет.

***

      Юкине поднялся по винтовой лестнице на третий этаж. Потолки тут были ниже, к тому же, к коридору шел наклон крыши. И если Юки со своими ста пятьюдесятью пятью сантиметрами пройти там мог легко, то вот кому-то, повыше его сантиметров эдак на тридцать, сделать это было бы куда сложнее. Мальчик увидел три двери. Из любопытства решил заглянуть во все.       Первая дверь вела в просторную, опрятную комнату. Мебель предельно современная и новая, но из всей обстановки выбивался гамак, висевший в углу. Н-да, этот парень перечитал «диких джунглей».       Вторая комната теперь принадлежала ему. Светлые стены, светлый пол. Широкая двуспальная кровать и простой рабочий стол, шкаф-купе в японском стиле с какими-то канарейками. Справа располагалась дверь в ванную. Ванная представляла собой душевую кабинку, раковину и унитаз. Юкине очень понравился личный санузел. Это удобно.       Третья же была дверью в кладовую, причём кладовую размером с его комнату. Огромное количество различного хлама: велосипед, штук пять картин в огромных рамах (картины — пейзажи Японии в разное время года и суток), стеллаж с невероятным количеством документов, кресло-мешок, системный блок, около него валялись треснувший монитор и остальная ерунда для компа двухтысячных годов, также там можно было найти различные препараты с истекшим сроком годности. Юки определенно не понял, что они там делали. Множество ещё интересных вещей лежало в кладовке, но просматривать их не было времени. Юкине пообещал себе вернуться сюда позже.       Юки возвратился в свою уже комнату и кинул вещи в шкаф. Хотелось забрать оставшиеся шмотки из дома, нужно будет намекнуть на это Ято. Хотя, почему намекнуть? Потребовать.       Предстояло осмотреть ещё два этажа. Юкине почти преодолел лестницу, но не очень удачно — с грохотом свалился с предпоследней ступени и распластался на полу. — Эй, ты решил объединить два этажа? — раздражённо поинтересовался подоспевший с кухни Ято. — Помочь?.. — но подросток лишь смерил того убивающим взглядом и поднялся сам. — Как хочешь. Еда готова. Надеюсь, ты ешь рис с яйцами? Да, сегодня ничего более не будет, я съезжу завтра за продуктами. Видишь ли, я три дня не жил дома. — Ничего, я могу довольствоваться диетой «сделай сам». Жизнь с матерью-шизофреничкой многому учит, тебе явно когда-то не хватило подобного опыта, — хмыкнул в ответ парень. — Почему ты меня взял? — с затаённой яростью спросил Юки, садясь за стол. — Потому что больше некому, — тяжело вздохнул Ятогами. — Ещё вопросы? — Юкине вскинул брови. — О, просто великолепно, я тоже люблю благотворительность, — сказал Юки, явно повысив тон. — Откуда куча просроченных лекарств? Ты не только подбираешь несчастных племянников, но и раздаешь лекарства нищим? — Да, покончить с неспособными оплачивать своё существование — это то, чем я занимаюсь в свободное от работы время, а вообще я — владелец фармацевтической кампании, иногда мне приходится привозить сюда списанный товар, выкидывать их просто так нельзя, а мусоросжигатель у нас пока только формируется.  — Хорошо. Надолго я тут встрял? — слова сами сложились в это предложение, ведь неизвестность убивала. — Если тебе настолько неуютно, пожалуйста, мы можем оставить тебя в приюте, — это отношение начинало подбешивать, Курушими цедил слова сквозь зубы.       Ято странно улыбнулся, поднял брови и покачал головой. — Я так полагаю, что… — вздох, голос снова стал ровным, — до совершеннолетия. Не волнуйся, если ты, к тому же, умеешь готовить еду, то точно выживешь, — как бы придавая убедительности своим словам, Ято сопровождал их уверенными кивками и соответствующей мимикой. — Круто, всегда мечтал выжить, — хмуро усмехнулся мальчик. — Особенно с мутным типом, торгующим таблетками, — уже с едкой усмешкой добавил он. — Я могу забрать это подобие еды наверх? — сказано это было настолько добродушно, что казалось, Юкине обожает постную пищу. — Ты же рассыпешь. Можешь поесть в гостиной, — коротко ответил собеседник. — С превеликим удовольствием, особенно, если ты там точно не появишься ближайшие полчаса, — Юкине одарил дядю своим фирменным взором.

***

      День прошёл предельно сумбурно. Уже лежа в постели, Ято никак не мог понять, что делать с мальчиком, но в итоге просто пришёл к тому выводу, что с такой жизнью даже в четырнадцать можно повзрослеть. И Ято решил просто предоставить парня саму себе, он наверняка понимает, что ни к чему хорошему его поведение не приведёт, а от опекуна лишь требуется немного стабильности. Нужно всего-то не избивать его (Ято сразу приметил синяк на скуле, мальчик постоянно старался неосознанно прикрыть), давать достаточное количество денег на осуществление подростковых штучек, ведь Юкине действительно был самостоятелен.

***

      А вот мысли Юкине не были сосредоточены ни на чём. Ему хотелось одновременно заплакать, разбить стену и уснуть. Особенно сильным было желание разбить стену. Но вот в голове засела другая идея. Идея того, что его дядя — пидорас. Смакуя эту приятную мысль, Юкине быстро отключился, так и не узнав, что кулаком стену не пробить.

***

      Утро, как всегда в своей манере, не терпело любителей поспать. Особенно тех, кто забывает закрыть шторы.       Юкине глянул на часы, потом понял, что находится явно не дома. И тут воспоминания, которые тот уже успел умять в самый далёкий уголок своей головы за эту ночь, хлынули новым потоком. Он в доме какого-то родственника, мать в больнице, а его вещи дома. Сам Юки предпочел бы, чтобы и он и мама вернулись к вещам.       Пацан встал, выполнил все обязательные утренние процедуры и, решившись, пошёл выяснять подробности сегодняшнего завтрака.       На кухне никого не было, в гостиной тоже. Видимо, опекун всё ещё спал. Это было даже к лучшему: никто не будет раздражать его.       Юкине решил изучить содержимое кухонных шкафов. Не густо. Куча заварной лапши, но Юки обнаружил яйца и молоко. Применив все свои кулинарные способности, парень приготовил почти идеальный омлет.       После этого короткого завтрака парнишка решил пойти погулять.

***

      Ято по своей природе был жаворонком и проснулся в это утро, как и всегда, в семь часов. Его новый подопечный всё ещё был в кровати, поэтому Ятогами решил направится в магазин.       В супермаркете он обновил запасы провизии рисом, ещё упаковкой яиц, свежим мясом, морепродуктами и овощами. Также он прикупил четыре пачки снотворного.       Ято ненавидел свои бессонницы, обычно после какого-либо эмоционального подъёма или стрессовой ситуации он нервничал и не мог заснуть. Ято — холерик. Он смог подавить в себе вспыльчивость и истеричность, но вот с нервами все равно оставались проблемы. Ни постоянные закаливания, ни даже регулярные занятия йогой не могли полностью решить эту проблему. Хотя помогали. В особенно напряжённый момент своей жизни — время активного развития собственной компании — снотворное чуть не вогнало юношу в зависимость. Тогда врач и посоветовал для профилактики обратится к контрастному душу и физическим нагрузкам.       Во время прогулки по торговому комплексу Ято услышал звон мобильника. Звонила заместитель директора с производства: недостача пятисот единиц продукции.       Ятогами, изрядно матерясь о том, что ему не дают спокойно проводить выходной, поехал разбираться с проблемами подчинённых. Кстати, нужно будет поговорить с заместителем о том, почему они не справляются с этими проблемами в рабочее время и принять меры.       Разговор вышел недолгий, но продуктивный. Бухгалтер ошиблась в вычислениях, а препараты найдены на своём месте. Начальник аккуратно намекнул заместительнице, что ей следует тщательнее проверять сотрудников, иначе проблемы грозят не только работникам, но и ей самой.       После всех дел мужчина вернулся домой, но вот там его ждал не очень приятный сюрприз. Ято поднялся наверх и постучался в комнату мальчика. Нет ответа. Постучался ещё раз. Тот же результат. И как выходец из интеллигентной семьи ненавидел бестактность, он всё же решился войти, опасаясь обнаружить парня подвешенным в ванной.       Щёлкнула ручка, мужчина вошёл в комнату. Никого. Приоткрыта дверь в санузел. Ято с волнением открыл её до конца и облегчённо выдохнул — висящего или истекающего кровью из порезанных вен подростка он не нашёл. Но оставалась ещё одна проблема. Он понятия не имел, где искать Юкине.       Ятогами для надёжности обошёл весь дом. Ни Юкине, ни его кроссовок. Зашибись.       Оставалось только позвонить, но вот и номера пропавшего у него не было. Придется дозваниваться до Бисы. Она же ему голову ответ, а затем повесит в кабинете с подписью «Хреновый опекун», в назидание остальным посетителям.       Ято набрал номер, но перед звонком решил выпить успокоительного. Не хватало ещё начать мямлить и заикаться в трубку.       Вызов. Звонок пошёл. Вызов принят. — Да, приве-е-ет, — зевок. — Какие-то проблемы с Юкине? — женщина явно не работала в это воскресное утро. — В каком-то роде. Ты не могла бы скинуть его номер телефона? — Да, — снова зевание. — Конечно. Жди, — госпожа Бисамон сегодня не была нацелена на выяснение обстоятельств. — Так, а зачем тебе он? Почему не спросил у него? Где он? — а нет, Биса не могла так просто скинуть с себя ответственность. — Скажем так, он ушёл. — Мальчик просто так взял и ушёл?! И ты не заметил?.. — принялась орать женщина после короткой паузы. — Я вообще-то был в магазине. Что теперь мне прикажешь делать?! Камеры в доме установить? Паршивец просто нагло убрался отсюда при первой же возможности! И я его понимаю, — Ято сделал глубокий вдох. — Так ты дашь мне его номер или нет? — Я же сказала, что да. Если пару раз не ответит, звони мне. Будем вместе искать.       После этого разговор прекратился. Ято поспешил проверить сообщения. И точно, через пять секунд от подруги пришло смс с номером.

***

      Уже пройдя метров пятьдесят от дома, Юки заприметил автобусную остановку. Отсюда до его прошлой квартиры было не так уж долго ехать, пришла мысль заехать ненадолго домой, взять пару вещей. Тем более, что отсюда идет почти прямой автобус — Юкине знал весь город, так как ненавидел зависать в душной квартире.       Нужный транспорт подошёл через пять минут ожидания. Юки запрыгнул в него, расплатился с кондуктором и, усевшись на свободное место, уткнулся в книгу, но вскоре просто отложил её в сторону — книжка оказалась совершенно дрянной. Странно, что он только сейчас это заметил.       Автобус подкатил к остановке, парень закинул на плечо рюкзак и двинулся в привычном направлении.       Чувство комфорта в этой местности заполнило его целиком. Знакомые пейзажи внушали уверенность. Всё-таки именно здесь, в небольшом спальном районе, Юки провел все четырнадцать лет своей жизни. Каждое приятное воспоминание тем или иным образом было связано с этим районом. Шататься здесь — сплошное удовольствие. — Эй! Юки! — сзади раздался знакомый смеющийся голос. Юкине обернулся. Ему со скромной улыбкой махал Сэм, за которым, также застенчиво улыбаясь, семенил Алекс. Тот тоже поднял руку в приветствующие жесте. — О, привет, ребят. Вас тоже выпустили? — Юкине живо преодолел небольшое разделяющее их расстояние. — О-о, ещё бы нас не выпустили, — Сэм саркастично усмехнулся. — Сразу после твоего ухода к нам зашла великолепная блондинка и сказала, что претензий к нашей матери у неё нет и мы свободны. Кстати, а чего это ты со мной не попрощался? И каким судьбами ты здесь взялся? А ещё… — но на этом моменте Сэм поспешил прижать язык, поняв, что собеседник ещё не вставил ни одной ответной реплики. — Ой, сначала ответь. — Я… я не знаю. Просто не подумал. Я здесь недолго. Прогуляться и ноут забрать. Пройдемся? — Да-а, конечно, с удовольствием, тем более, что погода хорошая. Теплеет, — Сэм просто физически не мог молчать, но эту его разговорчивость прекрасно дополнял Алекс — тот просто еле заметно согласно качал головой или хмурился. Сэм всегда при разговоре смотрел на реакцию брата и, если тот, казалось, хотел что-то дополнить, тут же понимал, в чем дело и озвучивал нужную фразу. — Вот в прошлом году было холоднее в это время, но скоро ведь лето, и должно быть тепло… — Сэм продолжил заполнять паузу абсолютно бессмысленной информацией.       Компания перемещалась по территории в поисках занятий около десяти минут, но в итоге ребята просто сели около своей школы на появившуюся уже траву, слушая эмоциональный рассказ Юкине о его новом опекуне. Юки рассказывал все четко, аккуратно подбирая слова, вышагивая то в одну, то в другую сторону, при том активно жестикулировал. — …Теперь я живу у фармацевта, вот, — закончил парень, падая на траву.       Все обдумывали положение Юкине. Алексу казалось, что особо печальными оно не было, а Сэм просто ещё не сформулировал своё мнение. — Да, что я хотел сказать. Помнишь того парня из детского дома? Хото. Так вот, он достал нам интересную штуку, — Сэм начал рыться в карманах. — Вот она, держи. Мы часть уже попробовали. Круто вставляет, не пожалеешь, — Сэм протянул небольшой прозрачный пакетик с тремя невзрачными таблетками. Юкине сомнительно оглядел приобретение, но всё-таки сунул в карман. — Спасибо, я как-нибудь… Обязательно.       Но вот бесцельно валяться на траве наскучило. Юкине подобрал с земли шероховатый, приятный на ощупь камень и принялся его оглаживать. Ощущение неровной поверхности под пальцами было слишком приятным. Тут он резко поднялся, его полностью захватило неясное желание рушить. А Юкине не любил отказывать себе в таких спонтанных слабостях. Он вскинул вверх руку с камнем, замахнулся, и…       Дрязг. Осколки осыпались вниз. — Что ты?.. — Сэм прервался на полуслове, улыбнулся и выполнил то же самое, разбилось второе стекло. Алекс одобрительно хмыкнул, и повторил действия брата. Втроём дело пошло быстрее. Уж в склонности к вандализму они были очень схожи.       Звон бьющегося стекла, грохот падающих камней. Великолепное чувство разрушения. Понимать, что ты уродуешь что-то кем-то созданное было верхом наслаждения. Подростки били стёкла и заливались радостным смехом.       Но вот целые окна на этой стороне здания кончились, а из соседних домов повыглядывали сонные жители, и мальчики, не сговариваясь, ринулись в разные стороны.       Юкине бежал уже минут пять, в крови кипел адреналин, стук сердца пульсировала в голове. И это чувство было одним из самых приятных в его жизни. Он остановился, оперся руками о колени, чтобы восстановить дыхание. Выпрямившись, Юки заметил красноватую грязь на джинсах. Черт! Поранился всё-таки. Придется обрабатывать. Но сейчас под рукой ничего не было, как, впрочем, и дома.       Юки, сморщившись от отвращения, вытер руку о брюки. Завибрировал карман. — Да, слушаю, — небрежно бросил пацан в трубку. — Юкине!.. — новый опекун. И вот не насрать же ему? — Где ты? — да, особым красноречием Курушими Ятогами в таком состоянии не отличался. — Около дома, — Юкине не соврал, он действительно незаметно для самого себя прибежал к прошлой квартире, — своего. Я хотел забрать кое-какие вещи. — Назови адрес и жди там, я сейчас приеду. — Да я и сам могу их забрать, мне не много нужно, успокойся. — Да? Ну ладно, тогда приезжай когда хочешь. Если меня не будет — еда в холодильнике.       Юкине удивился. Этот парень отвратительно безответственен. Просто так отпустить четырнадцатилетнего подростка гулять, где он хочет? Неплохо.       Юки решился подняться наверх. В здании было прохладно, он преодолел два лестничных пролета и очутился перед родной дверью. Открыл её, в квартире мальчик будто ожидал кого-то увидеть.       Мальчик прошёлся прямо в ботинках до своей комнаты. Половицы противно скрипели, а в голове гремел голос: «Ю-юки, иди сюда, мама хочет поговорить». Тот самый сумасшедший тон, что всегда пугал и заставлял подчиняться. Обычно такие разговоры заканчивались нестерпимым женским визгом и летающими предметами, а также новыми синяками.       Парня передёрнуло. И все же хорошо, что он больше не вынужден жить здесь. Юкине аккуратно, насколько позволяла набранная скорость, уложил в сумку ноутбук, запасную пару наушников и сменную одежду: сколько влезло. В этом Юки походил на девушку. Ему постоянно требовалось менять наряд.       После сборов мальчик живо выскочил за дверь. На него чуть не набежала до жути злая мать. Он даже не понял, чего она хотела. Женщина просто буянила. И пока Юкине не выбежал на улицу, стойкий образ матери не покидал его голову.       Больше всего Юкине ненавидел неопределенность. А это неотъемлемая часть общения с сумасшедшей.       Теперь оставалось только добраться до дома опекуна.

***

      Ято действительно не особо понимал, что делать. То, что мальчик спокойно ушёл из дома немного настораживало, ведь он вполне мог натворить глупостей, а ему, как опекуну, потом расхлебывать это. Но разъезжать по городу за гуляющим племянником тоже не хотелось.       Хозяин дома закинул тушиться овощи и переложил купленное успокоительное из сумки в аптечку. Все-таки придется поговорить с мальчиком на счет его тихого ухода, не запрещать ничего, просто попросить предупреждать.       Дзинь. Дзи-и-и-инь. Заработал дверной звонок. Ощущение, что кто-то не может в него попасть. Кто-то будто пьяный.       Ято быстро закинул аптечку на нужную полку и пошёл открывать дверь, мысленно проговаривая заготовленные для нравоучений фразы.       Второй сюрприз.       На пороге не сказать чтобы стояла (скорее падала) деловая женщина. Хинкон Кофуку пьяная в стельку. Оставалось только догадываться, что заставило милую девушку так накидаться. Ведь до полуживотного состояния знающая свою восприимчивость к алкоголю Кофуку доходила крайне редко, но случалось это при серьёзных происшествиях или на корпоративах. Корпоратив прошёл две недели назад. Значит, что-то случилось. Да-а, не хватало ему проблем с мальчиком, так теперь ещё разбираться с нетрезвой подругой.       Кофуку, в потрепанном и распахнутом пальто, держась за дверной проём, пыталась поправить шевелюру, лезшую на лицо. Обычно энергичная, скоростная и аккуратная, в таком состоянии девушка становилась жутко медлительной и неловкой. Она, то и дело путаясь в волосах, почти по-детски недоумевала о том, почему ничего не выходит.       Но все-таки копна выкрашенных в розовый волос осталась за плечами. Гостья победно улыбнулась сама себе и выпрямилась, попутно чуть не свалившись — Ято всё же успел её подхватить. — Кофуку! — окликнул он завитавшуюся в облаках подругу, она очнулась и удивленно, будто не понимая, что он тут вообще делает, подняла глаза на мужчину. — Ты почему такая… пьяная? — последнее слово было сказано чуть ли не с отчаянием. — Кто пьяный? Я? — тут она широко улыбнулась и рассмеялась. — Да-а-а, я. Пре-едставля-я-яешь, эти извращенцы… Эти извращенцы, эти… — на этом моменте Кофуку захныкала и ткнулась носом в плечо мужчине.       Ято глубоко вдохнул, чтобы прийти в себя. Не помогло. Сделал ещё три вдоха и выдоха, затем мягко, почти трепетно оторвал подругу от себя. Та подняла покрасневшие глаза (явно недавно плакала), поджала губы и попыталась пояснить: — Я… они… — она явно не понимала, что именно нужно говорить. — Я уволилась! — неожиданно радостно и снова засмеявшись, выдала Кофуку. От этого сумасшедшего смеха её даже затрясло, да так, что опьяневшая чуть не свалилась с ног. — О-ой, — Ято снова поймал недержавшееся на ногах создание. — Так, пойдем в комнату. Тебе следует полежать. Я обязательно выслушаю эту историю чуть позже, — хозяин дома повёл неустойчивую гостью к дивану. Удивительно, как она до него вообще в таком состоянии добралась? — Как ты смогла дойти сюда, не переломав себе все конечности? — усаживая девушку на диван, поинтересовался Ято. — Я? — Кофуку посмотрела по сторонам, не веря, что вопрос был задан именно ей. — А-а, точно. Там какой-то паренёк меня довёл, тако-ой зайка. Сказал, что ему тоже к тебе надо. А я ещё удивилась. Ой, а правда, и где же он? Мы же вместе поднимались вроде… — теперь она снова начала оглядываться по сторонам, только сейчас со вполне ясной целью.       Ято возвел глаза к потолку, хлопнул себя по лбу и, еле слышно подвывая, рванул к двери. На полу, около входа, сидел его подопечный. Сидел и давился от смеха. — Она така-ая весёлая. Даже жаль, что у такого отвратительного типа как ты такая крутая тёлка, — остановив порыв вырывающегося смеха, но всё ещё весело улыбаясь, прокомментировал ситуацию Юкине. Он сидел, привалившись к стене, в расслабленной позе, положив кисти на согнутые в коленях ноги — это и склоненная к плечу голова отчетливо передавали всё его небрежное отношение к опекуну. — Во-первых, перестань называть меня мерзким типом, а во-вторых, спасибо, что довёл её. Правда, не знаю, где бы она ночевала, если бы не ты. — выдавил из себя благодарность Ятогами. — Не обольщайся, — сразу посерьезнел парень. — Кстати, если тебе интересно… Как, кстати, её зовут? — Кофуку. — Так вот, я не особо понял, — Юкине показывал на жестах, насколько он не понял и морщился, изображая недоумение, — но, по ходу, к Кофуку начал приставать её начальник, не знаю уж, какого хрена она на работе в воскресенье. Так вот, Кофуку вроде верность кому-то хранит, — Юкине настойчиво не желал упоминать, как красочно девушка описывала свою любовь к Ято, — а этот начальник, к тому же, мудак полнейший. Ещё вроде сказал, что понизит в должности, если они не переспят, но этот момент цензурно я не перескажу, — теперь юноша, с чувством выполненного долга посмотрел на хмурого опекуна.  — На плите овощи, потом можешь делать, что хочешь. О Кофуку я позабочусь. Да, предупреждай в следующий раз, когда уходишь, можешь записку оставить или там смс послать, хорошо? — парнишка на удивление просто кивнул. — И что у тебя с руками?  — Всё в порядке, — быстро проговорил мальчик, пряча изувеченные ладони в карманы, — просто порезался немного. Где у тебя аптечка?..