Scarlet court

      Сепия протыкает яичницу вилкой и, брезгливо поморщившись, откладывает в сторону столовый прибор.       — Даже не думай снова начать есть руками, — учитель поднимает недобрый взгляд от своей тарелки.       Ну и дела. Стоило выбираться из плена Опальных, чтобы потом тут же загреметь к Судье, Старику и их невыносимым стаям. Солдатам Легиона, по крайней мере, было плевать, что жрёт Сепия, как жрёт, во что одет и как часто моется.       Судья Тунон — это альфа Вер-ши-те-лей судеб. Что странно, их больверк, Бледен Марк, себя к Вершителям не причисляет. Это потому что он Ар-хонт. Даже если один господствует над другим, им никогда не стать частью одной формации.       Сепия спрашивал учителя, что до Голосов Нерата? Они-де постоянно пытаются примазаться к одной из трёх стай, которыми руководит Король Нищих, хотя уже давно обладают собственной.       “Он и был из наших, много сотен лет назад. Можешь назвать это… ностальгией, если хочешь. Из этих подземелий вылезло самое невероятное чудовище, что встречал Терратус, но подумай: Нерат таким был не всегда. Не думаю, что эти чудеса работают в обратную сторону, впрочем”.       Сепия думает, что учитель мог бы и сам стать больверком Исполнителей, будь он старше. Ему двадцать четыре, у него глаза цвета неспелого тёрна и речи такие же острые, вяжущие. И красив, падла, какой же он страшно красивый! Уедет ведь из Столицы по своим делам, а вернётся спустя годы — даже не вспомнит дикаря из вурдалачьего племени, которому суждено стать Вершителем судеб Тунона. Сепия ведь даже имя его осмелится спросить с трудом, а когда соберётся с силами — Исполнитель улыбнётся только и покажет изумрудную подкладку плаща, на которой чёрной нитью вышит герб его семьи.