Cross the line

«Настоящий друг везде Верен, в счастье и беде; Грусть твоя его тревожит, Ты не спишь — он спать не может, И во всем, без дальних слов, Он помочь тебе готов.»       Парень с длинной темной челкой обреченно покачал головой. Томо никогда не понимал и не любил Шекспира. То, что считалось трагедией, вызывало у него нервные смешки. Комедии же, необходимые для изучения еще по школьной программе, пробуждали у хорвата чувство глубокого удивления. Томислав закончил эссе по английской литературе и уже собирался ложится спать.       Вечер прошел в судорожных поисках контактов преподавателя уголовного права. Когда Томо был готов уже разозлиться и решиться на взлом запароленной части сайта колледжа, он случайно наткнулся на все данные Шеннона Лето. Они находились в открытом доступе. Смачно выругавшись на родном языке, Милишевич создал «левую» почту и отправил преподавателю фотографии. Если бы в этот момент его спросили зачем он это делает — Томо не смог бы дать внятного ответа. Он просто был уверен, что поступает правильно. Мягкая улыбка тронула губы парня, и он с хрустом потянулся. В предвкушении контакта с любимой подушкой Томо встал со стула. Телефон парня оповестил о входящим сообщении, что скорее всего отложит его отбытие в объятия Морфея.       «SOS! Ты нам нужен! Срочно тащи к нам свой тощий зад!»       Закатив глаза, безмолвно спрашивая небеса, за что ему достались такие неугомонные подруги, парень накинул толстовку. — И во всем, без дальних слов, он помочь тебе готов, — прошептал Томо, цитируя Шекспира.       Тихонько спустившись по лестнице, парень прошел мимо комнаты коменданта мужского общежития. Звон бокалов и едва слышное женское хихиканье говорили о том, что мужик явно не скучает. Хмыкнув, хорват поспешно вышел из здания. С комендантом мужскому населению повезло. Девчонки не могли таким похвастаться. Их надзирательница (а иначе эту вредную старую деву и язык не поворачивался назвать) свято блюла традиции, более уместные в прошлом веке. После одиннадцати вечера и мечтать не стоило попасть в обитель представительниц прекрасного пола.       Свет в комнате комендантши уже не горел, но Томо решил не рисковать. Обойдя здание, хорват прикинул расстояние до балкона своих подруг. Без посторонней помощи взобраться по стене на второй этаж не представлялось возможным. Светлое здание в стиле минимализма с большими окнами и компактными балконами, расположенными в шахматном порядке, поднимающимися до четвёртого этажа. И ни одного дерева или других растений, которые хоть как-то могли помочь забраться в окно выше первого этажа. — Рапунцель! — парень не нашел ничего умнее, чем громким шепотом процитировать слова из сказки. — Спусти свои косы!       Окно второго этажа распахнулось, и Томо услышал в ответ хриплый шепот Саманты: — Сейчас блядь все брошу и спущу! — подруга явно была не в духе. — Принцев много, а косы у меня одни! И вообще, Рапунцель сменила прическу — на простыне поднимешься!       Из окна свесилась конструкция из нескольких связанных между собой простыней. — Да тихо вы! — шикнула на друзей Кимберли, — Разбудите комендантшу, она нас всех налысо побреет. Давай уже залезай.       Хмыкнув в ответ на изобретательность подруг и на всякий случай посмотрев по сторонам, Томо вцепился в импровизированный канат, проворно поднимаясь в комнату. Милишевич уже не в первый раз проникал в женское общежитие и данный способ был отработан до мелочей. Несколько движений, и он уже спрыгивал с подоконника, стремительно поднимая за собой канат, уничтожая все намёки на совершенное преступление.       Мрачные лица подруг без слов сообщали о весьма поганом настроении. — Вот сволочь! — Саманта мерила шагами комнату, — Я ему устрою! Он к выпускному либо лысый, либо седой будет! Бурундук!       Томо вопросительно посмотрел на подруг, пытаясь понять, что же произошло за такой короткий промежуток времени. Ким горько выдыхает и поворачивается к Саманте. — Короче, у нас тут полная жопа.

***

Несколькими часами ранее       Повторный вызов в кабинет ректора не предвещал ничего хорошего. Странностью данного вызова было то, что позвали только Кимберли и Саманту. Тренер Кларк сидел в кресле ректора и задумчиво смотрел перед собой, словно в голове он решал сложные задачи из высшей математики, а не обдумывал стратегию матча. Казалось, он не замечал двух подруг. Устав от ожидания, Саманта прокашлялась, тем самым привлекая внимание тренера. Очнувшись от мыслей, «Бурундук» окинул взглядом студенток. — Мисс Уолкер, мисс Макклэйн, — тренер чуть нервно побарабанил пальцами по столу, — У меня для вас важное сообщение. — Вы подаете в отставку? — радостно выпалила Саманта.       Кимберли поспешно пихнула подругу локтем. «Бурундук» был в принципе неплохим мужиком, но его помешанность на всем, что в той или иной мере было связано с футбольной командой колледжа, основательно выводила из себя. — Нет, мисс Уолкер, — мистер Кларк наконец поднял голову и посмотрел на студенток. — В свете случившихся сегодня событий произошли большие перемены. Иначе говоря, мисс Лэйк была отстранена от должности капитана группы поддержки. Несколько участниц решили в отместку устроить бойкот и отказались выступать на предстоящем матче. Мистеру Фостеру это не понравилось, и он распустил группу. Однако он не учел, что без обязательного танца болельщиц на матче футбольная команда будет дисквалифицирована.       Саманта развела руками, соглашаясь с прискорбием данного факта. Весь вид студентки говорил о том, как она скорбит по этому поводу. Оставалось только печально взглянуть вдаль и пустить скупую слезу, но тренер продолжал свою тираду, вкладывая в неё почти сакральный смысл, который явно понимал пока что только он сам. — В конце сезона мы не можем себе этого позволить, — «бурундук» поднялся из-за стола. Мужчина развернулся, демонстрируя свой гордый профиль с носом картошкой, и устремил взгляд в окно, словно там могли находиться ответы на все жизненные вопросы, — Сейчас наша команда занимает первое место в турнирной таблице. К чему я это говорю, — мистер Кларк резко разворачивается, обводя взглядом двух не совсем понимающих подруг, ведь им до футбола, как пешком до луны и обратно, — Приказом ректора, вам обеим необходимо поставить танец для группы поддержки.       Саманта вскидывает голову, забывая, что пару минут назад хотела ещё как-то посочувствовать «бурундуку», и смотрит на тренера таким взглядом, словно желает пригвоздить к полу, нарисовать мишень на лбу и запустить в него дротиком. И это только начало. — У меня только два вопроса. — Сэм делает несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы собраться с мыслями и не воплотить свои порывы в действие немедленно, — Уже собрали новую группу? И какого хрена мы обязаны им ставить танец?! — Моей задачей было донести до вас требования ректора, — иронично отвечает Элвин Кларк, с упоением наблюдая за обескураженностью двух студенток. Сам того не замечая, тренер буквально ставит девушек перед фактом. — Теперь твоей задачей будет ДОЖИТЬ до выпускного, — пробубнила себе под нос Саманта, делая вид, что рассматривает мыски своих кроссовок. Кимберли снова одёргивает подругу, призывая ту к молчанию. Всё это может плохо для них кончиться, даже не успев начаться.

***

      На какое-то время в комнате воцарилось молчание. Томо присел на кровать Кимберли и задумчиво уставился в пол. Блондинка заняла любимое место на подоконнике. Взгляд девушки устремился куда-то вдаль, и одному Богу было известно, что творилось в её голове. — Ну и хули вы молчите?! — «ласково» выдала Саманта, наблюдая бездействие своих друзей, так как её варианты «устранения» проблем моментально были отброшены. — Сэм, — Кимберли грустно улыбнулась, глядя на подругу, — Даже если мы подмешаем всей команде слабительное, а «бурундука» замуруем в его кабинете, нам всё равно придётся выступить на этом матче. — В отличии от тебя, — Саманта приподнимает бровь, — Я танцами не занималась, — девушка складывает руки на груди и садиться на пол по-турецки.       Всё это время молчавший и наблюдающий за подругами хорват, повторяя в своей голове сказанное девушками ранее, подобно компьютерной программе выдал ответ, лежащий на самом верху айсберга. — Майя!       Одно имя, а сколько всплесков эмоций переживает каждый. Ким и Сэм переглядываются, лица подруг озаряет улыбка надежды на светлое будущее. Блондинка надеется на помощь в советах, а Сэм мечтает заручиться поддержкой и подорвать тут всё. Во взглядах обеих читается: «Ну конечно! Как мы могли о ней забыть!» Лос-Анджелес. Лето. 2015.       Майя Ёсида на несколько лет старше весёлой троицы, но разделяет большинство интересов неразлучных друзей. В штатах девушка живёт почти десять лет, за два последних года Майя облюбовала Калифорнию, а именно Лос-Анджелес. Именно там она открыла Школу молодёжных танцев «Вспышка» после своей победы на национальном конкурсе «Танцуют Все: Шаг за шагом». У девушки не только звучное имя, в переводе с японского означающее «яркая», а фамилия — «счастье», но и очень интересная внешность. Бледно-розовые волосы всегда выделяли её среди толпы участников конкурса, а потрясающая гибкость во время танца не осталась незамеченной ни зрителями, ни судьями.       Кристина Макклэйн, мать Кимберли, любила подобные шоу и отдавала предпочтение харизматичной девушке с азиатской внешностью. Поэтому неудивительно, что мастерство танца, утончённость и точность в движениях молодой конкурсантки оценили все, кто приходил в гости к Кимберли, начиная от пускающего слюни на экран Томо, заканчивая не стесняющейся в выражениях Саманты. Естественно друзья не остались равнодушными и поддерживали участницу танцевального шоу, отсылая миллионы смс с голосом за Майю Ёсида.       Личное знакомство с победительницей «Танцуют Все» состоялось немного позже. На календаре был жаркий июль 2015 года. Друзья устроили себе весёлые каникулы после очередного исключения из колледжа. Самый громкий скандал, связанный с неразлучной троицей, ещё долго не утихал и мешал родителям пристроить своих чад в другой колледж.       В тот вечер выбор пал на Club Hop, известный своим потрясающим миксом из веселья и музыки. Диджей поставил подвижную мелодию, разносившуюся по большому помещению клуба, отдающуюся где-то внутри, заставляя невольно подёргивать ногой, свисающей с барного стула, выстукивая пальцами ритм по бокалу с коктейлем. Вокруг сияли улыбки, раздавался задорный смех, воздух буквально искрил от энергии, так и подстёгивающей покорять мир.       Напротив барной стойки находились площадки с пиджейками, девушки выплясывали, растворяясь в ритмичной музыке, их волосы каскадом рассыпались по плечам, огни от диско-шара играли бликами на разгоряченных телах. Зрелище было просто завораживающее.       Звуки R’n’B сменились более плавной музыкой в стиле deep house, обволакивающей переплетением стихий, призывая немедленно отдаться танцполу. Ким и Сэм давно отплясывали среди толпы, пока Томо заказывал себе и девочкам напитки. Когда бармен наконец закончил смешивать сложные коктейли, оригинальностью которых славился клуб, хорват расплатился и обернулся к танцполу, пытаясь взглядом найти подруг. С удивлением он обнаружил, что с девчонками танцует ещё одна яркая девушка. Её розовые волосы напоминали предрассветную дымку над горизонтом, некоторые пряди в неоновых лучах светились, а движения были настолько плавными, что казалось, будто сама музыка струится по венам вместо крови. В такие моменты Томислав жалел, что в руках нет фотоаппарата, чтобы запечатлеть, как с танцем все мысли уносятся вдаль, позволяя раствориться в чувстве свободы и лёгкой эйфории, бегущей по телу подобно электрическому току. Это и была та самая Майя — девушка, в компании которой Кимберли и Саманта отрывались на танцполе. Они быстро нашли общий язык с открытой и светлой азиаткой, впоследствии продолжая поддерживать отношения, частенько встречаясь и отлично проводя вместе время.

***

      Кимберли уже открыла рот, чтобы сказать, что это не очень хорошая идея — заставлять Майю забросить свои дела, тащится из Лос-Анджелеса и ставить танец для группы поддержки. Это было как-то эгоистично. Более резонно и удобно было бы провести несколько онлайн видео уроков по скайпу. Природные данные Кимберли и Сэм под чутким дистанционным руководством хореографа вполне могут помочь девушкам, не утруждая собственно Майю. Но ради Томо, полного необъяснимой надежды и воодушевления, просто от перспективы её увидеть, блондинка промолчала. Почти неприкрытая симпатия Милишевича к яркой азиатке была заметна невооружённым взглядом. Зная нерешительность Томо в вопросах общения с девушками, он никогда не сделает первый шаг. — Томо, — Кимберли с улыбкой смотрит на друга, — Ты не мог бы набрать Майю. Сейчас, — мягко добавила девушка, намекая, что без него подруги не справятся.       Румянец появляется на лице парня, но он уверенно набирает номер, который знает наизусть. Саманта ухмыляется, но наткнувшись на умоляющей взгляд подруги, воздерживается от комментария. — Привет, кому там не спится? — весело прозвучало на том конце провода. Майя машинально ответила и не посмотрела, кто ей звонит. — Эээ… Привееет. Майя? — брюнет растягивал слова, пытаясь понять, услышал ли он голос розововолосой девушки или это кто-то другой. — Привет, Томо — женский голос чуть потеплел, давая понять, что собеседника узнали — Как дела?       И пока Милишевич не начал забывать алфавит родного языка, переходя на двоичный код исчисления «0:1», мобильный выхватывает Сэм и включает громкую связь. — Прииивет Майя! — скандируют Ким и Сэм одновременно. — Оу! — доносится смех девушки. — Вы по делу или соскучились? — Новостью делимся. Нас до сих пор не выперли из колледжа, — констатирует факт Сэм и добавляет, — Думаем организовать прощальное шоу после вручения диплома. Как насчёт присоединиться? — Неплохая идея, — хихикнула Майя. — Думаю, я найду пару дней для этого. — Отлично. Но тут есть дело и на ближайшее будущее, — оживилась Кимберли. — Нам нужна твоя помощь, — добавила Сэм, — Надо зажечь толпу студентов! — Так в чём проблема? — усмехнулась Майя, по голосу которой было понятно, что она очень рада всех слышать, — Облей их керосином и подожги. — Это негуманно, нам надо, чтобы они остались живыми, — строгий голос блондинки дал понять, что все очень серьезно. — Скучно, но помогу, — задумчиво произнесла Ёсида, — Что хоть делать надо? — Помочь нам поставить танец для выступления на футбольном матче. — Танец? Это вы по адресу!

***

      На Коламбус-авеню, между Грин-стрит и Грант-авеню, на первом этаже расположено небольшое итальянское кафе с отелем — Caffe Greco. Колоритный Итальянский квартал, приветливые люди, оживлённая улица, на которой иногда можно услышать быструю и эмоциональную речь. В воздухе витает аромат кофе. Именно здесь неразлучная троица и договорилась встретиться с Майей после занятий.       Девушка в светлом сарафане сидит за столиком в кафе на улице, ожидая своих друзей и попивая какао с маршмеллоу. Её розовые пряди уложены набок, очки на манер обруча придерживают длинную чёлку. К встрече Майя основательно подготовилась, и, не обращая внимание на парней, которые пытаются подкатить к ней, просматривает в планшете танцы, которые возможно подойдут для её подруг. — Привет, — Сэм садится напротив, откидываясь на спинку стула, щурясь от солнечных лучей даже под круглыми очками, — Мы спешили как могли! — Привет, — улыбнулась Ким, присаживаясь между подругами, — Надеюсь, мы тебя не сильно отвлекли от дел? — Оу, Ким, не говори ерунды, — азиатка отложила планшет и с улыбкой окинула друзей взглядом, — Привет, Томо, — парень, как обычно, слегка покраснел и кивнул.       Хорват поздоровался в ответ и присел на оставшийся стул между Самантой и Майей, явно специально оставленный его подругами. Томо знал, что в обсуждении танцев он особо ничего нового или оригинального предложить не сможет, поэтому изучал снимки на своем фотоаппарате, позволяя занять руки или даже мысли. Томо наблюдал, как его лучшие подруги быстро вводят в курс дела розововолосое чудо, начиная с появления новых преподавателей и заканчивая дракой под трибунами стадиона.       Эмоции на лице Майи на протяжении всей тирады менялись с невиданной скоростью. От хитрой улыбки, озарявшей лицо девушки, до негодования от несправедливых обвинений или шока, вызванного наглостью футбольной команды. Майя сочувственно посмотрела на Томо, отмечая подбитую губу, уже почти зажившую. Чаще других в разговоре был слышен голос Сэм, немного реплик добавляла Ким. Иногда блондинка делала незначительные паузы, словно что-то недоговаривала, но на общем фоне никто не обращал внимания, считая, что так Макклэйн предоставляет возможность что-то произнести собеседникам. Томо же иногда кивал, соглашаясь с тем, что да, участвовал, да, было дело.       Парень был благодарен подругам, позволившим ему просто наблюдать. За тем, как звякают браслеты Майи, когда её рука прикасается к краю стола или поправляет причёску. Как солнце играет в её волосах, словно множество солнечных розовых зайчиков сияют на прядях девушки, делавших их еще ярче. Томиславу очень хотелось запечатлеть её на фото, поэтому он скрывал свой заворожённый взгляд за объективом камеры, незаметно делая серию снимков, которые при желании можно было бы смонтировать в покадровое видео.       Постепенно разговор перешёл на обсуждение танцев, и Майя тут же взялась за планшет, находя необходимое видео. Ким склонилась к экрану, погружаясь в просмотр. Саманта полностью полагалась на вкус подруг, потому видео смотрела в пол глаза, но обратила внимание, что Кимберли немного покраснела.       «Ага, значит танцы сто процентов горячие!» Отметила про себя шатенка и хитро улыбнулась. Девушка достала свой мобильный в поисках нужных номеров, а потом отправила несколько смс. — Сэм, тебе совсем не интересно? — поинтересовалась Ким, — Вдруг ты не одобришь танец? — Я его уже одобрила, — Уолкер оторвалась от телефона и посмотрела на подругу, — Представляю, как взорвём стадион! Осталось определиться с местом для тренировок, и это будет явно не наш колледж. — Томо, ты ведь за музыку отвечать будешь, — обратилась Ёсида к брюнету, — У меня все треки на флэшке, только она не с собой. — Не страшно, — отрываясь от камеры, тот неуверенно добавил, — У нас почти три дня в запасе.       Румянец Ким быстро прошёл, пропуская внезапную бледность, от осознания того, как же быстро бежит время, которого не хватает вообще ни на что. И будет жутко неловко разочаровать Майю, так как перспектива опозориться перед колледжем не в первый раз не так страшна.

***

      Три дня пролетели уж как-то совсем быстро. Ким немного растерянно смотрела на костюмы, заказанные Сэм. Под смешки подруги блондинка тщетно пыталась оттянуть юбку и хоть чуть сильнее прикрыть ягодицы. Расклешенная юбка синего цвета была уж очень короткой и открывала стройные ноги студенток почти полностью. Несмотря на плотные шортики, заменяющие нижнее белье, Ким чувствовала себя почти раздетой. Саманту это по всей видимости абсолютно не напрягало. Над футболками Уолкер тоже основательно надругалась. Они не просто обтягивали изящные фигуры девушек и кончались фактически под грудью оборванными краями, так еще и кромка была декорирована яркими кровавыми брызгами. — Ким, это символично, — шатенка поправила перед зеркалом волосы, разноцветным каскадом струящиеся по спине. — Команда называется «Аллигаторы». Значит нужно соответствовать!       Кимберли обреченно закатила глаза. Спорить с подругой было бесполезно. Махнув рукой на откровенность наряда, в котором придется выступать, блондинка пыталась рассмотреть свое отражение. — Соответствовать чему, Сэм? — Ким мрачно посмотрела на подругу. — Тому, что мы сами стали жертвами этих тварей?       Тяжело вздохнув, девушка увидела сложенную третью футболку. Она была самой обыкновенной, белой, с синей надписью «Милишевич» на спине. Фамилии были и на спинах футболок подруг, но Томо же не принимал участие в танце. Ему зачем футболка? По всей видимости, эти слова Кимберли сказала вслух. — А это мой маленький и коварный план, — вдруг хмыкнула Сэм и подмигнула подруге.       Склонившись к уху подруги, шатенка что-то ей прошептала. Моментально забыв про откровенность своего наряда, нервозность ситуации и страх от того, что ОН увидит ее в таком образе, Ким распахнула свои огромные зеленые глаза и радостно закивала. — Девчонки, вы готовы? — в подсобное помещение заглянула Майя. — Там скоро начинается.       Окинув взглядом внешний вид подруг, она осталась весьма довольна. — Майя, ты нам не поможешь? — Ким виновато посмотрела на подругу. — Мы совершенно забыли отдать Томо флешку и футболку. Можешь отнести?       Хорват отвечал за музыкальное сопровождение не только их танца, а всего матча в целом. Комментаторская будка была сегодня его «рабочим кабинетом». — Ну да, — Майя пожала плечами, не усмотрев в просьбе ничего криминального. — А футболка ему зачем? — Просто так, — Сэм совершенно искренне пожала плечами. — Скажи, пускай померяет, ладно?       Кивнув, Майя вышла из подсобки. — Ну, и для поднятия настроения, — пробормотала Уолкер, глядя на закрывшуюся дверь. — Да, кажется у Томо сейчас что-то другое поднимется, — машинально ответила Ким.       Поперхнувшись, шатенка удивленно посмотрела на подругу, словно не веря в то, что она действительно это сказала. Блондинка развела руками, как бы говоря «с кем поведешься…». Не сговариваясь, девчонки поспешили вслед за Майей, стараясь не привлекать к себе внимания. Как только за розововолосым хореографом закрылась дверь комментаторской, Сэм проворно повернула ключ в замке. Ударив по рукам и коварно улыбнувшись, блондинка и шатенка покинули «место преступления».

***

      Нервное напряжение не отпускало Джека Фостера с самого утра. Финальный матч между колледжами был очень важным событием, но волновался он не по этому поводу. Заняв свое место среди преподавателей, ректор окинул взглядом трибуны забитые студентами, с удивлением увидев Диану Лейк в окружении девушек из группы поддержки. — Элвин, — обратился ректор к тренеру. — Почему я вижу группу поддержки на трибунах? Ты разве не решил вопрос с их выступлением?       «Бурундук» посмотрел на Джека, словно не понимая, о чем он. — Мистер Фостер, вы же сами сказали, что необходимо решить конфликт между нашей неразлучной троицей и футболистами, — тренер казалось был удивлен таким вопросом.       Джаред, до этого задумчиво клацавший в телефон вдруг прислушался к разговору, сдерживая улыбку. Виноватый вид мистера Кларка давал понять, что он как-то неверно истолковал приказ ректора. — И что ты сделал? — мистер Фостер был уже готов убить на месте недалекого тренера. — Как что? — «бурундук» пожал плечами. — Танцевать на открытии матча будут Уолкер и Макклэйн.       Если бы сейчас разверзлось небо и молния убила на месте Элвина, ректор бы поблагодарил бы Всевышнего за такую помощь. Хлопнув себя по лбу и пробормотав что-то нецензурное, Джек опустил голову. Младший Лето фыркнул, пытаясь сдержать смех. — Не иди против природы, — устало пробормотал мистер Форстер. — Джаред, тебя сейчас разорвет.       Махнув рукой голубоглазый философ заразительно захохотал. Он закрыл лицо руками, представляя Саманту в форме группы поддержки и с двумя хвостиками. Богатое воображение моментально нарисовало картину, и веселье грянуло с удвоенной силой. Даже Шеннон не сдержал улыбки. Улыбнулся и сам ректор, мысленно прощаясь с должностью. Присутствующая на матче комиссия явно отстранит его от должности после того, что эта неуёмная троица сможет вытворить.       Когда две изящные фигурки предстали перед огромной толпой народа, Джареду стало не до смеха. Фак! Он и не подозревал, что у этой несносной Уолкер такая шикарная фигура. Сдавленный хрип Шеннона явственно дал понять, что он тоже в шоке.       Девушки начали танцевать и тут настала очередь обоим братьям Лето пытаться поймать свои челюсти. Отточенные движения, взмахи помпонов, взметнувшиеся подолы коротких юбок. — Шен, челюсть подбери, — Джаред шепчет это, не отрывая взгляда от стройных ног Уолкер. — А ты слюни вытри! — старший Лето не остается в долгу, глядя на Кимберли.       Черт, как красива и не похожа на себя эта девчонка! Ну почему она его студентка?! Он снова вспоминает те фотографии, пришедшие по почте несколько дней назад. Какая же мука видеть Кимберли на своих лекциях и не выдавать истинного к ней отношения. Слышать нежный голос, отвечающий на его вопросы.       Джаред с удивлением понимает, что Саманта снова удивляет его. Длинные разноцветные пряди так красиво взлетают над головой во время танца, что это зрелище буквально завораживает его. Младший Лето с теплотой вспоминает душевный разговор в палатке между ним и шатенкой. Как тянуло его поцеловать нежные губы красивой вредины.       Гром аплодисментов и крики оповещают об окончании танца. Джаред трясет головой, понимая, что очень глубоко ушел в мысли. Сэм и Ким, делают реверанс, при длине их юбок выглядящий крайне забавно. Девчонки убегают с поля. — Джек — это просто потрясающе! — мужчина средних лето трясет руку ректору. — Твоя группа поддержки впечатлила нас до глубины души! Просто находка! Комиссия безоговорочно ставит высший бал. А если и команда выиграет — колледж получит кубок, который не может выиграть уже несколько лет. Но думаю, и спортсмены порадуют! — Дддда, — чуть заикаясь кивает Фостер. — Спасибо, мистер Эндрюс.       Мартин Эндрюс, председатель комиссии, возвращается на свое место. — Шеннон, — громким шепотом ректор обращается к преподавателю уголовного права, как к самому адекватному из наблюдающих. — Он меня сейчас похвалил? Или я умер от стыда и это предсмертная агония? — Нет, мистер Фостер, — старший Лето мягко улыбается, старательно отгоняя от себя мысли о шикарной фигуре Кимберли. — Вам не показалось.

***

      Томо ощущал себя неким вторым Ли Джорданом из «Гарри Поттера». Далеко не каждый раз может представиться возможность объявить выступление своих подруг или «лестно» отозваться в адрес обидчиков. Брюнет включил музыку для выступления группы поддержки команды соперников. У «гостей» есть преимущество. В знак уважения им разрешили выступить первыми. Музыка стихла, сменившись восьмибитным проигрышем, означавшим небольшую паузу перед выступлением второй команды. — Черт, да где же она?! — Томо судорожно вытряхнул содержимое своего рюкзака на стол. — Сэм меня четвертует!       Прикрыв глаза, парень вспомнил, что еще вчера черная флешка была в его руках. Куда же подевалась эта «маленькая дрянь»? В голове яркой вспышкой промелькнуло воспоминание. Сегодня утром Саманта забрала у него носитель информации, чтобы заменить трек. В самый последний момент девушка почему-то решила, что аппаратура колледжа может «не увидеть» файл с музыкой. Облегченно вздохнув, Томо вскочил с кресла и направился к выходу, надеясь успеть встретиться с девчонками и забрать у них флешку. — Ой, — в дверях брюнет столкнулся с розововолосой азиаткой. — Привет, Майя.       У парня создалось ощущение, что время замедлило свой бег, а сердце бешено застучало в его груди. Он моментально забыл, куда и зачем собирался идти. Милая, почему-то смущенная улыбка девушки вытеснила из его головы все мысли. — Привет, — Майя аккуратно прикрыла дверь. — Девчонки просили передать тебе.       На доли секунды нежные длинные пальцы девушки коснулись ладони Томо, когда она передала ему маленький прямоугольник, полученный от Сэм. — Флешка! — хорват поспешил броситься к компьютеру, вставляя в него необходимый девайс. — А то я уж думал, не сносить мне головы.       Заливистый смех Майи напомнил, что он не один. Скрывая смущение, Томислав нажал на несколько кнопок, стараясь не думать о том, как близка сейчас к нему девушка, пару лет занимающая его мысли. Негромкий щелчок замка не услышали ни Томо ни Майя. — Они еще просили тебе футболку передать, — девушка протянула парню вещь с его фамилией. — И попросили, чтобы ты ее примерил.       Брюнет повернулся и с удивлением принял футболку из рук Майи. Просьба была немного странной, но он уже перестал чему-либо удивляться после стольких лет знакомства с девчонками. — Да? — Томо чуть удивленно приподнял бровь. — Ну, ладно. — Мне выйти? — Майя уже потянулась к ручке двери, невольно рассматривая голую спину парня.       Нельзя сказать, что хорват был излишне худым. Скорее жилистым. Мешковатая одежда и вечно длинные рукава подбрасывали немного иное мнение о теле парня. Майя поймала себя на мысли, что откровенно рассматривает парня и чуть смущенно отвела взгляд. — Нет, не надо, — в голосе Томо чувствовалась улыбка. — Отсюда прекрасно видно весь стадион. А нас не видит никто. Можно сказать, VIР места. Ну как?       Парень развернулся, натыкаясь на внимательный взгляд розововолосой красавицы. Он задал стандартный вопрос и не ожидал услышать чего-то необычного в ответ. Ожидая, пока девушка скажет свое мнение, Томо включил музыку для выступления подруг. — Сохраняй спокойствие и лови момент, — тихо и с улыбкой пробормотала Майя. — Что? — в горле хорвата моментально пересохло и он обратил внимание на надпись, сделанную на футболке. «Keep calm and seize the moment».       Он поднял глаза девушки и в пару шагов оказался рядом. Поборов нерешительность, Томо одной рукой оперся о стену рядом с головой девушки, а пальцами другой провел по нежной щеке. — А если кто-то зайдет? — прошептала Майя, глядя в глаза брюнету.       Томо дернул за ручку и улыбнулся. Чего-то подобного он ожидал. Ким и Сэм, в своеобразной манере, решили помочь и сделали это по-своему. Зная робость хорвата по отношению к девушкам, они немного подтолкнули Томо и Майю друг к другу. — Вряд ли у кого-от кроме наших неугомонных подруг будет ключ, — негромко пробормотал парень.       Он склонился к нежным губам девушки и поцеловал. Почувствовав, как приоткрылись в ответном жесте губы Майи, а руки мягко обвили его шею, Томо понял, что зря столько времени смущался и боялся подойти к ней. — Это сон? — с улыбкой прошептал он, чуть отстраняясь и прижимаясь лбом ко лбу девушки. — Если это сон, то давай не будем просыпаться, — Майя улыбнулась в ответ, теперь уже сама целуя Томо.       Не прекращая поцелуя, парень подхватил девушку под ягодицы и посадил на стол. Майя немного отстранилась, глядя на Томо. Футболка хорвата полетела на пол. Парень чуть ухмыльнулся, двигая девушку на край стола. Рука уверенно скользнула под коротенькое платье, и Майя порывисто выдохнула.       Порой нам не хватает смелости для осуществления желаемого, и мы всю жизнь жалеем, что не проявили себя в какой-то ситуации. Томо нарочито медленно стягивает с Майи белье, срывая с губ девушки удивленный и одновременно возбужденный вздох. Но иногда стоит рискнуть. Розововолсая танцовщица расстегивает ремень джинсов парня, нетерпеливо облизывая губы. И тогда есть шанс получить то, о чем ты даже боялся мечтать. Томо впивается в нежные губы поцелуем. Он рискнул и выиграл. Его приз перед ним. Пока еще в обертке и закрытый от глаз. Но это он исправит прямо сейчас.