Фотоальбом.

Лидия огорчённо зашла в лифт, волоча за собой чемодан. На неё тут же уставились восемь пар глаз. — Тебе на какой этаж? — спросил кто-то из ребят. — Седьмой, — коротко отрезала она. К толпе присоединился ещё один парень, и дверцы лифта закрылись, после того, как какая-то девушка нажала на кнопку третьего этажа. Звук едущего лифта бил по ушам. Мартин слегка покачнулась, ненадолго потеряв равновесие, но вскоре пришла в себя. Лифт со скрипом раздвинул свои двери на седьмом этаже, и Лидия нехотя переступила порог, оказавшись на чисто вымытом линолеуме. Немного помешкавшись, девушка огляделась, пытаясь глазами найти свой блок. Семьдесят третья комната находилась недалеко от лифта, прямо по коридору. Рыжеволосая неохотно и как можно медленнее поплелась к своему блоку. Слегка пошатываясь на ногах, дрожащих от волнения, Лидия преодолела расстояние в несколько метров и вскоре очутилась у заветной двери, сделанной из дерева сосны. Холодок пробежался по спине, когда ледяная ладонь коснулась металлической ручки. По коже прошёлся низковольтный разряд, как будто по венам побежал электрический ток, обжигающий плоть. Это неприятное ощущение задержалось всего на пару секунд, после чего медленно прошло. Мартин глухо вздохнула, набрав в лёгкие побольше воздуха, и одёрнула руку, сжав бледную ладонь в кулак, а другой рукой пододвинула чемодан к себе настолько близко, что он начал наезжать на ногу. В воздухе витало напряжение, которое уже довольно долго било девушке по ушам, отчего виски пронзила кратковременная ноющая боль. Дыхание Лидии непринуждённо остановилось, а сердце пропустило несколько ударов, когда перед её лицом распахнулась дверь, и на неё налетел какой-то парень. Рыжеволосая рефлекторно отскочила назад, а брюнет запнулся об её чемодан и чуть было не упал. — Твою мать! Эхом донёсся до Мартин рассерженный голос парня. На его крики из-за двери высунулись несколько голов с недоумённым выражением лица. Лидия отошла от стены и стала переминаться с ноги на ногу. Все взгляды уставились на неё. Со стыда девушка была готова сгореть заживо в адском котле, чтобы сейчас не стоять здесь как пень и не придумывать в голове оправдания. — Ты кто? — довольно грубо спросил брюнет с нотками гонора в голосе, зачем-то отряхивая клетчатую рубашку. Рыжеволосая замялась, не зная, что ответить. Голос начал предательски дрожать, мысли в голове стали путаться, отчего голова девушки уже просто взрывалась. — Я Лидия… — проговорила она. — Лидия Мартин, — уже увереннее повторила девушка тоненьким голоском. — Меня подселили к вам. — Первокурсница? — раздался громкий и не совсем дружелюбный голос за спиной брюнета. — Да, — тихо призналась Мартин и опустила изумрудного цвета глаза. — Приехали, — раздражённое лепетание слетело с бледно-розовых губ шатенки. Она показательно закатила глаза и облокотилась о дверной косяк, заслоняя Лидии вход.

***

POV Лидия. В воздухе повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь глубокими вздохами ребят. Было довольно неловко стоять в коридоре такой толпой и стрелять искрящимися глазами в разные стороны, дабы спрятать свой недоумённый взгляд. Нежданно парень за спиной брюнета вышел из-за него и разрезал тишину своим звонким голосом. — Может, сходим к комендантше и разберёмся? — Ты сам-то себя слышишь? Просто представь, какая там сейчас внизу толпучка первокурсников, — вмешалась девушка, толкая его локтем в бок. — Наши проблемы сейчас никому не важны. — Ну, да. Скотт, нас просто пошлют куда подальше, — цокнула языком шатенка, кинув на парня презрительный взгляд. — Так что будем делать? — я не выдержала и, на удивление самой себе, подала голос. Недовольные взгляды снова устремились на меня, и, откинув растрепавшиеся волосы назад, я вновь замолчала. — Короче так, пусть пока что проходит, — заговорил парень в клетчатой рубашке, — переночует здесь. — Стайлз! — недовольно прикрикнула девушка, наконец, отойдя от двери и перестав перегораживать проход. Но парень сделал вид, что не слышал её и продолжил. — Завтра, когда время толпы надоедливых первокурсников пройдёт, пойдём к Мальвине. — Мальвине? — вопросила я, не поняв парня. Он демонстративно закатил глаза и неохотно ответил. — Так мы зовём коменду. — И где она будет спать? — подал голос кучерявый, довольно симпатичный, парень. — Ну, может быть с тобой, — хохотнула шатенка и приподняла брови. Чёрт, почему она мне так не нравится. Весь её этот сарказм, который вовсе не в тему проскальзывает, так жутко бесит меня. — У нас ещё свободна кровать Киры. — Стайлз, вот именно, что это кровать Киры! — Малия! Она уехала, — с волнением проговорил брюнет и вошёл в комнату. Все остальные поступили также, оставляя меня в одиночестве в коридоре. Спустя несколько секунд, я проскользнула внутрь и прикрыла за собой дверь. Ребята разошлись по комнатам, осталась только одна девушка. — Я Эллисон. Пойдём, я покажу тебе нашу комнату. После этих слов она отошла на несколько шагов от меня и на пяточках развернулась. Особого дружелюбия в её словах я не почувствовала, но и на том спасибо, что хоть она осталась проводить меня до комнаты. — Спасибо, — еле слышно проговорила я. Язык как будто бы онемел, я не могла связать и двух слов. Мне было до глубины души обидно такое ко мне отношение. И как мне с ними жить теперь? Может хоть завтра получится всё исправить? Брюнетка шла по небольшому узкому коридорчику и свернула налево. Я в точности по шагам проследовала за ней и оказалась у светлой деревянной двери. Она бесшумно открыла дверь и юркнула внутрь, я же немного помедлила и тоже прошла за ней. Шатенка, как я поняла, её зовут Малия, недобро глянула на меня и, воткнув наушники в уши, легла на кровать. — Это твоя, — без лишних слов и эмоций сказала Эллисон и тоже легла на свою кровать. Я медленно, будто остерегаясь чего-то, присела на кровать и огляделась. Мне было абсолютно неловко что-то делать, поэтому я просто сидела и смотрела перед собой. Напряжение витало в воздухе, забирая остатки кислорода. Мне, как ни странно, становилось труднее дышать. Прошло уже минут пять, но никто из нас троих, наверное, так и не пошевелился. Чёрт, ну, почему именно я? Почему именно мне всё это досталось? Шатенка небрежно кинула наушники на прикроватную тумбочку и привстала. — Я к Стайлзу, — по-моему, нарочито громко проговорила Малия, обращаясь к подруге, и вышла из комнаты, даже не взглянув на меня. Не знаю почему, но мне стало гораздо комфортнее, когда она ушла, и я немного оживилась, доставая из чемодана удобную одежду и тапочки. — Эллисон, — потревожила я брюнетку, на что та заблокировала свой телефон и подняла на меня карие глаза. — Где я могу переодеться? Девушка улыбнулась и убрала прядь тёмных волос за ухо. — Здесь. Если что, не волнуйся, мы с Малией не лесбиянки, — она забавно рассмеялась, и я улыбнулась уголками губ. — А ты? — Я? Конечно нет! Что за глупости? — взбунтовалась я, стягивая с себя пёструю блузку.

***

Тёплый лучик солнца легонько коснулся моей щеки, и веки непринуждённо задрожали от яркого света. Я недовольно сморщила нос и приложила руку к голове. Растрепавшиеся, довольно непослушные, волосы начали щекотать лицо. Слегка поёжившись и натянув своё одеяло практически до носа, я перевернулась на другой бок. Сделав попытку снова заснуть, пока сон окончательно не покинул мой разум, я сунула руки под подушку и свернулась калачиком под одеялом. Но задремать мне так и не удалось, так как до моих ушей донёсся дружный хохот, должно быть из кухни. Я нехотя разлепила веки и приподнялась на кровати. Насыщенно-рыжие волосы, подобно зигзагам молний, вздымались на макушке, привычно потрескавшиеся пухловатые губы пересохли, и язык рефлекторно прошёлся по ним. Я пробурчала что-то невнятное себе под нос и потянулась к прикроватной тумбочке за телефоном, дабы узнать время. Увидев же на экране, который час, я на секунду обомлела. Двенадцать? Серьёзно? Двенадцать часов дня? Я была очень удивлена. Конечно же, я не ранняя пташка, встающая с первыми лучами солнца, нет. Но я и не дрыхну до полудня, это уж точно. Моментально собравшись с мыслями, я соскочила с кровати, поправляя на себе пижаму. Девочек в комнате не было. Ещё бы, уже практически обед! Через несколько минут я пригладила волосы и вышла из комнаты, предварительно застелив за собой кровать. Медленно пройдя по недлинному коридорчику, я ненадолго остановилась и прочистила горло, откашлявшись. — Доброе утро, — чуть смущённо проговорила я всё ещё сипловатым ото сна голосом, оглядывая ребят, сидящих за одним большим столом и увлечённо болтающих. На мгновение тишина воцарилась в помещении, пять недружелюбных взглядов, как обычно, уставились прямиком на меня. Я закусила губу, отчего та налилась кровью. — Уже день, — проговорил кучерявый парень, как я поняла вчера — Айзек. — Долго спишь. — Садись, есть разговор, — зло сказала Малия. — Прямо сейчас? — слегка замялась я. — А что тебя не устраивает? — вступился брюнет, продолжая смотреть перед собой, так и не соизволив поднять на меня глаза. — Я собиралась принять душ. Ну, или хотя бы просто умыться. — Тебя на свидание сейчас никто не приглашает. Садись, — хохотнул Скотт и пошловато подмигнул брюнетке, сидящей рядом с ним. Я послушно опустилась на единственный свободный стул и настороженно посмотрела на ребят. — В общем так, — начал Стайлз, — пока ты дрыхла без задних ног, мы сходили к коменде, — моё лицо напряглось что есть силы, в глазах затлела искорка надежды, и я усидчиво вслушивалась в каждое слово, каждую букву, сказанную им. — Ничего хорошего. Мои надежды мгновенно рухнули, словно карточный домик. Чёрт, чёрт, чёрт! Нет! Замолчи! Не продолжай говорить об этом! — Вся общага забита полностью. Но ты не одна такая страдалица, что живёшь не со своими первокурсниками. Натали сказала, что кое-как всех распихали по комнатам. — Натали? — переспросила я, вздёрнув брови. — Наша комендантша, — пояснил Айзек. Я печально улыбнулась и опустила глаза. — Короче, — закончил за друга Скотт, — будешь жить с нами, пока кого-нибудь не отчислят или… — он замялся. — В общем, пока не освободится место в какой-нибудь другой комнате. — Теперь свободна, — довольно нагло и грубо выпалила Малия и отрешённо фыркнула, выпроваживая меня. Я, не проронив ни слова, поднялась из-за стола. — Девочки, теперь я могу положить свои вещи в шкаф? — Да, — равнодушно пролепетала брюнетка и продолжила играть в «гляделки» со своим парнем. Хотела было только я уйти, как раздражённый голос шатенки остановил меня. — Эй! Будь добра переодеваться в нашей комнате, а не рассекать тут в одной пижаме, — её ядовитый взгляд прожигал насквозь мою плоть, и только тогда я заметила, что она пнула Стайлза ногой под столом. Твою ж мать, он пялится на меня! На мои ноги, прикрытые только короткими пижамными шортиками! Моё лицо тут же заливается пурпурным румянцем, и я поспешно скрываюсь из зоны видимости. Направляюсь в комнату, чтобы не попадаться на глаза. Не завидую я сейчас чувствам Малии. Она ревнует. Очень сильно ревнует его. Что ж, теперь я понимаю, за что она меня ненавидит. И станет ненавидеть всё больше с каждым днём. Шикарно просто! Я зашла в комнату и, прикрыв за собой дверь, шумно выдохнула. Честно говоря, хотелось просто-напросто заплакать. Долго я не вынесу такого отношения к себе, да и вряд ли кто-то вообще смог бы выдержать такую ненависть к себе каждый Божий день. Сейчас ещё и в душ не сходить — не хочу лишний раз маячить у ребят перед глазами. Выдвинув чемодан из-под кровати, я открыла его и начала доставать оттуда вещи, перекладывая их на свою полку в шкафу.

***

POV Автор. — Стилински, это что, чёрт возьми, было? — прошипела Тейт, уперев кулаки в бока. — Когда? — Когда ты пялился на неё! На эту грёбаную Мартин! — Малия, прошу, — он подошёл к ней ближе, — не выноси мне мозг. Стайлз сунул руки в карманы джинсов и приподнял брови. Шатенка слегка поджала губы и подошла к парню вплотную, обхватив руками его шею. — У нас ведь всё хорошо? — она сменила, как говорится, гнев на милость и нахмурилась. — Ну, в плане отношений. — Да, всё как обычно. И я не понимаю, с чего опять начались эти приступы ревности, — Стилински поместил свои холодные ладони на тонкую талию девушки и притянул её к себе настолько близко, что ощущал её горячее дыхание на своих губах. — Я не хочу потерять тебя, — еле слышно прошептала Тейт и коснулась его носа своим, прикрывая глаза. Парень довольно громко хмыкнул и впился в бледные губы шатенки, проведя по верхней губе кончиком языка.