Соулмейт? Ни в коем случае.

Rape me, my friend Войдя домой, Эдди вымученно улыбается Ричи, говоря что да, ему уже лучше и рука почти совсем не болит; да, он выживет без него и его дорогая мамочка не отрубит ему целую кисть, думая, что там смертельные бактерии; нет, Ричи, ты не можешь остаться со мной, иди домой, пожалуйста. И наконец, получив кучу шуток про свою милую родительцу, закатанные глаза и милый смех, Эдди смог захлопнуть чертову дверь своего дома (смена времени - это норма). На цыпочках пройдя мимо комнаты вышеупомянутой мамы и все-таки спалившись, что пришел домой, потратив целых две минуты времени на объяснение того, где он пропадал, Каспбрак зашел в свою комнату и сразу же рухнул на постель, застонав от боли в руке. Сердце вроде как успокоилось и вернулось в нормальный темп, а вот запястье решило, что у него дефицит внимания и, отчаянно пыталось доказать Эдди, что оно тоже часть его организма. - Что это, блять, такое? - единственное, что смог выдавить из себя астматик, задрав наконец рукав толстовки с целью выяснить в чем, собственно, проблема. Он ожидал чего угодно - даже перелома, но явно не просто 14 букв, складывающихся в какую-то невообразимо странную фразу. - Изнасилуй меня, мой друг? Это, что шутка? И откуда у меня на руке вообще надписи... - и тут до него дошло. Внезапно в голову стукнула, потрясающая своей неправильностью, мысль, что у него есть соулмейт. Чертова родственная душа, которую его Судьба так благосклонно ему предоставила... Как мило с ее стороны! До Эдди дошло, что все эти шуточки и колкости от Тозиера теперь правда и оправдаться пустым запястьем не получиться, что теперь он не такой, как остальные, что его следует изолировать и сдать в лабораторию "для опытов", как выражался все тот же Ричи. Его милый и такой родной Ричи. Черт, родной... Теперь Эдди точно знает, что в мире есть кто-то роднее Тозиера и мамы, и друзей. Что есть тот, кому якобы необходимо встречаться с Каспбраком - ведь соулмейты всегда вместе, да? Эдди понимает, что ничерта не смыслит во всем этом и решает поискать в интернете исследования на эту тему - ну, а вдруг? А в голове у него вертятся сцены из всяких дешевых мелодрам, за просмотром которых его и Ричи так часто ловила мать часа в два ночи, когда друг со скоростью пули вылетал в окно, под которым точно стоял его велик - знал же, что запалят.. Ричи.. Как теперь он сможет общаться с ним - с человеком настолько презирающим магию рук, что он готов срезать себе участок кожи, лишь бы на нем не было признаков болезни? Как говорить с ним об этом и поддакивать ему, когда он говорит, что соулмейтизм - мерзко? И, да - как же теперь доказывать, что Эдди не болен?

***

Ричи молча лежал в ржавой ванне с немного рыжеватой водой - все деньги ушли на такое же рыжее пиво матери. Мысли его были заняты странным поведением Эдди, поэтому Тозиер даже не замечает, как на левом запястье медленно проступают аккуратно выведенные буквы. Прерывается от созерцания капающей из душа воды только тогда, когда боль в руке становиться невыносимой, будто запястье жрут изнутри. - Э, че такое... - он немедленно опускает руку под воду, повинуясь какому-то инстинкту видимо. Затем он не менее резко вынимает ее и, морщась, начинает разглядывать. - А, ну, открывай, мелкий сученыш! - Ричи вздрагивает и роняет мочалку в воду. Вздыхает и орет в ответ, - А нахуй пойти не хочешь, шлюха, дающая за банку дешевого пивка?! Стук в дверь прекращается, мать в ярости, но слишком выпила, чтобы продолжать ломиться в ванну. Ричи снова вздыхает, по его лицу непроизвольно начинают течь слезы - еще год назад его мать была самым добрым человеком на свете.. А потом отец начал принимать наркоту и водить домой баб. И если Тозиеру-младшему удавалось прийти домой раньше, чем очередная шлюховатая девушка уходила, то его лупили - не только ремнем, отец не стеснялся прямо перед любовницей поставить сыну фингал или разбить об него бутылку. Ричи не умел драться и поэтому не смог сразу дать отцу отпор - затем, он однажды подкараулил его спящим и сдал копам, которых вызвал заранее. В тот день мать впервые принесла домой алкоголь для себя. Так она убила своего ребенка - брата Ричи, которого они ждали всей семьей и готовились к его появлению - у нее случился выкидыш. Все началось заново, как с отцом - только девушек с огромными вырезами не было, появились такие же бухие, как мать, мужики, от которых постоянно несло перегаром. Они били Ричи, если тот появлялся в зоне видимости, а мать смотрела на это и ржала, ржала как сумасшедшая. Хотя, она и была ей... Боль в руке не прошла, но у Тозиера было достаточно отметин на теле, чтобы не обратить внимания на еще одну. Он просто сидел и плакал в ванне, слезами обычного подростка с обычной подростковой мечтой - иметь нормальную, счастливую семью.