Дом и война.
20 декабря 2017 г., 21:36
Эдрик Баратеон, лорд Штормового Предела, стоял на верхнем мостике эскадренного броненосца Кайзерлихтмарине "Брауншвейг" и всматривался в приближавшийся берег Вестероса. Путешествие через Узкое море подходило к концу, и глядя на тёмную полоску родной земли, Эдрик вспоминал всё что было за эти месяцы, после того как он расстался с королевой и кайзером в Квохоре.
До Норвоса они доплыли благополучно. Очередной вольный город перешедший под власть Империи, мало отличался от Лиса, Волантиса или Квохора, не считая конечно размеров и возвышающегося на утёсе квартала знати с храмом Неизвестного бога.
Сразу после прибытия, Орнер и Левис отпросились у своего лорда прошвырнуться по городу. Вернувшись к вечеру в гостиницу, где для Эдрика и его людей заранее сняли три соседних номера, они рассказали о своих впечатлениях. Норвос присоединился к Империи добровольно, а потому никаких разрушений здесь не было. Не было и недовольства со стороны адептов ущемлённых имперскими властями религий, как в тех же Волантисе и Квохоре. К культу Неведомого бога и его служителям, Бородатым Жрецам, имперские власти относились вполне терпимо. Даже оставили Священную Гвардию храма, хотя всех воинов официально избавили от статуса рабов и объявили свободными, на будущее запретив храму покупать детей для обучения на храмовых гвардейцев - теперь их можно было набирать лишь из взрослых добровольцев. Также у храмовых воинов отобрали оружие, оставив только являвшиеся религиозным символом топоры, да и у тех заставили затупить лезвия.
По рассказам горожан, Бородатые Жрецы были не слишком довольны, но после проведённых у стен Норвоса учений немецкой армии, с применением тяжёлых орудий и полётами цепеллинов над городом, сопротивляться не решились. Кроме того, жрецам запретили вмешиваться в управление городом, так как имперская конституция этого не предусматривает, теперь местный магистрат правил Норвосом самостоятельно, под присмотром имперского штатгальтера - чем местные толстосумы были в душе весьма довольны.
А ещё имперские власти отменили запрет местным жителям не принадлежавшим к сословию жрецов, носить волосы на голове, чем вызвали некоторое недовольство не только жрецов, но и местных цирюльников, потерявших часть клиентуры. Зато были очень довольны местные женщины, которым уже не надо было носить парики, прикрывая совершенно обритую голову. Глядя на них и часть мужчин, особенно из молодёжи, стали отращивать волосы. А некоторые вольнодумцы, о ужас, даже отпускали усы и бороды! Но подавляющее большинство мужчин и наиболее религиозные женщины, особенно постарше, продолжали ходит обритыми налысо.
Во всём остальном немцы в религиозные дела не мешались и над Норвосом по прежнему плыл звук его знаменитых колоколов. Р'глорианцев здесь было мало, в отличие от большинства Вольных Городов, и их притеснения имперскими властями подавляющее большинство горожан не волновали, скорее вызывали злорадство.
Норвосцы молились по прежнему, и во всю делали деньги, пользуясь тем что Норвос стал важным речным портом Империи, в который с исконных земель Германии, находившихся совсем недалеко, была проведена железная дорога, которую теперь тянули дальше, к Пентосу и Миру, а в самом Норвосе была построена верфь, где из привезённых из Империи частей, собирали речные пароходы и баржи, перевозившие грузы по всей Ройне и её притокам.
Не меньшую радость вызывал разгром дотракийцев, которые уже не могли совершать набеги на окрестности Норвоса. В общем, Империя тут была весьма популярна.
В Норвосе Эдрика уже ждал генерал Эрих Людендорф с офицерами своего штаба, занятый передислокацией своих войск из Старой Германии в Пентос. Несмотря на занятость, генерал принял Баратеона любезно(видимо, после инструкций от Кайзера) и познакомил с ходом дел.
Войска прибывали по железной дороге в Норвос, откуда на судах плыли вниз по Нойне до её впадения в Ройну у Горестей, по Ройне их везли до впадения Малой Ройны, поднявшись по которой войска высаживались на правом берегу у полуразрушенного ройнарского города Гоян Дроэ, который с приходом немцев снова начал подниматься, и по старой валирийской дороге своим ходом двигались в Пентос, находившийся не так уж далеко.
Сложности были только при прохождении Горестей, которые немецкие войска уже разрушили до основания, истребив всех находившихся там "каменных людей". Теперь всех заболевших Серой хворью в Империи, должны были отсылать на один из островков в Летнем море у Оранжевого берега, где немецкие медики собирались изучать эту заразу и искать лекарства от неё. Правда, несмотря на разрушение Горестей, над Ройной в тех местах продолжал висеть зловредный туман вызванный древней магией, так что суда проходили это место с задраенными иллюминаторами, люками и дверями, чтобы избежать риска для людей подцепить заразу. Генерал сообщил о планах правительства Империи осушить тамошние заболоченные берега и покрыть их в тех местах бетоном. Впрочем, это были планы не ближайшего будущего. Тяжёлые грузы для армии везли в Пентос морем.
С интересом выслушав пояснения Людендорфа, Эдрик пообещал приложить все усилия, чтобы высадка немецких войск в Штормовых Землях прошла максимально быстро и с минимальными потерями.
Похоже, генерала такая перспектива вполне устроила.
Делать было пока особенно нечего, хотя в отличие от Волантиса свободу молодого Баратеона в безопасном Норвосе никто не ограничивал, и Эдрик решил использовать удобный момент чтобы наконец посмотреть Германию. Тем более что от Норвоса до ближайшего немецкого города Ахена на поезде можно было доехать за час.
По совету генерала Людендорфа, которого явно обрадовало решение Эдрика, лорд Штормового Предела зашёл в местное отделение Железного Банка Браавоса и обменял некоторое количество золотых драконов и серебряных оленей на золотые, серебряные и бумажные рейхсмарки(последние, спутники Эдрика разглядывали с некоторым недоверием - у них в голове не укладывалось что за куски бумаги украшенные картинками, можно получить не меньше чем за золотые и серебряные монеты).
- А что, так удобно. - заметил Эдрик, -Таскать большую сумму в золоте, не говоря уж о серебре, тяжело и хлопотно. А бумага почти ничего не весит и места много не занимает.
- Так то оно так, - заметил Гоуэр, - а только всё равно, мошенничеством каким то пахнет. Разве может бумага, пусть и разрисованная, равняться с серебром, а тем более золотом?
- Ну уж сразу и мошенничество. - ответил Эдрик, - В Вольных Городах купцы издавна выписывают векселя, по которым можно получить золото и серебро. Да и у нас так делают. Эти бумаги примерно то же самое, их тоже всегда обменять можно.
- Так ведь таких бумажек кто угодно может нарисовать, и сколько угодно. - сказал сир Тристон, - А потом наменять на них серебра и золота!
- Не так это просто. - объяснил Эдрик, - Мне в банке объяснили, что на этих бумажках есть водяные знаки, вот, смотрите, их на просвет видно, и подделать их трудно. Ведь золотые и серебряные монеты тоже подделывают, и у здесь, на Эссосе, и у нас. У нас за такое казнят, заливают расплавленный метал в глотку, а в Империи за подделку денег, хоть бумажных, хоть каких, отправляют на каторгу надолго.
Левиса Эдрик решил оставить в гостинице стеречь номера и вещи, а сам, в сопровождении сира Тристона, Гоуэра и Орнера(упросившего лорда взять его с собой, "хоть краем глаза взглянуть" на Империю),в сопровождении генеральского адъютанта гауптмана Зоммерфельда, отправился на станцию откуда уходили поезда в Старую Германию и куда они прибывали.
Пройдя большое красивое здание, которое могло бы сойти за дом лорда средней руки, и называлось "вокзал", и предъявив купленные для них адъютантом Людендорфа цветные бумажки, с надписями по-немецки, называвшиеся билетами, вышли на длинное каменное возвышение где-то в половину человеческого роста, где ждало немало людей, как в военных мундирах так и в разнообразных других одеждах.
Ждать им пришлось недолго. Вскоре по тянувшимся вдаль параллельным стальным брусьям, которые адъютант назвал рельсами, появился пыхтящий паром железный монстр, состоящий из повозки с многими колёсами разной величины, соединёнными длинными стальными жердями, на которые было надето что-то вроде небольших бочонков, с лежащей на ней огромной бочкой, поверх которой была труба из которой валил чёрный дым, и с находящейся позади железной коробкой с стеклянными окнами, тащивший нечто похожее на кареты но гораздо длиннее, с множеством окон и парой дверей с каждого конца. Было их десятка два. Эдрик догадался, что это должно быть, паровоз и вагоны, о которых он читал в немецких газетах и которые они видели во время просмотров синема на Ройне, и сообщил об этом своим спутником, которые поглядывали на дымящее и пышущее паром чудище с опаской, хотя и старались не выказывать страха. В конце концов, они уже ездили на самодвижущейся повозке, плыли на кораблях где дыма и пара было не меньше, и успели немного привыкнуть ко всем этим немецким чудесам.
Зайдя в вагон первого класса (для богатых пассажиров, как пояснил Зоммерфельд) , они заняли там три отделения, которые назывались "купе". Одно заняли Эдрик и сир Тристон, другое Гоуэр и Орнер а третье Зоммерфельд со своим денщиком (чем то вроде сквайра) - меланхоличным молчаливым конопатым парнем. Паровоз свистнул и поезд двинулся, быстро набирая ход. Некоторое время оба молчали, глядя в окно...
- Славная штука этот поезд, милорд. - заметил наконец сир Тристон, - Ехать удобно, не сравнить с нашими каретами, в которых всю душу вытрясет, и быстро - на лучшем коне не угонишься!
- Думаю, теперь и у нас будут железные дороги, поезда, пароходы. - ответил Эдрик, - Нашей королеве нравятся немецкие порядки, и к тому же, они с кайзером скоро поженятся.
- Да, я заметил ещё когда мы плыли по Ройне, как они друг на друга смотрят. - кивнул сир Тристон, - Что ж, это неплохо. С Империей у нас тогда будет союз, а со временем там появится император крови Таргариенов - тогда немцы не будут уже смотреть на нас как мы на Одичалых.
- Надеюсь, так и будет. - сказал Эдрик, - Тогда и мы сможем перенять все эти немецкие чудеса. Надо только научиться. Хотя, будет это не сразу. Лет через десять-пятнадцать. Сначала надо закончить войну с Ланнистерами. А потом с Иными.
- Это правда, милорд? - широко раскрытыми глазами посмотрел рыцарь с Рубежного Холма, - Ну, насчёт Иных?
- Чистая правда. - мрачно подтвердил Баратеон, - Мне сам кайзер сказал. Немцы даже нескольких поднятых мертвецов за Стеной как-то поймали и притащили к себе, в Германию - изучить, а заодно и неверующих убедить. Такие люди как Кайзер, подобными вещами, сам понимаешь, не шутят. Король Ночи со своей армией уже подходит к Стене.
- Чтоб их Иные забрали! - потрясённо произнёс сир Тристон, - Хотя, о чём это я, они же и есть...Р'Глор их забери!
-А лучше все они друг дружку. - усмехнулся Эдрик.
- Но милорд, есть же Стена! - ухватился за первое пришедшее в голову сир Тристон, - Там Ночной Дозор. Иные не смогут там пройти!
- Кайзер уверен что смогут. - печально покачал головой Эдрик, - Король Ночи и Иные владеют магией. Да и в Ночном Дозоре людей мало, немногим больше тысячи. И стоящих воинов среди них немного - сам знаешь, в Дозор давно уже шлют в основном всякий сброд. Правда, в последнее время к ним присоединились Одичалые, бежавшие из-за Стены от Иных, но их тоже не слишком много и вооружены они так себе. Потому немцы хотят как можно быстрее покончить с Ланнистерами и помочь королеве Дейенерис навести порядок в Семи Королевствах, а затем начать войну с Иными.
- Как же с ними воевать? - спросил рыцарь, - Они ведь не живые!
- Кайзер сказал, что мертвяков можно сжечь, а Иных и прочую мерзость убивать драконьим стеклом и валирийской сталью. - ответил Эдрик.
- Ещё бы где-то достать её. - вздохнул сир Тристон, - У редкого лорда есть валирийский меч. Это королевский дар, как ваш "Свет Ночи". А доспехи из валирийской стали вообще только у Эурона Грейджоя.
- Кайзер мне говорил, что его подданные узнали секрет изготовления валирийской стали и могут её делать с помощью драконов нашей королевы. - заметил Баратеон, - Так что не вешай нос, рыцарь. Ничего не обещаю, но попробую раздобыть для тебя и Гоуэра с Орнером и Левисом валирийские клинки и доспехи.
- Милорд! - аж задохнулся сир Тристон, - Да я...я...Я даже не знаю что сказать!
- А пока ничего говорить не надо. - улыбнулся лорд Штормового Предела, - Вот если удастся добыть для вас валирийское оружие, тогда и скажешь...
Остаток пути до Ахена они провели в молчании. Эдрик размышлял о будущей войне, а рыцарь с Рубежного Холма был погружён в мечты о валирийских клинках и доспехах...
Трёхнедельное путешествие по Германии пролетело быстро.Ахен, Кёльн, в котором осмотрели величественный храм, по мнению Эдрика не уступавший Великой Септе Бейлора в Королевской Гавани, Золинген, где Эдрик и его свита не удержались от покупки клинков из великолепной стали, намного лучше всего что можно было найти на Эссосе и в Вестеросе, не считая клинки из валирийской стали, конечно, Эссен, где они были поражены заводами герра Круппа, любезно показанными их владельцем, Падерборн с находящимся поблизости полигоном Вольфенштайн, где испытывали новое оружие для войны с Королём Ночи и делали валирийскую сталь, Вильгельмсхафен - главная база флота империи, где стояли корабли, рядом с которыми доставивший их из Лиса в Волантис "Гельголанд" казался скорлупкой, Гамбург, о котором столько рассказывал приказчик в Лисе, учивший Эдрика немецкому, Киль, где начинался огромный канал, и наконец столица Империи.
В Берлине провели три дня, осматривая всё интересное, включая Рейхстаг. Была у Эдрика мысль навестить кузину Ширен. Из газет он знал что попав в плен к немцам, королева Селиса и её дочь были доставлены в Германию, где повредившаяся умом Селиса была помещена в лучшую в Империи клинику для душевнобольных, а Ширен жила в императорском дворце Сан-Суси в окрестностях Берлина. Поначалу Эдрик хотел направиться прямо туда, однако, поразмыслив, он решил что лезть без приглашения в императорский дворец будет не лучшей идеей, и ограничился письмом в котором выражал Ширен сочувствие в связи с потерей отца и болезнью матери, а также, кратко рассказывал о своих приключениях после побега с Драконьего Камня. Письмо он отослал по почте, пожалев что в Германии не используют воронов.
Из Берлина проехали через Бреслау, Дрезден, Эрфурт, осмотрев шахты Силезии, Саксонии и Тюрингии. Узнав что эти шахты дают сырьё и топливо для немецкой промышленности, делающей все увиденные в Империи чудеса, Эдрик дал себе слово, что вернувшись в Штормовой Предел, он сразу после окончания войны организует поиски полезных ископаемых в Штормовых Землях.
В Дрездене, столице входившего в Империю королевства Саксония, он, по совету гауптмана Зоммерфельда, осмотрел знаменитую на всю Германию картинную галерею, найдя что выставленные там картины не хуже виденных в Красном Замке.
Из Эрфурта они выехали в Мюнхен, столицу королевства Бавария, где задержались ещё на пару дней, выслушивая восторженные отзывы жителей о королеве Дейенерис, недавно второй раз посетившей город, а также съездив осмотреть замок Нойшванштайн, поразивший их всех своей летящей в небо красотой - Эдрик решил что такого прекрасного замка не найти во всех Семи Королевствах.
В замке содержались в качестве почётных пленниц, доставленные из Дорна младшие дочери Оберина Мартелла и Эларии Сэнд (находившейся по приказу принца Дорана, вместе с разжалованной наследницей Мартеллов Арианной, в заключении в Сером Замке на островке в Дорнийском Море), включая и Элию Сэнд, Леди-Копьё, которую Кайзер Вильгельм во время достопамятного разговора в Волантисе, называл Эдрику как одну из возможных будущих хозяек Штормового Предела. Семнадцатилетняя девушка и правда была хороша - особенной диковатой красотой, как и Обелла, которая была младше сестры на два года.Да и младшие, одиннадцатилетняя Дорея и девятилетняя Лореза обещали вырасти красотками. С этим согласились и все спутники Баратеона. Но от общения Эдрик воздержался, считая что вопрос с будущим браком лучше как следует обдумать и вообще не спешить. Замок он покинул, слушая как Гоуэр напевает "Дорнийскую жену".
Дальше выехали в Страсбург, где видели на улицах толпы размахивавшие флагами и что-то кричавшие на непонятных наречиях. На вопросы гауптман Зоммерфельд отделывался невнятными словами о смутьянах, а его денщик, которого Орнер на следующий день пытался разговорить за бутылкой шнапса, сказал только что "эти ди ферфлюхте францозен" хотят быть не провинцией как сейчас, а особым королевством вроде Баварии или Саксонии. Узнать подробности не удалось. Ясно было только то, что не все в Империи довольны существующими порядками. Путешествие закончили проездом по долине реки Рейн, пробуя местное вино, весьма недурное, но по мнению спутников Эдрика всё же не дотягивавшее до того же дорнийского, арборского или мирийского.
Поездка по Германии на Баратеона и его спутников произвела громадное впечатление. Особенно удивила чистота царившая в немецких городах, рядом с которыми Королевская Гавань казалась просто хлевом, да и другие города Вестероса, по мнению спутников Эдрика, были не лучше. Впрочем, Лис и Волантис с Норвосом тоже в этом плане оставляли желать лучшего. Удивил и царивший в Империи порядок - за всю поездку они не увидели ни одной поножовщины, а о разбойниках никто и не слыхивал.
- Неужели у нас тоже всё это будет? - восторженно спросил Орнер, - Ведь наша королева выйдет за их кайзера. Наверняка и порядки заведёт такие же.
- Будет наверно. - проворчал сир Геральд, - Только нескоро. А вообще, думаю, жизнь тогда будет приятная, но скучная. Ни войн, ни разбойников, даже драк нет - просто размяться негде!
- Для разминки места хватит. - усмехнулся сир Тристон, - Весь восток Эссоса к твоим услугам, если заскучаешь, и Соториос с Ультосом в придачу...
- Меня другое занимает. - заметил Эдрик, - Мы видели в Германии много старинных зданий, которым самое меньшее несколько веков. Но ещё лет пять назад, о Германской Империи никто не слышал ни на Эссосе ни у нас. А ведь места здесь вовсе не такие глухие. Мимо здешних берегов часто плавали те же браавосийцы, лоратийцы и прочие, на Иббен и в другие места. Не могли бы они не заметить такую империю в этих местах. Но ни на одной карте нет ни намёка. Я читал книги об Эссосе в библиотеке Штормового Предела - там тоже ни слова об этом. Здесь были лишь верховья Темноводной, Квохорский лес, да пустоши Эссарии. И те же норвосцы говорят что раньше Империи здесь не было...
- Так откуда же она взялась? - удивлённо спросил Гоуэр.
- В голову приходит только одно - перенеслась откуда то из другого места. - пожал плечами Эдрик, - Может из-за Закатного моря, а может и ещё откуда...
- А разве такое возможно? - удивился Орнер.
- Кто знает? - сказал Эдрик, - Магия точно есть - мы видели драконов нашей королевы и Кайзер говорил об Иных и пойманных вихтах. Дети Леса когда то-разрушили колдовством Руку Дорна и чуть не откололи Север, создав Перешеек. Или вспомнить Рок Валирии, там тоже явно без колдовства не обошлось. А созданная магией Стена стоит до сих пор. Да что далеко ходить, вспомним Штормовой Предел. И как знать, на что способны боги? Но другого разумного объяснения я не вижу...
Вспоминая этот разговор, Эдрик мысленно перешёл на виденную в кают кампании броненосца новую карту Империи, только-только отпечатанную. В время плавания он внимательно рассматривал её. Бледно-красный имперский цвет заполнил почти весь запад Эссоса, разлившись на западном и южном побережье и по берегам Ройны с притоками,от Лората до Гискарских гор на восточном берегу Залива Работорговцев, ныне Залива Драконов, окрасив земли почти всех Вольных Городов, Ступени и бывшие Спорные Земли, Земли Долгого Лета, Валирию и Гискар и пополнив Империю почти двумя десятками вольных городов и полдюжиной провинций. Только в крайнем северо-западном углу в сплошной массив имперских земель врезался синий клин владений Браавоса.
На севере в имперский цвет окрасились Эссария, Сарнор, Ифекеврон(кроме небольшого коричневого пятнышка иббенийской территории у Нового Иббиша - по рассказам приплывавших с Иббена купцов, там были недовольны переходом к Империи Ифекеврона и некоторых других мест на северо-западном берегу Эссоса, на которые иббенийцы предъявляли притязания, но протестовать не осмеливались, опасаясь повторить судьбу тех, кто имел неосторожность враждовать с Германией), а также огромные просторы Дотракийского Моря, до самого Костяного Хребта, откуда покорившихся после недавней войны с Империей оставшихся дотракийцев, переселили к востоку от Снежных Гор, в страну Джонгвин, коренные обитатели которой четыре века назад были истреблены в войне с кочевниками Джогос-Нхай. Судя по слухам, передаваемым газетами, оказавшись на новом месте жительства, табунщики немедленно сцепились с зеброводами, считавшими эту землю своей, хотя и редко посещавшими её, и теперь там во всю шла война, без видимого перевеса обеих сторон(Джогос-Нхай было больше, но у них не было единой власти, и к тому же хватало других недружелюбных соседей, а дотракийцы похоже, извлекли урок из случившегося и создали Дош-Кхалар - совет кхалов, разбиравший спорные случаи не доводя до междоусобицы, и избиравший верховного кхала командовавшего войском). Впрочем, вернуться обратно они не помышляли, так как горный хребет, ставший восточной границей Империи, был занят немецкими войсками и хорошо укреплён(хотя, Эдрик плохо представлял себе, как можно что-то укрепить за такой короткий срок). Купцов из городов Вотчины Гиркуна и Золотой Империи И-Ти, шедших по старой памяти в Ваэс-Дотрак Стальным трактом, табунщики пропускали беспрепятственно(от них в Империи в основном и узнавали о происходящем за горами).
Кроме иббенийского пятачка на севере Ифекеврона, из общей цветовой гаммы выбивались ещё два куска северного побережья закрашенные штриховкой красноватого имперского цвета в сочетании с пурпурными и бледно-серыми полосками - соответственно, царство Омбер к западу от Бивневого залива, прежде платившее дань дотракийцам зерном, тканями, драгоценными камнями и юными девами, и царство Саат в районе одноименнного города в дельте реки Сарны, последний остаток древнего Сарнора. Оба царства перешли под протекторат Империи, и судя по газетам и рассказам купцов, были крайне довольны таким поворотом в своей судьбе - омберцы были рады избавлению от дотракийских вымогателей, а саатийцы вообще счастливы от того что немцы разгромили и прогнали ненавистных врагов, почти полностью уничтоживших их страну. В Саате даже создали добровольческий полк, решивший служить Кайзеру Вильгельму и сопровождать его всюду, куда он не двинется(что учитывая невеликую численность саатийцев было серьёзным проявлением их отношения к Империи).
Кроме этих двух царств, на юго-восточной границе зеленел Лхазар, к востоку от Гискарских гор и к югу от реки Скахазадхан, а ещё восточнее багровел малиновым оттенком Кварт со своими владениями, и отделявшей его от новых границ Империи Красной Пустошью. По мнению офицеров в кают-компании, которое Эдрик разделял, до Лхазара и Кварта у Империи, занятой более важными делами, просто не дошли руки, и потому в Берлине удовольствовались установлением мира на юго-восточной границе. Однако, Эдрик не сомневался что рано или поздно и Лхазар и Кварт окажутся под властью Империи, причём первый, похоже, пошёл бы на это хоть сейчас и вполне добровольно - настолько лхазарян впечатлил полный разгром их вековых притеснителей и разорителей. От Кварта таких добрых чувств ждать не приходится, но тамошние торгаши вряд ли смогут пройти мимо выгод которые даёт присоединение к Империи для местной торговли...
Отвлёкшись от воспоминаний, Эдрик оглянулся на тянувшиеся к берегу корабли. За флагманом "Брауншвейг" под флагом командующего эскадрой контр-адмирала Райнхарда Шеера, кильватерной колонной шёл отряд крейсеров: броненосный "Принц Адальберт" с вогнутым носом и массивными марсами на мачтах между которыми бодро дымили три трубы, под флагом младшего флагмана коммодора графа Максимилиана фон Шпее(*примечание: звание коммодора в Германии было введено при Веймарской республике, но в этой реальности его ввели в Кайзерлихтмарине под влиянием оказавшихся в Рейхе английских моряков, чтобы не увеличивать количество адмиралов), бронепалубные двухтрубные "Ариадне" и "Тетис" с носами напоминавшими таран, и старый знакомец "Гельголанд", не так давно доставивший его из Лиса в Волантис, а ещё несколько лет назад называвшийся "Кайзерин Элизабет" и принадлежавший флоту неведомой Австро-Венгерской Империи(о чём проговорился Эдрику перед отплытием из Пентоса, его командир Людвиг фон Герзау).
Южнее бороздили море двумя колоннами четыре десятка транспортных пароходов, на которых плыли стодвадцативосьмитысячная немецкая армия генерала Людендорфа и...знаменитый наёмный отряд Золотых Мечей.
Эдрик довольно улыбнулся. После побега с Драконьего Камня и встречи с Вильгельмом и Дейенерис, это была третья его самая большая удача.
Из Германии они заехали в Браавос, полюбовавшись на знаменитого Титана и другие местные диковины. Но попытка получить заём в Железном Банке закончилась неудачей, как и планы навербовать наёмников и зафрахтовать корабли, так что разочарованный Эдрик направился обратно, на берега Нойны.
В Норвос они вернулись вовремя. Генерал Людендорф уже собирался покинуть город и выдвинуться в Пентос, где собрались его войска. Не желая терять время, он решил лететь на цепеллине и предложил Баратеону отправиться вместе с ним.
Подняться в небо, как драконьи владыки, было весьма заманчиво и Эдрик охотно согласился, тем более что про цепеллины он уже читал в газетах и видел их в синема на пароходе, во время путешествия по Ройне.
Огромный летучий корабль производил впечатление, напоминая своей светло-серой тушей кита, только с четырьмя плавниками на хвосте. На верхнем было начертано LZ-38. Вместо боковых плавников были решётчатые конструкции с гудевшими моторами, бочкообразными предметами раскручивавшими винты - устройства похожие на четыре коротких весла соединённых верхними концами. Впереди, снизу, был выступ с множеством стеклянных окон.
Цепеллин появился со стороны Старой Германии, снижаясь пересёк Нойну и завис над полем где ждали Людендорф со своими офицерами и Баратеон со своей немногочисленной свитой. Из его брюха полетели канаты, подхваченные на земле немецкими солдатами, которые быстро и сноровисто закрепили их в металлических воротах вкопанных в землю и притянули цепеллин к земле. Подали лестницу по которой генерал и его свита поднялись внутрь цепеллина. Следом была очередь Эдрика и его людей.
- Ну что, Левис, - насмешливо поинтересовался Орнер у своего приятеля, - сам полезешь в эту штуку или сир Геральд будет загонять тебя туда пинками, как в самодвижущуюся повозку в Волантисе?
- А и полезу! - ответил Левис, - И загонять меня не придётся! Я ведь чего раньше опасался? С непривычки. А теперь уж нагляделся всякого. На колдовских кораблях по морю и рекам плавал, на колдовских повозках ездил, и по обычным дорогам и по железным. Даже драконов видел! Теперь, значит, на этом колдовском пузыре полечу! Вон, люди же летают, а я чем хуже? Я теперь уж ничего не боюсь. Думаю, появись здесь хоть Король Ночи или сам Р'Глор, немцы их из своих пушек на куски разнесут! - и Рыбник решительно двинулся к лестнице следом за своим лордом.
Внутри цепеллина их встретил его командир, представившейся как капитан-лейтенант Руперт фон Герзау. Это был высокий атлетичный темноволосый красавец лет тридцати, с чеканным лицом и весёлым взглядом серых глаз. От него так и несло мужественным обаянием с чуть заметной примесью нахальства. Одет он был в кожаную куртку на меху под которой виднелись утеплённые шаровары и сапоги, тоже явно на меховой подкладке. На шее висел крестик синего цвета с концами похожими на хвост ласточки а из под куртки виднелась красная ленточка с чёрно-белой каймой по краю.
- Н-да, хорош!- шепнул сир Тристон на валирийском, - Напоминает короля Роберта в молодости, и вояка, похоже, не из последних, и развлечься не дурак. Женщины на таких вешаются - страшное дело!
- Судя по Лианне Старк и Серсее Ланнистер - не все. - заметил Эдрик, тоже по-валирийски, и перейдя на немецкий, представился и поинтересовался, не приходится ли сиру Руперту родственником капитан Людвиг фон Герзау, командир крейсера "Гельголанд".
- Это мой кузен. - улыбнулся командир цепеллина, - Мы с ним не слишком ладим последние годы. Люци предпочитает по старинке бороздить моря, ну а я решил покорить воздушный океан и очень мне это понравилось.
При этих словах стоявший неподалёку генерал Людендорф взглянул на фон Герзау с явным неодобрением.
Немного погодя, Эдрик отвёл в сторону гауптмана Зоммерфельда и поинтересовался причинами такого отношения генерала к командиру летучего корабля.
- Вообще-то, это не секрет. - помявшись ответил гауптман, - У Руперта фон Герзау своеобразная слава. Храбрец, сорвиголова, совсем не дурак, отлично знает морское дело да и в сухопутной войне разбирается. Только поступив на службу, отличился в колониях и получил Голубого Макса. - заметив недоумевающий взгляд Эдрика, Зоммерфельд пояснил:
- Так у нас называют орден Pour le Merite, то есть "За Заслуги", одну из высших наград Рейха, тот синий крест у него на шее. - после чего продолжил, - При этом нахален, остёр на язык, не любит кланяться начальству, за ним числится множество поединков и скандалов, особенно с женщинами. В конце концов его хотели выгнать с флота, но он, благодаря связям своей семьи, перевёлся служить в Люфтваффе. Тогда цепеллины только появились, дело это было новое и небезопасное, так что брали всех желающих. Ну и его тоже взяли. Тут он быстро дослужился до командира цепеллина и вроде доволен. Начальство, в общем, тоже довольно. В основном он занят полётами или вознёй со своим пузырём на земле, так что на прежние выходки времени почти не остаётся. Хотя и бывает. Говорят, в Браавосе он наставил рога тамошнему Морскому Владыке, с его любовницей - теперь его туда не посылают. И повышение ему вряд ли светит - во всяком случае в ближайшие годы...
- Гляди, Гоуэр, - шепнул рыцарь с Рубежного Холма сиру Геральду, - похоже, вы с этим летуном два сапога пара.
Сир Геральд несколько ревниво покосился на фон Герзау, но ничего не ответил.
Тем временем на земле солдаты убрали лестницу и отпустили закреплённые на воротах канаты, которые команда цепеллина немедленно втянула внутрь. Воздушный корабль ещё громче загудел своими моторами и начал набирать высоту. Эдрик и его спутники как заворожённые смотрели на удалявшуюся землю.
- Господа, советую вам одеть что-нибудь потеплее. - обратился фон Герзау к Эдрику и его спутникам, - Чем выше мы поднимемся, тем холоднее будет. Берите пример с герра генерала. - командир цепеллина покосился на Людендорфа, надевавшего поданную денщиком тёплую шинель. Свита генерала следовала его примеру.
Эдрику и его людям пришлось распаковать вещи и утепляться.
Внизу проплывали Норвосские холмы с селениями и небольшими деревянными крепостями, мелькнула река, правый приток Нойны, а через некоторое время появилось верховье Ройны и Бархатные холмы за ней - это уже были земли имперского вольного города Пентоса.
Часы летели незаметно, пока Эдрик и его спутники не почувствовали голод. Фон Герзау пригласил их в кают-компанию, отобедать "чем бог послал".
Какой именно из богов, Баратеон и его спутники уточнять не стали, но с удовольствием проследовали за стол, где уже собрались Людендорф со своими офицерами а также офицеры из команды цепеллина.
Обед был неплох и после него Людендорф с присными разошлись по каютам, офицеры цепеллина отправились по свои местам, а вестеросцы снова прилипли к иллюминаторам.
- А здорово летит эта штука! - заявил сир Геральд, - Вы, милорд, теперь переплюнули вашего славного предка Ориса Баратеона! Орис ведь драконьим всадником не был и никогда не летал, в отличие от сводного брата и сестёр.
- Драконы получше поворачиваются. - заметил сир Тристон, - Помнишь, на Ройне?
- Ну так это корабль, хоть и летучий, а не дракон. - ответил Гоуэр, - Галеи или немецкие пароходы тоже не могут так вертеться в воде как рыбы или тюлени. Зато летать на этом пузыре приятнее - на драконе от ветра промёрзнешь до костей. Как Таргариены это выдерживали - не представляю.
Насмотревшийся на открывавшиеся внизу виды, Эдрик проявил интерес к устройству летучего корабля и попросил у командира цепеллина разрешения осмотреть его.
Фон Герзау не возражал и даже сам вызвался показать ему цепеллин, которым явно гордился.
Эрик облазил воздушный корабль, пробираясь между тросов, крепивших к несущей балке оболочку, хвост, места для пассажиров и грузов, гондолу из которой цепеллином управляли, фермы с моторами, баллонеты с неким газом, благодаря которому, по словам капитан-лейтенанта, цепеллин держался в воздухе.
- Поначалу, - заметил Руперт, похлопав по надутому боку баллонета, - граф фон Цепеллин, создатель этих красавцев, заполнял баллонеты водородом. Это такой газ, легче воздуха. Но это было слишком опасно. В случае утечки из баллонета, смешавшийся с воздухом водород мог взорваться от малейшей искры. Кайзер Вильгельм приказал нашим химикам флегматизировать водород. Теперь в него добавляют пропилен и такая смесь уже не может взорваться. В худшем случае горит. Тоже хорошего мало, но с взрывом не сравнить. Один горящий баллонет и потушить можно. Цепеллин может лететь на оставшихся. Или приземлиться, на худой конец.
- А не страшно летать? - поинтересовался Баратеон.
- В первый раз бывает страшновато, а потом большинству нравится. - ответил фон Герзау, - А кому не нравится, те не летают. Лично мне это больше по вкусу, чем прежняя служба на флоте. Не надо носится по кораблю, высунув язык как собака, выполняя прихоти начальства и следя чтоб всё было вылизано как у кота яйца. В небе я сам себе хозяин.
Тем временем цепеллин миновал Бархатные холмы, пересёк Малую Ройну и через некоторое время вдали появились Пентосский залив и город на его берегу, освещённый лучами заходящего солнца.
Долетев до Пентоса и добравшись на любезно предоставленном генералом Людендорфом автомобиле до гостиницы, Эдрик и его спутники собрались было поужинать и отойти ко сну, но их планы поломал неожиданный гость. Гостиничный слуга сообщил что некий важный господин просит милорда Баратеона принять его. Из расспросов удалось узнать что этот важный господин не немец и не пентошиец, а судя по акценту, кто-то из Семи Королевств.
Заинтригованный Эдрик велел позвать гостя, а его спутники остались в его номере, на всякий случай. Но когда незваный гость, высокий рыцарь сильно за сорок, с каштановой бородой лопатой, лохматыми бровями и редкими волосами на макушке, зачёсанными набок, перешагнул порог, все опасения исчезли. Это был сир Эндрю Эстермонт, прежде служивший Станнису и бежавший вместе с Эдриком с Драконьего Камня на лисенийской галее "Безумный Прендос". Несколько месяцев он жил вместе с Эдриком и его людьми в Лисе, но затем уехал - по его словам, искать поддержку для наследника Роберта. В душе Эдрик подозревал что сир Эндрю просто решил поискать счастья под другими знамёнами, однако был не в обиде, полагая что тот и так много для него сделал. Но действительность оказалась куда интереснее. Поприветствовав Эдрика, сир Эндрю заявил что должен сообщить ему нечто важное, выразительно покосившись на остальных.
- Оставьте нас, друзья. - приказал Баратеон, и оставшись наедине с Эстермонтом, сказал:
- Итак, дядя, что же такого важного вы хотите мне сообщить?
Сир Эндрю, который и правда приходился ему двоюродным дядей(его тётка Кассана Эстермонт была матерью Роберта, Станниса и Ренли), вздохнул, и глядя в глаза Эдрику, спросил:
- Милорд, вы действительно преклонили колено перед Дейенерис Таргариен?
- Преклонил. - ответил Эдрик, - И не жалею. Теперь я уже не Шторм а Баратеон, не бастард-изгнанник а лорд Штормового Предела.
- Который ещё надо отвоевать. - на суровом лице сира Эндрю появилась усмешка.
- Отвоюем! - уверенно сказал Эдрик - Вы в Пентосе дольше меня и должно быть уже видели войска генерала Людендорфа, которые здесь собрались.
- Видел. - кивнул Эстермонт, - Сила большая. Но что бы сказал ваш отец, видя как его сын служит дочери Безумного Короля?
- Мой отец мёртв. - сказал Эдрик, - И погубил его Железный Трон. Штормовой Предел более здоровое место для Баратеонов. К тому же, Дейенерис не такая как её отец. С головой у неё всё в порядке. Да и оспаривать трон у хозяйки трёх драконов, не самая разумная затея. Харрен Чёрный, Гарденеры и мой предок Аргилак Дюррандон, могут подтвердить. И это я ещё не вспоминал армию кайзера Вильгельма, которая как бы не посильнее драконов будет.
- Вот об армии кайзера я и хотел поговорить. - ответил сир Эндрю, - Не кажется ли вам, милорд, что это довольно унизительно - возвращать свой дом чужим оружием, милостью иноземного властителя? Никакой почёт не скроет зависимости.
Кажется. - вздохнул Эдрик, - Но что делать? Тут ведь дело даже не в Штормовом Пределе и не в моих владениях. Знаете ли вы, дядя, что нам угрожает нашествие Иных?
- Милорд! - удивлённо произнёс сир Эндрю, - Вы всё ещё верите в эти детские сказки?
- Увы, дядя. - грустно улыбнулся Баратеон, - Хотелось бы мне, чтоб это были сказки. Но это суровая правда. Людям кайзера удалось за Стеной поймать нескольких вихтов и доставить в Империю. Одного из них я видел в Германии своими глазами. Со Стены пришли подробные донесения - Ночной Дозор уже столкнулся с Королём Ночи и его мёртвой армией. Именно от них Одичалые бежали на юг от Стены. Нас ждут суровые испытания, дядя. Война с Ланнистерами по сравнению с этим просто мелочь. Именно поэтому кайзер Вильгельм и его Империя решили вмешаться в смуту в Семи Королевствах. С этим надо кончать. Мы должны все вместе встретить угрозу из-за Стены если хотим жить.
Эстермонт слушал всё это с потрясённым видом.
- Помогите нам Семеро! - произнёс после долгого молчания сир Эндрю, - Так это правда! Ну, тогда и у меня есть чем вас удивить! Поверьте, милорд, вас обрадует такой полезный подарок! Собственно, за этим я и пришёл.
- И что же это за подарок? - полюбопытствовал Эдрик.
- Золотые Мечи!- не без гордости сообщил Эстермонт.
- Золотые Мечи?! Знаменитый наёмный отряд?! - не сдержавшись воскликнул Эдрик.
- Он самый! - кивнул сир Эндрю. - Десять тысяч отборных рубак, в том числе пять сотен рыцарей с пятью сотнями оруженосцев, тысяча стрелков, из них треть арбалетчиков а прочие лучники, наполовину с восточными роговыми луками, наполовину с длинными луками из тиса, не считая полусотни летнийцев с луками из златосердечника, а ещё двадцать пять слонов! И все они теперь ваши! Я позволил себе заключить с ними контракт от вашего имени, когда узнал из газет о вашей встрече с драконьей королевой и кайзером в Волантисе. Конечно, для полного взаимопонимания вам стоит самому поговорить с их командирами, хотя, это может подождать и до завтра.
- Но, Р'Глор меня забери!...Дядя, как?! - Эдрик был не в силах сдержать эмоции от свалившейся новости.
- В общем-то, мне повезло. - ответил Эстермонт. - После отъезда из Лиса, я отправился по Вольным Городам, где искал кого-нибудь, кто помог бы нам отвоевать Штормовой Предел и свергнуть Ланнистеров. Случай привёл меня в Мир, где в то время были Золотые Мечи, тогда у них был контракт с неким Иллирио Мопатисом, магистром из Пентоса, но этот толстый торгаш так долго что-то крутил и так часто менял планы, что командирам отряда это надоело. А около года назад он и вовсе отказался от контракта, непонятно по какой причине, хотя и уплатил неустойку, всё как положено. Тут я воспользовался случаем и нанял Золотых Мечей. Поначалу от своего имени, а потом уже переоформил контракт на вас, милорд.
- Дядя, простите за вопрос, но на какие деньги? - спросил Эдрик, - Нанять десять тысяч лучших наёмников в Вольных Городах - совсем не дешёвое удовольствие.
- Весьма не дешёвое. - подтвердил сир Эндрю, - Но денег хватило. Это старая история, милорд. Когда наш дом присоединился к восстанию против Эйериса, мой дядя Элдон решил, на всякий случай, поделить фамильные богатства между собой, моим кузеном Эймоном, моим отцом и мной. Каждый из нас спрятал свою часть в потайном месте. Встретившись с Золотыми Мечами, я подружился с их генерал-капитаном Гарри Стриклендом, по прозвищу Бездомный Гарри, он из знатной семьи из Простора, его прадед присоединился к восстанию Деймона Блэкфайра и после его поражения бежал в Вольные Города c Эйгором Риверсом, Злым Клинком, первым генерал-капитаном Золотых Мечей. Сам Гарри умный человек. Некоторые, правда, считают его не слишком воинственным и даже трусоватым, но это не так. Он просто очень хозяйственный, но воитель хороший и понятие о чести имеет, хотя, может и не такой рубака как его предшественник Майлс Тойн. Зато у этого парня просто нюх на золото! Он предложил мне сыграть на бирже в Германии. Насколько я понял, это что-то среднее между торговлей на рынке и игрой в кайвассу на векселя и закладные разных купцов и банкиров. У меня были деньги и я согласился. Мы с Гарри вложились в бумаги на бирже и в итоге получили в десять раз больше!
Тогда я тайком сплавал на Эстермонт, откопал свою долю семейных богатств, да ещё призанял у родни и всё это тоже вложил по совету Гарри в бумаги на бирже. Заработал столько, что хватило и нанять Золотых Мечей и вернуть долг своим, и осталось больше, чем я брал из тайника. Эти деньги я положил в Железный Банк Браавоса. В общем, Золотые Мечи теперь ваши, милорд!
- Дядя! - растроганно сказал Эдрик, - Я даже не знаю что сказать! Родной отец вряд ли сделал бы для меня больше! Я конечно благодарен кайзеру Вильгельму за помощь и войско которое он послал для отвоевания моих владений, но быть при ком то из милости, не имея возможности сделать что-то самостоятельно - это и правда не слишком приятно. А теперь, благодаря вам, я из подобранного на улице изгнанника, стал союзником имеющим свою силу. И пусть оружие у армии кайзера намного сильнее, но и Золотые Мечи кое чего стоят! И я вас прошу - не зовите меня больше милордом! Для вас я племянник или просто Эдрик и на ты - по крайней мере наедине.
- Ну, если наедине, я согласен. - улыбнулся сир Эндрю, - Однако, на людях приличия надо соблюдать.
- А уплаченное за контракт я вам верну до последнего оленя, когда сяду в Штормовом Пределе! - твёрдо сказал Эдрик.
- Пустое, племянник! - махнул рукой Эстермонт, - Родовых богатств я не тратил, а эти деньги легко пришли и легко ушли. К тому же, я не меньше заинтересован в освобождении нашего края от Ланнистеров и их прислужников. А тут ещё эта история с Иными...
- И тем не менее! - упрямо заявил Баратеон, - Я обязательно всё верну!
- Весь в отца! - усмехнулся сир Эндрю, - Тот тоже, когда что задумал, ничем не вышибешь! Ладно, договоримся так - вернёшь когда сможешь.
После этого Эдрик позвал остальных своих людей и сообщил им неожиданные новости. Все были очень удивлены и долго поздравляли своего лорда а также благодарили сира Эндрю, после чего все вместе отправились ужинать, а затем, устав от впечатлений этого дня, Эдрик и его люди, включая и Эстермонта, решившего заночевать в гостинице, завалились спать.
Проснулся Эдрик в великолепном настроении, и после завтрака, на приведённых по приказу предусмотрительного Эстермонта лошадях, отправился со своей свитой с визитом к Золотым Мечам.
Знаменитый наёмный отряд размещался в окрестностях Пентоса, на берегу залива, в выстроенном лагере. Эдрик и его спутники, за исключением уже привычного к этому зрелищу сира Эндрю, проезжая, с интересом осматривали ров, вал, сторожевые вышки и шеренги тренирующихся солдат. Похоже, дисциплина заведённая ещё Злым Клинком, оставалась в отряде на высоте.
В центре лагеря они нашли шатёр генерал-капитана, где имели удовольствие познакомиться с генерал-капитаном Золотых Мечей Гарри Стриклендом, толстяком не особо воинственно вида, отпаривавшим в горячей воде мозоли на ногах. Однако, во взгляде и в движениях Бездомного Гарри всё же проскальзывало нечто, наводившее на мысль, что этого человека опасно недооценивать, и что те кто это делает, могут быть крайне неприятно удивлены.
Гарри немедленно созвал командование отряда, и вскоре Эдрик уже созерцал представляемую ему верхушку Золотых Мечей.
Волантиец Горис Эдориен, казначей отряда, очень худой и бледный, с маленькой чёрной бородкой и длинными волосами окрашенными в неестественно красный цвет, в наброшенной на плечи леопардовой шкуре, посматривал иронически.
Бастард Фоссовеев Красного Яблока капитан сир Франклин Флауэрс, он же Бастард из Сидерхолла или Червивое Яблоко, пузатый и внешне неуклюжий, лишённый левого уха и с каким-то словно жёванным правым, ненавидящий всех Фоссовеев(эти подробности Эдрику шёпотом сообщил сир Эндрю).
Капитан Марк Мандрейк, который был прежде рабом, неизвестно где и неизвестно когда, неизвестно как попавший в рабство и неизвестными путями оказавшийся на свободе, с изъеденным оспой лицом и красным клеймом во всю левую щёку, с болтающейся на поясе цепью из золотых черепов.
Капитан Чёрный Балак, командир стрелков, выходец с Летних островов с угольно-чёрной кожей и длинными белыми волосами, в красивом плаще из зелёных и оранжевых перьев, по обычаю его родины.
Капитан Лисоно Маар, командир разведчиков, женоподобного вида лиссениец, чисто валирийской внешности, с лиловыми глазами, бело-золотистыми волосами, губами которым могли бы позавидовать шлюхи из памятного Эдрику борделя в Лисе, с ногтями окрашенными фиолетовым лаком, жемчугами и аметистами в ушах. Несмотря на легкомысленный вид, по отзыву сира Эндрю это был человек опасный.
Сир Тристан Риверс, лейтенант, усатый и бородатый шатен с крашенными в рыжий цвет волосами.
Братья Пик - лейтенант Ласвелл, бородатый, с залысинами и длинными редкими волосами, сержанты Пайквуд и Торман - первый лысый с небольшой каштановой бородкой, второй гладко выбритый светлый шатен.
За ними следовали другие сержанты:
Рыжие Дункан Стронг, с закинутым за плечо арбалетом и Джон Стронг, бритый усач с топором на поясе.
Молодо выглядевший Джон Мадд - длинноволосый брюнет с мечами для обоерукого боя, и худощавый, бритый Лоримас Мадд с подбритыми сбоку чёрными волосами собранными в хвост.
Седой, коротко стриженный и небритый, с проницательным взглядом, сир Бриндел Бирн с двуручником на спине.
Длинный, бледный, бритый брюнет с длинными волосами заплетёнными в две косицы спускающиеся на плечи - Хамфри Стоун, тоже не расстающийся с топором.
Ещё один брюнет с пегой щетиной и двуручником за плечами - сержант Лаймонд Пис.
Дик Коль и Уилл Коль - один светлорыжий, коротко стриженный, с усами и бородой, носящий два одинаковых меча, что выдавало обоерукого бойца, другой одноглазый, с волосами разного цвета - рыжими усами и бородой и каштановой шевелюрой, вооружённый двуручником.
Рыжий усач с окладистой бородой - Джон Лотстон.
- "Интересно," - подумал Эдрик, - "он и правда из тех самых Лотстонов, которыми матери в Речных Землях до сих пор пугают детей? Какое всё же счастье что Орис Баратеон выбрал себе Штормовой Предел а не Харренхолл! Что-то там и правда нечисто, раз его владельцы то ненормальные, то стремительно вымирают разными способами".
За исключением казначея-волантийца, все остальные смотрели на него скорее с интересом.
- Господа! - начал Эдрик, - Вас всех мне представили. Меня вы теперь тоже знаете. Поэтому не буду тратить время на пустые разговоры, мы не на придворном приёме. Между нами заключён обычный контракт. Но я хочу предложить вам нечто большее.
- И что же? - спросил Мандрейк.
- Родной дом. - ответил Баратеон, - Господа, будем откровенны. Почти все вы, здесь присутствующие, как и большинство ваших людей - изгнанники из Семи Королевств. Я вижу славные гербы Речных Земель, Долины, Запада, Простора, да и моих родных мест тоже. - Эдрик остановил взгляд на одежде Колей с вышитыми на ней десятью чёрными шарами на красном, - Поколениями вы живёте на чужбине и воюете за чужие интересы. Теперь этому пришёл конец. Вольные Города, Залив Работорговцев с Валирией и Гискаром, а также Дотракийское Море с окрестными землями, вошли в Империю, и к западу от Костяного Хребта установился мир.
Работы для вас теперь нет. Конечно, можно отправиться на восток, на острова Нефритового моря, в И-Ти или города Вотчины Гиркуна. Но я почему-то сомневаюсь что вам это понравится.
Вернуть титулы и владения ваших предков - куда привлекательнее, и, скажем прямо, достойнее. Или получить титулы и земли в Семи Королевствах - тем кто их никогда не имел. - Эдрик взглянул на лиссенийского капитана, чёрного летнийца, Чэйнса и ещё нескольких сержантов.
- Если вы поможете мне вернуть дом и владения моих предков, а законной королеве её трон, королева Дейенерис вернёт вам то чем владели ваши семьи или даст равноценную замену за счёт Ланнистеров и их прислужников - они богаты и земель у них много. Ну а если кому-то не хватит, таких я устрою в Штормовых Землях - клянусь моей честью и честью рода Баратеонов!
Речь Эдрика явно произвела впечатление, судя по переглядыванию наёмников. Но тут послышался язвительный голос казначея:
- Всё это прекрасно, - произнёс с волантийским акцентом Горис Эдориен, - но мы уже не раз слышали подобные обещания. Золотые Мечи поддерживали Блэкфайров и ничем хорошим это для нас не закончилось, особенно в последний раз, на Ступенях. Нам понадобилось много лет чтобы отправиться от того поражения.
- Я не Блэкфайр и не собираюсь захватывать Железный Трон. - ответил Эдрик, - А у королевы Дейенерис есть драконы, которых не было ни у Злого Клинка, ни у Дэймона Блэкфайра, ни у его потомков. Да и армия кайзера Вильгельма намного сильнее любого войска когда либо существовавшего в Вестеросе и Эссосе, может быть кроме Валирии в её лучшие времена, да и то сомневаюсь. Королева и кайзер могут обойтись без вас, им нетрудно будет разгромить Ланнистеров. А вот обойдётесь ли вы без Дейенерис Таргариен, первой своего имени? Вы нужны мне, чтоб вернуться в Штормовой Предел собственными силами. Но в крайнем случае я могу это сделать и силами немцев. Хотя, первый вариант меня устроит гораздо больше.
После этих слов наступило молчание, которое прервал сир Франклин Флауэрс:
- Клянусь мечом Воина, мне нравится этот парнишка! Он далеко пойдёт, и я готов служить ему и драконьей королеве! Глядишь, на этой службе Воин даст прикончить нескольких Фоссовеев!
Все присутствующие оживились.
- И когда мы выступим в поход? - поинтересовался сир Тристан Риверс, - А то был уже у нас наниматель, который много обещал но постоянно откладывал и менял планы.
- Я не похож на господина Мопатиса ни внешне, ни характером, ни происхождением. - ответил Эдрик, - Девиз вашего отряда: "Наше слово - золото", но и слово Баратеонов не уступит камню из которого сложен Штормовой Предел. Мы отплываем через месяц, самое большее, полтора. Королева Дейенерис и кайзер Вильгельм не намерены тянуть время и я тоже.
- Тогда я готов служить вам и королеве Дейенерис. - произнёс Риверс,
- Я тоже. - кивнул Лисоно Маар, перестав крутить свои локоны.
Один за другим прочие командиры Золотых Мечей выражали своё согласие.
- Однако, мы упустили из виду одну вещь. - вмешался капитан Мандрейк, - Вестерос за Узким морем, а у нас нет кораблей. И у лорда Баратеона их тоже нет. Немцы вряд ли предоставят нам место на своих кораблях. У них заведён строгий порядок и их корабли рассчитаны только на их собственные войска.
- Это решаемый вопрос. - ответил Эдрик, - У меня хорошие отношения с кайзером Вильгельмом, и я уверен что он даст нам корабли если я его попрошу.
- А если с немецкими кораблями выйдет какая-то заминка, можно будет нанять корабли в Пентосе и других Вольных Городах. - добавил сир Эндрю, - Деньги на это есть. Здешним кораблям, конечно, далеко до немецких, но доплыть из Пентоса в Штормовые Земли, можно и на них.
- Тогда вопросов нет, я думаю? - заметил Бездомный Гарри, и не услышав возражений, от имени Золотых Мечей выразил готовность отряда присягнуть королеве Дейенерис и служить лорду Баратеону. На этом разговор закончился и командиры наёмников разошлись по своим делам а генерал-капитан снова принялся отпаривать свои мозоли.
- Примите мои поздравления милорд. - сказал сир Эндрю уже за воротами лагеря, - Вы отлично с ними говорили и теперь они пойдут за вами без возражений.
- Это да, хорошо всё получилось! - заметил сир Тристон, - десять тысяч опытных, дисциплинированных солдат, из них тысяча конных и тысяча стрелков - сила немалая. С ними вы и без немцев имели бы неплохие шансы занять Штормовые Земли.
- Не так это просто. - заметил Эстермонт, - Вспомните осаду Штормового Предела во времена Эйериса или в эту войну. У Тиреллов войск было куда больше и ничего не вышло.
- Мейс Тирелл никогда не славился умом, мягко говоря. - сказал сир Геральд, - Ему и более лёгкие задачки не по силам. Но говоря откровенно, милорд, мне не очень то понравилось ваше обещание помочь этим типам вернуть их родовые владения и титулы. Если с происхождением самого Стрикленда или, скажем, Пиков, нет никаких сомнений, то с большинством прочих сам Р'Глор не разберёт, имеют ли они какое то отношение к исчезнувшим домам, имена которых носят...
- А не всё ли нам равно, сир Геральд? - усмехнулся Эдрик, - Действительно ли они имеют отношение к этим угасшим в Семи Королевствам домам, или нет, лично мне без разницы. Зато они будут гораздо лучше драться за высокое положение в обществе, чем за обычную плату наёмника. А если им удастся укоренить и продолжить свои дома по ту сторону Узкого моря, покрыв их имена славой, их "предки" это наверняка одобрят, независимо от того в какой степени родства с ними на самом деле состоят их "потомки".
- Простите, милорд, - спросил сир Тристон, -а почему вы не сказали им об Иных?
- Всему своё время. - ответил Эдрик, - Сейчас они бы просто не поверили. И перестали бы меня уважать, считая человеком верящим в сказки. Вот когда в Вестеросе увидят сами - тогда можно будет поговорить об этих делах.
Следующие полтора месяца были заполнены хлопотами по подготовке переезда Золотых Мечей через Узкое море. Как и предвидел капитан Мандрейк, генерал Людендорф и адмирал Шеер совсем не пришли в восторг от неожиданного подкрепления, нарушавшего тщательно разработанные планы. Оба заявили Эдрику что на имеющихся кораблях нет места для наёмников, да и вообще они не нужны, так как три армейских корпуса и два кавалерийских, без проблем займут Штормовые Земли.
Однако, Баратеон проявил настойчивость, и упирая на свои личные договорённости с кайзером и родство с королевой Дейенерис, добился возможности связаться с германским монархом по радио и изложить ему возникшую проблему. Вильгельм сразу понял что к чему и пообещал выделить дополнительные пароходы в количестве достаточном для перевозки отряда.
Через три недели обещанные пароходы действительно прибыли в Пентос, значительно повысив авторитет Эдрика как среди немецкого командования, так и среди наёмников. Капитан одного из пароходов даже привёз "герру Баратеону" подарок от кайзера - полный комплект из пяти доспехов валирийской стали а также мечей, кинжалов и топоров из того же металла. Эдрик подозревал что гауптман Зоммерфельд сообщил куда надо о восторге молодого Баратеона и его спутников при посещении производства валирийской стали в Германии и о мечтах вооружится изделиями из этого металла.
Вызванный на откровенность гауптман поначалу отнекивался, но затем признался что действительно сообщал об этом наверх и порекомендовал сделать приятное новому союзнику. На радостях Эдрик, немедленно произвёл его в дворянское звание, а сир Эндрю посвятил в рыцари, чем новоиспечённый сир фон Зоммерфельд остался весьма доволен(сам то он родился в семье магистратского чиновника в городе Шверине). Правда, надо было ещё утрясти формальности и получить разрешение властей Империи принять титул от иностранного владетеля, но Эдрик заверил новоявленного рыцаря, что благодаря расположению к нему кайзера, проблем с этим не будет.
Гоуэр, сир Тристон, Орнер и Левис от полученных подарков были вне себя от восторга и только удивлялись, до чего удобно сидят на них доспехи, пока Зоммерфельд не пояснил, что узнал их размеры у портного в Норвосе, которому Эдрик и его люди заказывали новую одежду и который снимал с них мерки - эту информацию гауптман тоже переправил в Берлин. Только сир Эндрю остался без подарка, и посматривал на других людей Эдрика не без зависти, пока Баратеон не подарил ему присланный из Германии валирийский меч - ведь у него самого уже был Свет Ночи, а обоеруким бойцом Эдрик не был.
Подарок, вместе с обещанием Эдрика раздобыть ещё один комплект валирийских доспехов, привёл Эстермонта в восхищение и тот заявил племяннику что они более чем в расчёте и что ни о каком возврате денег потраченных на Золотых Мечей, он не желает и слышать.
Появление Эдрика и его приближённых в валирийских доспехах в лагере наёмников(где Эдрик, после их присяги королеве Дейенерис, бывал почти каждый день, знакомясь с своими новыми подчинёнными и тренируясь с ними), вызвало фурор среди Золотых Мечей, окончательно поверивших в то что они сделали правильную ставку - ведь только ОЧЕНЬ богатый или ОЧЕНЬ приближенный к сильным мира сего человек, мог вооружить себя и своих ближников валирийскими клинками, а уж о доспехах и речи не было!
Пришедший от кайзера подарок был не единственной вестью догнавшей Эдрика в Пентосе. Ещё раньше молодой Баратеон получил ответ от Ширен на своё письмо отосланное из Берлина. Девочка описывала происходившее с ней на Драконьем Камне и на Стене, а также свой переезд в Германию и жизнь в императорском дворце, с грустью упоминала о судьбе отца, которая, судя по всему, не стала для неё сюрпризом, а также о болезни матери, лечившейся в клинике для душевнобольных в Германии, выражала сожаление что немецкие солдаты упустили Красную Жрицу, и с большой надеждой писала о предстоящей операции, которая должна была избавить её лицо от следов Серой Хвори.
В ответном письме Эдрик пожелал Ширен удачной операции, а Селисе выздоровления, и сообщал о своих планах на ближайшее будущее.
Более важным было пришедшее на пару дней позже письмо из Волантиса. Роанна сообщала что она беременна на четвёртом месяце и писала что в любом случае оставит ребёнка. Эдрика это письмо сильно взволновало. Несмотря на то что он провёл с Роанной всего пару ночей, девушка оставила в его душе сильный след. Роанна была не только красива и темпераментна в постели, но и умна, а также довольно образованна. Из разговора с ней, Эдрик узнал что её отец Риан был сыном довольно богатого купца в Браавосе, и когда подрос, управлял домом во время отлучек по торговым делам рано овдовевшего родителя. Но когда он был совсем молодым, отец погиб в схватке с пиратами захватившими его галею, а другую галею разбило штормом. Тут же появились кредиторы у которых купец брал займы под залог перевозившихся товаров, и разорили молодого наследника, отобрав дом, склады, лавки и прочее. Отец Роанны не пал духом и пошёл работать в приказчики к другому богатому купцу. Постепенно он неплохо поднялся благодаря уму и трудолюбию, так что купец даже хотел взять его в младшие компаньоны. Но отправившись по торговым делам в Лис со своей женой, Риан попал в плен к пиратам. Купец у которого он служил, в это время неожиданно умер, а наследники отказались его выкупать.
Так отец и мать Роанны оказались на невольничьем рынке Волантиса, где к счастью, обоих купил один хозяин - богатому волантийскому аристократу нужен был грамотный управляющий, а его жене служанка хорошо разбирающаяся в травах и снадобьях для ухода за кожей и волосами. Браавосийский приказчик и его жена как раз подходили под эти требования. Как оказалось, мать Роанны в это время была беременна и родила дочь уже в господском доме. Умерла она когда дочери было девять, но успела многому её научить. Так в господском доме Роанна и выросла. К счастью, к ней никто не приставал. Хозяин был уже не в том возрасте когда интересуют женщины, сыновей у него не было, только дочери, которые уже вышли замуж и жили своими домами, другие рабы не решались соваться к дочке управляющего.
Так что Эдрик был у Роанны первым, чего нельзя было сказать о её подружке Лиаре, восемнадцатилетней золотоволосой и зеленоглазой дочери какого-то наёмника из Вестероса и лисенийской куртизанки - эта перепробовала всех рабов в доме и многих гостей хозяина, делясь с Роанной подробностями. Но Роанна считала что мужчины и постель от неё никуда не уйдут, и проводила время за учёбой, выучив диалекты всех Вольных Городов и Залива Работорговцев, высокий валирийский и общий, а также чтение и письмо на этих языках и счёт, чтобы помогать отцу. Кроме того, она, под видом уборки в библиотеке, куда хозяева давненько не заглядывали, прочла все хозяйские книги...В общем, Эдрику было с ней интересно не только заниматься любовью.
И теперь он не знал что делать. Растерянно разгуливая по вилле пентошийского аристократа (куда они перебрались по предложению гауптмана Зоммерфельда, и который охотно предоставил гостеприимство союзникам Кайзера), Эдрик встретил сира Геральда, выглядевшего как-то возбуждённо. Поинтересовавшись в чём дело, Эдрик узнал что письмо из Волантиса пришло не только ему. Лиара тоже ждала ребёнка.
Эдрик утащил "собрата по несчастью" в свою комнату, где они стали обсуждать полученные новости.
На вопрос что он собирается делать, сир Геральд ответил:
- А что тут можно сделать? Конечно признаю бастарда, когда Лиара родит. А пока отошлю ей денег. Есть у меня кое-что, ей на первое время хватит. А я пока что обойдусь - война прокормит. Да и вообще...Хоть вы, милорд, и обещали мне знатную и богатую вдовушку или наследницу в жёны, но это когда ещё будет, и будет ли? Мы ведь на войну идём, там в первом бою убить могут. А так продолжатель рода уже есть.
- Или продолжательница. - улыбнулся Эдрик.
- Ну нет!--воскликнул Гоуэр, - Только парень и никаких девок! Я вообще хочу иметь не меньше четырёх сыновей - а то в жизни всякие случайности бывают. А уж потом можно о девчонке подумать.
- Четыре сыночка и лапочка-дочка. - усмехнулся Эдрик.
- Вы это о чём, милорд? - спросил сир Геральд.
- Да слышал от кайзера на пароходе, тогда, на Ройне. - ответил Баратеон, - Он и королева тоже хотят много детей.
- И правильно делают! - заявил Гоуэр, - По мне - чем больше, тем лучше!
- И все от Лиары? - поддел Баратеон.
- А это как получится. - ответил сир Геральд, - Я конечно намерен жениться на богатой леди с замком и всем прочим, но и Лиара мне нравится. Какая женщина! Ураган, землетрясение, извержение вулкана!
- Мне Роанна тоже нравится. - сказал Эдрик.
- Милорд. - Гоуэр стал очень серьёзным, - Но вы же понимаете, что лорд Штормового Предела не может жениться на бывшей рабыне, ла ещё и низкого происхождения. Это невозможно. Никто в Штормовых Землях не примет такую леди.
- Да знаю я! - Эдрик раздражённо треснул кулаком по столу, - Кайзер мне уже сватал в Волантисе возможных хозяек Штормового Предела. Сансу Старк, её сестру Арью, дочь Оберина Мартелла, Элию, кузину Ширен...
- Вообще-то, - осторожно заметил Гоуэр, - любая из них вам подходит. Хотя, с дорнийкой лично я связываться бы не стал. А что вы ответили кайзеру, милорд?
- Ответил что мне надо подумать. - нехотя сказал Эдрик.
- Ну и правильно!--заметил сир Геральд, - В таких делах лучше не спешить с решением и всё хорошенько взвесить. А что же вы всё-таки решите с Роанной?
- Как и ты, признаю ребёнка, когда родится. Я не подлец, сам родился бастардом и знаю каково это, хотя мне ещё повезло. Мачеха была далеко и не изводила меня, дядя Ренли хорошо относился, а окружающие не решались задевать королевского сына, хоть и бастарда. - ответил Баратеон, - В отличие от тебя, я буду рад и сыну и дочери. Не хочу чтоб мой ребёнок повторил судьбу моих сводных братьев и сестёр. Благо жить Роанне с ребёнком есть где, тот дом в Волантисе теперь мой, нуждаться они не будут. Да и твоя Лиара может там жить, пока ты не решишь как там дальше будет с ней и с ребёнком. Они же с Роанной подружки с детства. Глядишь и наши бастарды подружатся.
- А может и больше чем подружатся...со временем...ну если у Роанны дочка родится. - ухмыльнулся Гоуэр.
- Эй, ты говори да не заговаривайся! - грозно произнёс Баратеон, - Если твой бастард будет слишком косить глазом на мою дочь, я из него сделаю второго Вариса!
- Тиран! - произнёс сир Геральд "в сторону".
- Да, я такой! - сказал Эдрик, - Впрочем, если буду доволен твоей службой и поведением твоего бастарда, возможно, подумаю о его свадьбе с дочкой Роанны. Если у неё будет дочка. В конце концов, я ведь обещал сделать тебя лордом. А бастард лорда Гоуэра вполне может быть парой для незаконной дочери лорда Штормового Предела.
- Спасибо милорд! - растроганным тоном заявил Гоуэр, - Вы лучший сюзерен во всех Штормовых Землях, да что там - во всех Семи Королевствах!
- Ладно, шутки в сторону! - сказал Эдрик, - Будем писать в Волантис, Роанне и Лиаре. Пусть рожают и живут там, пока у нас дома всё не успокоится, а там подумаем, как их перевезти поближе. Лиара то твоя, уживётся с Роанной? А то, вроде, у женщин во время беременности и после родов, мозги часто встают набекрень...Или лучше купить ей отдельный домик? Свободных домов в Волантисе пока много.
- Милорд! - с чувством произнёс сир Герольд, - Вы - самый человечный! Но думаю, лучше чем в том доме Лиаре нигде не будет, а Чёрные Стены самое безопасное место в Волантисе. Да и отец Роанны - умный человек, сумеет в случае чего их успокоить...
В конце концов письма были написаны и отосланы в Волантис вместе с деньгами, а через некоторое время прибыли обещанные кайзером дополнительные пароходы и Золотые Мечи начали погрузку своего обоза, за которым последовали лошади и слоны. По поводу последних вышел спор между сиром Эндрю и Гарри Стриклендом.
- Зачем они нам? - спрашивал Эстермонт, - Только жрут как целый дотракийский табун.
Но Бездомный Гарри, так же неравнодушный к слонам, как Руперт фон Герзау к цепеллинам, заявлял на это, что без слонов отряд вообще никуда не поплывёт.
Конец спору положил Эдрик, заявив:
- Берём! Слон - животное полезное. В Вестеросе дороги совсем не валирийские, мягко говоря, будут вытаскивать обоз, если застрянет. Таскать понтоны для плавучего моста, да много чего ещё! Да и в бою слоны лишними не будут - лошади их боятся и бесятся от их запаха. Надо только их защитить получше. Увижу кайзера - попрошу у него кольчуги из валирийской стали на этих зверей. Поговаривают, что на драконов уже делают, значит и на слонов можно.
После этих слов Бездомный Гарри начал взирать на Эдрика с обожанием.
После погрузки животных, на корабли загрузились люди и утром следующего дня пароходы в сопровождении пяти военных кораблей вышли в море.
Накануне отплытия, встречи с лордом Баратеоном попросили три человека.
Один, в прошлом красивый, но сильно побитый жизнью мужчина, с проседью в рыжих волосах и с холодными голубыми глазами, в котором, тем не менее чувствовался настоящий аристократ, представился как лорд Джон Коннингтон из Грифоньего Насеста.
Эдрик понял, что это бывший десница Безумного Короля, отправленный в изгнание после поражения в Колокольной Битве, в которой он во время восстания чуть не уничтожил Роберта Баратеона, но проиграл Джону Аррену и Нэду Старку. Ещё живя в Штормовом Пределе он не раз слышал рассказы об этом.
Второго Коннингтон представил как сира Ролли Дакфилда. Несмотря на рыцарское звание, в нём чувствовался простолюдин по происхождению, сумевший своими заслугами подняться выше. Эдрику он напомнил сира Давоса.
Третий был совсем молодым парнем, не сильно старше Эдрика, с ярко выраженной валирийской внешностью - бело-золотистыми волосами и сиреневыми глазами. Он представился как Эйгон Грифон. Все они попросили позволить им сопровождать Эдрика в походе вместе с Золотыми Мечами. На вопрос о причинах такого решения, Коннингтон ответил что хочет смыть давнее пятно со своего имени. Сир Дакфилд просто сопровождал своего сюзерена, а молодой Эйгон Грифон, по его словам, "решил завоевать себе славное имя мечом".
После недолгого раздумья, Эдрик ответил согласием. Когда странная троица удалилась, он позвал Эстермонта и рассказал ему обо всём.
- Странное дело. - задумчиво сказал сир Эндрю, - Мне тут о них кое что рассказывал Лисоно Маар за бутылкой борского. Этому лисенийцу, конечно, далеко до Вариса, но свои "пташки" и у него есть.
Коннингтон после изгнания некоторое время служил в Золотых Мечах, но потом была какая-то скандальная история, вроде как с растратой отрядных денег. Хотя, тут всё непонятно. Обычно воров Золотые Мечи убивают, а Конингтона отпустили живым и здоровым и в отряде к нему хуже относиться не стали, начиная с тогдашнего генерал-капитана Майлса Тойна. Потом пошли слухи что он спился и умер, а он - вот он, живёхонек.
Этот сир Ролли Дакфилд из простолюдинов, вроде был солдатом у какого-то лорда, но в чём то провинился и бежал в Вольные Города. Тоже несколько лет служил в Золотых Мечах, пока Коннингтон не переманил его к себе на службу. Он же ему и рыцарское звание дал - не совсем понятно за что.
А с этим парнем, Эйгоном, самое интересное. До недавнего времени считалось что он сын Коннингтона, но это не так. Дело в том, что Джон никогда не интересовался женщинами. В своё время он был влюблён в принца Рейегара, как Лорас Тирелл в твоего дядю Ренли - правда в отличие от Ренли с Лорасом, Рейегар Коннингтону взаимностью не отвечал. Уже в Золотых Мечах у него что-то было с Тойном. А Эйгон, оказывается, сын пентошийского магистра Иллирио Мопатиса. У того была жена Серра, лисенийка, умершая родами. И почему-то, воспитывал ребёнка не Мопатис а Коннингтон, причём, как своего сына.
Так вот, поговаривают, что эта Серра, происходила по женской линии от бастарда одного из Блэкфайров - те в поисках поддержки шлялись много лет по всем Вольным Городам, и женщин у них было много - так что вполне возможно что этот Эйгон имеет какую-то долю крови Таргариенов и состоит в родстве с королевой Дейенерис - хотя, родство это будет куда подальше твоего. А ещё этот Эйгон разругался со своим папашей Иллирио и наотрез отказался жить в его доме и вообще в Пентосе.
- Интересно, очень интересно... - протянул Эдрик, - Ты прав, дядя, это всё странно. Надо будет узнать побольше об этой троице. Пусть будут на глазах...
И сейчас Коннингтон с Дакфилдом и Юным Грифоном плыли на "Брауншвейге".
Тем временем, берег приблизился. В подаренный капитаном Людвигом фон Герзау бинокль был хорошо виден замок Пергаменты, владение Пенрозов, по правому борту, и северный берег острова Тарт. Флот входил в Тартский пролив. Поднявшийся на верхний мостик адъютант, передал Эдрику приглашение адмирала Шеера присоединиться к нему на мостике. Эдрик стал спускаться следом за адмиральским адъютантом. На мостике было людно. Кроме самого адмирала Шеера и офицеров его штаба, а также командира "Брауншвейга", капитана цур зее Лангемора, здесь были пятеро его ближников, а также Коннингтон с Дакфилдом и Юным Грифоном.
- Герр Баратеон. - приветствовал его адмирал, - Поздравляю, вы наконец дома.
- Спасибо за поздравление, но пока ещё не совсем, герр адмирал.--ответил Эдрик. - Впереди Залив Губительных Валов, у нас его ещё зовут Заливом Гневных Валов и Заливом Разбитых Кораблей. И эти названия он носит заслуженно. Здесь часто и внезапно случаются сильные бури и топят множество кораблей. Мой дед, Стеффон Баратеон, возвращаясь из Мира, утонул вместе с моей бабкой Кассаной и множеством приближённых и слуг прямо перед Штормовым Пределом. Чудом выжил только его шут Пестряк, да и тот совсем сбрендил от пережитого.
- Наши корабли сделаны из стали а не из дерева, герр Баратеон. - ответил Шеер, - И паровые машины намного сильнее парусов и вёсел. Мы выдержим здешние бури.
Продвигаясь на юг по Тартскому проливу, флот перестроился в две колонны - военные корабли справа и транспорты слева, миновав по правому борту Серую Виселицу, замок Трантов,(на который Эдрик взглянул весьма недружелюбно - сир Меррин ему не нравился ещё при жизни отца), а затем, по левому - Закатный, резиденцию Тартов.
Залив, вопреки опасениям Эдрика, был спокоен, и через некоторое время вдали появился белый утёс с возвышающимися на нём сёро-белыми округлыми стенами и огромной башней, массивные зубцы которой напоминали поднятый к небу кулак в шипастой латной перчатке.
- Мощное сооружение. - одобрительно сказал Шеер, - В Рейхе таких не найти.
- Если верить преданиям, Дюрран-богоборец построил Штормовой Предел восемь тысяч лет назад с помощью магии. - ответил Эдрик.
- После драконов, поднятых мертвецов, вашей королевы не горящей в огне, я готов поверить чему угодно. - заметил адмирал, - Впрочем, магия там или нет, главный калибр разберёт эти стены без проблем.
- Это будет непросто и совсем не быстро. - усмехнулся Эдрик, - Ширина стен в самом узком месте сорок футов, или двенадцать метров по вашему, а со стороны моря все восемьдесят футов, то есть двадцать четыре метра.
- Да, капитально построено. - отозвался Шеер, с уважением оглядывая замок, - Ковыряться здесь придётся серьёзно.
- Будем надеяться что до этого не дойдёт. - сказал Баратеон, - Я не хочу разрушать свой дом.
Флот обошёл утёс и втянулся в бухту к западу от него. Боевые корабли и транспорты встали на якорь и спущенные на воду катера начали перевозить войска на берег.
Первыми высадились бригада егерей, сапёрный батальон и стрелки из Золотых Мечей. Егеря и стрелки, отыскав несколько удобных подъёмов среди обрывистых берегов бухты и выдвинувшись в сторону замка, прикрывали высадку, а сапёры копали ров и насыпали вал, а также старались улучшить и сровнять подъём от берегов бухты, одновременно сооружая причал из доставленных на буксире брёвен. Следом начали высаживаться основные силы.
Эдрик и его свита высадились в числе первых. Вместе с стрелками Чёрного Балака они стали продвигаться в обход северной стены Штормового Предела. Высившийся громадой на фоне неба замок выглядел грозно и спокойно, ворота были заперты, если бы не часовые на стенах, можно было бы подумать что он покинут людьми.
Неожиданно, со стороны тянувшейся на север невысокой каменистой гряды, появились три всадника, которые стали приближаться к Эдрику и следовавшим рядом с ним наёмникам. Стрелки на всякий случай взяли оружие на изготовку, но по приказу Баратеона стрелять не спешили. Три всадника явно не могли представлять серьёзной опасности для четырёх сотен лучников и арбалетчиков, которых ещё и поддерживали немецкие егеря со своими винтовками и пулемётами. Да и не проявляли они никакой враждебности.
Приблизившиеся всадники скинули плащи, под которыми стали видны сюрко - у двоих зелёные, с черепахой Эстермонтов, а у третьего с рассыпанными жёлтыми соловьями на чёрном. Вглядевшись в лица первых двух, один из которых был похожий на сира Эндрю рыцарь под пятьдесят, а другой копией первого, но где-то вдвое моложе, Эдрик узнал не раз виденных и в Штормовом Пределе до войны, и позже на Драконьем Камне, сира Эймона Эстермонта, наследника Зелёного Камня и кузена сира Эндрю, а также его сына, сира Алина Эстермонта. Последний раз он видел обоих перед походом Станниса на Королевскую Гавань, из которого они не вернулись. Как стало известно позже, оба попали в плен и присягнули Джоффри.
Но ещё быстрее Эдрик узнал третьего всадника. Это лицо, покрытое оспинами и шрамами, он помнил очень хорошо. Сир Ролланд Шторм, Бастард из Ночной Песни, после гибели в битве на Черноводной его сводного брата, лорда Брайса Карона, последний потомок славного дома Каронов из Восточной марки, если не считать сестру лорда Брайса, выданную за одного из Фреев. Сир Ролланд был одним из приближённых Станниса и кастеляном Драконьего Камня, но не смотря на это, сильно помог Эдрику с побегом и молодой Баратеон этого не забыл.
- Держите меня Семеро! - радостно воскликнул Эдрик, - Какая неожиданная встреча! Сир Ролланд, как же я рад вас видеть! И вас, дядя, кузен, я рад видеть не меньше! Но как вы здесь оказались? Ведь вы попали в плен и были в Королевской Гавани. А вы, сир Ролланд, остались на Драконьем Камне, и говорят, пропали без вести, при его захвате Лорасом Тиреллом!
Улыбающиеся Эстермонты переглянулись с сиром Ролландом, на суровом лице которого тоже на мгновение мелькнула улыбка. Затем все трое спешились и поклонились.
- Милорд, - сказал сир Эймон, - позвольте поприветствовать вас на земле ваших предков и поздравить с возвращением, от моего имени, от имени моего сына, и моего отца, оставшегося присматривать на Эстермонте. И тебя Эндрю, - Эймон бросил взгляд на кузена, - я тоже рад видеть!
- Я тоже приветствую вас, милорд, и поздравляю. - поддержал сир Алин, - И вас, дядя.
- Милорд, - снова вступил в разговор сир Эймон, - нам есть что рассказать, но из уважения к сиру Ролланду мы уступаем ему первое слово.
- Благодарю, благородные сиры. - кивнул сир Ролланд, - Я тоже рад видеть вас снова на Штормовых Землях, милорд. Теперь, когда ваш дядя погиб, вы единственный законный Баратеон, и я прошу принять мою службу. Последний из дома Каронов будет служить до конца жизни, как веками служили мои предки Дюррандонам и Баратеонам. Вот только, в отличие от них, я могу предложить лишь свои руки и свой меч - единственное что есть у бездомного изгнанника. Всё остальное у нашего дома отобрали и отдали ланнистеровским псам.
- Я с удовольствием приму вашу службу, сир Ролланд. - ответил Эдрик, - И мы вскоре исправим допущенную несправедливость. Я сам был бы собакой, если бы позволил Ланнистерам распоряжаться тем что принадлежит верным людям, которым я обязан жизнью. И я уверен что вы не последний Карон и продолжите этот геройский род. Но расскажите всё же, как вы попали сюда с Драконьего камня?
- Спасибо милорд, я никогда не сомневался в вас! - голос сира Ролланда на мгновение дрогнул, - А вообще, всё было довольно просто. Вы вовремя уплыли с Драконьего Камня. Там такое началось! Под влиянием этой красной ведьмы с её Р'Глором, ваш дядя принялся жечь людей словно Безумный Король. Должно быть Воин от него отвернулся - в Железном Банке денег ему не дали, нанять новое войско и флот было не на что. В конце концов он решил плыть на север, на Стену, забрав почти всех людей. Там и сложил голову. Но об этом вы наверно знаете лучше моего. Меня он оставил удерживать остров. А вскоре Ланнистеры решили воспользоваться удобным случаем и Лорас Тирелл заявился с целым флотом и войском на кораблях. Будь у нас нормальный гарнизон - мы бы отбились. А тут кораблей нет, людей всего несколько сотен...Но мы держались сколько могли, и ланнистеровских прислужников проредили неслабо. Самому Лорасу красоту попортили кипящим маслицем! Это меня и спасло. После того как командующий вышел из строя, началась неразбериха, каждый тянул одеяло на себя. В этой суматохе мне удалось скрыться с несколькими верными людьми. Все же не просто так я был кастеляном на Драконьем Камне! Отыскал кое какие потайные ходы. Там и переждали первое время после падения крепости. А ночью спустили на воду спрятанную в пещере лодку и ушли с острова. Эти ланнистеровские болваны на радостях даже море вокруг Драконьего Камня не охраняли! Добрались мы до берега под видом рыбаков, и укрылись в Королевском Лесу. Там и прятались, пока не повстречали сира Эймона с сиром Алином и ещё несколькими людьми. Но об этом они сами лучше расскажут.
- Нам, в отличие от сира Ролланда, похвастать особо нечем. - начал сир Эймон, - На Черноводной не повезло, зажали Ланнистеры и Тиреллы, попали в плен. На плаху, как Нэд Старк, не хотелось, вот и пошли против совести, присягнули бастарду Цареубийцы.
Нам не особо доверяли, держали в Красном Замке под присмотром. К счастью, Джоффри вскоре отравили, а то ещё неизвестно, что бы пришло в голову этому бешеному щенку. Думаю, доживи он до моих лет, рядом с ним и Безумный Эйерис показался бы милашкой. При Томмене стало полегче, сам-то он был мальчонка неплохой, а Серсея в основном грызлась с молодой королевой и на нас внимания не обращала.
А потом пошли слухи о дочери Эйериса, которая стала королевой в Заливе Работорговцев, заполучив как-то трёх драконов, и о том что её поддерживает кайзер Германской Империи, завоевавшей Вольные Города. Мы решили бежать в родные места. Сговорились сиром Доннелом Сванном и лордом Арстаном Селми, и стали ждать удобного случая. Хотели ещё привлечь сира Роннета Коннигтона, но его утащил с собой в Речные Земли Цареубийца, а по возвращении Рыжего Роннета за что-то арестовали по приказу Серсеи. - при этих словах стоявший рядом Джон Коннингтон насторожился, но ничего не сказал, а сир Эймон продолжил свой рассказ:
- Ещё мы думали договорится с лордом Александером Стедмоном и лордом Ральфом Баклером, но поразмыслив, решили этого не делать. Лорд-Душигрош страшно боится что Ланнистеры могут отобрать его замок и прочие владения, как случилось с Каронами, а Баклер рассчитывает что-то урвать за счёт соседей, подлизываясь к Львам, идиот. Не тот так другой обязательно бы нас выдал.
В общем, мы ждали удобного момента, и он пришёл, когда Серсея взорвала Септу Бейлора Диким Огнём. В Королевской Гавани тогда случилось ужасное смятение, собирались толпы, кричали что во всём виновата Королева-Шлюха и призывали идти на штурм Красного Замка. Все войска и Золотые Плащи были посланы их разгонять, за нами никто не смотрел, и мы выбрались из Красного Замка, добрались до постоялого двора, где для нас были приготовлены лошади, а оттуда направились в порт и договорились с одним браавосийцем, который за кошелёк с драконами согласился довезти нас с лошадьми на своём корыте до южного берега Черноводного залива и высадить на берег у Королевского Леса, а затем отправились через лес на юг, по дороге повстречав сира Ролланда и его людей.
Проехав лес мы разделились - сир Доннел и лорд Арстан поехали к себе в Марки, а мы с сиром Ролландом отправились в Пергаменты, там наняли лодку которая доставила нас на Эстермонт. Когда в Зелёный Камень прилетел ворон от моего кузена Эндрю, с известием о вашем возвращении, милорд, мы подумали что после того как Станнис погиб на Севере, а Томмен выпрыгнул в окно Красного Замка, мы свободны от присяги, и можем сами решать кому служить. Вот и решили съездить к Штормовому Пределу, посмотреть, что и как.
- И вам никто не мешал? - удивился Эдрик.
- А кому нам мешать, милорд? - ответил Эстермонт, - В Дождливом Лесу много укромных троп, Морригенам и Коннингтонам не за что любить Ланнистеров и они не смотрят, кто там едет через их земли, а сир Гилберт Фарринг, которого ваш дядя Станнис поставил кастеляном в Штормовом Пределе, думает только о том как удержать замок, и его люди по окрестностям не шастают.
К тому же, тут все успокоились после снятия осады. Люди Тиреллов, после взрыва Септы Бейлора, гибели Лораса и бегства Мейса и Маргери из Королевской Гавани, собрались и ушли к себе в Простор. Сир Фарринг воспользовался этим и стал завозить в замок всякие припасы. Вот мы и решили это использовать и заслать наших людей в Штормовой Предел...
- Об этом мы поговорим немного позже. - поспешно сказал Эдрик.
- Как прикажете, милорд. - сказал сир Эймон, - В любом случае, мы рады вам служить и готовы сделать всё, чтобы единственный законный наследник Баратеонов вернул свой дом.
- Вообще-то, не единственный. - заметил Эдрик, - Есть ещё моя кузина Ширен.
- Я же говорил о наследнике. - ответил Эстермонт, - При всём уважении к леди Ширен, девочке её возраста не место на войне. К тому же, она в плену в Германской Империи, а вы и королева Дейенерис - союзники их кайзера. Я уж не говорю о том что ваш отец был старшим братом её отца.
После этих слов оба Эстермонта и сир Ролланд преклонили колено и опустив мечи к ногам Эдрика, произнесли клятву верности лорду Баратеону.
После этого Эдрик со своими людьми и присоединившимися новыми вассалами, вернулся к берегу, где вовсю высаживалась армия Людендорфа и Золотые Мечи. На палубах транспортов собирали плоты на понтонах, спускали их на воду и соединяли, после чего на них спускались пехотинцы и катера тянули эти плоты к берегу. Уже высадившиеся войска, поднявшись на окружавшую бухту холмистую местность, ставили палатки, пользуясь ещё достаточно тёплой погодой, натягивали колючую проволоку на связки из кольев, задымили первые полевые кухни.
- Дерева здесь мало. - заметил сир Алин, - Единственную ближнюю рощу вырубили войска Станниса, а другие не близко. Древесины не хватит даже на готовку, а уж об осадных машинах и говорить нечего. Да и стены Штормового Предела ни одному требушету не взять.
- Немецкие пушки помощнее требушетов, особенно корабельные. - ответил Эдрик, - Они смогут пробить стены Штормового Предела, хотя и не сразу. Но мне не хочется уничтожать дом моих предков, да ещё руками чужеземцев. Об этом мы и поговорим с генералом Людендорфом и адмиралом Шеером. А пока, сир Алин, не одолжите ли вы ненадолго вашего коня сиру Гоуэру?
- Охотно, милорд. - кивнул младший Эстермонт.
- В таком случае, - сказал Эдрик, - берите коня, сир Геральд, отправляйтесь к воротам замка с белым флагом, и передайте тамошнему начальству моё требование, немедленно сдать замок законному лорду Баратеону.
- Будет исполнено, милорд. - поклонился Гоуэр, и вскочив на эстермонтовского коня, направился к замку...
Следующие несколько дней прошли в хлопотах связанных с высадкой войск и их обустройством на новом месте. К счастью, и немцы превыше всего ставили ordnung, и Золотые Мечи были знакомы с дисциплиной не понаслышке, а потому, порядок, в общем, соблюдался.
Первыми на берег свезли людей, затем часть плотов использовали для строительства причалов а на остальных стали перевозить животных, поднимая их кранами на палубы в особых сетках, а затем перенося на плоты. Больше всего хлопот было со слонами. Гигантские толстокожие громко трубили плывя в воздухе, да и опустившись на зыбкую твердь плотов, не сразу успокаивались. Хотя, близкие морские волны сами по себе быстро дисциплинировали животных, заставляя их жаться к центру плота. Впрочем, некоторые слоны и лошади так и не могли успокоится и срывались с плотов в воду, но и тут никто не утонул - все, хотя и не сразу, выбрались на берег.
Закончив, наконец, с перевозкой животных, на берег стали доставлять артиллерию, обозные повозки, боеприпасы, продовольствие, радиостанции и прочие грузы.
- Весьма удачная высадка. - заметил коммодор фон Шпее,стоявший с Людендорфом, Шеером и Эдриком на вершине невысокого каменистого холма, оглядывая огромный лагерь и бухту с стоявшими в ней кораблями, - Море все эти дни тихое, погода ясная, ни утонувших людей и животных, ни утопленных грузов. Далеко не всегда бывает так благополучно. Матросы говорят, что это из-за вас, милорд Баратеон, и считают вас чем-то вроде счастливого талисмана.
- Моряки народ суеверный. - усмехнулся генерал Людендорф, - Но, надо признать, всё и правда идёт отлично. Похоже, вы родились под счастливой звездой, герр Баратеон.
- Не могу спорить, - согласился Эдрик, - моя звезда и правда оказалась намного счастливее чем у полудюжины моих сводных братьев и сестёр, убитых по приказу Джоффри и Серсеи.
- Прошу прощения, - извинился Людендорф, - я не знал этих ужасных подробностей. У нас такого не бывало уже несколько веков. Но теперь вы сможете рассчитаться с Ланнистерами за всё.
- Надеюсь. - ответил Эдрик, - Хотя, у меня есть предчувствие, что королева и ваш кайзер меня опередят. Впрочем, пока рано думать о мести. Сейчас нам надо освободить Штормовые Земли и в первую очередь - Штормовой Предел.
Все взглянули на надменно возвышавшийся над морем замок, защитники которого спокойно посматривали на суету в бухте и её окрестностях. Как и предполагал Эдрик, ездивший к Штормовому Пределу парламентёром Гоуэр, привёз решительный отказ сира Гилберта Фарринга сдать главный замок Штормовых Земель.
- Крепость выглядит очень серьёзной, несмотря на почтенный возраст. - нахмурился Людендорф, - Откровенно говоря, я не вижу способа её взять, кроме разрушения стен из тяжёлых орудий. И даже это потребует немало времени и много снарядов.
- Согласен! - кивнул Шеер, - Такие глыбы и главным калибром "Брауншвейга" быстро не взять!
- Желательно обойтись без стрельбы. - сказал Эдрик, - Есть и другие способы захватить Штормовой Предел.
- Осёл гружённый золотом? - усмехнулся Людендорф, - Боюсь, здесь это не сработает. Герр Фарринг, похоже, человек неподкупный, и свой гарнизон держит в стальных рукавицах.
- Есть способ обойтись без осла. - улыбнулся Баратеон, - Вглубь скалы со стороны моря идёт тоннель, по которому можно пройти на лодке. В конце тоннеля есть пристань, под замком. Во времена восстания против Безумного Короля, Давос Сиворт этим путём доставил продовольствие гарнизону Штормового Предела осаждённого войсками Тиреллов, за что дядя Станнис произвёл его в рыцари. Я насколько раз проплывал этим тоннелем, когда жил в замке, и знаю его отлично.
- Да, помню, вы рассказывали об этом в Пентосе. - кивнул Людендорф, - Но я не вижу большой пользы от этого тоннеля. Вы, кажется, упоминали что его охраняют, во время осады он ярко освещён, там есть множество амбразур для стрелков, а на подходе к пристани его перекрывает толстая решётка опускаемая сверху. И это не касаясь толстых деревянных дверей окованных железом, в проходе ведущем от пристани наверх, в замок. Как там пробиться? Артиллерию на лодках в тоннель не затащишь, а если и затащить - не выстрелишь. Пули против каменных стен неэффективны, решётку разве что взорвать можно под обстрелом со всех сторон, что совсем не просто, да и взрывчатки понадобится столько, что самих подрывников на куски разнесёт, ведь укрыться от взрыва там негде, и к тому же сам тоннель может завалить рухнувшими сводами. Нет, это нереально.
- Вполне реально, герр генерал. - серьёзно ответил Эдрик, - Но об этом, meine herren, я хотел бы поговорить в укромном месте. Например, на радиостанции. И ещё, позовите туда, пожалуйста, сира Эндрю Эстермонта, сира Эймона Эстермонта, сира Алина Эстермонта и сира Ролланда Шторма.
Вскоре все названные собрались на радиостанции, с которой временно выставили персонал, вместе с командующим германскими войсками, командующим эскадрой и младшим флагманом, генерал-капитаном Золотых Мечей, а также самим Эдриком, по просьбе которого сир Эймон с сыном и Бастард из Ночной Песни изложили свой план.
- Teufel! - заявил Людендорф выслушав их соображения, - А ведь это вполне может сработать. Вот только мне не нравится, что вам, герр Баратеон, придётся самому лезть в этот тоннель. Кайзер будет крайне недоволен, если с вами что то случится.
- Я полезу недалеко, герр генерал. - ответил Эдрик, - Только в самое начало тоннеля, чтобы показать как в него пройти. Без меня этот вход будет трудно найти, с моря он незаметен. А если и найдут, то наверняка разобьют лодку о камни, там только знающий человек может пройти безопасно. Да и риска большого нет в любом случае - на мне будут доспехи из валирийской стали, их ни стрелой ни болтом не пробить.
- Почему бы не попробовать? - заметил Шеер, - В конце концов мы ничего не теряем. Получится - хорошо. Не получится - придётся перемешивать эту махину из тяжёлых. Но если всё выгорит - сэкономим снаряды и время.
- Ладно! - махнул рукой генерал, - Попробуем. Все равно войска будут готовиться к активным действиям несколько дней...
- И ещё. - вставил Эдрик, - В захвате Штормового Предела должны участвовать только мои люди. Тогда никто в Штормовых Землях не сможет сказать, что дом моих предков мне вернуло чужеземное оружие. Полагаю, это не только в моих интересах, но и в интересах королевы Дейенерис и кайзера Вильгельма.
- Не знаю пока, какой из вас полководец, герр Шторм, - усмехнулся Людендорф, - Но правитель, похоже, уже неплохой. У вас явно есть политическое чутьё.
- У меня были хорошие учителя, герр генерал. - ответил Эдрик, - Жизнь и война. А оценкой за успеваемость было выживание.
- Но всё же, я пошлю с вашими людьми роту отборных егерей. - твёрдо заявил генерал, - На случай, если при захвате замка что-то пойдёт не так.
- Если что-то пойдёт не так, то и егеря не помогут. - недовольно ответил Баратеон, - Вы сами об этом говорили.
- В тоннеле - не помогут, - парировал Людендорф, -а вот по ту сторону решётки, на пристани и в самом замке - уже вполне могут помочь.
- Хорошо. - поразмыслив пару минут, согласился Эдрик, - В замке они и правда могут пригодится в случае чего. Только прошу вас приказать им, чтоб держались позади и не вмешивались, за исключением какой-нибудь серьёзной заминки.
- Договорились. - кивнул генерал.
Когда наступила ночь, на склоне одного из холмов, обращённом к замку, загорелись огни выложенные косым крестом и горели всю ночь. Защитники замка столпились было на стене, но видя что больше ничего не происходит, через некоторое время разошлись. И только перед рассветом, на стене появился едва заметный огонёк, мигнул четыре раза и исчез.
На следующую ночь, Эдрик, в сопровождении всех троих Эстермонтов и сира Ролланда, а также Гоуэра, сира Тристона, Орнера, Левиса, гауптмана фон Зоммерфельда, капитанов Марка Мандрейка и Лисоно Маара, лейтенанта Ласвелла Пика, погрузился в шлюпку, которую катер потащил к утёсу на котором возвышался Штормовой Предел. Все были одеты в доспехи, поверх которых, по требования коммодора фон Шпее, надели пробковые жилеты:"Мало ли что! Вдруг лодка перевернётся или кто-то за борт упадёт? В пробковом жилете никто и в доспехах не утонет!".
Не доходя до утёса, катер отцепил буксир и удалился. Дальше надо было идти самим и спутники Эдрика разобрали вёсла. Эдрик вряд ли нашёл бы в темноте искомую щель в скале, если бы до этого, днём, не изучал утёс в телескоп предоставленный капитаном фон Герзау, с борта "Гельголанда", медленно двигавшегося невдалеке от замка, вспоминая виденное в детстве. Сейчас это сильно помогло, хотя, щель он нашёл всё же не сразу. Затем лодку с немалым трудом завели в щель среди рифов, и провели к входу в вырубленный в скале тоннель, ощупывая воду припасёнными раздвижными шестами,(наскоро изготовленными по приказу адмирала Шеера в корабельной мастерской "Брауншвейга"), на предмет опасных камней, которых обнаружилось немало.
Наконец, показался вход в тоннель, освещённый торчащими из отверстий в стене горящими факелами. Кроме того, в стене были видны многочисленные бойницы напоминавшие воронки. Эдрик помнил, что с той стороны "носика" воронки ещё шире с боков - всё это расширяло для стрелков сектор обстрела. Укрыться от стрел и болтов, в тоннеле и правда было невозможно.
Теперь оставалось только ждать.
Ожидание не затянулось надолго. Где-то через полчаса, в одну из бойниц высунулся горящий факел на длинной ручке и стал двигаться из стороны в сторону. Лодка немедленно подплыла к этой бойнице и сир Эймон, встав во весь рост, слегка ударил по факелу своим шестом. Факел покачнулся пару раз вверх-вниз, и убрался в бойницу. Сир Эймон сунул шест сыну, достал одной рукой из под плаща весьма небольшой мирийский арбалет, из тех что обычно используют не воины а убийцы, и взвёл его, а другой вытащил из под одежды болт без наконечника, обернутый бумагой обвязанной нитью, положил на арбалет и выстрелил в бойницу. Болт исчез в дыре, в которую несколько мгновений спустя снова высунулся горящий факел и качнулся вверх-вниз несколько раз, убравшись в стену, после того как сир Эймон снова стукнул по нему шестом.
- Ну вот и всё! - тихо сказал сир Эймон, - Больше нам здесь делать нечего. Пора возвращаться.
- Надеюсь, - прибавил Эдрик, - все хорошо запомнили вход в тоннель?
Все молча закивали.
- Вот и зер гут, как говорят наши немецкие друзья. - сказал Эдрик, - А теперь нам и правда пора. Работы у нас ещё много.
Следующий день и ночь прошли спокойно. Во всяком случае, из замка ничего особенного не заметили.
Наступил новый день, и Эдрик послал к стенам замка сира Тристона с Рубежного Холма с белым флагом а также одного из адъютантов Людендорфа, которые вызвали кастеляна Штормового Предела сира Гилберта Фарринга на переговоры, причём Эдрик Баратеон, генерал Эрих фон Людендорф и контр-адмирал Райнхард Шеер от своего имени и от имени своих подчинённых клятвенно гарантировали своей честью а также честью королевы Дейенерис, первой своего имени, и кайзера Вильгельма, третьего своего имени, полную безопасность и свободу а также полнейшее отсутствие военных действий со стороны осаждающих, на время переговоров.
Сир Фарринг согласился, и вскоре, в сопровождении своего оруженосца, парня лет семнадцати, выехал из ворот Штормового Предела, направившись к холму на котором его ждали Эдрик, Людендорф и Шеер.
После обмена приветствиями, Эдрик неожиданно заявил:
- Сир Гилберт, я считаю, что прежде чем начинать переговоры, люди должны узнать побольше о другой стороне. О вас мы знаем немало, а о Штормовом Пределе ещё больше, ведь я там прожил намного дольше чем вы. А вот вы о нас ничего не знаете. А потому я предлагаю вам проехать по лагерю нашей армии и осмотреть всё что вам покажется интересным. Кроме того, я бы хотел вам показать корабли герра адмирала.--Эдрик слегка поклонился в сторону Шеера.
- Мне известен этот фокус. - усмехнулся Фарринг, - Вы надеетесь запугать меня вашей силой. Хочу сразу предупредить - у вас ничего не выйдет.
- Семеро с вами! - воскликнул Эдрик, - Мы не так глупы, чтобы надеяться вас запугать. Нам просто хочется чтобы вы оценили окружающую реальность. После этого вам будет легче разговаривать.
- Что ж, извольте. -кивнул рыцарь.
Следующие полтора часа они ездили по лагерю, где Фаррингу и его оруженосцу показывали немецкие войска и Золотых Мечей. Наёмники тренировались, сражаясь между собой и изображая штурм наскоро воздвигнутого небольшого куска крепостной стрельбы.
Немецкие солдаты стреляли из винтовок и пулемётов, дырявя старые щиты и доспехи, скупленные в Пентосе, Лорате и Квохоре с Норвосом по дешёвке, либо доставшиеся в Мире, Тироше и Лисе в качестве трофеев, и теперь использовавшиеся как мишени. Хотя Фарринг и его оруженосец старались сохранять невозмутимый вид, особенно первый, было заметно, что они весьма впечатлены скоростью, меткостью и дальностью стрельбы, а также пробивной силой пуль.
Затем их отвезли на катере на эскадру, показав по очереди "Гельголанд", "Ариадне", "Тетис", "Принца Адальберта" и наконец "Брауншвейг". Когда они снова оказались на берегу, три батареи, лёгкая полевая, тяжёлая гаубичная и мортирная, открыли огонь по мишеням. Стрельба вызвала беспокойство в замке, прекратившееся когда Фарринг послал своего оруженосца к воротам, сообщить что всё в порядке.
Сам рыцарь внимательно следил за стрельбой и её результатами. Шрапнель полевой батареи легко прошивала все те же повешенные на кольях доспехи, а также прикрывавшие их сверху щиты, часто разнося последние в щепки, как и колья. Снаряды мортир, перелетая через наскоро воздвигнутые стены и валы, разрывали в клочья находившиеся ща ними мишени и укрытия из брёвен, а также поражая мишени укрытые на дне оврагов и за обратными склонами холмов. Снаряды гаубиц, целившихся в здоровенные валуны и скалы, откалывали от них огромные куски а часто и вовсе разбивали на части.
Наконец стрельба стихла, и Эдрик пригласил гостей и немецких союзников отобедать. Все явно проголодались и охотно проследовали к столу, накрытому тут же на холме.
Закусив и попивая вино, наконец приступили к переговорам.
- Что ж, милорд Эдрик, сир Людендорф и сир Шеер, - начал кастелян Штормового Предела, - Я увидел вашу армию и ваш флот. Они и правда впечатляют, не буду отрицать. Но если вы рассчитывали, что я испугаюсь и соглашусь на сдачу, вы ошиблись.
- Простите, герр Фарринг, - сказал Людендорф, воззрившись на сира Гилберта через вставленный в глаз монокль, - Вы всерьёз рассчитываете, что с вашими двумя сотнями солдат, и, допустим, таким же количеством местных слуг, сможете устоять против ста двадцати восьми тысяч немецких солдат и десяти тысяч Золотых Мечей герра Баратеона?
- Когда Тиреллы осаждали Штормовой Предел во время восстания Роберта и в эту войну, войск у них было не намного меньше, но они ничего не добились. - сказал сир Гилберт, - Ещё никто за восемь тысячелетий не смог взять Штормовой Предел силой.
- Всё когда-то бывает в первый раз. - усмехнулся генерал, - Герр Станнис имел двадцать тысяч, но его армия была полностью разгромлена всего тысячью немецких солдат.
- Это не была честная битва. - помрачнел Фарринг, - Король Станнис не ждал сражения, считая немцев союзниками против Болтонов и Ланнистеров. Ваши солдаты напали на него вероломно, к тому же используя оружие намного превосходящее то что было у людей короля.
- Вообще-то, это армия Станниса первой напала на наших солдат. - сказал Людендорф, - Ему предлагали сдаться или отступить, но он предпочёл атаковать. Что до оружия, то на войне каждый сражается тем что у него есть. Я не очень хорошо знаю историю вашего королевства, но вроде бы, Таргариены нимало не стеснялись использовать драконов, которых не было у жителей Вестероса, Первые Люди не считали бесчестным сражаться бронзовым оружием против Детей Леса вооружённых обсидианом, а Андалы с чистой совестью побеждали клинками из железа Первых Людей с их бронзой.
- В Штормовом Пределе наши шансы будут получше, - ответил сир Гилберт, - ваши пули бессильны против камня.
- Кроме винтовок и пулемётов у нас есть ещё и пушки. - заметил Людендорф, - Их действие вы сами видели.
- Могу добавить, - вставил Шеер, - что главный калибр моих кораблей, примерно вдвое мощнее самых могущественных пушек имеющихся на суше.
- Не сомневаюсь. - мрачно ответил Фарринг, - Но даже им будет совсем непросто разрушить стены устоявшие против гнева Штормового бога и богини воздуха, воздвигнутые магией Детей Леса и Брана Строителя, создателя Стены. В любом случае, никто не сможет сказать, что Гилберт Фарринг испугался и изменил своему долгу.
Видя что разговор заходит в тупик, Эдрик поспешил вмешаться:
- Сир Гилберт, - сказал Баратеон, - оставим спор о честных и нечестных способах ведения войны. Прийти к согласию в нём невозможно. Давайте лучше обсудим другой вопрос.
Я понимаю, что вы не обязаны выполнять мои приказы, вы не из Штормовых Земель и присягали не Штормовому Пределу а Драконьему Камню. Но что вас заставляет сейчас сидеть в моём замке, вместо того чтобы вернуть его законному хозяину и вернутся в ваши собственные владения? Ведь Драконий Камень перешёл к законной королеве, и драконьим лордам надо принести ей присягу и получить подтверждение прав на свои земли и замки.
- Милорд Эдрик, - ответил Фарринг, - от того что войска чужеземного правителя захватили Драконий Камень для Дейенерис Таргариен, она ещё не стала законной королевой. Даже на Железном Троне пока сидит другая. Так что и законность пожалованного вам имени Баратеонов и титула лорда Штормового Предела, выглядит весьма сомнительно. А я удерживаю Штормовой Предел, выполняя клятву данную вашему дяде, законному наследнику вашего отца, королю Станнису, с убийцами которого вы вступили в союз.
- Вообще-то, я не имею ни малейшего отношения к смерти Станниса. - ответил Эдрик, - Я узнал о ней в Лисе из немецких газет - печатных листков с новостями, - пояснил Эдрик, видя недоумение Фарринга, - Кстати, он тоже так и не сел на Железный Трон, что не мешает вам считать его законным королём. Впрочем, не скажу что судьба моего дяди меня сильно огорчила. Знаете отчего мне пришлось бежать с Драконьего Камня в Лис?
Сир Гилберт отрицательно покачал головой.
- Дядя Станнис решил принести меня в жертву Р'Глору. - продолжил Эдрик.
- Неправда! - выкрикнул сир Гилберт.
- Правда-правда! - ответил Эдрик, - Конечно, он не сам додумался, ему подсказала известная вам Красная Жрица. Она внушила Станнису, что пожертвованная Р'Глору королевская кровь(даже кровь бастарда), принесёт ему победу, а ей поможет видеть будущее. Я, расставаться со своей кровью(ну и жизнью тоже), ради бредней этой асшайской ведьмы, не захотел, и с помощью добрых и верных людей вовремя унёс ноги с Драконьего Камня.
Впрочем, Станнис и Мелисандра на этом не успокоились, и жгли людей во славу Р'Глора не хуже Эйериса. Могу вам устроить встречу с сиром Ролландом Штормом, Бастардом из Ночной Песни, кастеляном Драконьего Камня, он вам расскажет много интересного. Боюсь, если бы Станниса не остановили, Мелисандра рано или поздно убедила бы его принести в жертву единственную дочь - в Ширен ведь тоже королевская кровь, а Р'Глору чем дороже для человека жертва, тем угоднее.
- Я не верю. - тихо сказал Фарринг, - Король Станнис не мог...Дочь - не мог...
- Возможно. - ответил Эдрик, - Но про всё остальное вы, видимо, верите?
Рыцарь угрюмо промолчал, а Эдрик продолжил:
- Ладно, оставим Станниса, он уже мёртв, и сейчас объясняется с Семерыми или с Р'Глором, уж не знаю точно. Я не оспаривал прав Станниса на Штормовой Предел пока он был жив. Как второй сын моего деда Стеффона и старший брат моего дяди Ренли, он был законным лордом Штормовых Земель. Теперь я не менее законный лорд, и вы вряд ли сможете что-то возразить против моего права на Штормовой Предел, как единственного признанного наследника Баратеонов - признанного и прежним королём, моим отцом, и нынешней королевой. Или вы будете утверждать что Серсея Ланнистер имеет какие-то права на Железный Трон?
- Не буду. - ответил сир Гилберт, - Но и с вашими правами есть сомнения. Кто в Штормовых Землях признал вас лордом, кроме сомнительной королевы, ещё не ступившей на землю Семи Королевств, войск чужеземного монарха и отряда наёмников из всякого сброда?
- Я только что вернулся. - ответил Эдрик, - Нужно некоторое время чтобы штормовые лорды успели об этом узнать и высказаться. Но меня уже признали Эстермонты. В моём лагере находятся сир Эндрю и сир Эймон с сиром Алином. Наследник Ночной Песни сир Ролланд тоже здесь. И это только начало. Да и в Штормовом Пределе наверняка есть те кто считает меня своим законным лордом.
- Вы про сира Ломаса Эстермонта? - усмехнулся сир Гилберт, - Увы, старик ничем вам не поможет - мои люди следят за каждым его шагом.
- Я называл ещё троих Эстермонтов. - с улыбкой произнёс Баратеон, - И не только их.
- Сын сира Ломаса бросил своего короля, которому присягнул у меня на глазах, и сбежал за Узкое море! - фыркнул Фарринг, - Племянник сира Ломаса со своим сыном, забыв клятвы, присягали бастардам Цареубицы! Про сира Ролланда ничего плохого не скажу, но земли Каронов на которые он претендует, переданы другому хозяину.
- С каких пор вы стали признавать решения упомянутого вами ланнистеровского бастарда? - улыбнулся Эдрик.
- Я и не признаю. - проворчал сир Гилберт, - Но у лорда Брайса осталась законная сестра, и её права на владения Каронов, как минимум не меньше, чем у Бастарда из Ночной Песни. И с вашими правами всё похоже. У короля Станниса есть законная наследница - и на Драконьем Камне и в Штормовом Пределе.
- Моя кузина Ширен находится в Германии и готовится к лечению, которое должно избавить её лицо от следов Серой Хвори. - сказал Эдрик, - Она отказалась от притязаний на Железный Трон и от Штормового Предела. У неё сейчас другие интересы. Вот её письмо, можете убедиться. - Эдрик протянул Фаррингу письмо от Ширен, полученное ещё в Пентосе.
- Принцесса Ширен ничего определённого не пишет здесь об отречении от своих прав на Штормовые Земли. - сказал Фарринг, прочитав письмо и возвращая его Эдрику, - Меня это не убедило. Вам придётся привезти её сюда и отпустить в замок. И если, будучи на свободе, она заявит об отречении от своих прав, я передам вам Штормовой Предел.
- Сожалею, - улыбнулся Эдрик, - но я не могу ждать так долго. Взгляните. - Эдрик указал на Штормовой Предел.
Повернувшись в сторону замка, сир Гилберт и его оруженосец увидели, что к золотому знамени Баратеонов с чёрным оленем, развевавшемуся на башне, прибавились чёрное с красным драконом знамя Таргариенов и чёрно-бело-красный флаг Германской Империи.
Ворота замка открылись и из них появились Золотые Мечи, под командованием хорошо узнаваемого Чёрного Балака.
- Предательство! - сир Гилберт вскочил, а его оруженосец потянулся было к мечу, но братья-сержанты Пик зажали его с двух сторон, не давая выхватить клинок, - Это ваши клятвы? Где ваша честь и честь вашей королевы и вашего кайзера?
- Простите, сир Гилберт, но где вы увидели предательство и нарушение клятв? - спокойно поинтересовался Эдрик, - Разве вам кто-то угрожает? Кто-то ограничивает вашу свободу? Разве по замку был сделан хоть один выстрел или хоть один наш солдат приблизился к его стенам? Вам были обещаны неприкосновенность и полное отсутствие военных действий против Штормового Предела. Эти клятвы мы исполнили. Но никто не клялся что ваши подчинённые не сдадут Штормовой Предел без боя.
- Вот оно что... - сказал сир Геральд, - Недаром король Станнис не доверял Элвуду Медоузу. Этот проныра из Простора переметнулся от Тиреллов к Ренли, потом клялся в верности Станнису, а теперь снова сменил хозяина. Но я не верю что мои люди могли по приказу этого сопляка сложить оружие и сдать замок!
- Правильно не верите. - кивнул Эдрик, - Ваши люди сейчас спокойно спят и видят сладкие сны. А те немногие кто не спит, крепко связаны. Слуги замка подчинены сенешалю, которым мой дядя Станнис назначил лорда Медоуза, и они решили послужить законному хозяину Штормового Предела, впустив Золотых Мечей и обезоружив с их помощью тех ваших людей, кто не поел и не выпил того что им поднесли по приказу лорда Элвуда. Правда, еда и вино были слегка приправлены одним занятным порошком. Что за порошок? Ну, это вы у вашего помощника, мейстера Юрна спросите.
- И этот тоже! - стиснул кулаки Фарринг, - Подлые предатели!
- Почему же предатели? - спросил Эдрик, - Элвуд Медоуз не штормовой лорд, его владения в Просторе и он присягал Хайгардену. Тиреллы теперь союзники Германской Империи, и лорд Луговины не может идти против своих сюзеренов, если не хочет лишиться своего замка и земель. Как вы понимаете, с помощью немецких войск, это будет нетрудно. К тому же, теперь он не связан клятвами верности Станнису и вправе поступить как захочет. Ну а мейстер Юрн клялся служить лорду Штормового Предела - которым являюсь я а не вы. Так что лорд Медоуз и мейстер Юрн не совершили никакого предательства, а скорее исполнили свой долг и поступили по закону и справедливости.
- Ну а как быть с моей честью? - спросил Фарринг, - Я клялся королю Станнису удержать Штормовой Предел для него и его законных наследников.
- А разве вы не выполнили свою клятву? - пожал плечами Эдрик, - Замок сдали не вы, вас даже не было в нем в это время, от вас то что случилось никак не зависело. Вы не нарушали свое слово. То что сейчас произошло, мои немецкие союзники называют форс-мажор - обстоятельство непреодолимой силы.
- Вы далеко пойдёте, милорд Баратеон. - смотревший в глаза Эдрику сир Гилберт, наконец нарушил затянувшееся молчание, - Ваша взяла! Теперь отберёте оружие и засадите в темницу вашего замка?
- И не подумаю. - ответил Эдрик, - Зачем мне это? Отпущу вас на все четыре стороны, хоть сейчас, хоть когда ваши люди проспятся. С лошадьми, оружием и пожитками.
- Что ж, благородно. - помолчав заметил сир Гилберт, - Вы и правда сын вашего отца. Но в отличие от него, у вас ещё и есть способность править. С вашего позволения, я уеду вместе с моими людьми.
- Куда, если не секрет? - поинтересовался Эдрик.
- В мой замок. - ответил сир Гилберт, - А там посмотрю, как дальше быть. Служить Серсее Ланнистер не желаю, служить Дейенерис Таргариен с её немецкими союзниками тоже неохота.
- Что-ж, поезжайте, осмотритесь. - сказал Баратеон, - А что до королевы Дейенерис, то скоро ей придётся иметь дело с врагами, которые заставят забыть все прежние счёты - и наши с Ланнистерами и ваши с немцами. Уверен, вы тогда окажетесь с нами в одном строю.
- Посмотрим. - ответил Фарринг задумавшись...
Сев на коней, Эдрик, Людендорф, Шеер и сир Тристон двинулись к воротам замка. Следом потянулась большая часть Золотых Мечей во главе с Гарри Стриклендом. У ворот Штормового Предела их встречали улыбающиеся кузены Эстермонт с сиром Алином, сир Ролланд, сир Геральд, Орнер Блэкберри, Левис-Рыбник, Чёрный Балак, Марк Мандрейк, Лисоно Маар, Ласвелл Пик, Джон Коннингтон, сир Ролли Дакфилд, Эйгон Грифон, а также знакомые Эдрику молодой лорд Элвуд Медоуз, сенешаль Штормового Предела, мейстер Юрн и старый сир Ломас Эстермонт. Cпешившись, Эдрик приветствовал их всех и потребовал подробностей о взятии замка. Поначалу, все говорили наперебой, но затем главными рассказчиками стал сир Эймон Эстермонт и лорд Элвуд.
- У нас всё прошло по плану, милорд. - сказал сир Эймон, - Ночью заплыли на лодках в пещеру, встали там на якорь и ждали, пока не приплыл на лодке один из стюардов, посланный лордом Элвудом и не сказал что за тоннелем никто не следит и решётка поднята. Мы сразу отправились к пристани, там лорд Элвуд дал нам своих людей в проводники и мы стали занимать замок...
- Мы заранее договорились с сиром Эймоном, сиром Алином и сиром Ролландом, что сир Ломас будет отвлекать на себя внимание, пока мы будем готовить захват замка. - подхватил лорд Медоуз, - Нам повезло что после ухода людей Тиреллов сир Гилберт начал усиленно завозить припасы в Штормовой Предел. Под видом возчиков пробирались посланцы снаружи, да и мне удалось пару раз выехать из замка - следить за фуражирами.
- А я тем временем изображал старого маразматика и отвлекал на себя соглядатаев Фарринга - к счастью, не слишком многочисленных. - усмехнулся сир Ломас.
- Да, сир Ломас нам очень помог. - кивнул Медоуз, - Благодаря ему мы действовали без помех. Мы привлекли слуг, дав им денег присланных сиром Эймоном и пообещав ещё больше после вашего возвращения, милорд. К счастью, у сира Гилберта было не очень много людей и он выставлял караулы в основном на стенах, а тоннель охраняли всего несколько человек. Еду и выпивку солдатам всегда разносили мои люди - ну, мейстер Юрн всё это слегка приправил.
- Есть такой безобидный порошок, милорд. - улыбаясь сказал мейстер, - Не имеет ни вкуса, ни запаха, а человек где то за час-полтора, в зависимости от того кто крепче, незаметно для себя тихо засыпает на сутки.
- В общем, когда сир Гилберт уехал на переговоры, я приказал разнести солдатам выпивку и закуску, будто бы по его приказу. Караул в тоннеле заснул, мы их связали и заперли, подняли решётку и открыли двери в подземельях. - продолжал Медоуз, - Все прочие люди Фарринга в основном тоже заснули. Из тех кто не стал есть-пить и не заснул, большую часть служанки заманили в уединённые покои, а там слуги их оглушили, накинули сети и связали. Тем временем ваши люди, милорд, высадились на подземном причале и заняли замок. Тех людей сира Гилберта кто ещё был на ногах, скрутили, в основном поодиночке.
- Да-да! - снова вступил в разговор сир Эймон, - Когда внезапно навалятся десяток другой здоровых мужиков, тут даже лучший боец вряд ли что сделает. Сложнее всего было с караулом на воротах, эти службу несли правильно, на посту не ели, не пили, не спали, не бегали по укромным углам - девкам юбки задирать. Если бы не капитан Балак и его стрелки - захватить ворота быстро и без крови не вышло бы! - Летниец кивнул, а Эстермонт продолжал:
- Оглушили стрелами с тупыми наконечниками, и пока те не опомнились, оказавшиеся рядом стюарды добавили им дубинками и увязали в сети.
Пока шёл этот рассказ, колонна Золотых Мечей вливалась в ворота и занимала замок, следом в ворота прошла рота егерей, число которых уже внутри замка почему-то увеличилось.
Рядом появился и гауптман фон Зоммерфельд.
- Господа!- сказал Эдрик, - Пока жив, я не забуду тех кто вернул мой дом и при этом позаботился о моей чести! Благодарности Баратеонов не придётся ждать долго! А теперь - прошу в Штормовой Предел!
Эдрик в сопровождении Людендорфа, Шеера, Зоммерфельда, Эстермонтов, сира Ролланда, Гоуэра, сира Тристона, Орнера, Левиса, Лисоно Маара, Коннингтона с Дакфилдом и Эйгоном Грифоном пошёл по замку, сопровождаемый поклонами слуг и служанок. Мандрейк, Балак и Бездомный Гарри выразили желание остаться со своими людьми. Медоуз, которому Эдрик шёпотом приказал подготовить пир для победителей, тоже отстал, как и мейстер Юрн, которому Эдрик велел подготовить документы по всем благородным домам Штормовых Земель и их владениям а также по всем доходам и расходам Штормового Предела. Лорд Штормовых Земель показал большую башню, поднявшись на её вершину и оглядев окрестности.
Замок, в общем, не изменился со времён его отъезда на Драконий Камень, если не считать богорощи, вырубленной и сожжённой Станнисом по настоянию Мелисандры.
- "Надеюсь, эта ведьма всё же попадётся мне, или немцам." - подумал Эдрик, с малых лет любивший отдыхать в богороще, особенно у сердце-дерева - одного из очень немногих, сохранившихся к югу от Перешейка.
После этого Людендорф, Шеер и Зоммерфельд, получившие приглашение на пир, откланялись. Их примеру последовали все остальные, и Эдрик остался один в покоях лорда, погрузившись в свои мысли.
Лорда Штормового Предела(теперь уже самого настоящего, без всяких сомнений!) беспокоил денежный вопрос. Имевшихся с собой денег едва хватало чтобы отблагодарить замковых слуг и служанок. А ведь надо было более-менее пристойно содержать замок, принимать штормовых лордов и рыцарей, которые непременно заявятся выразить свою преданность новому гранлорду Штормовых Земель, вознаграждать знатных соратников, обеспечивать продовольствием и фуражом Золотых Мечей в предстоящем походе по Штормовым Землям для подчинения несогласных(в том что такие будут, Эдрик не сомневался)...На казну Штормового Предела рассчитывать не приходилось - она и при Ренли не ломилась от золота и серебра, а уж Станнис, по словам лорда Медоуза и сира Ломаса, и вовсе вывез всё что было на Драконий Камень. Налоги от лордов поступят ещё нескоро, если вообще поступят.
- "Р'Глор их забери!" - со злостью думал молодой Баратеон, - "Прямо хоть иди по стопам отца и залезай в долги! Хотя, нет, знаю я, к чему это приводит. Конечно, теперь, когда Штормовой Предел мой, можно обратиться к Железному Банку за кредитом. И скорее всего эти ростовщики дадут. Вот только, после той встречи, иметь с ними дело я не хочу. Не говоря уж о том, что одними процентами шкуру снимут! Можно было бы занять в одном из банков Империи, но они наверняка не лучше. Надо придумать что-то другое..."
Взгляд Эдрика упал на висевшую на стене большую карту Семи Королевств, скользнул по Северу со Стеной, Долине, Речным Землям, задержался на Королевских Землях и Западе, ставших основным театром военных действий, перешёл на юг...Штормовые Земли, Дорн, Простор...Простор...Взгляд Баратеона остановился на Староместе...От озарившей его идеи Эдрик подпрыгнул:
- "Вот оно! Бисмаркштадт!"
Эдрик быстренько припомнил всё, что слышал про эту базу флота Империи от капитана Людвига фон Герзау в Пентосе, а также от адмирала Шеера и офицеров с "Брауншвейга" - главным образом об арендной плате, которую выплачивала за неё казна Империи Тиреллам и Хайтауэрам. Суммы выходили совсем не маленькие. Вспомнились и разговоры об отправленной из Империи ещё при жизни Джоффри, дипломатической миссии в Королевскую Гавань, и о переговорах с Тайвином Ланнистером, которому предлагали за разрешение арендовать в Семи Королевствах торговую факторию, сто тысяч золотых рейхсмарок!
Эдрик ещё раз внимательно взглянул на карту, оглядывая побережье Штормовых Земель. Черноводный Залив, Тартский пролив, Залив Губительных Валов, Гневный Мыс, Дорнийское Море...да, всё сходилось. Блеснувшая идея стала обрастать подробностями, превращаясь в чёткий план.
Эдрик, вскочив, несколько раз прошёл по комнате, чтоб взять себя в руки. Затем позвал слугу и велел вызвать мейстера Юрна. Мейстер, как и было приказано, притащил целый ворох бумаг по финансам и по домам штормовых лордов и рыцарей. Вторые Эдрик отложил, намереваясь разобрать их позже, а первые стал изучать. Вскоре он убедился, что казна Штормового Предела и правда практически пуста, а также выяснил, что лорд Медоуз на должности сенешаля, нередко, выражаясь словами кайзера, слышанными во время путешествия по Ройне, путал свою шерсть с государственной, при заготовках припасов для замка.
Эдрик мысленно поблагодарил мейстера Пилоса за его уроки на Драконьем Камне, и про себя решил, что такой сенешаль ему не нужен, и что лорд Элвуд в ближайшее время отправится к себе в Простор. Однако, прогонять открыто человека которому он был обязан возвращением своего замка, было бы некрасиво и могло оставить у людей плохое впечатление. Эдрик решил, что надо как следует обдумать этот вопрос, и провернуть всё поизящнее, чтобы никто ни о чём не догадался.
Отложив это на время, Эдрик, при помощи Юрна стал сочинять письма всем лордам и рыцарям Штормовых Земель, извещая о том что в Штормовом Пределе снова правит Баратеон, преклонивший колено перед Дейенерис Таргариен, первой своего имени, и требуя явится в Штормовой Предел для присяги его лорду и законной королеве.
Закончив с письмами и поблагодарив мейстера, Эдрик отпустил его и велел вызвать сира Эндрю и сира Ролланда. Когда они явились, Эдрик стал обсуждать с ними благородные дома Штормовых Земель, выслушивая характеристики, которые его собеседники давали лордам, сирам и леди, а также их замкам и землям.
Закончив с этим, Эдрик отпустил сира Ролланда, попросив его отнести письма к мейстеру Юрну и передать приказ отослать их с воронами адресатам, но Эстермонта попросил остаться.
- У меня к вам есть важный разговор, дядя. - сказал Эдрик, меряя шагами комнату, - Печальная новость, но я практически без денег. Те что были - закончатся уже сегодня, а новые поступления с моих владений придут не скоро. В казне замка, стараниями дяди Ренли и особенно дяди Станниса, мышь с голоду сдохла.
- Это не проблема, племянник. - ответил сир Эндрю, - Я ведь говорил тебе о моей доле семейных богатств, которую я положил в Железный Банк. Могу одолжить сколько надо.
- Спасибо, дядя. - сказал Эдрик, - Я ждал что ты это предложишь. Но я не хочу начинать управление Штормовым Пределом с долгов. Отец показал, куда ведёт эта дорожка. Я придумал кое-что получше. Ты слышал о Бисмаркштадте?
- Слышал краем уха. - ответил сир Эндрю, - Вроде так называется порт, построенный немцами в Просторе, недалеко от Староместа, для торговли.
- И для торговли тоже. - кивнул Эдрик, - Но прежде всего это гавань для военного флота Империи. Однако, самое важное - немцы его арендуют и платят за это Тиреллам и Хайтауэрам! Тайвину Ланнистеру и Джоффри за аренду торговой фактории предлагали сто тысяч золотых рейхсмарок! Сто тысяч, дядя!
- Сумма немалая. - согласился сир Эндрю, - Золотая рейхсмарка весит побольше нашего дракона. А на бирже она ценится ещё выше - так мне Гарри Стрикленд объяснял.
- Вот и я об этом! - сказал Эдрик, - А за гавань для флота, Империя наверняка заплатит ещё больше!
- Я правильно тебя понял? - спросил сир Эндрю, - Ты хочешь последовать примеру Тиреллов и Хайтауэров, и предложить немцам построить гавань для их флота в Штормовых Землях? Надеюсь, не на Эстермонте?
- Не переживай, дядя, Эстермонт останется только владением Эстермонтов. - рассмеялся Эдрик, - Но ты правильно понял. Смотри! - Эдрик подошёл к карте Семи Королевств, - Вот Дорнийское Море. Это Скорбящий - наш единственный настоящий город и крупный порт. К юго-западу от него остров Скат и между ним и берегом - небольшой остров Ракушка Отшельника(**примечание: названия островов придуманы - на картах Вестероса они безымянные). На этих островах издавна никто не живёт - люди боятся набегов пиратов и работорговцев. Теперь немцы с этим покончили, во всяком случае в морях вокруг Вестероса, но народ пока не понял что жизнь изменилась, и не спешит заселять эти острова.Там есть вода, лес, удобные бухты, то есть жить можно. Вот я и хочу предложить Империи арендовать эти острова. Вообще-то, можно было бы предложить им и острова Два Брата(***примечание: названия тоже выдуманы), к юго-западу от устья Слейн, но Сванны наверняка заявят на них претензии, когда поймут что из этих безлюдных островков можно извлечь немалую пользу, а лезть с ними в свару я не хочу - не так прочно я пока сижу, да и вообще, не время. На Скате немцы смогут построить гавань для своего флота, военно-морскую базу, как её называют в Германии, а на Ракушке Отшельника - торговую факторию под защитой базы. Тем более что оттуда рукой подать до Скорбящего, а к нему сходятся торговые пути со всех Штормовых Земель. Даже помимо платы за аренду(в двойном размере, заметь - за базу и за факторию!), на одних пошлинах можно будет озолотиться!
- Н-да, однако у тебя и размах. - заметил сир Эндрю, - И ты готов отдать чужеземцам часть земель предков?
- Во-первых, отдать не навсегда а на время. - ответил Эдрик, - Речь идёт об аренде. Во-вторых, сейчас эти острова не дают и ломанного медяка, а после сделки с немцами будут давать золото в немалом количестве. В-третьих, если этого не сделаю я, кто-то другой до этого обязательно додумается - те же Мартеллы, к примеру. У них удобных мест тоже хватает. Тут все сливки снимет тот кто предложит первым. Ну и в-четвёртых, мне нужны деньги, чтобы утвердиться в Штормовых Землях, и для войны с Ланнистерами и Иными, а это единственный способ их быстро добыть не влезая в долги. Другого я не вижу, а деньги от немцев за базу и факторию, дадут возможность протянуть до поступления налогов.
- Королева Дейенерис на тебя не рассердится, за передачу Империи части её владений, да ещё без её позволения? - поинтересовался сир Эндрю, - И вообще, не боишься немецких сил у себя под боком?
- Не боюсь. - ответил Эдрик, - Знаешь, дядя, побывав в Германии я понял одну вещь: немцы настолько сильны, что пожелай они завоевать Семь Королевств, они бы это сделали. Не скажу что это им было бы очень легко - летящие из леса или из-за камней стрелы и болты, смертельны и для немецких солдат, особенно не защищённых ничем кроме мундира, а в рукопашной схватке солдат с разряженной винтовкой, пусть и со штыком, будет послабее умелого доспешного воина(хотя, для такой схватки до них ещё надо добраться живым - тут только внезапное нападение поможет...ну, или если у немцев кончились патроны и снаряды). Об отборных войсках кайзера вообще речь не идёт - их учат и вооружают особым образом, против них в рукопашной и у лучших рыцарей шансов не слишком много. Но через какое-то время они бы нас одолели, как Первые Люди - Детей Леса, Андалы - Первых Людей, Таргариены - королей Реки, Железных Островов, Простора, Штормовых Земель. Вспомни Вольные Города - никому из Таргариенов не удалось их победить, а немцы присоединили к своей Империи не напрягаясь. То же самое и с Заливом Работорговцев и с Дотракийцами, со времён Кровавого Века державшими в страхе почти весь запад Эссоса от Узкого моря до Костяного Хребта. Однако, почему-то немцы не спешат нас завоёвывать. Они даже Кварт и Лхазар не стали присоединять к своей Империи, хотя могли бы это сделать без труда. Значит, завоевание Семи Королевств им не нужно. Насколько я понял, они хотят торговать и вкладывать деньги в наше сельское хозяйство и в разработку природных богатств.
К тому же, скоро наша королева станет женой кайзера - и тогда нападение Империи на земли их императрицы вряд ли будет возможно. Дейенерис и Вильгельм молоды, и дай Семеро - проживут долго. Значит, ближайшие несколько десятилетий мир между нами будет гарантирован. Да и при их детях вряд ли что то изменится. А если изменится - мы к тому времени многому научимся, надеюсь, так что в Берлине трижды подумают, стоит ли нарушать мир с нами.
Что до гнева королевы, она не разгневалась на Тиреллов и Хайтауэров за Бисмаркштадт в Просторе. Почему её должно разгневать, если что-то подобное появится у нас?
- Надеюсь, ты прав насчёт наших отношений с Империей. - сказал сир Эндрю, - А почему ты уверен что немцы примут твоё предложение? У них уже есть Бисмаркштадт, зачем им ещё один? Тем более за немалые деньги?
- Ещё в Пентосе я говорил по душам с моим хорошим знакомцем, капитаном Людвигом фон Герзау, командиром крейсера "Гельголанд". - ответил Эдрик, - В плавании я разговаривал на "Брауншвейге" с адмиралом Шеером и офицерами. Моряки кайзера, особенно капитаны и адмиралы, считают что баз слишком много не бывает. К тому же, Бисмаркштадт на западном побережье Вестероса, а на восточном у них пока ничего нет. Что до фактории, то насколько я понял, читая немецкие газеты, их купцы рвутся торговать с нами, и фактория в Дорнийском Море будет для них весьма удобна--куда ближе чем Бисмаркштадт от границ Империи, особенно когда построят железную дорогу до Пентоса и Мира, рядом и Штормовые Земли и Дорн. Простор и Королевские Земли тоже не дальний свет. Для торговли самое то.
- Что ж, - заметил сир Эндрю, - вроде всё выглядит завлекательно. Надеюсь ты прав. Надо будет побыстрее обговорить всё это с сиром Людендорфом и сиром Шеером. А затем и с кайзером связаться - без него ведь это не решить.
- Сегодня, после пира и поговорю! - решительно отозвался Эдрик.
Пир устроенный лордом Элвудом в главном зале Большой Башни, удался на славу. Глядя на столы уставленные всевозможными блюдами и винами, Эдрик чуть не изменил своё решение отказаться от службы Медоуза. Сенешаль явно был человеком хозяйственным.
После тостов за участников взятия замка, за Людендорфа и Шеера, за Гарри Стрикленда, за лорда Штормового Предела, за кайзера Вильгельма и королеву Дейненерис, состоялось награждение замковых слуг и Золотых Мечей которым вручали от одного до пяти драконов. Более высокопоставленным участникам захвата замка, Эдрик пообещал более ценные награды в самом ближайшем будущем.
Затем он приступил к выполнению обещания данного ещё в Волантисе, приказав сиру Геральду и сиру Тристону а также Орнеру и Левису выйти на середину зала. Здесь все четверо преклонили колено. Эдрик извлёк из ножен Свет Ночи и объявил о появлении в Штормовых Землях лорда Гоуэра, лорда Тристона Бордерхилла, сира Орнера Блэкберри и сира Левиса Айронфиша, пожаловав двум последним гербы - черного медведя с секирой в одной лапе и книгой в другой на синем, и рыбу в железном доспехе с мечом зажатом в плавнике на белом.
Эдрик также вызвал на середину зала сира Эндрю Эстермонта и пожаловал ему звание лорда, после чего пообещал предоставить владения лорду Эстермонту, лорду Бордерхиллу, сиру Блэкберри и сиру Айронфишу, а также увеличить владения лорда Гоуэра, как только в его власти окажутся все Штормовые Земли.
Награждение вызвало всеобщее одобрение и новые тосты за новоявленных лордов и рыцарей а также за щедрого лорда Баратеона.
Пир Эдрику вскоре поднадоел, и он обратился к сидевшим рядом Людендорфу и Шееру с предложением подняться к нему и обсудить важные вещи. Генерал и адмирал согласились и все трое, выйдя из-за стола, поднялись по лестнице ведущей из главного зала в покои лорда.
Все прочие уже так развеселились, что не заметили отсутствия главных действующих лиц.
В своих покоях Эдрик изложил немцам предложения по поводу аренды базы и фактории.
Людендорф и особенно Шеер сразу же ухватились за эту идею. Было решено немедленно связаться с Берлином. Втроём отправились на радиостанцию.
Найти кайзера удалось не сразу, но через час Вильгельм отозвался. Он сразу согласился на сделку и сообщил что посылает в Штормовой Предел на цепеллине статс-секретаря Артура Циммермана, подписать договор об аренде и вручить лорду Баратеону арендную плату - триста тысяч марок золотом.
Эдрик попросил в счёт арендной платы выслать три десятка комплектов доспехов и оружия из валирийской стали, а также сделать кольчужную защиту из того же металла для двадцати пяти слонов, упирая на то что такие окольчуженные слоны будут хорошим оружием против мёртвых мамонтов и великанов из армии Короля Ночи.
Кайзер ответил что оружие и доспехи вышлет тем же цепеллином, но кольчуги для слонов будут готовы только через несколько месяцев.
Баратеон в душе не рассчитывал сразу получить даже первое, а потому только выразил кайзеру искреннюю благодарность...
Кроме того, он передал кайзеру личную просьбу: воздействовать как бы от своего имени, на Тиреллов, чтобы они вызвали лорда Элвуда Медоуза в свое войско, под угрозой лишения замка.
Дальше оставалось только ждать, и проводив сира Гилберта Фарринга, уехавшего в родной замок со своими проспавшимися солдатами, принимать воронов с ответами штормовых домов. Вести из Фонтона, Широкой Арки, Бронзовых Врат, Серой Виселицы, Грифоньего Насеста, Амберли, Дождливого Леса, Серебряной Подковы(****примечание:вымышленное название замка дома Хасти) и Ночной Песни не порадовали. Кафферены, Стедмоны, Баклеры, Транты, Коннингтоны, Роджерсы, Уайлды, Хасти и Филип Фут(получивший после Черноводной владения Каронов) отказались признать "Эдрика Шторма" законным Баратеоном и лордом Штормовых земель.
Из Каменного Шлема, Колоса и Чёрного Приюта не пришло никакого ответа. Похоже, лорды Дорнийских Марок решили посмотреть - чья возьмёт.
Однако, большинство домов Штормовых Земель поддержали нового лорда. Мертинсы, Морригены, Грандисоны, Эрролы, Пенрозы, Тарты, Феллы, Сиворты, Лонмауты, Масгуды, Пизберри, Боллинги, Вагстаффы, Венсингтоны, Келлингтоны, Свигерты, Тадбери, Хорпы и прочие, не говоря уж про лорда Элдона Эстермонта, прислали с воронами уверения в своей преданности и готовности прибыть в Штормовой Предел для принесения присяги новому лорду Баратеону...
Артур Циммерман прибыл на третий день после разговора с кайзером по радио. Он прилетел на хорошо знакомом Эдрику цепеллине LZ-38, под командованием капитан-лейтенанта Руперта фон Герзау. Статс-секретарь оказался блондином лет сорока, с лихо торчащими пышными усами.
Он привёз с собой текст договора об аренде Германской Империй у гранлорда Штормовых Земель Эдрика Баратеона на сто лет, острова Скат под военно морскую базу, и острова Ракушка Отшельника под торговую факторию. Договор был на двух языках - немецком и общем.
Циммерман вручил Эдрику оба экземпляра и тот, запершись с лордом Эндрю Эстермонтом, его отцом, сиром Ломасом, сиром Эймоном и сиром Алином, а также сиром Ролландом Штормом и мейстером Юрном, около двух часов внимательно изучал и сравнивал оба текста, после чего подписал его вместе с статс-секретарём Империи, в четырёх экземплярах - двух на общем и двух на немецком, получив по одному экземпляру на каждом языке, которые мейстер Юрн унёс в архив.
Два других Циммерман забрал себе, отсчитав затем Эдрику двести восемьдесят тысяч золотых рейхсмарок, которые Эдрик, подметив жадный взгляд лорда Медоуза, приказал унести в хранилище на верхнем этаже башни, без окон и с окованной железом дверью, приставив караул из десятка Золотых Мечей.
Тем временем подчинённые капитан-лейтенанта фон Герзау, сгрузили с цепеллина три десятка комплектов брони и клинков из валирийской стали, которыми Эдрик немедленно стал награждать тех, кто этого заслужил. Прежде всего он вручил обещанный ещё в Пентосе доспех абсолютно счастливому лорду Эндрю, затем презентовал по комплекту остальным троим Эстермонтам и Ролланду Шторму, а также участвовавшим в захвате замка Марку Мандрейку, Лисоно Маару, Чёрному Балаку, Ласвеллу Пику, и наконец, Джону Коннингтону, Ролли Дакфилду и Эйгону Грифону.
Сир Ломас и сир Эймон откровенно сияли, как и сир Алин и сир Ролланд. Наёмники старались сохранять невозмутимый вид, но было заметно что они сильно взволнованы. Коннингтон выглядел удивлённым, а Дакфилд смотрел, как будто не веря в происходящее.
- Должно быть, мир перевернулся! Отец королевы лишил меня титула и изгнал, отец лорда Штормового Предела отнял у моего рода положение и богатство, а теперь сын Роберта, присягнувший дочери Эйериса, делает подарок, которого никогда, никому не делал ни один король! - эти слова Коннингтон произнёс тихо, но Эдрик, благодаря острому слуху, сумел их разобрать.
Эйгон Грифон смотрел на подарок с некоторым недоумением.
- Милорд Баратеон, - сказал Эйгон, - это королевская награда. Но я не уверен что заслужил её, Ведь замок был взят практически без боя. У меня не было возможности отличиться.
- Милорд Эйгон, - ответил Эдрик, - вы и ваши товарищи сделали для меня больше любого сражения. Штормовой Предел мой, причём без ущерба для моей чести. В результате большинство штормовых лордов теперь на моей стороне. А возможность отличиться в настоящих сражениях у вас ещё будет. Считайте что это вооружение дано вам авансом.
Эти слова успокоили Юного Грифона и тот стал с удовольствием рассматривать доспехи и оружие.
Оставшийся некомплектным после вручения лорду Эндрю доспеха меч, Эдрик подарил Гарри Стрикленду. Другие командиры Золотых Мечей, с горящими глазами смотрели на своих коллег, удостоенных драгоценных подарков.
- Ну всё, милорд, теперь они ваши! - прошептал на ухо Эндрю лорд Гоуэр, - Ради того чтобы получить такую же награду, они пойдут за вами хоть в пасть к дракону!
Получил свой доспех и оружие из валирийской стали и лорд Элвуд Медоуз. Однако долго в нём красоваться в Штормовом Пределе, ему не пришлось. Вечером того же дня, прилетевший из Хайгардена ворон доставил категорический приказ Мейса Тирелла лорду Медоузу, немедленно присоединиться к армии Простора, под угрозой лишения, с помощью немецкого оружия, замка и всех владений, а равно и титула, что уже произошло с некоторыми непокорными лордами.
Пренебречь столь недвусмысленным приказом своего сюзерена, лорд Луговины не мог, и уже на следующий день, простившись с Эдриком,(который выразил большое сожаление от того что приходится терять службу такого способного сенешаля), лорд Элвуд собрал своих людей и свои пожитки, и покинул Штормовой Предел, направляясь через Фелвуд и Грандвью к своему замку. Уехал он, впрочем, довольным, рассыпаясь в благодарностях лорду Баратеону - ведь никто из лордов Простора и даже самих Тиреллов, не мог пока похвастать доспехами из валирийской стали(хотя валирийские мечи некоторые имели).
Новым сенешалем Эдрик поставил сира Ломаса Эстермонта, кастеляном - сира Эймона Эстермонта, помощником которого стал мейстер Юрн, а мастером над оружием стал лейтенант Ласвелл Пик, в подчинении которого был новый гарнизон из пяти сотен Золотых Мечей.
Артур Циммерман, через пару часов после подписания договора об аренде островов, переговорив с Людендорфом и Шеером, засобирался обратно. В Империю он отбыл на крейсере "Тетис" - Эдрик упросил Людендорфа оставить цепеллин в Штормовом Пределе, для разведки и прочих надобностей. На LZ-38 и капитан-лейтенанта фон Герзау, у него появились кое-какие планы.
Поскольку в Штормовом Пределе делать было больше нечего, а заявившие о своей верности штормовые лорды должны были собраться ещё нескоро, Эдрик убедил Людендорфа и Шеера с флотом и частью войск пройти у побережья от Штормового Предела до дорнийской границы, вправляя мозги непокорным прибрежным лордам, а затем окончательно подчинить неопределившихся марочных лордов.
- Марочных лордов - смешно! - заметил Людендорф, - До сих пор марочным был только коньяк в Рейхе. Но мне нравится ваша идея, герр Баратеон. Надо нам поразмяться и показать здешним смутьянам, что именно вы их законный лорд, что Дейенерис Таргариен их законная королева, и что Германская Империя вас поддерживает!
- "Надеюсь, после этой разминки, Штормовые Земли не превратятся в развалины, заваленные трупами." - подумал Эдрик, уже кое что знавший о манере немцев вести войну, но вслух этого говорить не стал.
Договорились, что Людендорф оставит у Штормового Предела большую часть своей армии, под командованием начальника штаба, генерала Гофмана, как и Эдрик оставит большинство Золотых Мечей, под руководством их генерал-капитана.
Гофман и Стрикленд будут готовить войска к походу. Людендорф с сводной дивизией(бригада егерей, полк драгун, гренадерский полк, пулемётный батальон на рессорных повозках, сапёрный батальон, артиллерийский полк из трёх дивизионов - лёгкого полевого, тяжёлого гаубичного и мортирного), и Баратеон с частью Золотых Мечей(тысячью стрелков Чёрного Балака, пятью сотнями конных рыцарей и оруженосцев под командованием капитана Франклина Флауэрса, тысячью пехотинцев под командованием лейтенанта Тристана Риверса и десятком слонов - взятых по настоянию Бездомного Гарри), погрузившись на десяток транспортов, под прикрытием "Брауншвейга", "Принца Адальберта" и "Ариадне", должны будут двигаться вдоль берега Залива Губительных Валов на запад и юг, а затем мимо побережья Гневного Мыса и у северного берега Дорнийского Моря до устья реки Виль, впадающей в него с запада.
LZ-38 должен будет сопровождать эскадру и вести воздушную разведку. Прочие транспорты в сопровождении "Гельголанда" отправятся в Германию, откуда доставят дополнительные припасы для армии, а также всё необходимое для строительства базы и фактории на арендованных островах.
Сборы были недолгими и уже к полудню четвёртого дня эскадра двинулась в западном направлении. И вот тут Залив Разбитых Кораблей наконец показал свой норов. Примерно через час небо начало темнеть и вскоре разразился сильный шторм. Но ещё до этого адмирал приказал всем боевым кораблям и транспортам отойти мористее, чтобы не налететь на возможные подводные камни.
Шторм бушевал весь остаток для и всю ночь, разбросав корабли. Хотя могучие машины "Брауншвейга" уверенно выгребали против бури, Эдрик, помнивший рассказы о гибели своего деда Стеффона с женой, очень беспокоился что многие корабли будут потоплены.
Но встретив командира броненосца, капитана цур зее Лангемора, он узнал что с обоими крейсерами и всеми транспортами поддерживается связь по радио, и все они успешно противостоят шторму, продолжая двигаться в западном направлении.
Только к рассвету шторм стал ослабевать и вскоре стих окончательно. Когда рассвело, на горизонте один за другим стали появляться дымы. Постепенно оба крейсера и все транспорты присоединились к флагману.
Последним появился и повис над эскадрой LZ-38, в самом начале шторма свернувший в сторону берега, быстро набирая высоту. Эдрик поднялся на мостик и узнал от адмирала Шеера, что ушедшие раньше них остальные транспорты и "Гельголанд", тоже попали в шторм, но благополучно выдержали его и уже выходят Тартским Проливом в Узкое море.
Вскоре появился Грифоний Насест, чем то напоминавший сильно уменьшенный Штормовой Предел, тоже на вдающемся в море утёсе, но не белом а тёмно-красном. И вместо одной огромной башни здесь было несколько куда меньших. Да и стены были пониже и потоньше.
- Да, это не Штормовой Предел. - высказался адмирал Шеер, опустив бинокль, - Главный калибр "Брауншвейга" и "Адальберта" обрушит эти стены за пару часов.
- Хотелось бы обойтись без разрушений. - вмешался Эдрик, видя мрачное лицо Коннигтона,- Думаю, замки Штормовых Земель, особенно приморские, нам ещё пригодятся.
- И как вы это себе представляете, милорд Баратеон? - поинтересовался Шеер, - Тут что, тоже есть подземный ход?
- Вы будете смеяться, адмирал, но есть. - неожиданно отозвался Коннингтон, - И даже не один. Есть ход из северо-западной башни, ведущий под утёсом к морю - он становится доступен при приливе. Ещё один ход ведёт в септу, в алтарь Матери.
- Эти ходы наверняка охраняются. - заметил адмирал, - Как в Штормовом Пределе. Или у вас в Грифоньем Насесте тоже есть свои люди, герр Коннингтон?
- Своих людей в замке у меня нет. - ответил Коннингтон, - Но они и не нужны. Эти ходы тайные. О них знают только члены семьи Коннингтонов. Меня считают умершим, значит мои родственники, сидящие в замке, не будут охранять эти ходы, чтобы не выдать их тайну своим людям. Этим мы сможем воспользоваться.
После недолгого обсуждения было решено, что ночью Коннингтон, Дакфилд, Эйгон Грифон и сир Франклин Флауэрс с тремя сотнями Золотых Мечей и взводом немецких морских пехотинцев проберутся в потайные ходы и дождутся начала штурма.
Ещё днём на берег высадились тысяча стрелков Чёрного Балака и тысяча пехотинцев сира Тристана Риверса с батальоном егерей. На следующий день, утром, они двинулись к Глотке Грифона - узкому ровному склону, по которому шла дорога к воротной башне, находящая под обстрелом лучников и катапульт с боковых башен.
Гарнизон высыпал на стены, собираясь дать отпор. Но в это время из северо-западной башни и из септы повалили Золотые Мечи и морские пехотинцы.
Оказавшиеся под ударом с трёх сторон защитники замка, всё же пытались сопротивляться, увидев что прорвавшиеся в замок враги не особо многочисленны, но открытый морскими пехотинцами огонь винтовок и принесённого потайным ходом пулемёта, сорвал контратаку и позволил Золотым Мечам ворваться в воротную башню, и открыть ворота, после чего основные силы ворвались в Грифоний Насест и замок был взят.
Во время захвата воротной башни отличился Эйгон Грифон, первый ворвавшийся в башню и сражавшийся с полдюжиной врагов, пытавшихся помешать Золотым Мечам поднять решётку. Сир Франклин Флауэрс сразу после боя, посвятил его в рыцари в той же замковой септе где находился потайной ход по которому они пришли в замок, хотя для воспитанника Коннингтона это был первый бой.
Тем временем сам Джон Коннингтон захватил чертог и взял в плен имевшихся в замке родичей: Реймунда Коннингтона, младшего брата Рыжего Роннета, лорда Грифоньего Насеста, находящегося под арестом в Королевской Гавани, молодого человека немного за двадцать, с ярко рыжими волосами, Алинну Коннингтон, красивую рыжеволосую и голубоглазую девушку лет шестнадцати в зелёном платье расшитом цветами, Рональда Шторма, бастарда Роннета Коннингтона, десяти лет от роду, такого же рыжего как и все Коннингтоны.
Когда Эдрик в сопровождении сира Ролланда вошёл в замок и оказался в чертоге лордов, стены которого внутри были покрыты выцвевшими гобеленами изображавшими славные страницы истории дома Коннингтонов а окна состояли из стеклянных ромбов красного и белого цвета, у "Сиденья Грифонов"--позолоченного трона, на котором сидели пятьдесят поколений Коннингтонов, он застал Джона за разговором с родственниками. Реймунд и особенно леди Алинна выглядели несколько испуганно, Рональд смотрел волчонком.
- Когда мой отец вернётся, он убьёт всех вас! - заявил бастард Рыжего Роннета.
Джон с невозмутимым лицом, смерил мальчишку холодным взглядом льдисто-голубых глаз:
- Чем мечтать о нашей смерти от руки твоего отца, ты бы лучше молился Семерым о том чтобы он вообще вернулся. - увидев недоумевающий взгляд Рональда, Джон пояснил:
- Он арестован в Королевской Гавани по приказу Серсеи Ланнистер. А она такая же ненормальная как её бастард Джоффри, и с неё вполне станется казнить твоего отца, как Джоффри казнил Нэда Старка. Если кто и может спасти Роннета, так это королева Дейенерис, сюзерен лорда Эдрика и мой, и кайзер Вильгельм, наш союзник. Тебе стоит молится за них, и за их верных слуг, мальчик.
После этих слов Рональд притих и посмурнел, а Эдрик решил вмешаться в разговор:
- Вот зачем вам понадобилось сопротивляться и без толку лить кровь ваших людей? Что для вас сделали Ланнистеры, чтобы за них рисковать вашими жизнями и вашим домом?
- Таргариены и Баратеоны для нас тоже не сделали ничего хорошего. - неожиданно осмелел Реймунд Коннингтон. - Сначала Эйерис отобрал у нас наши титулы и земли, потом Роберт оставил нам всего лишь десятую часть наших владений, раздав остальное окрестным лизоблюдам, и забрав нашу казну.
- Ну, с Эйерисом вы ещё легко отделались. - заметил Эдрик, - Могло быть намного хуже - вспомнить хоть судьбу отца и брата Нэда Старка. Что до моего отца, то чего, простите, вы ждали, выступив против вашего законного гранлорда?
Впрочем, наказывать дом Коннингтонов я не собираюсь, так как, на ваше счастье, законный глава этого дома служит мне. - Эдрик кивнул в сторону Джона, - А потому, решение будет такое: Грифоний Насест возвращается Джону Коннингтону, вместе с титулом лорда, который, по моей просьбе, королева Дейенерис наверняка утвердит. С землями посложнее, надо ещё разобраться, насколько ваши соседи лояльны законной королеве и новому лорду Штормовых Земель. Реймунд Коннингтон и леди Алинна останутся в Грифоньем Насесте как пленники - на обратном пути заберём их в Штормовой Предел. Или желаете присоединиться к нашему походу? - поинтересовался Эдрик, глядя на Реймунда.
- Спасибо, милорд, я лучше останусь. - покачал головой Реймунд, - Если я присоединюсь к вам, Ланнистеры могут отыграться на моём брате. А если я в плену - какой с нас спрос? Согласна, сестра? - Реймунд вглянул на леди Алинну, которая молча кивнула.
- Что ж, как хотите. - сказал Эдрик, - Но ваш племянник отправится со мной в качестве оруженосца. Учитывая его возраст, это вряд ли сильно разгневает Ланнистеров. - и взглянув на крайне удивлённого таким оборотом Рональда Шторма, Эдрик распорядился:
- Соберите милорда Рональда и доставьте его на "Брауншвейг".
- Милорд Эдрик, - сказал Джон, - Я пошёл с вами случайно, просто потому что другого случая вернуться не было. Но теперь я вижу, что вы достойны ваших предков и из вас выйдет истинный лорд Штормовых Земель! - Старый Грифон преклонил колено и опустив к ногам Эдрика подаренный им валирийский клинок, принёс клятву верности как лорд Грифоньего Насеста.
Больше в замке делать было нечего и Эдрик, в сопровождении сира Ролланда, двинулся в лагерь, распорядиться о возвращении войск на корабли, за исключением двух сотен Золотых Мечей из числа тех трёх что пришли в замок подземным ходом - теперь эти две сотни должны были остаться гарнизоном Грифоньего Насеста, вместе с взводом морских пехотинцев, тоже участвовавших в захвате, а также присоединившимся уже после взятия замка отделением связистов, которые должны были наладить радиосвязь с Штормовым Пределом.
Почти всех солдат из прежнего гарнизона замка, уцелевших после его взятия, за исключением нескольких старослужащих, служивших в Грифоньем Насесте ещё до опалы и изгнания Джона, Старый Грифон решил забрать с собой в поход.
Кастеляном Грифоньего Насеста Джон оставил сира Ролли Дакфилда, обязанности мейстера(прежнему не повезло во время захвата замка получить шальную пулю в голову), стал исполнять Халдон-Полумейстер. Этот худой как жердь тип с кислым лицом и собранными в хвост на затылке чёрными волосами, сопровождал Коннингтона ещё из Пентоса, будучи наставником Юного Грифона, которого обучал математике, языкам и истории, в то время как сир Дакфилд(или просто Дак, как прозвали его Золотые Мечи) учил обращению с оружием.
Однако, теперь Джон решил что обучение Эйгона закончено, и что Дак и Полумейстер ему больше нужны в замке.
С собой Халдон вёз целую кучу книг и свитков а также всевозможных снадобий. Во время плавания на "Брауншвейге" Эдрику понравились беседы с Полумейстером, его необычные взгляды и язвительное остроумие. Халдон в своё время учился в Цитадели, но не сковал достаточно звеньев, чтобы получить цепь мейстера.
- "Я понял," - говорил Эдрику Полумейстер, - "что окружающий нас мир больше и многограннее того, чему могут научить в Цитадели, а потому решил изучать его сам.".
Баратеону запомнилась ещё одна фраза Халдона:"Книга в умных руках может быть опаснее меча." - после знакомства с Империей Эдрик думал так же.
В свою очередь Эдрик, рассказал Полумейстеру о своей поездке в Германию, о тамошних университетах с их библиотеками, а также о химических, биологических и физических лабораториях, упомянув что лабораторное оборудование можно заказать в Империи, например, через коммерсантов в том же Пентосе, имеющих хорошие связи в Старой Германии, вроде Иллирио Мопатиса, так же как и книги по разным наукам(правда, для чтения последних необходимо владеть немецким, а также латынью - древним языком Империи).
Халдон немедленно загорелся мыслью раздобыть всё перечисленное и оборудовать себе лабораторию в башне мейстера. Немецкий он немного знал и раньше, а теперь усиленно совершенствовал свои знания, общаясь с немецкими военными и моряками.
Эдрику было немного жаль расставаться с Полумейстером и беседами с ним, но делать было нечего.
Идя к лагерю, Эдрик обратил внимание на сира Ролланда. Бастард из Ночной Песни выглядел как-то непривычно. Эдрику припомнилось слышанное от кайзера выражение "как пыльным мешком ушибленный". Баратеон вспомнил, что это с ним началось когда они вошли в замок и сир Ролланд увидел леди Алинну.
- Сир Ролланд, - начал Эдрик, - может быть я лезу не в своё дело, но скажите, вам нравится леди Алинна?
После долгого молчания, сир Ролланд со вздохом ответил:
- Нравится милорд. Очень нравится. С тех пор как я её увидел - сам не свой. Как будто снова стал мальчишкой-оруженосцем, увидевшим красивую дочку одного дальнего лорда на турнире.
- Это явно любовь. - констатировал Эдрик, - Причём, с первого взгляда. Но я не понимаю, почему вы так расстроены? По моему, из вас выйдет отличная пара. Леди Алинна, не говоря уж о её красоте, из весьма достойной семьи, которой, правда, последнюю четверть века не везло, но это дело поправимое. У вас в этом смысле всё ничуть не хуже - дом Каронов самый благородный в Марках. Так за чем же дело стало? У меня наладились неплохие отношения с новым-старым лордом Грифоньего Насеста. Думаю, лорд Джон не откажется выдать за вас свою родственницу, если я буду сватом.
- Да ведь я больше чем вдвое её старше! - махнул рукой сир Ролланд, - А ещё и моё лицо, из-за проклятой оспы и шрамов, девушку только напугать может!
- Это всё глупости! - решительно заявил Эдрик, - У нашей королевы разница в возрасте с кхалом Дрого, когда она вышла за него, была как бы не больше, но они полюбили друг друга. А лицо...Вам, конечно, далеко до принца Рейегара или Джейме Ланнистера, ну так что с того? Кайзер Вильгельм, один из самых умных людей которых я встречал, сказал мне как-то:"Красота важна для женщин. Мужчине достаточно быть немного красивее обезьяны. Конечно, если он мужчина."
- Может быть и так. - печально заметил сир Ролланд, - Но как я могу просить руки леди из благородного дома, не имея ни кола ни двора?
- Это ненадолго. - заметил Эдрик,--Мы выступили в этот поход в том числе и для того, чтобы выбросить ланнистеровского прислужника из замка ваших предков. В Ночной Песне должен быть Карон, и я знаю как его зовут!
- Милорд, это правда? - оживился Бастард из Ночной Песни, - Хотя, о чём я? Вы уже доказали что не бросаете слов на ветер. Но вот только я Карон лишь наполовину, - сир Ролланд снова помрачнел, - да и не Карон а Шторм. У лорда Брайса осталась законная сестра, леди Миленда, вдова Петира Фрея. У неё есть дочь, Перра. Миленда наверняка заявит свои права на Ночную Песнь, если мы выкинем оттуда ланнистеровских псов.
- После Красной Свадьбы ни один приличный человек не станет иметь дело с Фреями. - ответил Эдрик, - А ваша сводная сестра Миленда, не в обиду вам будь сказано, спит с главным убийцей - Чёрным Уолдером, и поговаривают что её дочь от него а не от Петира Прыща. Если леди Миленде так нравится раздвигать ноги перед Фреем-убицей, пусть занимается этим и дальше, а на её заявления и права мне наплевать. Пошлю её лесом, как выражается кайзер. Королева Дейенерис достаточно хорошо ко мне относится, чтобы отдать Ночную Песнь тому, за кого я попрошу. Что до фамилии, то я и сам недавно был Штормом, но милостью королевы теперь - законный Баратеон. Думаю, сделать бастарда из Ночной Песни настоящим Кароном, ей будет не труднее, особенно если вы отличитесь в войне с её врагами.
- Милорд, я готов биться с любыми врагами нашей королевы и Штормового Предела. - сказал сир Ролланд, - Слово у меня только одно и я его уже дал.
- Вот и отлично! - кивнул Эдрик, про себя решив ещё до отплытия заняться устройством семейной жизни своего вассала.
Проследив за погрузкой войск, Эдрик вернулся в замок, и войдя в чертог велел одному из слуг пригласить леди Коннингтон. Девушка вскоре появилась. Она была явно встревожена, хотя старалась этого не показывать.
- Леди Алинна, - сказал Эдрик, - я спешу, а потому спрошу вас прямо: вы хотите замуж? Не за меня! - поспешно добавил Баратеон.
- Милорд, я о таком и не помышляла. - улыбнулась леди Алинна, - Замуж я хочу, как любая нормальная девушка, но наш дом совсем не так богат и влиятелен как раньше, а теперь, когда мой старший брат перестал быть лордом Грифоньего Насеста, на приличных женихов тем более рассчитывать не приходится.
- Всё не так печально, леди Алинна. - сказал Эдрик, - Один из моих приближённых, из знатного и богатого рода, так поражён вашей красотой, что больше ни о чём не может думать. Этот человек мне дорог и я решил узнать:сможет ли он рассчитывать на ваше согласие?
- Милорд, - осторожно начала девушка, - если это человек достойный и между нами нет слишком большой разницы в возрасте...
- Это человек очень достойный, известный своими подвигами, верностью и непоколебимым чувством чести, я обязан ему жизнью и никогда этого не забуду, миледи. - ответил Эдрик, - Вы помните рыцаря что был вместе со мной при предыдущем разговоре с вашим братом и племянником?
- Да, помню. - ответила леди Алинна, - Он ещё всё время молчал.
- Потому что был сражён вашей красотой, миледи. - улыбнулся Эдрик, - Это сир Ролланд Шторм, которого ещё называют Бастардом из Ночной Песни. Его знают с лучшей стороны не только в Штормовых Землях. И он единственный наследник Каронов по мужской линии. Я намерен это узаконить, обратившись к королеве Дейенерис с просьбой утвердить за ним его родовую фамилию. Уверен что она мне не откажет. Кстати, этот поход мы совершаем и для того чтобы вернуть сиру, точнее, можно уже сказать, лорду Ролланду его замок и родовые владения. Хотя, сир Ролланд старше вас раза в два, но он совсем не стар и славится как могучий воин. Правда, из-за шрамов и следов оспы, он не так хорош внешнее как Дюрран Красивый или старший брат нашей королевы, принц Рейегар. Но красивый муж вовсе не гарантия семейного счастья - Элия Мартелл могла бы это подтвердить. А за сиром Ролландом вы будете как за каменной стеной. Так что вы решите, миледи?
Леди Алинна раздумывала недолго. Девушка хорошо понимала, что в Грифоньем Насесте ей ничего особо не светит. С другой стороны, брак с наследником чуть ли не знатнейшего дома в Марках, находящимся в милости у нового лорда Штормового Предела, обещал заманчивые перспективы.
- Милорд, - сказала леди Алинна, - Шрамами полученными в бою, рыцарь вправе гордиться. А оспой может заболеть каждый. Я согласна стать женой лорда Ролланда.
- Отлично! - отозвался Эдрик, отметив про себя, что собеседница назвала Бастарда из Ночной Песни лордом, - Тогда вам надо как можно быстрее собраться и отправится на "Брауншейг" - это самый большой железный корабль. Флот скоро отплывает, так что прошу вас поторопится.
- Но я боюсь за моего старшего брата Роннета. - заметила девушка, - Ланнистеры могут отомстить ему, за то что я отправлюсь с вами. И насколько удобно мне будет путешествовать одной на вашем корабле?
- Этого не стоит опасаться, миледи. - ответил Эдрик, - Вы не воительница, не хозяйка Грифоньего Насеста, и то что вы отправитесь с нами, ещё не означает что вы нас поддерживаете. Тем более, что вы находитесь в плену и ваш брат остаётся в замке как пленник. Что до путешествия, то вы будете на "Брауншвейге" не одна. Там будет ваш родственник лорд Джон. Как глава вашего дома он имеет право отвезти вас куда угодно, а также выдать вас замуж. Впрочем, не думаю что он будет возражать против того что я вам предложил. Так что ваша репутация не пострадает.
- В таком случае, милорд, - сказала леди Алинна, - я должна пойти к себе и собраться.
- Жду вас на "Брауншвейге", миледи. - кивнул Эдрик, - А лорд Ролланд ждёт ещё больше.
Попрощавшись с леди Алинной, Эдрик разыскал сержанта Дика Коля, оставленного командовать Золотыми Мечами в Грифоньем Насесте, и приказал ему выделить десяток солдат - сопроводить леди Коннигтон на "Брауншвейг". После чего, покинув замок, отправится на флагман.
Через некоторое время туда прибыла и леди Коннигтон в сопровождении двух служанок. К тому времени по просьбе Эдрика, адмирал Шеер приказал подготовить для неё каюту, хотя и совершенно без восторга. Как сказал Эдрику генерал Людендорф, в немецком флоте присутствие женщины на военном корабле считается плохой приметой.
В отличие от моряков, лорд Джон не возражал, когда Эдрик поделился с ним своими планами. А сир Ролланд, узнав, пришёл в ожидаемое радостное настроение и постоянно отирался вблизи каюты где разместились леди Алинна и её служанки.
Вместе с леди Алинной на "Брауншвейг" перебрался и Рональд Шторм.
Вскоре после этого, "Брауншвейг" в сопровождении остальной эскадры, двинулся на восток. Грифоний Насест через некоторое время исчез за горизонтом.
Вопреки опасениям моряков, плаванье проходило спокойно. На третий день, впереди по левому борту показался вдающийся глубоко в море Янтарный полуостров(*****примечание:название выдуманное), с высившимися на конце стенами Амберли, замка Роджерсов, отказавшихся признать Эдрика Баратеона лордом Штормовых Земель.
Эскадра встала на якорь, с "Брауншвейга" спустили катер, на котором сир Алин Эстермонт отправился в замок парламентёром - передать требование лорда Баратеона, адмирала Шеера и генерала Людендорфа о капитуляции. Отсутствовал он недолго и вскоре вернулся на флагман с известием что лорд Гаррольд(******примечание:имя вымышленное, настоящее имя главы дома Роджерсов неизвестно)Роджерс отказывается сдаться.
После этого началась высадка Золотых Мечей и немецких войск на поросший лесом Янтарный полуостров. В отличие от Штормового Предела и Грифоньего Насеста, Роджерсы сразу оказали упорное сопротивление. Используя обрывистые берега полуострова и прикрыв все удобные проходы засеками, они начали засыпать войска Баратеона и Людендорфа, тоже высадившихся на берег, дождём стрел и болтов. Если бы не немецкие пулемёты, миномёты и полевые орудия, стреляющие шрапнелью и осколочно-фугасными снарядами(использовать огнемёты Людендорф запретил, так как загоревшийся лес не дал бы продвигаться самим нападавшим), Золотым Мечам и немцам пришлось бы нелегко.
Однако, массированного огня солдаты Роджерсов не выдержали и понеся большие потери,начали постепенно отходить к замку. Нападающие, которым успех дался тоже не бескровно, продвигались следом за ними, не прекращая огонь. Эдрик, а также те кого он наградил доспехами из валирийской стали, смогли оценить обновку - стрелы и болты отскакивали от их доспехов как горох от стены.
А вот Людендорфу слегка не повезло - увлёкшийся руководством боем и оказавшийся слишком близко к очередной вражеской засеке, генерал получил стрелу в руку. Роджерсовский лучник хотел поправить относительный промах ещё одной стрелой, но выпустить её в Людендорфа не успел - Эдрик снял его метким выстрелом из мирийского арбалета, купленного ещё в Волантисе, попав болтом в голову.
Стрелу тут же вынули, рану обработали и перевязали, а засеку ураганным огнём полевых батарей и миномётов превратили в щепки, после чего войска продолжили наступление, вместе с наотрез отказавшимся уходить в госпиталь Людендорфом, который зачем то вручил сломанную стрелу и наконечник адъютанту, и временами посматривал на них с недоумением - как будто не мог до конца поверить что германского генерала можно достать таким примитивным оружием...
Наконец они оказались перед замком, в стене которого орудия "Брауншвейга", "Принца Адальберта" и "Ариадне" к тому времени проделали огромную зияющую брешь.
То что положение обороняющихся безнадёжно, похоже, стало ясно и им самим, и на полуразрушенных башнях появились белые флаги.
Эскадра к тому времени уже прекратила огонь, опасаясь попасть по своим, но разгорячённый Людендорф хотел штурмовать замок, не глядя на капитуляцию. Похоже, полученная стрела зацепила не только руку но и самолюбие генерала, и тому хотелось показать осаждённым "тевтонскую ярость". Эдрику с большим трудом удалось его удержать.
- Послушайте, герр генерал. - сказал Баратеон, - Я понимаю, вам, как военному, хочется уничтожить врага. Но я - не только воин. Я ещё и лорд этих земель, и должен думать об их будущем. Я не хочу править безлюдной пустыней, покрытой развалинами и заваленной трупами. В этом случае я не смогу выполнять мои обязанности перед моей королевой и её союзником - вашим кайзером.
К уговорам Эдрика присоединился гауптман Зоммерфельд, и в конце концов Людендорф успокоился, согласившись принять капитуляцию Амберли.
Когда они вошли в раскрытые ворота во двор замка, где передовые отряды немецких гренадеров и Золотых Мечей уже обезоружили гарнизон, и заняли все ключевые точки, их встретил хозяин замка - лорд Гаррольд Роджерс, широкоплечий, косматый, с грубыми, словно рубленными камнерезом чертами лица, с проседью в светлорусых волосах и бороде, в накинутой на плечи шкуре сумеречного кота, которую он добыл в юные годы, будучи на воспитании у Ройсов, в Долине Аррен.
- Милорд Эдрик Баратеон. - хозяин Амберли наклонил голову, - Я лорд Гаррольд Роджерс и я сдаюсь.
- Мы виделись в Штормовом Пределе, милорд. - кивнул Эдрик, - Разрешите представить, это генерал Эрих фон Люденндорф, командующий войсками Германской Империи в Штормовых Землях. Его войска, по просьбе нашей королевы Дейенерис и по приказу её союзника, кайзера Вильгельма, помогают освободить Штормовые Земли от Ланнистеров и их сторонников, к которым, до недавних пор, я вас не относил.
- Хороши освободители! - не сдержался лорд Гаррольд, - Вы разрушили мой замок! В стене проломили своим демонским колдовством такую дыру, что полдюжины повозок разом заедут и не зацепятся! Все башни наполовину обрушены! Больше трети моих людей убиты а из остальных свыше половины ранены и многие не доживут до завтра! Как теперь здесь обороняться от врагов - тех же дорнийцев, или Тиреллов, или пиратов с работорговцами?
- Сами виноваты! - ответил Эдрик, - Я присылал ворона с приглашением прибыть ко мне в Штормовой Предел и принести присягу законному гранлорду, но вы отказались. Я посылал сира Алина Эстермонта с предложение сдаться без боя - вы не захотели. На что теперь жаловаться? Что до потерь - у нас они тоже есть. Вы ведь не думали, что наши солдаты позволят стрелять в себя не отвечая?
- Вы сражались храбро, но глупо. - вступил в разговор Людендорф,--На что вы рассчитывали с вашими засеками и древними стенами против огня германских орудий?
- Мы не верили что это так серьёзно, пока не попробовали на себе. - буркнул лорд Гаррольд, - Правда, моряки и купцы рассказывали о могуществе Империи, но знаете поди, в их россказнях хорошо если десятая часть близка к правде. А ещё, мы не сдались сразу потому, что большинство моей семьи после Черноводной в плену у Ланнистеров в Утёсе Кастерли. Я не хотел чтобы они повторили судьбу Рейнов и Тарбеков или Нэда Старка. Теперь Ланнистерам меня обвинить не в чем.
- Могу вас обрадовать, - заметил Эдрик, - Утёс Кастерли вот-вот возьмут войска Империи, и все пленники, в том числе и ваши родичи, будут освобождены. - Людендорф кивнул.
- Что касается врагов от которых нужно обороняться, - продолжал Эдрик, - то Дорн и Простор на стороне королевы Дейенерис, ждать от них враждебных действий не приходится. Ланнистеры далеко и им не хватает сил даже для защиты Запада и Королевских Земель. Пиратов и работорговцев наши немецкие союзники извели и в Узком море и в Летнем. Вольные Города и Залив Работорговцев, точнее, теперь Залив Драконов, стали частью Империи, рабовладение и работорговля там запрещены, за это вешают. А пиратов просто уничтожают на месте, где ни встретят. Так что в ближайшем будущем, нападение врагов вам не грозит.
Впрочем, я добрый сюзерен и заинтересован в безопасности Штормовых Земель, а потому, по моей просьбе, генерал фон Людендорф, надеюсь, оставит здесь взвод сапёров с опытным офицером, которые помогут вам заделать стену и подремонтировать наиболее пострадавшие башни. Этого вам хватит на первое время чтобы быть в безопасности, а остальное потом сами поправите. Я слышал, добыча янтаря приносит дому Роджерсов очень немалый доход, так что деньги на ремонт у вас будут, хотя, возможно и не сразу.
Кроме того, в замке останется гарнизон из немецких солдат и моих Золотых Мечей - они сумеют вас защитить в случае чего.
- Я не против, если в гарнизоне замка будет взвод наших сапёров. - кивнул Людендорф,--Позиция здесь выгодная и не стоит оставлять её полуразбитой и незащищённой.
- Ну хоть так! - вздохнул лорд Гаррольд, - Благодарю, вас сир Людендорф, и вас, милорд. Не считайте лестью, но вы так же великодушны к побеждённым противникам, как ваш отец.
- Однако, моё великодушие не заходит так далеко, чтобы оставить дом Роджерсов без наказания за мятеж и сопротивление законному лорду и союзникам нашей королевы. - усмехнулся Эдрик, - За это с вас возьмут контрибуцию деньгами и некоторой частью земель.
Кроме того, содержание гарнизона замка будет идти из ваших средств.
- Ну, это уж как водится. - махнул рукой лорд Гаррольд, - Проиграл - плати...
- А ещё, - продолжал Баратеон, - вы отправитесь вместе со мной. Проделаете этот поход как пленник, раз уж не захотели исполнять долг вассала, а потом вместе вернёмся в Штормовой Предел, где вы сможете принести присягу вместе с другими штормовыми лордами.
- Поеду, куда деваться, милорд. - проворчал Роджерс, - В замке, с вашего позволения, оставлю младшего сына - старшие в плену.
Эдрик и Людендорф возражать не стали, и вскоре, оставив в замке две роты гренадеров с взводом сапёров и две сотни Золотых Мечей под командой сержанта Джона Стронга, лорд Штормового Предела и генерал вместе с лордом Роджерсом оказались на "Брауншвейге".
Закончив погрузку войск, эскадра оставила Амберли и Янтарный полуостров за кормой, направляясь к замку других непокорных лордов - Дождливому Дому, твердыне Уайлдов. Этот замок находился на самой оконечности Гневного Мыса, к югу от острова Тарт.
Людендорф, которого бой на Янтарном полуострове избавил от излишней самоуверенности и пренебрежения к отсталым противникам, вместе с Шеером, всерьёз готовил штурм крепости.
Однако, его старания не пригодились. Через несколько часов после отплытия от Амберли, навстречу эскадре попалась парусная лодка, стремительно скользившая по волнам залива. Оказавшись на пути эскадры, лодка шла навстречу, пока с "Ариадне" не прозвучал предупредительный выстрел(адмирал Шеер и его подчинённые помнили предупреждение о диком огне).
Лодка спустила парус и остановилась, подняв вверх вёсла. Катер с крейсера взял её на буксир и сняв с неё одного из людей, доставил на борт. Вскоре с "Ариадне" сообщили что хозяин лодки просит дать ему переговорить милордом Баратеоном, для которого есть чрезвычайно важное известие. По приказу адмирала, хозяина лодки доставили на флагман, Это был человек среднего роста, неприметно но чисто одетый, с неприметным лицом - "идеальный шпион", как заметил Шеер. Он предъявил Эдрику медальон с сине-зелёным водоворотом на золоте, и попросил разговора без посторонних глаз и ушей с ним и главными имперскими военачальниками.
С согласия Эдрика, Шеер отвёл их вместе с Людендорфом в свою каюту. Разговор продолжался около часа, после чего неприметный человек, поговорив ещё четверть часа, с разрешения Эдрика и Людендорфа, с лордом Роджерсом, покинул "Брауншвейг", и спустился в свою лодку, быстро заскользившую на восток. Эскадра, дождавшись её исчезновения за горизонтом, не спеша последовала в том же направлении.
Через некоторое время, сначала в бинокли и подзорные трубы с верхних марсов, а затем и невооружённым глазом с палубы, стали видны башни и стены замка Уайлдов.
Эскадра бросила якорь перед Дождливым Домом, войска начали высаживаться на берег.
На этот раз, не смотря на опасения, ни малейшего сопротивления высадке не было. Только когда высадившиеся войска приблизились к стенам замка, оттуда полетели болты и стрелы. Вот только все сразу заметили, что летят они куда угодно, но только не в сторону нападавших, которые тоже не стреляли.
Немцы только выкатили напротив ворот пушку, парой метких выстрелов разбили цепи подъёмного моста, заставив его опуститься в горизонтальное положение, а затем, ещё тройкой снарядов вынесли ворота, после чего немецкие войска и Золотые Мечи, не встречая ни малейшего сопротивления, вошли в замок, гарнизон которого немедленно сложил оружие.
Вскоре Эдрик и Людендорф уже сидели в покоях лорда Каспера Уайлда, попивая вино любезного хозяина замка, и закусывая разными вкусняшками. Обстановка настраивала на миролюбивый лад и даже генерал был благодушен.
- А вы большой хитрец, герр Уайлд! - заметил Людендорф, потягивая борское, - Сначала отказываетесь подчиниться своему законному гранлорду, потом подсылаете своего человека, разыгрываете эту комедию с"обороной" замка...Не скажу за герра Баратеона, но я бы поостерёгся вам доверять!
- Что делать, сир Людендорф? - развёл руками лорд Каспер, вежливо улыбаясь,- Мои сыновья, братья и племянники в плену у Ланнистеров. Я вынужден показывать верность Львам, как бы к ним не относился. Но и разорять ради них свой замок и земли я не желаю - вот и приходится хитрить. Кроме того, честно говоря, я не был поначалу уверен в силе войск Империи. Простите, сир Людендорф, но ваши солдаты ведь не носят доспехов?
- Обычно, кроме шлемов, нет. - подтвердил Людендорф, - Хотя, в последняя время ситуация начинает меняться. Заводы Рейха выпускают кирасы, кольчуги, наплечники, наручи, поножи. Однако, у большинства солдат этого ещё нет. Наши пехотинцы и так немало несут на себе, а таскать ещё столько железа...
- Вот и я об этом! - кивнул лорд Уайлд, - У нас, в Семи Королевствах, бездоспешный пехотинец всегда весьма мало ценился на войне. А ведь большая часть вашей армии как раз из таких. С другой стороны, мне не давали покоя слухи о покорении Вольных Городов, разгроме наёмников в Заливе Работорговцев, поражениях дотракийцев. Слабой армии такое явно не по силам. И когда прилетел ворон из Амберли, с известием что стены разрушены и сопротивляться невозможно, я решился и послал вам навстречу Арчи. Он мой доверенный человек, для дел не терпящих огласки. Когда-то я спас от работорговцев его семью, и с тех пор он предан мне, как драконы королеве Дейенерис. Впрочем, это другая история. Арчи выполнил поручение и теперь я могу не опасаться за своих близких. Ведь я сопротивлялся вам? - Сопротивлялся! Сколько стрел и болтов мои люди выпустили со стен Дождливого Дома - чистое разоренье! - лорд Каспер рассмеялся, - Ворота вы разбили? - Разбили! Замком завладели? - Ну, в общем, да, завладели! Я ваш пленник? - Пленник! Я даже послал ворона в Королевскую гавань, с известием о разрушении Амберли и о том что ваши войска выбили ворота моего замка и ворвались внутрь! В общем, я исполнил свой долг перед королевой Серсеей до конца, и упрекнуть меня не в чем. Ну и свои земли, замок и моих людей я тоже сохранил. Вот только об этом Ланнистеры узнают нескоро. А когда узнают - для них будет уже поздно! К тому времени, как сказал лорд Гаррольд моему Арчи, войска Империи уже возьмут Утёс Кастерли и освободят пленных. И тогда я с моими людьми, смогу открыто выступить вместе с вами, милорд Баратеон!
- Я согласен с сиром Людендорфом. - улыбнулся Эдрик, - Вы и правда большой хитрец, лорд Каспер. Полагаю, ваше хитроумие мне ещё пригодится. Хотя, от контрибуции деньгами и землёй это вас не избавит.
- Что делать, милорд, - вздохнул лорд Уайлд, - за всё надо платить. И за хитрость тоже. Остаётся лишь надеяться на ваше великодушие и на то что вы не поступите с Уайлдами, как ваш родитель с Коннингтонами...
- Успокойтесь, лорд Каспер, я не собираюсь грабить вас до исподнего. - рассмеялся Эдрик, - Но за это мне нужна от вас небольшая помощь. Короче говоря, мне понадобится септа в вашем замке для обряда бракосочетания.
- Вы собираетесь жениться, милорд? - удивился лорд Каспер.
- Обязательно. - очень серьёзно подтвердил Эдрик, - Когда-нибудь. В будущем. - и снова засмеявшись продолжил:
- Но сегодня ваша септа понадобится не мне а девице из дома тех самых Коннигтонов и наследнику Каронов.
Получив согласие хозяина Дождливого Дома, Эдрик отправился на флагман и стал искать леди Алинну и сира Ролланда. Со времени отплытия из Грифоньего Насеста, эти двое проводили большую часть времени в прогулках по кораблю и разговорах, стараясь получше узнать друг друга. Эдрик нашёл их на верхнем мостике. Сир Ролланд, осторожно держа в своей лапе ручку леди Алинны, рассказывал о Ночной Песне, а девушка, слушая его, загадочно улыбалась.
Когда Баратеон сообщил им о предстоящем, бракосочетании, леди Алинна ойкнула, прижав руки к груди, и тут же убежала со словами что это невозможно и что она ничего не успеет. Однако, всё же доказала, что способна на подвиг, собравшись всего за пару часов.
Бастарду из Ночной Песни времени на подготовку понадобилось значительно меньше.
В назначенный срок в септе собрались жених и невеста, одетые в лучшие наряды, лорд Джон и Рональд Шторм как ближайшие родственники, служанки леди Коннигтон, сир Эйгон Грифон, лорд Штормового Предела с обоими Эстермонтами, лордами Гоуэром и Бордерхиллом, сиром Блэкберри и сиром Айронфишем, лорд Гаррольд Роджерс, командиры Золотых Мечей, лорд Каспер с домочадцами, генерал Людендорф и адмирал Шеер с несколькими штабными офицерами - все в парадных мундирах, при наградах, и с интересом наблюдающие невиданный ими ранее обряд.
Септон провёл церемонию по всем правилам, после чего в замке был устроен свадебный пир, по окончании которого сира Ролланда и леди Алинну отправили в приготовленную для них спальню. Раздевания невесты и тому подобных вещей не было - Эдрик запретил и заговаривать об этом, не желая выставлять своих земляков варварами перед иностранцами.
В Дождливом Доме пробыли до следующего полудня, дожидаясь когда новобрачные поднимутся с супружеского ложа. После этого служанки вывесили в окне спальни простыню с пятном крови, а сияющий сир Ролланд и слегка растерянная, но довольная леди Алинна, перебрались на флагман, где Эдрик уступил им свою каюту, а сам утеснил сира Эндрю и Коннингтона.
Лорд Каспер остался в своём замке как "пленник", в компании роты гренадеров и сотни Золотых Мечей, а эскадра, обогнув Гневный Мыс, полным ходом направилась в южном направлении. Утром следующего дня вдали справа, появился длинный остров Эстермонт.
Лорд Эндрю пожалел что нет возможности зайти в Зелёный Камень, находящийся с другой стороны острова.
Обойдя Эстермонт эскадра вошла в Дорнийское Море. К закату корабли бросили якоря у Скорбящего, над которым высился замок Скорбящая Башня, вызвав в единственном настоящем городе Штормовых Земель небывалое волнение.
Толпы горожан столпились на берегу, глядя на невиданные железные корабли и на плывший в небе цепеллин. К "Брауншвейгу" устремились лодки с главами местных гильдий купцов и ремесленников спешивших выразить верность новому гранлорду Штормовых Земель(которому они поднесли богатые подарки) и королеве Дейенерис.
Эдрик сумел их приятно удивить, сообщив о предстоящем создании торговой фактории Германской Империи на острове Ракушка Отшельника и базы имперского флота на острове Скат. Судя по разгоревшимся глазам отцов города, новость им очень понравилась и они мысленно уже подсчитывали будущие прибыли.
После того как главы гильдий отбыли восвояси, на флагман прибыла хозяйка Скорбящей Башни и города. Ну, как хозяйка...Леди Дейси Шторм, симпатичная пепельная блондинка лет семнадцати с янтарными глазами, была незаконной дочерью предпоследнего владельца Скорбящей Башни, происходившего из младшей ветви Феллов(*******примечание:владетели Скорбящей Башни вымышлены, настоящие имена неизвестны),умершего накануне Войны Пяти Королей.
После него замок унаследовал его брат, жена которого умерла родами вместе с ребёнком. Сам он после этого отправился с Станнисом на Драконий Камень а затем на Север, где и погиб в сражении с немецкими войсками. Леди Дейси осталась вроде как единственной хозяйкой замка, но её права многие соседи подвергали сомнению, а горожане в Скорбящем ей по сути не подчинялись, хотя и не желали каких то других владетелей.
Девушка хотела узнать у лорда Штормового Предела о своём будущем.
- Миледи. - сказал Эдрик, - Я не жрец Р'Глора, не Древовидец или ещё какой-нибудь колдун, и будущего предсказывать не умею. Впрочем, я, как лорд Штормового Предела, беру вас под своё покровительство. Пока что вы останетесь в вашем замке, где я поставлю гарнизон, чтобы ни у кого не возникло соблазна его присвоить. На обратном пути мы заберём вас в Штормовой Предел, там и решим вопрос с вами и замком ваших предков.
Когда несколько успокоившаяся за свою судьбу леди Дейси, присев в реверансе и высказав благодарность, направилась к выходу из кают-компании, Эдрик шепнул стоявшему рядом лорду Тристону Бордерхиллу:
- Лорд Тристон, приглядись внимательнее к девушке, по моему, у вас может быть совместное будущее. Я так думаю...
- Вы серьёзно, милорд? - удивлённо спросил недавний рыцарь с Рубежного Холма, бросив взгляд на выходившую леди Дейси.
- Вполне. - ответил Эдрик, - Мне нужен в этом городе надёжный человек. Надёжнее тебя, Гоуэра, дяди Эндрю и Орнера с Левисом, у меня никого нет. Но Эндрю женат, и у меня на него другие планы, Гоуэр из-за его отношения к женщинам не подходит, Блэкберри и Левис родом не вышли, остаёшься только ты.
- Я тоже, не сказать что очень знатен. - сказал лорд Тристон, - Лордом стал вашей милостью без году неделю. А она, дочь природного лорда.
- Дочь, но бастард. - сказал Эдрик, - Так что, по знатности вы с ней, можно сказать, равны.
- А пойдёт ли она за меня? - задумчиво спросил Бордерхилл.
- А вот об этом мы поговорим когда вернёмся. - заявил Баратеон, - Девушка не выглядит дурой, и наверняка поймёт, что ты для неё лучший вариант. Другие женихи будут на неё смотреть свысока, вряд ли с кем-то из них она будет чувствовать себя хозяйкой в своём доме...
На следующий день, оставив в Скорбящей башне роту егерей и сотню Золотых Мечей, эскадра направилась к островам Скат и Ракушка Отшельника, где адмирал Шеер высадил отряд морских пехотинцев, которые должны были подготовить места для строительства базы и фактории.
Затем корабли двинулись на запад, вдоль северного берега Дорнийского Моря, миновали безлюдные острова Два Брата, прошли мимо обширной бухты в устье реки Слейн, где находился Каменный Шлем, замок Сваннов. Задерживаться там не стали - общение с Сваннами Эдрик решил отложить до возвращения из похода.
Наконец, эскадра бросила якоря недалеко от устья реки Виль, на территории Дорна, в владениях дома Вилей, знаменосцев Мартеллов. Началась высадка войск.
Вили были не восторге от появления на их земле чужих войск, но узнав, что вместе с гранлордом Штормовых Земель прибыли немецкие союзники принца Дорана, и что незваные гости скоро уйдут, смирились, делая вид что всё идёт так как и должно быть.
Пока Людендорф, сир Франклин Флауэрс, Чёрный Балак и сир Тристан Риверс готовили войска к походу, Эдрик решил использовать с толком сопровождавший их цепеллин LZ-38, и сговорившись с капитан-лейтенантом фон Герзау, с первыми лучами рассвета следующего дня, вылетел в сторону Красных гор, прихватив с собой лорда Эндрю, лорда Геральда, лорда Тристана, сира Орнера, сира Левиса и своего новоиспечённого оруженосца Рональда Шторма. Мальчишка выглядел абсолютно потрясённым, оказавшись в небе и глядя на проплывавшие внизу склоны гор, а когда Эдрик пообещал, после окончания войны, отправить его в Империю, в лётное училище, учиться управлять летучими кораблями, Рональд стал смотреть на него такими глазами, что Баратеон понял - лёд сломан и растаял, и отныне верность бастарда из Грифоньего Насеста ему гарантирована.
LZ-38 летел над долиной реки Виль, поднимаясь к её верховьям. Пользуясь полётом, Эдрик и штурман цепеллина лейтенант Оберсдорф, нескладный долговязый блондин лет двадцати пяти, составляли карту, нанося на неё наиболее удобные пути для прохода армии.
Внизу проплыли развалины замка...
- Похоже, Гнездо Стервятника! - сказал штурман, заглядывая в карты.
Эдрик и его спутники с интересом разглядывали бывшую твердыню знаменитого Короля Стервятника, дорнийца возглавившего восстание против Таргариенов при Эйнисе I...
В конце концов, долетев до истока реки, находившегося в невысоких горах, которым, возможно, больше подошло бы название высоких и крутых холмов, цепеллин начал поворачивать на юго-запад идя вдоль южного склона Красных гор.
Наконец, появилось ущелье из которого тянулась дорога. Штурман объявил что это Принцево Ущелье. Цепеллин взвыв моторами повернул, и полетел над ущельем и идущей через него Принцевой Дорогой.
Полёт надолго не затянулся. Через пару часов, впереди поднялись стены Королевской Гробницы, замка дома Манвуди, знаменосцев Мартеллов. У стен замка расположилась лагерем большая армия. Над шатрами развевалось множество знамён, среди которых выделялись оранжевое с багровым солнцем и золотым копьём знамя Мартеллов, и песчаное с чёрной замковой решёткой знамя Айронвудов.
- Ну вот и долетели! - объявил Руперт фон Герзау, - Будем садиться?
- Сначала сделаем два-три круга над лагерем. - ответил Эдрик, - А то как бы не напали с перепугу!
- Да, ничего другого не остаётся. - согласился капитан-лейтенант, - Скоро стемнеет. Придётся заночевать здесь. Лететь ночью среди гор - занятие для самоубийц. Можно, конечно, подняться повыше, над горами, но на такой высоте дышать трудно, а кислородные приборы есть только для экипажа. Да и движки там плохо тянут.
LZ-38 сделал над лагерем несколько кругов. В лагере началась было паника, часть воинов металась в разные стороны, некоторые стали стрелять по цепеллину из луков и арбалетов, но к счастью, расстояние было слишком большим для стрел и болтов.
Наконец, начальники, видимо разглядевшие цвета Империи, навели порядок.
Цепеллин снизился и выбросил два каната, затем с него сбросили большие стальные штопоры с кольцом сверху. Одновременно опустили верёвочную лестницу, нижний конец которой волочился по земле. По команде фон Герзау, несколько его подчинённых стали один за другим, спускаться по лестнице, спрыгивая с неё в трёх-четырёх футах над землёй. Затем они начали вкручивать в землю сброшенные штопоры. Закончив с этим, они стали ловить канаты и привязывать их к кольцам. Цепеллин повис над землёй, раскачиваясь. Загудели моторы и лебёдки начали накручивать канаты, притягивая LZ-38 к земле.
После этого Эдрик спустился по верёвочной лестнице и встал на землю Дорна. За ним спустились его приближённые, включая оруженосца. Эдрик и его свита двинулись к лагерю дорнийцев. Сир Левис Айронфиш держал в руках золотое знамя с чёрным оленем.
Пройдя полпути до лагеря, они остановились на небольшом бугорке.
Ждать пришлось недолго. Вскоре со стороны лагеря появились полдюжины всадников, один из которых держал знамя Айронвудов.
Когда всадники приблизились, сир Эндрю негромко присвистнул:
- Однако! Сам лорд Андерс Айронвуд выехал нам навстречу. Вон тот верзила впереди, на чагравом жеребце. Я его не раз видел ещё при Эйерисе, да и при вашем отце, милорд.
Лорд Айронвуд и правда производил впечатление. Это был высокий, широкоплечий, коротко стриженный и гладковыбритый блондин, с пронзительным взглядом светлых глаз, мощной фигурой напоминавший скорее кузнеца чем лорда. От него так и шло ощущение силы и уверенности. Одежда на нём была неброская, тёмных тонов, из под дублета виднелась белая рубашка, на шее, на золотой цепи, висел такой же треугольный медальон, с золотой решёткой на чёрном поле.
Подъехав к бугорку, лорд Айронвуд спешился, бросив поводья одному из своих людей, и стал внимательно разглядывать Эдрика и его спутников. Хотя лорд Андерс прекрасно владел собой, он не смог скрыть удивления, увидев доспехи из валирийской стали.
- Приветствую вас, милорд Айронвуд. - сказал Эдрик, - Я Эдрик Баратеон, лорд Штормового Предела, и я рад видеть самого прославленного из дорнийских лордов.
- Я тоже приветствую вас, милорд Баратеон. - ответил Айронвуд, - Вы могли бы и не представляться - слишком уж вы похожи на вашего отца в молодости. Что же касается радости - не скажу что меня сильно обрадовал тот переполох что вы устроили в нашем лагере вашим летающим монстром. Вам повезло что мы разглядели цвета Империи, иначе мои войска наверняка напали бы на вас. Я вообще удивлён тем, что вы решились на такую рискованную вылазку в Красные Горы, где ваших земляков не очень любят, да ещё чуть ли не в одиночку.
- Если бы ваши войска напали на нас,--ответил Эдрик, - мне было бы очень жаль, милорд. Мы ведь союзники, и я бы не хотел чтобы вы лишились множества ваших воинов без всякой пользы. На цепеллине, так называется летающий корабль, установлены восемь пулемётов. Ваших людей перестреляли бы раньше чем они успели бы добраться до нас. Ну а мы просто спокойно вернулись бы наверх по верёвочной лестнице.
- Эта штука привязана к земле, а значит уязвима. - сказал лорд Андерс.
- Канаты перерезать недолго. - заметил Эдрик, - Кроме пулемётов, на цепеллине есть ещё и осколочно-фугасные бомбы, так что в вашем лагере тоже стало бы весьма неуютно. Я вообще не понимаю, что так взбудоражило ваших людей. Разве дорнийцы ещё не познакомились с удивительными достижениями Империи? Например, во время недавней истории с принцессой Мирцеллой и лордом Тристаном, стоившей жизни старшим бастардам Оберина Мартелла? Что до моего путешествия в эти места, скажу просто - необходимость заставила. Или, как выражается кайзер Вильгельм:"Жить захочешь - не так раскорячишься".
Лорд Айронвуд расхохотался:
- Хорошо сказано, милорд Баратеон! Надо будет запомнить! - и снова став серьёзным, спросил:
- Так какая же необходимость привела вас к Королевской Гробнице?
- Необходимость поговорить с вами. - ответил Эдрик, - Милорд, вы ведь идёте в Штормовые Земли?
- Таков план, разработанный нашей королевой, кайзером и его генералами. - кивнул лорд Андерс, - И принц Доран с ним полностью согласен. Нам надо как можно быстрее пройти Штормовые Земли и соединившись с войсками королевы Дейенерис и кайзера, атаковать Ланнистеров в окреcтностях Королевской Гавани.
- Если вы хотите быстро пройти Штормовые Земли, то вам стоит несколько задержаться. - сказал Эдрик.
- Не понимаю. - сказал Айронвуд, - Как можно задерживаться, если надо спешить?
- Всё очень просто. - ответил Эдрик, - Будем откровенны, милорд. По известным причинам, дорнийцев в Штормовых Землях не очень любят. А в Марках любят ещё меньше. Марочные лорды пока раздумывают и не встали ни на чью сторону. Но если дорнийцы вступят на их земли без их согласия, они возьмутся за оружие. Кроме того, есть ещё Филип Фут, ланнистеровский прислужник, которому Джоффри подарил Ночную Песнь. Замок стоит на выходе из Принцева Ущелья и вам его не обойти, а Фут вас добровольно не пропустит. Придётся осаждать, с сомнительными шансами на успех, ведь замок осаждали раз тридцать и всё неудачно. Или идти восточнее, Костяной дорогой. Но там на пути встанут Чёрный Приют Дондаррионов и Каменный Шлем Сваннов. В любом случае, пробиваясь через Марки вы потеряете много людей и времени. И это ещё не всё. Часть штормовых лордов пока верна Ланнистерам и вам придётся воевать с ними. Такое хозяйничанье дорнийцев в Штормовых Землях, не понравится их соседям, родственникам, друзьям. В конце концов против вас поднимется большинство штормовых лордов, вы увязнете в этой бессмысленной войне и не сможете выполнить свои планы.
Айронвуд задумался. Как опытный полководец, он понимал, что слова молодого Баратеона весьма близки к истине.
- Так что же делать? - спросил наконец глава дома Айронвудов.
- Задержаться здесь и подождать, пока я не возьму Ночную Песнь. - сказал Эдрик, - После этого, показав силу, я смогу подчинить себе марочных лордов. Одно дело покориться дорнийцам, и совсем другое - подчиниться лорду Штормового Предела. В этом нет бесчестья. А затем я легко покорю и тех кто пока ещё держится за Ланнистеров, после чего вы сможете быстро и беспрепятственно пройти к Королевской Гавани. Немного подождав, вы потеряете гораздо меньше времени, чем ввязавшись в войну с штормовыми лордами.
- Вы только что сомневались с способности моей армии взять Ночную Песнь, - заметил Айронвуд, - Как же вы сами собираетесь её заполучить?
- Вчера, к северу от устья реки Виль, начали высаживаться мои войска и немецкие. - ответил Эдрик.
- Знаю. - кивнул Айронвуд, - Вили присылали ворона. Немцев с десяток тысяч и две с половиной тысячи наёмников.
- Уже меньше. - сказал Эдрик, - Нам пришлось оставить гарнизоны в Грифоньем Насесте, Амберли, Дождливом Доме и Скорбящей Башне. Все они подчинились мне за восемь дней. Скорбящая Башня добровольно, на Грифоний Насест понадобилось два дня, на Дождливый Дом один, правда, оба замка были взяты с помощью неких хитростей. Но вот Амберли был захвачен в упорном бою за несколько часов, несмотря на сильное сопротивление. И теперь Роджерсам придётся серьёзно потратиться на его ремонт. Не думаю, что Фут продержится дольше. Войск нам хватит.
- Хорошо! - после некоторого раздумья заявил лорд Андерс, - Я буду ждать здесь, у Каменной Гробницы, две недели, начиная с завтрашнего дня. Надеюсь, этого времени вам хватит для взятия Ночной Песни?
- Полагаю, хватит. - ответил Эдрик, - Сразу после взятия замка я пошлю ворона в Каменную Гробницу.
- Значит, договорились! - сказал Айронвуд, - А теперь, милорд, я приглашаю вас и ваших спутников в мой лагерь - переночевать.
- Не откажусь. - ответил Эдрик и со своей маленькой свитой двинулся к лагерю на лошадях, приведённых людьми Айронвуда по его знаку. Когда они проезжали лагерь, множество дорнийских лордов, рыцарей, простых воинов и прочего люда, с подозрительным интересом рассматривали лорда Штормового Предела и его людей, а также, с нескрываемым удивлением и завистью - их валирийские доспехи.
После сытного ужина, Эдрик некоторое время рассказывал лорду Андерсу и собравшимся вокруг дорнийским лордам и рыцарям об Империи и о своём возвращении в Штормовые Земли, пока наконец не почувствовал что начинает клевать носом, после чего Айронвуд распорядился отвести гостей в приготовленный шатёр...
Проснувшись с рассветом и попрощавшись с лордом Андерсом, Эдрик и его спутники отправились к цепеллину. Стальные штопоры были уже выкручены из земли и подняты наверх, а дирижабль держали за опущенные канаты три с лишним десятка воинов в цветах Айронвудов, с полным вооружением. Эдрик и его люди по верёвочной лестнице поднялись наверх, по команде сверху люди Айронвуда отпустили канаты, которые быстро стали втягиваться внутрь воздушного корабля, и LZ-38, подвывая моторами, начал набирать высоту.
- Ветер наш! - сообщил капитан-лейтенант фон Герзау, когда цепеллин миновал Принцево Ущелье, - Скоро увидим устье Вили.
На этот раз, полёт проходил быстрее и через несколько часов всё над той же долиной Вили, показалось Дорнийское Море. Свернув немного к северу, цепеллин вышел на лагерь.
Встретившие их Людендорф и сир Флауэрс, сообщили что войска уже на берегу, а обоз закончат выгружать через пару часов.
Эдрик рассказал о своих переговорах с Айронвудом и сообщил что Ночную Песнь надо взять не позже чем за две недели.
- Надо - возьмём. - пожал плечами Людендорф, - Не думаю, что этот замок сильно крепче Амберли.
- Мы готовы. - подтвердил сир Флауэрс, - можем выступить уже сегодня. До заката несколько часов, успеем уйти в горы.
- Тогда не будем ждать. - сказал Эдрик, - Как только соберут обоз, сразу выступаем!
Поход к Ночной Песне проходил по плану, хотя и не без трудностей. Войска двигались по долине Виль, то и дело преодолевая различные неровности почвы, трещины, обрывистые возвышения, мелкие речки и ручьи. Как и предвидел Эдрик, сильно помогали слоны, вытаскивая застрявшие обозные повозки и пушки с зарядными ящиками, а также поднося брёвна для строившихся мостков.
На второй день пути миновали по правую руку Чёрный Приют, замок Дондаррионов. Молодой лорд Бейлор Дондаррион(********Примечание:имя вымышленное, наследник Дондаррионов неизвестен), кузен и наследник Берика Дондарриона, знаменитого Лорда-Молнии, выехал навстречу и принёс присягу лорду Штормового Предела и королеве Дейенерис. Эдрик взял его в поход вместе с сотней его людей, оставив прочих охранять замок.
Руины Гнезда Стервятника прошли не задерживаясь - рассматривать их не было времени, да и лезть через стремнины Виль на тот берег, никто не хотел.
К вечеру девятого дня вышли к высоким холмам(или низким горам) где находился исток Виль.
Ещё день потратили на их преодоление, и пройдя ещё два дня, вышли наконец к стенам Ночной Песни.
Приход армии не стал сюрпризом для нового хозяина замка Каронов. Ворота были заперты и гарнизон явно готов к обороне. На донжоне развевалось знамя новоявленной младшей ветви дома Футов - традиционные Футовские чёрный шеврон и бронзовый кинжал, но на жёлтом, а не на белом, как у Футов из Западных Земель.
- Вы только взгляните, милорд! - возмутился сир Ролланд, - Этот ланнистеровский пёс присвоил не только наш замок, но и наш цвет!
- Это ненадолго. - успокоил его Эдрик, - Именно потому мы и здесь.
Армия начала обустраиваться перед замком, в то время как кавалерийские разъезды рассыпались по округе, наблюдая за местностью. Через несколько часов, от одного из них пришло известие, что с северо-востока к Ночной Песне не спеша приближаются, не проявляя враждебных намерений, до шести сотен конных воинов под коричневым знаменем с тремя золотыми колосьями.
- Судя по знамени, это Арстан Селми. - заметил сир Алин Эстермонт. - Интересно, что ему тут понадобилось? Он же сидел молча в своём замке, как Сванны.
- Бейлор Дондаррион тоже сидел молча. - возразил сир Ролланд, - А теперь он здесь, с нами.
- К чему гадать? - вмешался Эдрик, - Встретим и узнаем!
Выехав в указанном направлении, они вскоре увидели отряд о котором говорилось в донесении, расположившийся у дороги, под присмотром десятка немецких драгун с ручным пулемётом а также пяти рыцарей и такого же количества оруженосцев из Золотых Мечей.
При их появлении, от отряда отделился рыцарь в серебристых латах и поехал навстречу. Приблизившись, он спешился и поклонился.
- Рад вас видеть, лорд Арстан. - сказал Эдрик, узнав лорда виденного до войны в Штормовом Пределе.
- Я тоже рад вас видеть, милорд. - ответил лорд Арстан Селми, похожий на сильно помолодевшую копию сира Барристана, - Простите, что сразу не ответил вам. Я не знал чего от вас ждать, а наши земли и так сильно пострадали от войны. Да ещё и дорнийцы рядом. Но когда прилетел ворон от лорда Бейлора, с письмом о вас, я перестал сомневаться. Я решил присоединится к вашей армии, но двигался осторожно, чтобы не встревожить Фута раньше времени. Думал что перехвачу вас по дороге, но вы уже здесь. Чудеса какие-то.
- Никаких чудес. - улыбнулся Эдрик, - Просто правильная логистика и грамотное планирование, как говорят наши немецкие союзники."Эрсте колонне марширт...цвайте колонне марширт...". Что-ж, как говорит кайзер Вильгельм, лучше поздно, чем никогда. Добро пожаловать в наши ряды, лорд Арстан. Действительно, странно было бы, если бы глава дома Селми остался в стороне от этой войны, в то время как герой моего детства, сир Барристан - один из вернейших приближённых нашей королевы. Хорошо, что его родственник теперь тоже с нами!
После этих слов лорд Колоса преклонил колено и опустив меч к ногам Эдрика, произнёс клятву верности лорду Штормового Предела.
Затем Эдрик и его свита вернулись к лагерю, а лорд Арстан с отрядом последовал за ними.
Лагерь был уже в целом готов и Эдрик послал к стенам замка трубача с белым флагом - вызвать лорда Филипа Фута на переговоры.
Вскоре на стене появился сухощавый, жилистый рыцарь с повязкой на левом глазу.
Вернувшийся трубач сообщил что лорд Филип согласен на переговоры и предлагает противникам подойти к стене, гарантируя своей честью их безопасность.
Эдрик согласился и в сопровождении сира Эндрю, сира Флауэрса и гауптмана Зоммерфельда.
- Чего надо? - хмуро поинтересовался одноглазый рыцарь на стене, когда Эдрик и его спутники подъехали к рву.
- Замок. - ответил Эдрик, - Я, Эдрик Баратеон, лорд Штормового Предела, именем Королевы Дейенерис из дома Таргариенов, первой своего имени, решил вернуть незаконно отобранную узурпаторами Ланнистерами Ночную Песнь со всеми землями и доходами, наследнику дома Каронов, сиру Ролланду. Вам, сир Филип Фут, будет позволено уйти с вашими людьми, лошадьми, оружием и имуществом, если вы немедленно откроете ворота и сдадите замок без сопротивления.
- Глупые бастарды! - захохотал Филип Фут, - Из тебя и твоего прислужника с рябой рожей, такие же лорды, как из моего конюха рыцарь! В Семи Королевствах есть только одна королева - Серсея из дома Ланнистеров, первая своего имени. Никаких Каронов больше нет! Как и Баратеонов! Ночная Песнь отдана Футам и только Футам будет принадлежать! Не помогут вам ни наёмный сброд из-за моря, ни чужеземные солдаты-простолюдины! Убирайтесь пока живы, к Шлюхе Табунщика, посоветуйте ей побыстрее возвращаться за Узкое море и найти там новых жеребцов, которые будут её трахать, пока она не забудет все свои глупости! Да пусть поспешит, если не хочет чтобы этим занялись солдаты королевы Серсеи!
- Жаль. - холодно произнёс Эдрик, - Я хотел отпустить вас живым. Теперь этого не будет. Присягая моей Королеве, я поклялся защищать её честь. После того что вы наговорили, вам придётся умереть. Надеюсь - от моей руки.
- Попытайся, сопляк! - снова захохотал Филип Фут, - Я с удовольствием выпущу тебе кишки - не хуже чем кабан твоему папаше! А заодно убью второго бастарда - как убил его сводного братца-предателя на Черноводной!
- Там увидим. - коротко ответил Эдрик, поворачивая коня, - До скорой встречи!
Узнав об ответе Фута, свита Эдрика вскипела от возмущения, особенно сир Ролланд. Они были готовы идти на штурм замка немедленно.
Более хладнокровные наёмники, заявляли что тут нужна хорошая подготовка, так как Ночная Песнь хорошо укреплена.
На это Эдрик напомнил, что срок обещанный лорду Айронвуду подходит к концу, и на долгую подготовку нет времени.
Сохранявший полное спокойствие Людендорф, заявил, что немецким гаубицам понадобится не больше трёх-четырёх часов, чтобы обрушить стены замка и похоронить под развалинами Фута и его гарнизон.
- В этом я не сомневаюсь, герр генерал. - ответил Эдрик, - Если бы замок принадлежал Футу, я бы слова против не сказал. Но законный хозяин Ночной Песни - сир Ролланд. Я не хочу разрушать дом верного человека, тем более что он недавно женился. Как он будет жить с молодой женой на развалинах? И потом, это Марки! Неизвестно, как там дальше будет с дорнийцами. Замок на границе лучше оставить целым.
- Так что же вы предлагаете, герр Баратеон? - поинтересовался Людендорф, - Вы знаете способ быстро захватить замок, не разрушая его?
- Есть у меня одна мысль. - сказал Эдрик, - Прикажите позвать сюда капитан-лейтенанта фон Герзау.
Когда командир LZ-38 явился, Эдрик задал вопрос:
- Сир Руперт, может ли цепеллин висеть над одним точно указанным местом минут десять?
- Если нет сильного ветра - может.--ответил фон Герзау, - Хотя, это непросто - нужен опытный пилот. Идя по небольшому ветру и давая реверс моторами, можно зависнуть над одним местом и провисеть некоторое время. Не очень долго - у цепеллина большая парусность, ветер будет сносить его в сторону.
- LZ-38 сможет, оставив на борту пулемёты, поднять полсотни доспешных воинов? - спросил Эдрик.
- Выгрузив бомбы и слив часть топлива - сможет. - сказал командир цепеллина.
- Тогда план такой. - начал Эдрик, - Цепеллин берёт полсотни воинов, зависает над донжоном замка, два десятка воинов спускают вниз на канатах, обвязавшись подмышками. Эти воины захватывают верхний этаж донжона и закрепляются там. Люди Фута бросаются отбивать донжон, а цепеллин таким же образом высаживает на воротную башню оставшихся воинов, которые её захватят, поднимут решётку и откроют ворота, впустив в замок главные силы. Тем временем цепеллин, огнём пулемётов будет мешать Футу и его людям отбить воротную башню.
- Неплохо придумано! - оценил фон Герзау, - Вот только Фут и его люди наверняка будут стрелять по цепеллину из луков и арбалетов. И ладно бы обычными стрелами и болтами! Продырявят обшивку - не страшно. Пробьют баллонет, или даже не один - тоже можно пережить, в худшем случае сядем на вынужденную. Но они ведь могут додуматься стрелять горящими стрелами! А это уже серьёзно. Если таких стрел будет много, сожгут моего красавца. Так что придётся после высадки на башни, подняться повыше, а там с прицельной стрельбой будут проблемы.
- Есть выход! - вмешался гауптман Зоммерфельд, - Надо высадить на донжон и воротную башню не местных воинов и не Золотых Мечей, а наших егерей с ручными пулемётами и гранатами. Они сами смогут остановить людей Фута огнём.
- В воротной башне придётся драться холодным оружием в тесноте.--сказал Эдрик, - У доспешных воинов там будет преимущество перед егерями, которые со своими винтовками не повернутся. Так что на донжон пусть высаживают егерей, которые смогут стрелять сверху и бросать гранаты, а на воротную башню - моих людей.
После долгих обсуждений и споров наконец решили, что на донжон высадятся два десятка егерей с винтовками, артиллерийскими "люгерами", гранатами и десятком ручных пулемётов, под командованием гауптмана Зоммерфельда.
На воротную башню должны были высаживаться сам Эдрик(отстоявший это право в яростном споре с Людендорфом), сир Ролланд, лорд Гоуэр, лорд Бордерхилл, сир Блэкберри, сир Айронфиш, сир Алин Эстермонт, сир Эйгон Грифон, сир Тристан Риверс и сержант Чэйнс с двумя десятками Золотых Мечей.
На рассвете следующего дня, гудя моторами, к замку подплыл цепеллин, ослепив часовых на верхней площадке донжона прожектором. После этого, часовые быстро умерли от пулемётной очереди, а из брюха цепеллина начали быстро спускаться обвязанные канатами егеря, обвешанные карабинами, длинноствольными пистолетами, ручными пулемётами и сумками с магазинами, обоймами, гранатами, почувствовав под ногами площадку донжона, егеря перерубали тесаками верёвки на которых их спускали и бежали к лестнице ведущей на нижней этаж, куда уже лезли солдаты Фута из нижних этажей донжона, в котором поднялась тревога. Однако, встреченные метким огнём, и убедившись, что щиты и латы от пуль и гранат не защищают, защитники донжона отступили ниже и забаррикадировались.
После этого, свалив в очагах и на камнях кучи тряпок и соломы, люди Фута зажгли их, а сами отступили этажом ниже и заперлись, надеясь задушить врагов дымом. Но они не учли открытые окна, через которые уходила наружу большая часть дыма. Впрочем, этот дым им всё же помогал, так как егерям было плохо видно, куда стрелять и бросать гранаты.
Но желтый "младшефутовский" флаг с шевроном и кинжалом, всё же был сорван с донжона, вместо него были подняты чёрно-бело-красный флаг Империи и чёрный на золоте олень Баратеонов!
Тем временем цепеллин, закончив высадку егерей на донжон, снижаясь двигался, пока не завис над воротной башней, на которую таким же образом высадились Эдрик и его отряд, а цепеллин продолжал поливать огнём из пулемётов стены и внутренний двор замка, заставляя уцелевших солдат Фута прятаться в помещениях.
Впрочем, те быстро опомнились, и осыпали LZ-38 болтами и стрелами. Кто-то пустил горящую стрелу, воткнувшуюся в бок цепеллину, но один из воздухоплавателей поспешно распорол обшивку, другой выпустив из огнетушителя струю пены, сбил начавшее лизать обшивку пламя. LZ-38 взвыв моторами начал быстро набирать высоту, огонь пулемётов с цепеллина прекратился.
Однако, Эдрик и его отряд этого уже не видели, бросившись в башню, где разгорелся яростный бой с её защитниками.
Наблюдать за другими схватками Эдрику было некогда. Сначала на него налетел огромный, рыжий, бородатый, яростно вопящий мужик, с разинутым ртом, полным гнилых зубов, с боевым молотом в правой руке и тесаком в левой. Эдрик, толкнув рукоять тарчем, едва увернулся от сокрушительного удара молота, который ударив в стену выбил из неё щебёнку и искры. Но вот тесаком противник рубанул его со всей дури по плечу. Не будь на Баратеоне доспеха из валирийской стали, он был бы разрублен пополам. Но всё же от боли Эдрик взвыл и чисто на рефлексах рубанул Светом Ночи проклятого громилу, разрубив ему нагрудник и грудную клетку. В глазах громилы Эдрик увидел нечто похожее на удивление и неверие - тот попытался снова поднять молот и что то сказать, но из раззявленного рта с бульканьем хлынула кровь, громила выронил молот, затем тесак, попытался протянуть руки к шее отшатнувшегося Эдрика, споткнулся и рухнул в лужу собственной крови.
- "Чуть ближе - сломал бы кости! - подумал Эдрик, - Или голову расплющил бы! Спасите Семеро!"
Но на размышления не было времени. Вслед за громилой полез какой-то необыкновенно ловкий, быстрый и вёрткий коротышка, работавший двумя короткими парными клинками.
Эдрик никак не мог его достать, а сам уже успел получить несколько ударов. Спасли валирийские доспехи, но пару царапин он всё же заработал. Понимая что если так пойдёт дальше, этот ловкач его загоняет, Эдрик рванулся на коротышку, получив от того два удара - смертельных, если бы не доспехи.
Баратеон был юноша рослый и сильный, пойдя в отца, более лёгкий коротышка не устоял на ногах и рухнул на пол, Эдрик незамедлительно, со всей силы ткнул его Светом Ночи в живот, коротышка, пытавшийся сгруппировавшись откатиться в сторону, со стоном скрючился на полу, выронив клинки и пытаясь удержать руками вываливавшиеся внутренности, Эдрик не теряя времени рубанул его по шее, так что голова откатилась в сторону, а сам Эдрик чуть не упал, поскользнувшись на залитом кровью полу, что было бы весьма некстати, так как в этот момент перед ним появился ещё один противник.
Это был высокий, тощий, жилистый тип, как будто состоявший из одних мускулов-канатов, вооружённый чем то вроде алебарды с клевцом на обухе и пальмообразным навершием, а также выдвигавшимся снизу стальным жалом с острым как игла концом.
На этот раз Баратеону пришлось плохо. Доставшийся ему противник был выше, сильнее и мастерски владел своим оружием, стараясь наносить удары в сочленения доспехов и при этом отводя меч Эдрика мгновенными ударами по плоской поверхности клинка и не давая перерубить свою "алебарду". Только благодаря урокам Гоуэра и рыцаря с Рубежного Холма, Эдрику удавалось кое-как отбиваться, но два "колющих" удара, к счастью проникших неглубоко, один в левое плечо и другое в правую ногу, враг ему нанёс, и продолжал теснить.
Эдрик уже ни за чем не мог следить кроме проклятой "алебарды", отступая, споткнулся о какой-то торчащий камень, и получив сильнейший удар лезвием в грудь, который вышиб из него дух, упал на спину. "Топорник" тут же наступил ногой на его правую руку, державшую Свет Ночи, и занёс "алебарду", чтобы нанести последний удар "жалом"...
- "Это всё?!" - мелькнуло в голове у Эдрика, но тут откуда-то сбоку метнулась тёмная фигура.
Взмах клинком, и голова "топорника", слетев с плеч, покатилась куда-то в темноту, из перерубленной шеи ударил к потолку фонтан крови. Обезглавленный враг стоял ещё пару секунд, а затем рухнул ничком, прямо на Эдрика, продолжая сжимать в руках своё оружие. Тёмная фигура пробежала дальше, и в отблеске горящего факела Эдрик заметил выбивавшиеся из под шлема серебряно-золотистые валирийские волосы...
- "Эйгон!" - Эдрик хотел поблагодарить Юного Грифона, но тот уже скрылся за углом.
Сбросив с себя безголовый труп "топорника", поскальзываясь в луже крови, Эдрик поднялся, подхватив поудобнее Свет Ночи и тарч, и побрёл на поиски новых врагов. Однако, живые враги в башне к этому времени закончились. Несколько Золотых Мечей поспешно крутили ворот-кабестан, поднимая решётку. Другие, так же поспешно поднимали тяжёлый засов, закреплённый с одной стороны просверленным концом на вмурованном в стену штифте а на другом имевшим цепь, наматывавшуюся на лебёдку.
Едва дождавшись подъёма решётки и засова, ещё несколько воинов кинулись к воротам и ухватившись за железные скобы, со всей силы потянули тяжёлые створки... И вот тут началось...
Узнав что враги напали на воротную башню, лорд Филип Фут сразу понял, что если не уничтожить их немедленно, вражеская армия ворвётся в замок и Ночная Песнь падёт. И в донжоне не отсидишься - там наверху уже враги и ничто им не мешает, получив подкрепления, спуститься вниз.
Оставив в донжоне небольшой отряд - стеречь врагов наверху и препятствовать их спуску, Фут с основной частью своих сил бросился к воротной башне, пользуясь тем что поднявшийся цепеллин прекратил огонь, а сидевшие на верхушке донжона егеря не могли стрелять прицельно из-за дыма валившего в окна верхних этажей.
Во время боя в башне отряд Эдрика понёс потери. Несколько Золотых Мечей были убиты и ранены, остальные были заняты воротами, так что отбивать атаку пришлось самому лорду Штормового Предела с его приближёнными а также сиру Риверсу и сержанту Чэйнсу, к которым вскоре присоединились несколько наёмников закончивших возиться с решёткой и засовом.
Но всё же их было слишком мало и солдаты Фута смяли бы их, если бы в этот момент, гауптман Зоммерфельд не разглядел с верхушки донжона в случайный просвет среди дыма, высыпавших во двор замка вражеских солдат, и не приказал егерям бросать вниз гранаты наудачу и стрелять из ручных пулемётов вслепую.
Несмотря на это, часть брошенных гранат и выпущенных пулемётных очередей легли удачно, убив и ранив больше трёх десятков защитников замка, после чего многие солдаты Фута шарахнулись кто куда, под защиту строений. Но самые отчаянные, во главе со своим лордом, упорно рвались к воротам, где кипела свирепая резня...
Позже Эдрик всегда признавал, что и он и его приближённые остались в тот день живы лишь благодаря оружию и доспехам из валирийской стали и только сир Риверс - благодаря виртуозному владению клинком.
Подробности этого боя запомнились смутно. На молодого Баратеона словно нашло какое-то безумие. Он крутился, орал, рубил, колол, бил окованным краем щита, отбивал и получал удары врагов, сам раздавал направо и налево удары Светом Ночи, перерубая вражеские клинки, рукояти топоров, древки копий, прорубая панцири, кольчуги и шлемы, отсекая руки, ноги, головы, получил ещё несколько ран, к счастью, нетяжёлых...
Первую атаку они отбили, тем более что враги в узком воротном проёме сами мешали друг другу. Но почти сразу, на острие новой атаки в их ряды врубился сам Филип Фут, работая двумя мечами - полуторником и кошкодёром. Обоерукий мечник напоминал машину смерти. Вот рухнули убитыми или смертельно ранеными несколько Золотых Мечей, вот правая рука Чэйнса с зажатым в ней мечом, и голова, почти одновременно падают на землю, а следом валится и тело храброго сержанта, и вот уже Филип Фут рубится с сиром Ролландом.
Валирийский доспех обычной сталью не пробить и своим валирийским клинком Бастард из Ночной Песни перерубает кошкодёр, но тут один из солдат Фута со всего размаху бьёт сира Ролланда палицей по правому плечу. Уклониться тот не успевает. Хоть валирийский доспех не пробит и даже не помят, но такой удар непременно отсушит руку, что и происходит - вроде бы лёгкий, без замаха, второй удар палицы выбивает из руки валирийский меч. Сир Ролланд, оттолкнув своим треугольным шитом Фута, левой рукой со всей силы вгоняет нижний острый край щита в лицо футовского солдата с палицей, который, захлебнувшись диким воплем, падает, забрызгав землю кровью и мозгами.
- Умри, бастард! - Фут с торжествующей усмешкой замахивается полуторником, но в этот момент раздаются громкие щелчки, как будто пастух щёлкает кнутом. И с каждым щелчком Фута словно отбрасывает, а в его доспехе, на груди, появляются небольшие дырки, в которые льётся кровь...
Один, два, три, пять, семь...Восьмой щелчок со звоном выбивает из правой руки первого и теперь уже явно последнего лорда младшей ветви Футов полуторник...Эдрик опускает "парабеллум" - подарок гауптмана Зоммерфельда, который презентовал его ещё в Пентосе с несколькими коробками патронов, включая одну особую("Пули с стальным сердечником, спецзаказ, любой доспех навылет! Кроме валирийского, конечно...").
Стрелок из Баратеона весьма неважный (по причине неопытности), но с такого расстояния и по крупной цели, тяжело промахнуться(понятно, кроме последнего выстрела, это уже чистое везение - вообще-то, Эдрик целился в руку).
Фут неверящим взглядом смотрит на Эдрика, проводит правой рукой по дыркам на доспехе и подняв её, разглядывает кровь, покрывшую латную перчатку, делает шаг в сторону сира Ролланда, сжимая в левой руке обломок перерубленного валирийским клинком кошкодёра, но ноги подгибаются и он падает навзничь. В Это время, в распахнутые наконец ворота, врывается сир Франклин Флауэрс с Золотыми Мечами. Увидев это, уцелевшие солдаты Фута бросают оружие.
Эдрик деревянным шагом приближается к Футу, тот лежит на мостовой во дворе замка, ещё живой, хотя, с первого взгляда было ясно, что это ненадолго.
- Я предупреждал. - хрипло произнёс Эдрик, остановившись над бывшим лордом Ночной Песни.
- Не очень честно, не находите, милорд? - с трудом выговорил Фут.
- Это война а не турнир. - каким-то чужим голосом ответил лорд Штормового Предела, - Рубить мечом безоружного противника - тоже не очень-то по рыцарски.
- Долбаная война! Долбаная магия! - усмехнулся Фут, - Может исполните последнюю просьбу, милорд?
Эдрик вопросительно взглянул.
- Если доведётся, сообщите моим родичам, - было видно что последние силы уже оставляют Фута, - С младшей ветвью ни грамкина не вышло, но Филип Фут умер достойно, не опозорив род...
- Передам. - кивнул Эдрик, и помолчав, добавил:
- Если встречу... - но последних слов, потерявший сознание Филип Фут уже не услышал...
- Отходит. - произнёс подошедший сир Риверс в изрубленных доспехах. Кроме него, из Золотых Мечей их отряда уцелели только четверо - двое тяжелораненых во время боя в башне и двое открывавших ворота, - И как продержался столько? Силён был рубака!
- Надо его достойно похоронить. - сказал Эдрик.
- А как же его слова про королеву? - спросил Гоуэр, прихромавший опираясь на сира Орнера Блэкберри.
- За них он уже заплатил. - ответил Баратеон, - Дважды за одно не наказывают.
- Похороним, даю слово. - пообещал подошедший сир Ролланд, - Он и правда был сильным врагом. Если бы не вы, милорд...Уже трижды я у вас в долгу! Смогу ли когда-нибудь расплатиться?
- Живите подольше, лорд Карон, - устало произнёс Эдрик, - Возможно расплатитесь.
- Милорд, но я пока не лорд и не Карон! - возразил Бастард из Ночной Песни.
- Теперь - и то и другое. - твёрдо заявил Баратеон, - Я, Эдрик из дома Баратеонов, лорд Штормового Предела, объявлю всем, что отныне сира Ролланда Шторма, Бастарда из Ночной Песни больше нет! Есть лорд Ролланд Карон, из дома Каронов, владетель Ночной Песни со всеми землями и доходами! Да будут мои боевые товарищи свидетелями. Сегодня же попрошу генерала Людендорфа связаться по радио с кайзером и передать мою просьбу королеве - утвердить моё решение.
- Милорд, - вставил лорд Ролланд, - я должен принести вам клятву верности как настоящий лорд Ночной Песни.
- Не стоит, лорд Ролланд. - покачал головой Эдрик, - Вы уже клялись мне, и слово у вас одно.
Эдрик поискал глазами Эйгона.
- Сир Эйгон, прошу, подойдите. - когда Юный Грифон приблизился, Эдрик продолжил:
- Вы считали что не заслужили валирийский доспех и клинок? Теперь я брошу перчатку каждому, кто вздумает это сказать. Я обязан вам жизнью. И если после этой войны вы захотите осесть в Штормовых Землях, я приму вас как кровного родича. И ещё - вы достойны ваших предков.
Неожиданно смутившийся и покрасневший Эйгон поклонился и отошёл.
В этот момент со стороны ворот послышался громкий крик:
- Держите меня Семеро! - кричал входящий в замок лорд Эндрю, - Да куда ж вы смотрите, Иные вас забери?! Ваш лорд весь в крови, с головы до ног, а всем наплевать, как будто так и надо!
- Успокойтесь, дядя. - улыбнулся Эдрик, - Это не моя кровь...по большей части...
- По большей части? - воскликнул лорд Эндрю, - А меньшая?! Да помогите же усадить милорда Эдрика, снять с него доспехи и осмотреть его раны!
Эдрика усадили на отыскавшуюся поблизости бочку, лорд Тристон Бордерхилл и лорд Эндрю Эстермонт стали снимать с него доспехи, сир Орнер Блэкберри мокрой тряпкой стирал кровь а подоспевший немецкий санитар осматривал, обрабатывал и перевязывал раны.
- Что это Левиса нигде не видно? - спросил Эдрик, - Не случилось ли чего?
- А что с ним случится, милорд? - пожал плечами Орнер, - В башне отлёживается. Его палицей по башке отоварили. Были бы мозги - могли бы вылететь. А так - к вечеру встанет...
- Надо его в немецкий госпиталь отправить! - распорядился Эдрик - С головой не шутят! Да, чуть не забыл, немедленно отправить ворона в Дорн, в Каменную Гробницу, с сообщением лорду Андерсу Айронвуду о взятии Ночной Песни - пусть выступает! Ещё одного, в Штормовой Предел. Чтоб оттуда отослали воронов ко всем лордам Штормовых Земель, с известием о победе и о том что Марки подчинились лорду Штормового Предела.
- Сванны ещё не подчинились, милорд. - заметил сир Алин.
- Теперь они уже никуда не денутся! - усмехнулся Эдрик...
...- Himmelgott! Вот ведь скоты! - послышался со стороны ворот знакомый голос, и во двор вошёл разъярённый капитан-лейтенант фон Герзау.
- Что с вами, сир Руперт? - поинтересовался Эдрик, - Отчего вы в такой ярости?
- У меня есть на то причины, герр Баратеон! - ответил командир цепеллина, - Эти средневековые уроды издырявили стрелами и болтами всю оболочку, пробили три баллонета, в экипаже двое ранены, к счастью легко, и главное - чуть не сожгли моего красавца! Пришлось садиться на вынужденную перед замком - хорошо ещё там поле большое! Нет, больше я так низко над замками не летаю!
- Так что - цепеллин починят? - спросил вышедший перед этим из донжона с егерями гауптман Зоммерфельд.
- А куда он денется! - махнул рукой фон Герзау, - Подлатаем оболочку и баллонеты, подкачаем газ - будет как новенький!
- Между прочим, meine herren, - к собеседникам подъехал на белом коне генерал Людендорф, - у меня для вас есть новость. Полагаю, что вы, милорд Баратеон, вы, гауптман фон Зоммерфельд, - (Эдрик про себя отметил, что генерал впервые назвал его милордом а к фамилии гауптмана прибавил "фон"), - и вы, капитан-лейтенант фон Герзау, сегодня вписали свои имена в историю, создав новый способ ведения войны - воздушный десант. Luftlandung!...
Примечания:
Уважаемые читатели, миль пардон за задержку. Из-за семейных обстоятельств не смог выложить проду раньше. Зато написал немало! Глава-монстр! Приятного чтения.
