City of Trees

— Подожди, ты больше не хочешь, чтобы я был твоим парнем?       Чонгук сделал глубокий вдох, подув на чай, чтобы тот остывал в Чиминовой кружке с совой, которой словно щитом прикрывал своё лицо: — Ага. — Ох, хорошо. Я всё время переживал из-за этого во время перерыва, потому что собирался сказать тебе, что нам стоит оставаться друзьями с привилегиями, понимаешь? Чонгук ожидал этого, но его сердце всё равно оборвалось: — Я догадался, да. — Ты всё ещё будешь «за» перепих или нет? Чонгук вздохнул от разочарования: — Так вот что тебя волнует? — Само собой разумеется, что мы всё равно будем друзьями, мне просто интересно, нормально ли, если я буду флиртовать с тобой и пытаться подцепить тебя в баре. — Да, всё в порядке с этим. Я просто… могу не отвечать взаимностью, потому что… причины. — Я сделал что-то не так? Прости меня. — Чимин внезапно стал походить на встревоженного щеночка: его припухшие глаза широко раскрылись, а губы надулись. — Нет, нет. Не то чтобы ты сделал что-то, кроме того, что из тебя просто не вышел хороший бойфренд. — Не вышел? — Ты постоянно флиртуешь с другими людьми. Ты решил для себя, что не хочешь быть моим парнем. Не заставляй меня скорбеть по этому поводу. И когда я говорю, что дело во мне, а не в тебе, тут нет второго дна. Дело в Тэхёне. — Ох, ебать, ты же не пытаешься до сих пор зазвать его на свидание, да ведь? — Почему я должен пытаться? Он никогда не пойдёт со мной. Ты должно быть видишь, как он отдаляется, когда я становлюсь ласковым, и как он внимателен. Это больно. Я так сильно хочу его. Я просто не хочу встречаться с кем-либо ещё, пока по-прежнему зациклен так сильно. Не знаю. Возможно, я свыкнусь с этим. Я стараюсь довольствоваться тем, что у нас есть. — Мне стоит перестать трахаться с ним? — Нет, делай, что хочешь, — сказал Чонгук, и внутри всё сжалось. — Последнее, чем мне нужно заниматься — ограничивать тех, с кем он тусуется. Я не ревнивый мудак. Или, по крайней мере, стараюсь им не быть. — Ты собираешься сказать ему, что хочешь встречаться с ним? — Нет. Он сбежит. — Это правда. Чонгук вздохнул: — Я просто собираюсь жить с этим. — Он немного развернулся на бок на диване и прохрипел, — как же отстойно, — в подушку. Чимин осмотрительно забрал чай из его руки, чтобы парень не опрокинул его на диванные подушки. — Ты сегодня работаешь? — Неа. — Давай спустимся к «Coffee Fox» без Тэхёна и посмотрим, какие шалости сможем натворить.       Всю дорогу Чимин поддерживал непрерывный поток отвлекающих разговоров, и, когда они вошли, менеджер подозвал его и сказал: — У нас есть вакансия, если ты её хочешь. — Правда? Чудесно! Замечательно! Когда я могу начать? — Приходи завтра, когда сможешь, и мы разберёмся с твоими документами. — Крутая херня, — произнёс Чимин, когда он подошёл и присел, ухмыляясь. — Я могу бросить ебучую «Bee Company»! Я могу завтра же написать своё грёбаное заявление об увольнении за две недели! Не говори Тэхёну.