Хождение к дальним берегам

Теодор выходил на своем корабле из порта города с очень дорогим багажом в трюме. Его команда была предупреждена об опасности. Всем строго приказано держаться подальше от железной клети и ни в коем случае не приближаться к волку. Кормить его будут специально нанятые люди, которые так же станут следить за его поведением и периодически вкалывать успокоительное зелье. Интерес команды к оборотню возрос до критической точки, и Рэйкен был вынужден пригрозить расстрелом в случае непослушания и неповиновения. Теодору обошлась эта покупка в круглую сумму, поэтому довольно резкие и крайние меры совершенно его не смущали. Наоборот, молодой капитан гордился своим складом твердого характера. Он не приемлет мягкости, сюсюканья и чрезмерной никчемной ласки. Воспитанный строгим отцом, юный Теодор впитал в себя достаточно важные для жизни черты характера, включая чертовское обаяние и непревзойденное соблазнение. Дамочки готовы были упасть к его ногам, и не только особы женского пола. Мужчины, избалованные вниманием дам и успевшие устать от него, порой частенько заглядывались на красавца капитана. Теодора любили, капитана боялись, уважали и терпели все его выходки. Рэйкен же был великолепен в своей должности, умело держал экипаж в руках и был достаточно опытен в делах любви. Как только один из членов его команды углядел накрытую толстой бордовой материей клетку, вносимую на судно, то тут же решился на свой страх и риск узнать, что в ней находится. Высокий крепкий молодой человек, служивший у Рэйкена на корабле штурманом, осторожно приблизился к Теодору. Капитан в это время внимательно наблюдал за погрузкой ценного груза, но боковым зрением все же заметил переминающегося с ноги на ногу парня: — Что ты хотел, Донован? — Капитан Рэйкен, — тут же предстал перед юношей во всей красе штурман, — я просто следил за грузом. Позвольте узнать, что мы будем перевозить? — Это личный груз и довольно дорогой, — Теодор проводил глазами бордовую накидку и только тогда соизволил обратить внимание на подошедшего подчиненного. — И мой приказ: никому постороннему к нему не приближаться. Для этого я нанял людей, специально обученных. Береги свою жизнь и держись подальше от этой клетки! — Как скажете, капитан Рэйкен, — Донован сделал короткий кивок и убежал на свое рабочее место. Через минуты они снялись с якоря и вышли в открытое море.

***

Стайлз медленно поднимался на палубу, чтобы собрать команду для представления ей Лиама. В мыслях он ушел в далекое прошлое, вспоминая о том, каким образом приобрел свой шрам. Это был совершенно нелепый случай, о котором Стилински предпочитает не говорить ни с кем и никогда. Когда началась схватка с контрабандистами, Стайлз и еще один обыкновенный мальчишка, увязавшийся за ними на корабль по причине гонения из-за расового расхождения во взглядах с жителями города, должны были скрыться. Пули не смогли бы убить только оборотней, а поскольку Стилински и тот паренек по имени Мэйсон были людьми, то любой выстрел мог мгновенно сразить их насмерть. Стайлз спрятал Мэйсона в трюме, приказав сидеть тихо и не высовываться, а сам вылез из укрытия. Не мог он остаться в стороне, пока его друзья все же рискуют жизнью. Юноша аккуратно высунулся из трюма и тут же был случайно сбит кем-то из оборотней. Не замечая упавшего квартирмейстера, оборотень мчался навстречу врагу. Стайлз слетел с лестницы и был отброшен к борту корабля. Крики, выстрелы и борьба на смерть смешались в единое целое. Чья-то кровь со стороны брызнула в лицо Стилински, он обтерся и попытался подняться, но был снова сбит с ног. Третья попытка оказалась совсем неудачной. Как только смелый квартирмейстер подобрался к рубке капитана, чтобы достать оттуда один-единственный имевшийся в наличии заряженный пистолет, то тут же отлетел в сторону. Удар был сделан перебравшимся на их судно контрабандистом. Стайлз попробовал встать, но здоровенный мужик пнул его ногой в живот. Квартирмейстер скрючился и почувствовал, что его поднимают сильные руки. Через мгновение он оказался уже у самого края корабля. Перед перепуганными глазами колыхалось взбунтовавшееся темное море. Волны, словно сирены, звали его, приглашая войти в их мир, забраться поглубже и ощутить телом их приятную прохладу. Голова юноши кружилась, в животе все сжалось от удара сапогом. Преступник поднес Стайлза ближе к борту и швырнул вниз. Юноша плюхнулся в воду, но успел заметить веревочную лестницу с этой стороны корабля. Свет постепенно угасал в глазах парня, где-то далеко над головой, сквозь толщу морской соленой воды тускло светило солнце. Стайлз опомнился и взял себя в руки. Сосредоточившись, он через силу вынырнул на поверхность и подплыл к канату. Квартирмейстер ухватился руками за веревки и стал подниматься наверх. В животе все крутило, но Стилински упорно и с силой перебирал руками канаты лестницы. Как только он взялся за борт судна, перелез на палубу и подумал, что все самое страшное позади, то моментально получил удар по голове. Юноша начал падать и зацепился за торчащий железный крюк, который и оставил вечный уродливый след на его теле. С тех пор шрам постоянно напоминал ему о неудачном сражении.

***

Данбар поднялся на палубу последним, как и шел. На него было обращено множество любопытных взоров. Кто-то глядел с опаской, кто-то — заинтересованно, а кто-то — с великой осторожностью. Запах оборотня остро чуял каждый точно такой же перевертыш. И как только команда полностью собралась на палубе, Скотт вышел вперед и вывел за собой испуганного Данбара. Стайлз снова скрестил руки на груди и находился на ступени чуть выше остальных. Его взгляд должен был улавливать всех присутствующих, чтобы, как всегда, вовремя предупредить недопонимание и непослушание. Он надменно, свысока осмотрел команду и принялся слушать речь МакКолла. Капитан представил всем юного беглеца, бегло рассказав его историю. Кое-кто даже приветственно присвистнул. Скотт попросил познакомиться с новеньким и к вечеру принять решение: оставить Лиама на борту или снять на берег при первой же остановке. «Wolf» бороздил море, рассекая воду и создавая волны. Над оборотнями светило яркое жгучее солнце, многие члены команды работали обнаженными до пояса. На головах виднелись банданы или кепки. Собранность и усердие создавали плавный и дружный ритм работы. Лиам постоянно держался рядом с капитаном, стараясь уловить каждое его слово. Скотт знакомил оборотня с парнями, среди которых, к великому удивлению Данбара, находилась одна девушка. Малия завязала волосы в хвост и убрала под косынку, ее хрупкое тело было скрыто под широкой рубашкой, и поэтому Лиам не сразу распознал в ней истинную девицу. Скотт понимающе улыбнулся и объяснил Данбару, что эта девушка, несмотря на то, что так стройна, даст жару любому, кто обидит хотя бы одного члена команды. Когда МакКолл подвел юношу к чернокожему смущенному пареньку, Лиам не ощутил знакомый запах. Капитан уловил настороженность оборотня: — Да, Лиам, это и есть наш второй обычный человек на борту, помимо квартирмейстера. Мэйсон сбежал от несправедливости и бороздит моря с нами, как наш друг. Данбар понял, что МакКолл лелеет надежду на спасение своих подчиненных. Скотт относился к оборотням, словно к своим детям, жалел, настраивал на лучшее и вселял надежду. Стайлза же, наоборот, побаивались, но уважали. К вечеру, когда солнце окрасило небо в розовый предзакатный цвет и затерялось среди пористых облаков, Стилински вновь собрал команду. Им предстояло принять важное решение, что и сделали все члены корабля. Молодой оборотень понравился всем, без исключения. Он единогласным решением останется на борту, пока сам не захочет покинуть команду. Пока волки рассыпались в приветственных рукопожатиях, Лиам учуял новый, не встречающийся до этого запах. Данбар принюхался и повернулся в ту сторону, откуда и исходил странный приятный аромат. Необычное сочетание опасности и смерти балансировало на грани запахов цветов и трав. Юноша всматривался вперед, выглядывая из-за голов других оборотней. Он был невысокого роста, и поэтому не мог сразу рассмотреть приближающуюся к нему девушку. Ее рыжий, а при свете солнца медный, цвет распущенных волос привлек внимание парня. Развевающиеся на ветру локоны окутывали лицо, пряча собой глаза. Короткое ярко синее платье, еле скрывающее собой бедра, черные туфли на танкетке и довольно странное поведение ввели удивленного Лиама в некий транс. Среди толпы пошел благоговейный шепот. «Это Лидия. Лидия вышла на палубу. Что-то произойдет.» Данбар стоял, как вкопанный. Команда расступилась, образуя некий коридор. Девушка подошла вплотную именно к новичку, легко убрала волосы со своего лица, мешающие осмотреть оборотня, затем поднесла тонкую руку к его порозовевшей от легкого загара щеке и замерла, уставившись будто сквозь Лиама. Вся команда затихла. Замерла в предчувствии неизвестного. Только были слышны звуки неутихающих игривых волн и далекие крики дельфинов, сопровождающих корабль уже несколько миль. Спустя пару минут Лидия снова пришла в себя и произнесла тихим голосом, все так же не отводя взгляда от парня: — Он не последний, кто присоединится к нам.