Я не стану тебя посвящать

      После пережитого, Свитсу определенно требовался отдых. Доктор Бреннан со своими коллегами каким-то образом выяснила, что ему было введено наркотическое вещество, хотя изначально, когда его вдоль и поперек проверяли, анализы этого не показали. Было ясно, что их коллективный разум в очередной раз взял верх. Он в это верил, поскольку обычно так и было.       С одной стороны, это, конечно круто, что его репутация всё же не была запятнана зоной, но с другой. Ему снова (а это он совершенно точно знал), придётся столкнуться с Пелантом. Свитс стал для него навязчивой идеей (и это Лэнс тоже уже знал). Вопрос оставался лишь в том, что этот псих такого интересного в нём для себя нашёл?!       Отпуск был взят незамедлительно, как и незамедлительно найдена новая квартира. Свитс максимально быстро съехал от своих друзей, к их вящему разочарованию. Но так было нужно. Лэнс не хотел подвергать их опасности. Хватало и того, что он сам постоянно ей подвергался.       Первые несколько дней он усиленно сидел в своем новом жилище, с занавешенными окнами, и не высовывая носа на улицу. Блага цивилизации были весьма удобными — заказать еду можно было не выходя из дома. Он даже компьютером не пользовался, только лежал на диване и щелкал пультом от телевизора, невидяще уставившись в экран. Он никому не сказала адреса, сославшись на то, что, когда окончательно обустроится, сразу пригласит всех на новоселье. Но шло время, а он отказывался подходить к телефону, используя аппарат лишь для заказа еды. Но друзья у него были преданные, и они не прекращали попыток дозвониться. В теории, Энджела могла бы вычислить его местонахождение и, возможно, уже сделала это, но никто к нему не решался наведаться, давая время побыть в тишине и сосредоточенности на себе. Давая ему отдых.       Но, если Энджела могла его вычислить, то уж Пелант и подавно, так что встреча с ним — дело времени. Свитс сменил даже номер телефона перед переездом, оставив контактные данные только Буту и остальным, с кем был ближе всего.       Прошло около двух недель такого затворничества, и Лэнс, наконец, почувствовал облегчение. Просто от того, что его никто не трогал. Его перестало передергивать от всплывавших в памяти картин о трёх убитых девушках, и после них ещё одной… Его отпустили тиски этих воспоминаний только для того, чтобы передать в другие — панике, возникающей при мысли о том, что Пелант снова будет искать встречи с ним, чтобы вновь гнусно надругаться. Всё, что мог сделать Свитс — подготовиться.

***

      Испытываемый им момент триумфа, когда он наблюдал, как психолога выпускают из-под стражи, невозможно было сравнить даже с тем, что доктор Бреннан сдалась, согласившись на его условие. Которое, впрочем, ему, вопреки долгим ожиданиям, не принесло того удовлетворения, которое он предвкушал. В тот момент ему показалось, что судьба сыграла с ним злую шутку, выставляя на первый план мысли не о той, за признанием которой он маниакально охотился много лет, не о том, кто был с ней рядом и пытался засадить Кристофера за решетку, а о слабом, самонадеянном, готовом жертвовать всем ради первых двух (да и многих остальных) своим благополучием. Чёрт возьми, ради всех, но не ради него — Пеланта.       Эта мысль долго не давала ему покоя. Она снедала его днём и ночью, и теперь даже хитроумные расчлененные загадки для доктора Бреннан и её свиты не доставляли ему удовольствия. Ни они, ни месть, ничто, кроме мыслей об обладании вниманием — не страхом, уважением — не лестью, любовью — не притворством, одного единственного человека, от которого теперь этого ждать не приходилось… Всем, любой из положительных эмоций, любой ценой…       Кристофер быстро вычислил новое месторасположение своей жертвы, но не спешил встретиться с ней. Сейчас лишь терпение могло поспособствовать его новой цели. Та черта, которой он, несомненно, обладал, много лет оттачивая и доводя до совершенства. И он дождётся нужного момента, пока он сам не стал жертвой, заложником своих желаний.

***

      Три недели без единого признака Пеланта — что может быть прекрасней, чем приятное ощущение, что жизнь налаживается?!       Лэнс взял телефон в руку и долго вертел его, затем улыбнулся, как не улыбался за последнее время и, набрав номер, приложил аппарат к уху.       — Свитс, боже мой, дружище, как ты? — было ему ответом вместо приветствия.       — Привет, Сили, — агент был готов стерпеть даже обращение по имени, — всё хорошо. Я хотел пригласить…       — Да! Мы все придём! — радостно перебил его Бут, пытаясь параллельно что-то говорить в сторону, по работе.       Свитс улыбнулся той самой своей улыбкой, которая символизировала, что он счастлив. Впервые за последние несколько недель. И он правда это чувствовал (к несчастью для него, кое-кто тоже — будто ему транслировалось, — чувствовал его счастье).       — Куда идти хоть знаете? — хитро поинтересовался Лэнс.       — Да, конечно, — не думая кинул агент, затем последовала короткая заминка. — Нет, откуда. Говори адрес.       Свитс рассмеялся.       — Ладно уж, я знаю, что вы за мной следили.       И психолог продиктовал адрес, ожидая вечером весёлую компанию.

***

      Звонок в дверь оповестил хозяина о том, что гости, наконец, начали прибывать.       Первыми были Энджела и Ходжинс, они принесли с собой целую упаковку холодного пива и несколько пачек чипсов.       — Дружище, — искренне обнял Свитса Джек, — мы так рады, чтобы ты снова к нам вернулся. Ну, если ты понимаешь, о чём я.       После него обниматься потянулась девушка, и Лэнс с каждым прикосновением чувствовал, что возвращается в норму.       — Проходите. Думаю, что скоро подтянутся Бут и Темперанс. Не ожидал, что первыми будете вы.       — Мы скучали больше всех, — уже бросая через плечо, сказал Ходжинс, удаляясь в гостиную с ящиком алкоголя. Энджела неуверенно пожала плечами и последовала вслед за мужем.       А хозяину вечеринки долго скучать не пришлось, поскольку буквально несколько секунд спустя снова раздался звонок, и на этот раз это уже были Темперанс и Бут, которые принесли с собой ещё один ящик с пивом.       — Оо, — радостно протянул Свитс, — сегодня будет прекрасный вечер.       — Ужорная вечеринка, — прокомментировал Джек, показываясь из кухни и здороваясь с вновь пришедшими.       — Ждём кого-то ещё? — поинтересовался Лэнс, поскольку он сам не был в курсе, кого о вечеринке предупредил Бут.       — Я слышала, что мисс Вик собиралась прийти, — ответила за мужа доктор Бреннан. — А также мистер Брей и мистер Найджел-Мюррей, и Кэмилла и мистер Вазири.       — Ничего себе, — Свитс неловко провел ладонью по волосам. — Не ожидал, что…       Он замялся, подбирая слово, но в дверь снова позвонили. Свитс пожал плечами и, оставив гостей ненадолго, открыл дверь и застыл. Перед ним стояла незнакомая, но очень привлекательная блондинка.       — Привет, — она приветливо улыбнулась. — Ты Лэнс?       — Ээ, да, — ответил парень. — А вы? Что-то хотели?       — Я немного задержалась, — начала она, — боялась, что заблужусь, но, всё же с заданием справилась. Меня пригласила Энджела, она когда-то преподавала у меня рисование, и мы с ней поддерживаем отношения. А тут она пригласила меня сюда и… Я не помешаю?       Губы Свитс расплылись в улыбке, а на щеках проявился румянец.       — Конечно, конечно, проходи, — и он посторонился.       — Меня зовут…       — О, Эмили, — перебивая девушку, выкрикнула Энджела, подходя к ним. — Свитс, прости, я взяла на себя ответственность пригласить её. Ну… в общем. Это Эмили.       — Очень приятно. Лэнс, — неотрывно глядя на ангельское создание, почти пролепетал психолог, а девушка снова кокетливо улыбнулась и подмигнула парню.       Энджела же довольно кивнула и оставила их общаться. Вскоре подтянулись и остальные гости. Вечер обещал быть приятным.

***

      Мужчина сидел на лавочке, недалеко от интересующего его дома, и наблюдал за выходящими из подъезда людьми.       Он дождался, пока выйдут и разъедутся все — художница, любитель грязи, все эти бессмысленные интерны доктора Бреннан, сама доктор, её муж, Кэмилла Сароян… Но та незнакомая девушка всё еще находилась в квартире Свитса.       Пелант продолжал ждать, пока не прошёл ещё час, а слабый свет в квартире Лэнса вдруг погас. Ну вот теперь всё, либо эта незнакомка скоро уйдет, либо… Либо ему придется подняться и помочь ей. По возможности, вежливо, но обещать в таком деле он никому ничего бы не стал, даже себе.       Пелант подождал ещё немного и поднялся со своего места, направляясь к подъезду. На третий этаж он поднялся быстро и остановился возле двери, прислушиваясь. В квартире было тихо. С замком мужчина возился от силы минуты три. Он вошёл внутрь и прикрыл за собой дверь. В нос сразу ударил запах спиртного, и гость поморщил нос — он не приемлел в своей жизни алкоголь. Гостиную освещал уличный фонарь, и на глаза попались силуэты множества бутылок, расставленных на журнальном столике и под ним.       «Славная была попойка», — недовольно подумал Пелант и тихо двинулся в сторону, где, предположительно, находилась спальня. Не доходя нескольких шагов, он услышал шум. Точнее… вздох. Блаженный…       Пелант приблизился и, стараясь не скрипнуть дверью, приоткрыл её, заглядывая в образовавшийся проем. Свитс лежал на спине и негромко постанывал, слегка поднимая бедра в такт движению головы девушки. А та действовала на удивление умело, плавно опускаясь и поднимаясь. Действие сопровождалось влажными звуками. Они оба были полностью обнажены, и вид, открывшийся Пеланту, вызвал в нём странное чувство отвращения, и ему захотелось…       Мужчина медленно достал из-за пояса простой охотничий нож и тихо двинулся в сторону парочки. Достигнув кровати, он резким движением схватил девушку за волосы и, оттягивая голову назад, резанул ей по горлу. Она только и успела, что булькнуть, прижимая ладони к ране, а красная жидкость тут же стала заливать всё, что находилось под ней. Кристофер отпустил голову теперь уже мёртвого тела и взглянул на Лэнса, глаза которого, даже в темноте, выражали полный ужас, ненависть, боль…       …Нет. Пелант не может так поступить, пусть даже ему очень хочется. Иначе подозрение опять падет на Лэнса, а второй раз вытаскивать его будет уже сложнее.       Кристофер прикрыл дверь комнаты и, приблизившись к дивану, сел, доставая свой неизменный маленький ноутбук. Каждый звук, каждый влажный шлепок, каждый доносящийся из комнаты стон отдавался в мозгу гостя раздражающим набатом, но он продолжал терпеливо сидеть и заниматься своим делом.       Пелант не сразу понял, что в какой-то момент всё стихло, и он услышал звук босых ног. Он едва успел захлопнуть компьютер, чтобы тот не светился в темноте комнаты, как дверь спальни открылась, и на пороге возник Свитс. Что стало ещё более занимательным — полностью обнажённый. Он остановился в проеме и, устало вздохнув, нетвёрдой походкой направился в сторону кухонной зоны. Кристофер сидел тихо и наблюдал, отмечая приятные изгибы и формы тренированного молодого тела.       Лэнс открыл холодильник и долго всматривался в его полупустые недра.       — Чёрт, — наконец сказал он и шумно захлопнул дверцу. Постояв так ещё какое-то время, и, вероятно что-то обдумывая, он открыл ближайший шкафчик и, достав из него кружку, сделал шаг в сторону раковины. Набрав себе воды, он с наслаждением залпом опустошил её, затем поставил кружку на стол и повернулся к гостиной лицом.       Какое-то мгновение он стоял, казалось, просто наслаждаясь тишиной ночи, но потом вдруг произнес.       — Кто здесь? — язык слегка заплетался и сразу стало понятно, что Лэнсу даже и в голову не могло сейчас прийти, что в его гостиной сидит тот, кого он меньше всего хотел бы сейчас тут встретить. — Кого я не успел проводить?       — Ту, — отозвался Пелант, — что сейчас в твоей комнате.       В ответ ему была тишина, потом Свитс громко прочистил горло.       — Мне сейчас показалось, что ты говоришь голосом Пеланта, — истерически хихикнув, психолог стукнул ладонью по столешнице. — Винс? Не шути так больше.       Кристофер продолжал сидеть на своем месте, его глаза давно привыкли к темноте, и он прекрасно видел сменяющиеся одно другим выражение лица Свитса. Сначала, как только хозяин квартиры увидел одиноко сидящего на диване мужчину, он искренне думал, что это один из гостей, решивший задержаться на ночь. Потом, казалось, на его лице всё еще была надежда на то, что это один из интернов, но, всматриваясь в своего собеседника пристальнее, погасла и она, та, что должна оставаться последней.       Молчание затягивалось, а ночной гость не собирался утруждать себя, раскрывая свою личность, тем самым удостоверяя хозяина квартиры в том, что он был прав в своем предположении.       — Винс?.. — как-то жалобно спросил Свитс, уже не надеясь на то, что на это имя незнакомец (ли?) отзовется. С лёгким, почти слышимым звоном, все надежды его рушились. Лэнс, отшатнувшись назад, уперся ягодицами в край стола и возвёл взор к потолку, будто прося у него защиты. Из его горла вырвался едва слышный вздох отчаяния. Бежать ему было некуда. Некуда и не в таком виде.       Пелант встал со своего места, а Лэнс, казалось, только сильнее вжался в предмет мебели и даже задержал дыхание.       — Мне бы не хотелось, чтобы ты боялся меня, — сказал спокойно Кристофер, развернувшись лицом к психологу, но не двинувшись со своего места.       — А хочешь знать, чего хотелось бы мне? — отрывисто спросил Свитс, и голос его звучал ровно, будто несколько минут назад у него не заплетался язык.       Пелант вопросительно склонил голову, зная, что его жест будет замечен.       — Чтобы ты сдался.       Пелант какое-то время стоял молча, а затем повернул голову в сторону спальни, откуда послышался не то стон, не то вздох. Лэнс дёрнулся в том направлении, и замер метрах в трех от Кристофера, закрывая грудью дверь, со спящей за ней девушкой.       — Ты не тронешь её, — яростным полушепотом сказал он.       — Не трону, — согласился Пелант, наблюдая за тем, как Свитс вроде бы немного расслабился и стал на мгновение выглядеть озадаченно. Гений действительно не собирался убивать девушку, хотя ему этого очень хотелось. Но не здесь, и уж точно не сейчас.       — Тогда… — замялся Лэнс, — что тебе нужно?       — Очень банальный, — начала Пелант, — очень частый, надоедливый вопрос, который ты повторяешь снова и снова.       Кристофер сделал шаг вперёд. Напряжение снова появилось в позе психолога. Впрочем, напряжение — не страх. А гость сделал ещё два шага, пока не сократил расстояние до метра между ними. И отчётливо понял, что смотреть в лицо собеседника становится сложнее…       — Но ты на него так ни разу и не ответил, — сказал Свитс, больше всего на свете мечтая, чтобы этот монстр убрался из его квартиры, а ещё лучше — из жизни, желательно, из своей собственной тоже.       — У меня нет ответа, — подумав, ответил собеседник. — По крайней мере такого, который бы тебя устроил.       Глаза Лэнса расширились, было видно, что он перебирает множество вариантов, которые бы его могли не устроить и, наконец, понял, что ни один, где фигурировал он и Пелант в одном предложении, его бы не порадовал. Разве что «Пелант навсегда исчез из жизни доктора Свитса».       — У меня есть к тебе предложение, — вдруг сказал Кристофер, незаметно сокращая расстояние ещё на несколько сантиметров. Незаметно? Да черта с два, Свитс бы заметил, что расстояние сократилось на метр, даже если бы этот чёртов гений был от него на другом континенте. По крайней мере, ему сейчас так казалось.       — Какое ещё предложение? — недоверчиво поинтересовался Лэнс, отходя к стене и касаясь её спиной. Ему внезапно очень сильно захотелось прикрыться, и он с трудом остановил руки, сжимая ладони в кулаки. Так странно и так неловко ему стало стоять вот так перед своим врагом, полностью обнажённым, таким беззащитным…       — Я… выполню одно твоё желание, в обмен на моё, — сказал гость, будучи точно уверенным в том, что исполнить пожелание психолога будет невероятно просто, потому что…       — Убирайся, — выпалил Свитс.       Пелант улыбнулся.       — Только после того, как я сделаю то, что мне нужно.       Свитс вздрогнул и выпрямился, будто вспомнил, что недавно проглотил лом.       — Только… Один вопрос, — напрягся он. — Никто не умрет?       Кристофер позволил себе несколько секунд молчания, чувствуя, как его жертва, в ожидании, с каждой секундой напрягается всё сильнее.       — Никто, — сказал он и сделал несколько уверенных шагов к Лэнсу, замирая совсем близко. У них была разница в росте, поэтому Пеланту пришлось немного поднять голову, чтобы иметь возможность разглядывать лицо напротив.       Кристофер видел, как бьется жилка на шее Свитса, как он напрягся, вжимаясь в стену. Он почти чувствовал, как сильно бьётся его сердце. Пелант поднял руку и услышал, как Лэнс задержал дыхание. Он медленно провёл пальцем по выделяющейся ключице парня от внешней её части к внутренней, утонув подушечкой в ложбинке между двумя выпирающими, почти симметричными косточками. Затем, продолжая следить глазами за движением своей руки, ногтем повел вверх по горлу и, достигнув подбородка, замер, обратив внимание, как плотно сжаты губы. Он видел, как затрясло Свитса, то ли страха, то ли от… Какого-нибудь другого чувства. Пелант предпочёл думать, что приятного, но глаза Лэнса выражали лишь отвращение и какую-то затаённую обреченность. Эта эмоция больно хлестанула мужчину в самое сердце, и он отшатнулся назад.       Захотелось перерезать эту бьющуюся жилку, в одно мгновение прекращая жизнь упрямого человека, но, стоило только подумать о том, что его больше не будет существовать, как становилось ещё горше. Пелант уже возненавидел себя за эту слабость. Слабость, которую он никогда ранее не испытывал.       И тут он понял, что попал в тупик. Беспросветный.       Мужчина тяжело вздохнул и спешно вернулся к дивану. Взяв свою сумку, он молча покинул квартиру психолога.       Свитс стоял на прежнем месте, ошарашенно глядя ему вслед. Пелант ничего не сделал плохого, просто ушёл. Кажется, он даже выглядел расстроенным. Определенно, эта встреча вызвала у Лэнса много вопросов. Хотя… кое-какие проблески понимания он всё же обнаружил, но поверить в эти предположения оказалось крайне сложно.