Там, где правит тьма

      Я проснулся от того, что Дик тряс экзоскелет. Судя по всему, я заснул, находясь внутри.       — Не шуми. Просто нажми кнопку на шее слева, — щелчок. — А теперь справа, — командовал я.       Шлем, лишённый гидроусиления, медленно съехал назад. Вслед за ним, словно калитка, открылась броневая пластина нагрудника. За ней, только в противоположную сторону, откинулась погнутая гидравлика. Вытащив руки и ноги, я сел в проёме нагрудника и потянулся. Головная боль отступила — я чувствовал себя на удивление легко.       — Чертовски плохо выглядишь, дружище, — озабоченно пробормотал Диксон, разглядывая моё лицо. — Тебе бы к врачу обратиться…       — Всё в порядке, — мрачно сказал я. — Не умру.       Иронично…       — Ну, как знаешь. Вообще-то мы уже приехали. Давай выгружать эту штуку. — Он помог мне встать.       — Конечно, — поднять экзоскелет мы не могли и втроём, но довольно успешно толкали его.       Думать. Думать… Шёпот явно является плодом воображения. Попыткой организма придать форму той силе, что на него воздействует. Эта сила вызывает нечто наподобие мутации, значительно увеличивая реакцию и физическую силу, взамен практически уничтожая сознание и умственный потенциал. Если предположить, что это излучение, сродни радиационному, то экранированный экзоскелет действительно способен от него защитить. В любом случае, это нужно проверить на практике, а значит, нужно как можно скорее найти батареи. Да. Продать сапфир и купить батареи. Этим и займёмся.       Кое-как мы выгрузили экзоскелет наружу и прислонили его к стене. Я оглянулся — и моим глазам предстало невероятное зрелище.       Передо мной раскинулось огромное ущелье, уходившее на неизвестную глубину. В нескольких километрах сверху протянулась тонкая полоска неба, проглядывавшая между стен ущелья. На одном уровне со мной виднелся большой выступ, выдающийся в ущелье почти на половину его ширины. На нём был выстроен большой и извилистый город, ярус за ярусом спускавшийся от стены к обрыву.       Утёс.       — Красиво, правда? — ко мне подошёл Нельсон, уперев руки в бока. — Уже пятнадцать лет вожу сюда грузы и не перестаю удивляться красоте этого места.       — Действительно, чудесное зрелище.       — Как вы и просили, я дал вам выгрузить вашу железку.       — Дик останется с ней.       — Разумная предосторожность, — пробормотал караванщик.       — Дик! — окрикнул я друга. — Достань Браунинг. На нём есть штатив снизу. Установи его у выхода на случай, если кто-то попытается стащить костюм.       — Будет сделано, генерал! — шутливо крикнул он из кузова грузовика. — Я остаюсь?       — Да. Будь осторожнее.       — Не переживай за меня, я справлюсь, — Диксон вытащил из грузовика Браунинг и с трудом потащил его к удобному месту.       Затем вернулся обратно за ящиком с патронами.       — Всё? — спросил меня Нельсон.       — Да, можем отправляться.       Мы погрузились обратно в грузовик и поехали дальше. Выехав из тоннеля, караван завернул на небольшую тропу, идущую вдоль обрыва, и на минимальной скорости направился к Утёсу. В нескольких сантиметрах от колёс грузовика зиял провал. Регина с опаской глядела за борт, вздрагивая каждый раз, когда машину трясло на неровностях. Я же продолжал смотреть на уменьшающуюся фигурку человека с пулемётом. Всё ли будет в порядке? Меня тревожили смутные мысли. Всё-таки Диксон был моим единственным настоящим другом, и я меньше всего хотел подвергать его лишнему риску, однако другого выхода из этой ситуации не было. Светить экзоскелетом посреди города — сродни самоубийству, а оставить на страже Регину, единственного члена отряда, знавшего город, было бы глупо.       Мне было страшно. Беспокойство за Дика наложилось на тяжесть от осознания скорой смерти, удвоив силу, сжимавшую меня изнутри ледяной хваткой. Руки тряслись. Даже моего самообладания сейчас не хватало. Я становился параноиком. Медленно, но верно.       — Успокойся, — Регина взяла меня за плечо. — Он сильный малый, да и у него пулемёт. В Подземке предпочитают мелкокалиберное оружие. Оно компактное, лёгкое и не такое громкое. Но что точность, что дальнобойность у таких экземпляров просто ужасны. Тоннель прямой и неплохо освещённый стараниями караванщиков, постоянно ставящих в нём лампы. У Дика с этим пулемётом огромное преимущество. Лучше погляди: мы приехали!       Утёс был очень необычным местом. Несмотря на то что в километрах над ним было небо, его света не хватало, чтобы хоть сколько-то осветить город. Но это и не требовалось. В мраке пещер, Утёс сверкал, словно новогодняя ёлка. Тысячи фонарей и прожекторов освещали узкие и извилистые улочки города. Освещали ржавый металл зданий, потрескавшуюся кирпичную кладку, остовы машин и прочие самодельные материалы, из которых местные жители строили свои дома. В целом создавалась завораживающая картина. Мрачная и прекрасная одновременно. Вся прелесть постапокалипсиса в одном месте. Настоящий шедевр.       Грузовик остановился у входа в город. Здесь располагалась зона разгрузки караванов. Тут же виднелись и склады.       Окончательно попрощавшись с Нельсоном, мы вошли в город через небольшой вход и попали в лабиринт переулков и небольших улиц. Всего за каких-то пару минут я увидел больше людей, чем за всю жизнь. Они были повсюду. Толкались на улицах, выглядывали с балконов или прилавков, сидели на ящиках и оградах. Я лишь ошалело оглядывался по сторонам, поражаясь такой оживлённости.       — Нам сюда, — окликнула меня Регина после пятнадцати минут путешествия по Утёсу.       Она указывала на старый автобус, стоявший у края улицы. Колёс не было, все окна заколочены. Из входа приветливо лился мягкий жёлтый свет. Над дверью болталась вывеска с изображением алмаза.       Мы вошли. Все кресла были сняты. Вдоль стен располагались прилавки с разными ювелирными изделиями местных умельцев. В дальнем конце виднелся прилавок, за которым сидел средних лет мужчина с забавной лысиной.       — Регина? Ты, что ли?       — Давно не виделись, — ответила она. — Можешь взглянуть на это?       Регина достала из сумки свёрток с моим сапфиром и протянула его оценщику.       — Давай посмотрим.       Он достал кристалл из свёртка и присвистнул:       — Давно я таких не видал. Настоящий красавец.       — Возьмёшь?       — Думаю, я смогу присмотреть ему хозяина.       — Сколько?       Почесав голову, оценщик сказал:       — Шесть тысяч.       Теперь настала моя очередь удивляться. Из того, что я понял, это очень большая сумма. Ещё больше я удивился, увидев недовольное лицо Регины:       — Да тут никак не меньше десяти будет! Кого ты обмануть пытаешься?       — Шесть и точка.       — Думаю, Кертис заплатит куда больше. Пожалуй, пойду к нему.       — Ладно, ладно. Дам семь.       — Восемь, — настояла Регина.       — Семь пятьсот, — отрезал оценщик.       — Ладно, как скажешь.       Мужчина передал ей мешочек, набитый разноцветными монетами разного номинала. Пересчитав их, Регина кивнула и поманила меня за собой к выходу.       — Теперь мы богаты, — ухмыльнулась она. — Не говори об этом здесь, и вообще старайся не привлекать внимания. Тут водится много любителей лёгких денег. Теперь идём к магазину техники. Если повезёт, найдём там батареи.       — А если нет?       — Будем искать дальше. Тут полно разных лавочек с барахлом и деталями. Где-то да найдутся. Это ведь универсальные батареи, они используются почти в любых старых военных механизмах.       Конечно же, в лавочке батарей не оказалось. Мы начали бродить по бесконечным рынкам в поисках батареи. Внезапно где-то вдали раздался отчётливый стук, перекрывающий шум рыночной площади. Люди замерли, осматриваясь по сторонам.       — Что это? — спросил кто-то.       Когда живёшь глубоко в ущелье, любые посторонние звуки могут быть признаком опасности. Люди начали нервно бродить из стороны в сторону, пытаясь выяснить источник шума.       И только мы с Региной знали, что это. Так стрелял Браунинг М2. Дик был в опасности.       — Нужно возвращаться! — крикнул я.       — Нет. Я ведь говорила тебе про оружие. Разве ты слышишь ответную стрельбу? Думаю, он справится. Сейчас нужно поспешить и найти аккумулятор к экзоскелету.       При этих словах нас окликнул какой-то высокий и полноватый мужчина за соседним прилавком:       — Эй, вам аккумулятор нужен? У меня есть один.       — Мы покупаем, — тут же выпалил я.       — За тысячу отдам.       В этот раз Регина не торговалась. То ли цена была приемлемой, то ли спешила на помощь Диксону.       Она отсыпала пригоршню монет торговцу, и тот вытащил из-под прилавка большую металлическую пластину. В её нижней части виднелся разъём, подходящий к креплениям в экзоскелете. В толщину она была около десяти сантиметров. В длину — примерно по пятьдесят в обе стороны. Довольно тяжёлая.       Кое-как затолкав её ко мне в рюкзак, мы побежали назад. Учитывая расстояние, бежать нам надо было около пятнадцати минут. Выбравшись из города, мы помчались к выступу, ведущему вдоль стены к тоннелю. Звуки одиночных выстрелов и редких очередей всё ещё звучали, но теперь к ним присоединились куда более тихие хлопки, издаваемые мелкокалиберными пистолет-пулемётами при стрельбе.       Как и говорила Регина, Дик был цел. Пули свистели вокруг его укрытия, но попасть в лежащего стрелка было сложно, особенно учитывая, что Браунинг загораживал и без того едва заметную голову. Подбежав к нему, я упал за укрытие и похлопал его по плечу:       — Ты не ранен?!       — Порядок!       — Кто это? — я попытался выглянуть, но успел заметить лишь смутные силуэты вдали.       — Без понятия. Пытались стащить костюм, а когда я открыл огонь, отступили вглубь.       — Сможешь меня прикрыть? Я попробую прорваться, — заорал я, пытаясь перекричать грохот Браунинга.       — Попробую!       Диксон начал стрелять интенсивнее, не давая таинственным врагам высунуться.       Бросив рюкзак, я достал из него батарею, и, прижимая её к себе, рванулся вперёд что было сил. На удивление, я передвигался куда быстрее чем обычно, да и сил уходило меньше. Дыхание не сбивалось, одышки не было.       С лёгкостью добежав до приваленного к стене экзоскелета, я заглянул ему за спину и кое-как вытащил оттуда старую батарею. По броне забарабанили пули. Под этот оглушительный звон я с большим трудом затолкал новую батарею в нужный разъём. Раздался отчётливый щелчок. Лампочка состояния загорелась зелёным.       Продолжая прятаться за экзоскелетом, я махнул Дику, и он во второй раз принялся поливать коридор свинцом. Одновременно с этим я нажал на обе кнопки по бокам шеи и, не дожидаясь срабатывания системы, вручную открыл грудной отсек.       Уже когда я почти забрался вовнутрь, одна из пуль таки задела мою левую руку. Жгучая боль пронзила плечо, я вскрикнул.       Терпя боль, я всё-таки засунул руку в рукав. Экзоскелет закрылся. По лицу стекали капельки пота. По плечу — липкая и тёплая кровь. Необходимо закончить всё побыстрее и сделать перевязку.       Встав, я тут же ощутил долгожданную лёгкость движений. На приборной панели весело мигала цифра «100».       Подобрав брошенную винтовку, я развернулся к нападавшим. Пули барабанили по нагруднику и шлему, отскакивая со смешным звоном. Экран в точности передавал изображение, транслируемое наружными камерами. Подняв винтовку, я с трудом затолкал металлический палец в отверстие спусковой скобы, навёл прицел на ближайшего из нападавших и нажал курок. Переключённая на одиночную стрельбу, винтовка сердито рявкнула и выплюнула один выстрел. Человек вскрикнул и упал на землю, начав судорожно кататься по ней, держась за живот.       Только тут до меня дошло, что я сделал. Я выстрелил в человека. Одно дело тоннельщики, они чудовища. Но это — живой человек. Такой же, как и я.       К чёрту. Отставить человечность. Если подставлюсь, они убьют меня — и глазом не поведут. Я должен быть таким же. Хладнокровным и решительным. Как всегда.       Проглотив жалость, я выстрелил ещё раз. Человека рвануло в сторону от удара, вверх взмыл фонтанчик крови, после чего он перестал двигаться. Выстрелив ещё несколько раз в ближайшего из нападавших, я убил и его. Остальные, не имея укрытий посреди тоннеля, бросились назад. Атаковать их уже не было смысла.       Развернувшись, я побрёл навстречу своим друзьям, уже бежавшим мне на помощь. Когда я рассказал о ранении, Регина помогла мне снять экзоскелет и попросила показать рану. Увидев её, мы оба замерли. Кровь была тёмно-фиолетовой.