Там, где правит тьма

      — Меня зовут Линди, — сказала она немного хриплым, тонким голосом.       Я глубоко вдохнул и прислушался к ощущениям. Как и ожидалось, припадок прошёл. Каким-то образом она его остановила.       — Как ты это сделала? — спросил я.       Линди вновь молчала. Она лишь недоумённо посмотрела на меня, не понимая, о чём речь. Видимо, для неё не было ничего необычного в произошедшем.       Застонав, я всё же принял вертикальное положение и побрёл обратно к скафандру. Не дойдя до него пару метров, я остановился и, обернувшись, спросил:       — Ты пойдёшь со мной?       Линди кивнула без раздумий и встала вслед за мной. Постояв некоторое время, пока я осматривал экзоскелет, она побежала к дальнему углу пещеры и достала оттуда большую сумку. С трудом передвигаясь, она бросила тяжёлую сумку передо мной и показала на неё пальцем.       Внутри оказалось множество бумаг и записей. Папки с документацией и отчёты. Нечто подобное я видел в доме старосты нашей деревни. Видимо, перед нападением глава этого посёлка спрятал свои бумаги вместе с девочкой. А значит, он спрятал их с какой-то целью. В них должно было быть что-то, что он очень хотел передать кому-то. Что-то, что не должно было погибнуть вместе с ним.       — Просмотрим это потом. Сейчас нам лучше уйти отсюда.       Линди кивнула. Я забрался в экзоскелет и опустился на колени, чтобы она смогла залезть ко мне на спину.       После этого я подобрал сумку и повесил её на поясе, рядом с ящиком для патронов. Подобрав пулемёт, я услышал, как Линди постучала по шлему, и пошёл вперед. Теперь приходилось постоянно пригибаться в страхе, что девочка ударится головой. Узкий коридор был ещё труднее для прохождения в обратную сторону.       — Сколько тебе лет?       Небольшая пауза. Затем лёгкие удары по шлему. Тринадцать ударов. Оригинально.       — Ты старше, чем я думал. Ты всю жизнь прожила в этой деревне?       Один удар.       — Это «да?»       Снова удар.       — А «нет» — это два удара?       Снова удар. Потом два. В результате я только запутался. Она ведь могла говорить! В чём проблема теперь?       — Ты ведь говорила тогда!       Тишина в ответ.       — Так ты можешь говорить, или нет?       Два удара. Всё же это «нет». Решив проверить, я таки переспросил:       — Ты не можешь говорить?       В ответ я получил сильный удар по шлему. Такой, что в ушах зазвенело. Видимо, ей тоже надоело.       Вскоре мы таки выбрались в основной коридор, заканчивавшийся затопленной областью.       Снова раскрыв скафандр, я сел в отверстии нагрудника, свесив ноги вниз, и достал сумку. Линди с интересом выглядывала откуда-то сверху.       Большую часть документов составляли финансовые отчёты и списки добытой руды. Нашёлся лист со списком жителей деревни. Я остановился, глядя на ряды имён. Для меня они ничего не означали, но, видимо, для Линди это было больно.       Отложив его, я вытащил из сумки толстую папку без подписи. Внутри была большая пачка листов. Некоторые написаны от руки, другие — старые, печатные. На них карты, планы, схемы и заметки. Очень много.       Я углубился в изучение. Линди некоторое время маячила сверху, затем слезла вниз и начала бродить неподалёку, пиная камни и разглядывая красные стены. Теперь, в полный рост, в освещённом фонарями тоннеле, она действительно выглядела немного старше. Тогда, в пещере, её хрупкость и страх дали несколько ложное представление о её возрасте. Да и вела себя она теперь более уверенно. Удивительно, как быстро дети отходят от потрясений.       Вспомнив, что мне самому около шестнадцати, я усмехнулся и продолжил изучение.       В этих документах было подробно обозначено место, где располагался старый военный бункер. Судя по заметкам, дверь там такая, что даже моему экзоскелету будет не под силу её открыть. Однако это означало, что внутри ещё никто не побывал. Похоже, что владельцу этой сумки попались детальные планы и схемы внутреннего устройства бункера, однако использовать эту информацию он не мог. Вдобавок, если верить его записям, бункер располагался в затопленной части Подземки. Как раз той, к которой вёл этот тоннель.       Если верить набросанной старостой карте, от начала затопления и до бункера не так уж и далеко. Скафандр, конечно же, был рассчитан на некоторое время работы под водой. Могло и получиться.       В бункере могли обнаружиться столь необходимые батареи, а также много разного оружия. Упускать такой шанс было бы глупо.       Судя по записям, бункер по совмещению был ещё и лабораторией по производству высокотехнологичного оружия. Если там действительно осталось что-то ценное, это могло оказаться крайне полезным.       Однако я не смогу забрать с собой под воду Линди. Оставлять её у входа тоже опасно. С одной стороны, из-за неё я не могу отправиться к бункеру. С другой, без неё я бы о нём даже не узнал.       В любом случае, бункер никуда не денется. Вначале следует позаботиться о безопасности девочки. Кто бы мог подумать, что мне так скоро вновь потребуется помощь друзей?       А ведь я их прогнал… и довольно грубо прогнал.       Видимо, выбора нет.       — Линди, забирайся наверх. Нам пора идти.       Она потёрла ладонью живот, намекая, что проголодалась.       Вспомнив, что у меня ещё осталось немного мяса, я полностью выбрался из экзоскелета и достал рюкзак. Видимо, придётся задержаться.       В качестве топлива для костра подошла сумка, в которой были бумаги, а чтобы её разжечь, я использовал бесполезные отчёты и записи, оставив только схемы бункера.       Большую часть мяса я приготовил, чтобы скормить девочке. Себе же оставил немного сырого, которое с момента превращения нравилось мне всё больше.       Линди с удивлением наблюдала, как я ем сырое мясо, однако никак не отреагировала. Даже если она и была напугана, то никак этого не показывала, за что я был очень ей благодарен. Мне и без того было неловко от такого внезапного увлечения сыроедением.       Закончив привал, мы собрались и, в этот раз уже окончательно, отправились в путь.       Я плохо понимал, куда мне следует её отвести и что с ней делать. Конечно, я не собирался оставлять её где-либо. Такая способность была просто необходима, потому я решил держать её при себе. Возможность свободно покидать скафандр могла бы очень выручить в некоторых ситуациях. С другой стороны, мне придётся заботиться о ней и защищать. Противоречиво.       Вскоре рыжие стены начали сменяться обычными, серыми. Мы выходили из зоны железных шахт. Я остановился на перекрёстке. Дорога передо мной вела к Утёсу, а вот неосвещённый коридор справа мог привести куда угодно. Внезапно я услышал доносящиеся из него странные звуки. Непрерывный машинный рёв и дребезжащий скрип стали. Никогда не сталкивался ни с чем подобным.       Однако, похоже, с этим доводилось сталкиваться Линди. Она истерично забарабанила по шлему.       Поняв её посыл, я мигом отпрянул назад и кое-как забрался в щель в стене. Линди испуганно выглядывала у меня из-за плеча. Я слышал, как она устраивалась поудобнее на выдающемся назад выступе для элемента питания скафандра. Мы оба затихли, стараясь не издавать ни звука.       Металлический лязг всё приближался. От него начали дрожать стены. С потолка осыпалась пыль, мелкие камешки подскакивали на гранитном полу, словно танцуя под этот гул.       Звук достиг своей кульминации, и я увидел это.       Оно медленно выползало из-за поворота. Огромная стальная стена. Ржавая и ободранная, присыпанная многолетним слоем пыли. Тучи дыма устремлялись к потолку, оставаясь там чёрным облаком. Оглушительный рёв мотора, от которого закладывало уши.       Машина полностью выбралась на перекресток, и я смог, осторожно выглядывая, осмотреть её.       Огромный ржавый корпус, обвешанный тряпьём. Грязные потёки и вмятины. Кое-где следы от попаданий чего-то крупнокалиберного.       Черные, потрёпанные веками гусеницы.       Катки, явно собранные с разных машин. Некоторые почернели от времени, другие блестят, как новые.       Инструменты, привязанные к корпусу. Портативная буровая установка сзади.       Большая башня с толстой, но короткой пушкой. Курсовой пулемёт, спаренный пулемёт, зенитный пулемёт на крыше. Задраенные люки.       Зловещий оскал багрового черепа, символа рейдеров, нарисованного на борту.       Медленно развернувшись, машина войны направилась в сторону Утёса, задевая стены и потолок. Грохот постепенно удалялся.       Сомнений не было. Это был танк.