Босиком по облакам

Дверь скрипнула, впуская нас. За стулом с высокой спинкой, спиной к нам сидел человек напротив панели управления. Я порадовалась чему-то родному — панель, хоть и выглядела как образец прошлых десятилетий, была мне отдаленно знакома. На ней было множество рычажков, стояло несколько микрофонов, экраны, выводящие с Муши наблюдения записи в режиме реального времени, светились серовато-зеленым светом. Возле двери стояла огромная, ростом с меня, Ден-Ден Муши, которая смотрела на камеры полосатыми глазами. Кио тут же перекрыл большую Муши нашей, маленькой и белой, и не такой страшной, как сиренево-желтая громадина. Человек не обернулся, когда мы вышли и чуть всхрапнул, когда Кио прикрыл за нами дверь. Окончательно его пробудил Хираи, который довольно мягко дотронулся его плеча и вежливо выдал: — Доброе утро, мистер?.. Мистер озадаченно поморгал, но ответил: — Кабаяджи. А кто вы собственно… — начал он, но был прерван другим вежливым голосом. — Мистер Кабаяджи, ничего страшного не происходит. Мы всего лишь захватываем вокзал, и не собираемся причинять вред ни Вам, ни Вашей семье. Мистер Кабаяджи отшатнулся: — Остров п-под защитой Кайдо! — и пискнул, видимо, надеясь произвести эффект, — Кайдо, Царь Зверей, сильнейшее существо в мире! — Мы знаем, мистер Кабаяджи, — я постаралась улыбнуться и, судя по лицу Кабаяджи, у меня получилось не очень плохо, — Увы, как ни печально, отправить вас домой сразу мы не можем, так что можете просто посидеть рядом на стуле. Чай будете? — Учтите, — добавил Хираи, — Наша Семья собирается захватить этот остров и сделать частью своей территории, а так же навести здесь порядок. Ну, так что? Вы, надеюсь, не собираетесь сопротивляться? — Н-нет. Я достала из сумки термос с травяным чаем. — Мистер Кабаяджи, давайте Вы мне поможете, пока братья решают дела? Смотритель отстранено кивнул. Что же, одно дело сделано, а рыться в бумагах я буду не одна. А как себя накрутила! Местный жители, как оказалось, не против переворота. Смотритель попросил называть его Дедом Кобо. Мне Кабаяджи не показался старым, на что тот ответил, что это скорее должность, чем имя. У Деда Кобо была семья, мы не прогадали — жена и два сына, один из которых собирался вступить в какую-то местную школу, а другому на этой неделе исполнилось пять. В кабинете Сэра Имануила, как обозвал неизвестного наместника Кайдо Дед Кобо, была качественная и добротная мебель из, кажется, дуба. Я перерыла все ящики, нашла несколько с потайным дном, перевернула шкафы, поискала рычажки, даже отодвинула одну из картин. От вокзала Импер-Марш отходили две основных ветки — в порт и на остров. По первой увозили рабов, по второй привозили, вплетая между собой сеть из множества городов. Здесь не велась основная торговля с другими островами и не сдавались самому Кайдо — тут была своя маленькая преступная точка, которая немного от его влияния отбилась. Вернее сказать, что отбился сам наместник. Плотно зашторив окна, я включила свет и простучала стены, шкафы и стол ещё пару раз, перепроверила тайники и, оставив разомлевшего деда Кобо на диванчике с ароматным чаем и печеньем с маком, села в кресло с ногами. Документы были написаны странным, меняющимся почерком. Важные вещи писались мелко, а самое главное вообще между строк мелькало. О том, как беспорядочно велись здесь дела, я предпочитала не думать, а разобраться со всем позже, а лучше — скинуть на кого-нибудь другого, кто это дело осилит. Документы были однообразными: расписания поездов, отчеты о прибывающем из разных точек товаре, о неисправности и починке некоторых путей, доклады работников из других точек и полустанков, какие-то сметы, в которых я разбиралась плохо, цветные графики и дела работников. Была найдена толстенная книга — в сейфе, код от которого обнаружился под пушистым ковром, — в которой была полная опись того, кто и что доставлял, что за дела и отчеты рассказывают об этом подробнее, какие и в каком числе приезжали вагоны. Были найдены и документы, в которых фигурировали (или мельком упоминались) искусственные дьявольские фрукты, для краткости и большей секретности записываемые аббревиатурой ИДФ. Оказалось, что в глубине существует школа для подготовки будущих пиратов и воинов. Сын Деда Кобо, скорее всего, намерился поступать именно туда, поскольку я нашла документы о привозе целого ящика брошюр и один образец — там кратко и очень хвалено описывали школу и ее преимущества. Таинственные АНП я встретила несколько раз, но так и не поняла, что это. О АНП говорилось мало, измерялись они либо в штуках, либо в килограммах, отправлялись большими партиями. Самые интересные документы я оставила в одной стороне стола, обычные в другой, а книгу и все поездно-экипировочные — в другой. Дела сотрудников вообще пришлось просмотреть за треть часа. У меня не было временных ограничений, но никто мне ничего не говорил, поэтому мне не терпелось вылезти и разнюхать все самой. Пришлось вызвать по карманной Муши То, на многочисленные вопросы он отвечал односложно, видимо, тоже чем-то занимался. Оказалось, что сопротивляться пытались только сотрудники банков и личные наместники Кайдо, а жители вообще мирно отошли от злых дядей с оружием. То попросил меня дозвониться до Марко и рассказать о документах самой — у них там с поездами проблемы они встретили товарняк полный наркотиков и людей. Вот же!.. Я честно попыталась дозвониться по двум своим Ден-Ден Муши, но и Марко, и связисты с корабля (три штуки) не отвечали. Большая межостровная Муши была заблокирована мной сразу, как только я принялась хозяйствовать в кабинете. Кроме той большой, я нашла маленькую черную Муши-прослушку, несколько видео-Муши и выставила на одном столе, включив черную и слушая помехи. Дед Кобо задремал, и я заботливо укрыла его пледом — ночь была холодная. Когда взошло солнце, я едва дозвонилась до Марко и кратко изложила ему ситуацию с документами, завершив пятиминутный рассказ фразой: — У них тут полный бардак, командир! Указания? — Сиди там, йой, у нас сейчас подавление и сбор всех кайдосиков. Хорошо, что ты сказала про школу, там были координаты? Я продиктовала широту и долготу, после чего Марко попросил меня сидеть на месте и с вокзала не отлучаться — я теперь связист, а Кио и То отправляются по железной дороге на встречу с нашими. — Я запрещаю тебе идти с ними, йой. Мы будем брать заложников, ты, все же, девушка. А неприятности на тебя липнут, рыба-прилипала! Просто помоги нам, ладно? Я чувствовала явную манипуляцию, но не рвалась в бой и решила «перетянуть одеяло»: — Ладно, Марко, если ты так решил. Выйти поесть можно? — Можно. Отбой. Я отложила Муши и со спокойной совестью продолжила разбирать документы и пить найденный в закромах пирата качественный виски. Похмелье и опьянение мне не грозили, а вот желание пить и есть — очень даже. Я наслаждалась вкусом хорошего алкоголя, когда проснулся Дед Кобо. — Вы можете идти домой, — мягко передала я одно из указаний Марко, — У вас есть сегодня и, возможно завтра, как незапланированный выходной. Мы тут разберемся, а Вы идите к Семье. Дед Кобо потянулся, с мягким шуршанием скатился плед, который я хотела тут же забрать, решив, впрочем, дождаться, пока он уйдет. — Как вас зовут, леди? — Меня зовут Чародейка Айс. — Вы — волшебница? — перефразировали меня, — Ведьма? Можете что-нибудь наколдовать? Я пожала плечами и совершила самый простой фокус из всех — превратила чистые листы в бумажных бабочек и цветы, которые поплыли по воздуху к мистеру Кабаяджи: — Увы, это не вечное колдовство, с каждым бранным словом исчезает одно из созданных мной чудес. Забирайте, порадуйте жену. — Спасибо вам большое, Айс. Он помахал и вышел. Я зевнула, и, подобрав плед, закуталась в него и снова засела за документы. От бесконечных цифр, казалось, рябило в глазах. Я зевала. За окном уже давно встало солнце и заглядывало теперь кабинет любопытным желтым глазом. Я крутанулась на стуле от окна к двери и поняла — так больше продолжаться не может. Закрыв кабинет, я спустилась по лестнице на первый этаж. Буфет обнаружился на первом этаже, возле касс. Я взяла из холодильника сэндвич, сделала себе заварной (ненавижу его, просто цельно зернового не нашла) кофе и без зазрения совести могла назвать это завтраком. Пока я занималась поеданием нехитрого завтрака, мимо меня прошёл То, и я тут же окликнула его и закашлялась. — Что-то хотела? — он подошел к нескольким столикам, за одним из которых я и расположилась. — Да, — кивнула я, — Я дозвонилась до Марко, тот кратко отдал приказы и не посвятил меня в подробности. — А от меня ты хочешь именно их добиться? Я мрачно кивнула, складывая руки на груди. То удрученно кивнул и начал: — Ты сама указала нам школу, в которой сейчас прячутся кайдосики. У них там был какой-то сбор, мы их застали врасплох, нам нужно их оттуда достать и взять в заложники, чтобы Кайдо согласился на переговоры с Отцом, Отец ему доступно объяснит, что остров теперь — территория Белоуса, а не Царя Зверей. — Слушай, — задумчиво произнесла, помешивая кофе ложкой, — Зачем вообще о чем-то говорить с Кайдо, и почему нам так легко удалось вот это вот всё? То почесал подбородок, сел напротив, решив, видимо, что докапываться до него я буду очень долго. — Марко все продумал. Мы просто одним движением захватили всю инфраструктуру, кайдосики не смогли ни позвать подмогу, ни сообщить своему любимому Йонко, что они в беде. Поговорить с Кайдо нужно, что бы он больше на этот остров приплывать не смел — и сам, и его соратники. Остров теперь часть территории Отца, флаги скоро развесим, Отца народу представим. А, как по мне, командир молодец. У них, кайдосиков, тут должны быть распиханы взрывающиеся браслеты, на случай, если кто-то решит устроить переполох. Их не много, все управляются из зданий администрации, а мы их друг от друга оттеснили. Кстати, знаешь, кто сопротивлялся больше всего? Я нетерпеливо дернула головой, ощутив, как коса взметнулась и ударила по плечам: — Ну? — Банкиры. Тоже мне новость. С них денег спросят, а мирным что? А мирные вообще не при делах — пришли пираты с оружием, не повоюешь. — Ты не знаешь, когда можно выспаться? — устало спросила я. — Как только будет уверены, что все в полном порядке, — так оно и будет, не сразу, конечно. Я так понимаю, указаний Марко еще долго ждать, а самой звонить нельзя — работой нагрузит, — Половина беды, что расслабляться рано, второй вопрос — где? Ладно, в кабинете, вроде, был диван, но ни один из нас не влезет, — он придирчиво и цепко меня оглядел, — Наверное, кроме тебя, Айс. Все равно не спи, ладно? Кто знает, что командиру понадобится, а тебя нет? — Ладно, поняла, иди, — я допила кофе и со звоном поставила ее на стол, — И я, пожалуй, тоже. С бюрократией я возилась до ужина, а после еще одного перекуса поступило разрешение на сон от Марко. Насколько я поняла То, комдив попросил нас не раскисать, но поспать будет можно. Я, как самая бодрая, осталась бдить, а То и Дрип ощущались где-то внизу. Я вяло перелистывала личные дела, вчитывалась в строчки. Мне казалось, что от такого обилия цифр и букв, все вокруг тоже становится цифро-буквенным. После третьей чашки кофе часы в кабинете отбили полночь, а я решила разбудить То — Дрип разбился с тем поездом, который мы с утра задержали, так что-То был следующим в цепочке. Обоих я нашла в комнате отдыха, в светлом и чистом подвале. Они дремали на двух широких диванах, То дернулся, когда я с излишней осторожностью до него дотронулась. — То… — Айс, чего тебе? — сонно возмутился он, — Дай поспать… — Уже не дам. Я тоже спать хочу. Разбудишь через три часа Дрипа. А сейчас — три шага к двери. Он протер глаза и встал. — Умеешь же ты настроение испортить. — Училась у лучших, — снисходительно фыркнула я, — Не два! Три! Три шага были сделаны, То спать заваливаться снова не собирался, а я рухнула на диван, согретый для меня, и замоталась в плед по самые уши, тут же ныряя в сон. Я летела в молочно-розовом небе, размахивала руками. Вокруг меня летали на стрекозиных крылышках ключи и маленькие зефирки. Потом, когда они устали, мы опустились на радостно-полосатую землю и вместе бродили, собирая с деревьев леденцы и мятные конфетки. Уступили дорогу гномам в расшитых золотом костюмах и фраках, чинно поклонились лесным феям, пробежались по дороге из золотого кирпича, но я проснулась, не успев добежать до замка принцессы. Когда я проснулась, то долго трясла головой — такой бред мне приснился. Казалось бы, принцесс мне хватило на всю жизнь, так нет — во сне тоже какая-то… Зато хотелось есть. Нормально есть, а не как вчера, мне на одном бутерброде не прожить! Поинтересоваться у Дрипа не вышло — в комнате я оказалась одна. Зато я застала всю команду в зале ожидания. Пираты что-то весело обсуждали и смеялись, мне обрадовались и поспешили мне ответить, что да, пообедать можно в любой кафешке в городе, мы пробудем на острове неделю, но завтра мне нужно будет позвонить Марко, потому что «командир так сказал» и что-то там у него узнать. Деньги на обед мне отдал Хираи, поздравил с первым боевым крещением. — Может, останешься? — Я не против, но голодна, как Эйс, так что пошла я опустошать местные кабаки. Утром следующего дня мне хотелось петь. Петь песни группы Ленинград, потому что Марко ответил на мой отчет кратко: — В целом всё, так что возвращайся на корабль, йой. Я пнула диван, на котором сидела, и с чувством выполненного долга вылетела из окна. Жаркий, знойный, звенящий воздух обжигал легкие, я натянула на лицо платок. Песок был далеко, небо высоко — все страшные твари были на достаточном расстоянии от меня. После перелета пустыни я могла сказать только одно — такой экзотики мне хватило на всю жизнь. Пить хотелось неимоверно. В дюнах и однообразном песке определенно был свой шарм и красота, но мне её было не понять. Вот море — это понятно, оно движется, оно живое, оно огромное. А песок… Он и в Африке песок, и на Гранд Лайн песок. На корабле было оживленно и радостно, ребята ходили хоть и уставшие, но довольные. Я не стала вариться на солнце, а спустилась в собственную каюту. Мне там нравилось. Собственная комната! Не временная, а моя! Я радостно валялась на кровати и думала, какой бы цветок поставить, чтобы было радостно. Может, он не будет стоять в горшке, но его ведь можно заказать у какого-нибудь художника в городе. Мне ведь не человек нужен, глаза которого будут освещать мне лунные ночи, а небольшой натюрморт, без особых излишков. Живые картины! Никогда подобное не любила, уважала, но не любила. С этими «живыми картинами» у меня ассоциировалась слово «паранойя», поэтому спасибо, не надо мне великих произведений искусства. У меня была одна знакомая талантливая художница-студентка, которая рассказывала, как она рисовала на заказ одному богатому человеку портрет. И не выспалась в ночь перед экзаменом, потому что ей казалось, что собственная картина на неё хищно смотрит. Кроме цветов я хотела повесить в шкаф зеркало — это было что-то вроде моей маленькой мечты, которой вечно не суждено было появиться на свет. Теперь я могла это сделать. Оставался один вопрос — деньги. Обыграть своих братьев я, конечно, могла, никто бы мне слова не сказал, но я-то знала, что буду чувствовать себя после этого паршиво. В долг не брала и не давала принципиально, а с давнего заработка в какой-то деревне оставалась какая-то тысяча белли, так что я серьезно задумалась над способом заработать. Желательно по-крупному и быстро. Так что я отчиталась командиру, как непосредственному начальнику о работе и выпросила выходной, тот еще раз повторил, что остров — теперь наша территория и убивать людей нельзя, калечить нельзя и еще сотня других запретов. — Ты думаешь, что я садистка, которой только крови младенцев жаждет? — Нет, — устало отозвался Марко, — Но к тебе постоянно липнут неприятности, йой. — А сегодня? Марко закатил глаза. — К вам на станцию привезли рабов, с которыми пришлось разбираться. Их должны были привезти позже, вообще непонятно, что они там забыли, — почти шипел он, — Даже у группы Эйса было все нормально, а у вас — вагоны с наркотиками, йой. Так что давай четко и по существу: город, цель, время. Мне захотелось чем-нибудь пристукнуть сидящего за столом пирата, но я сдержала благородный порыв. — В ближайший. Найду трактир и выиграю себе денег, я хочу цветочки. У Марко дернулся глаз. — За каким чертом тебе цветочки, йой? — Чтобы у меня было уютно. Я подумала, что у некоторых аллергия, поэтому просто картинку повешу, не будь сволочью, будь добрым пиратиком, я же не у тебя эти деньги забираю. На последний аргумент он не нашел, что возразить, поэтому лениво бросил: — Ладно, йой. До заката. — Час после заката, — звонко бросила я и тут же пулей вылетела за дверь, чтобы не передумал, — Вот, всё. — С собой кого-нибудь возьми! — донесся из-за двери крик. Я могла долететь до города буквально за полчаса, а пешком я потрачу на это часа два-три, что меня совершенно не устраивает, поэтому я сбегала к себе, переоделась во что-то отдаленно напоминающее шаровары и белую футболку с рукавами-шарами, захватила таблетки для изменения внешности и понеслась на крыльях любви к Городу Трех Сторон. В небольшом провинциальном городе я нашла одну из работающих таверн, с десятком людей в просторном зале и тут же подсела к нескольким подвыпившим мужчинам, которые показались мне лучшими субъектами для обворовывания — в простонародье карты. Я уже договорилась с песком, карты у компании были свои, так что я надеялась развлечься в свое удовольствие. Я могла бы, конечно, просто увезти у них деньги тем же песком или водой, но это неинтересно! Тем более что время у меня есть, художника искать тоже время нужно, так что этим я займусь позже. — Хэй, привет, сестренка! — без особой злобы улыбнулись мне, — Сыграешь с нами в карты? Я улыбнулась самой доброй своей улыбкой. — С радостью! — Только мы на деньги играем. — Какие честные, благородные мужчины, — почти пропела я, — Я как раз хочу сыграть на деньги. Только меня вечно пытаются обмануть, я ухожу ни с чем, никто не хочет мне ничего объяснять! — Мы научим, — с предвкушением легкой наживы начали они, — Начнем с дурака. И мы начали. Мне объяснили значения карт и правила, я картинно путалась в червях и пиках, пыталась с упорством, достойным лучшего применения, покрыть дамой козырного туза, с честным лицом замечала все их попытки мухлевать. В итоге у меня чудом — и исключительно чудом! — в руках оказались все козыри, и с доброй улыбкой я разбила всех, забрала выигрыш, и довольно удалилась. Они оправдали мои ожидания — как только я зашла в переулок, то погнались следом. — Ты теперь, шлюха, еще и сверху отработаешь! — рыкнул кто-то из них, — Раздевайся! Руками я тоже неплохо дралась… После разминки и с деньгами в тугом кожаном кошельке я чувствовала себя исключительно хорошо, шла по широкой улице и радостно улыбалась. В моих планах отчетливо наметился визит к мастеру или в лавку, а после обратно на корабль и к Эриху, я чувствовала в пустыне много чего интересного и с удовольствием в этом разобралась, но без провожатого туда соваться опасно. Я обошла несколько лавок, заглянула в мастерские, после чего меня отослали к «мастеру на все руки Изуре». Я направилась к нему. От него я подсознательно ждала чего-то величественного или странного, какого ожидаешь от слова «мастер», но Морской Черт и на этот раз меня удивил. Изур оказался Изурой, мало того, так это была крепкая девушка с румяными щеками, старше меня лет на пять-семь. В её небольшом магазинчике уже сидела девушка. Она показалась мне странной — была одета проще и более открыто — футболка и шорты, совсем не подходит пыстыне. И фигура у нее была отличная, мне даже немного завидно стало. Я пересеклась с ней глазами, она мне улыбнулась и вежливо поздоровалась. Я кивнула и начала разговор с мастером, объясняя, чего хочу. — Извините, у меня полно заказов от пиратов Белоуса, я боюсь их не выполнить, так что я не смогу вам помочь. Я задумчиво посмотрела на витрину. — Слушай, — внезапно начала странная девушка, — Я недавно получила один интересный фрукт и хочу его опробовать — мне обещали, что я смогу оставить все в том состоянии, в котором оно было навечно. Ой, то есть… — она запуталась, — В общем, если ты соберешь цветы и поставишь в вазу, то я смогу сделать так, что они никогда не засохнут. Я еще раз окинула её взглядом — ладная, с длинными волосами и небольшой сумкой на поясе. — Хорошо. Сейчас пойдем? — Завтра в полдень я буду ждать тебя у южных ворот, принеси вазу по размеру цветов… Пионы, да? — Да, спасибо, — я обрадовалась неожиданной помощи, — Южные ворота около доков, да? — Да, все верно, — она улыбнулась, — Как тебя зовут? Я задумалась, но решила обойтись прозвищем. — Чародейка. — Волшебница? — недоверчиво переспросила девушка, — Что, настоящая? — Ну, прикрепилось просто так, а тебя как зовут? Девушка как-то грустно вздохнула, но представилась. — Серафима. Мы распрощались, и я с радостным сердцем отправилась на Моби Дик, купив на ближайшем рынке красивое красное яблоко. Не став более задерживаться в городе, я полетела к кораблю. Там как раз начинался обед. Уже ночью я думала о том, насколько странная была эта девушка и её рыкающий акцент. Никогда не встречала людей, который так ярко говорили «р», кроме… Быть не может! На следующий день я отправилась по поручению Марко в Мигигаву ранним утром, передала жутко важные документы одному из наших, а после с чистым сердцем отправилась к месту встречи, надеясь еще и успеть на прогулку по городу. Девушки еще не было, часы на башенке посреди ратуши показывали половину двенадцатого, так что я отправилась на рынок снова, изучила листовки на стенах и быстро их содрала. Сегодня я уже более внимательно пригляделась к жителям — у них были странные лица, они будто не знали, что происходит. Я встала у одной из стен спиной к людской толпе и принялась слушать… Из словесной шелухи я извлекла кое-что важное: люди боялись перемен, Кайдо и Белоуса. Кайдо пытался выглядеть сильным и справедливым правителем, но, как я поняла, у него это не получалось — точнее, сильным правителем он был, а вот справедливым — нет. Матери боялись за своих детей, они не знали, чего ожидать от Белоуса, его вообще почти не обсуждали. Хотя именно пираты Отца и Он сам — эта не та тема, которую обсуждают на бегу и громко. Я посмотрела на часовенку и часы, поняла, что начинаю опаздывать, обнаружила слежку и дворами пошла к воротам. За мной шел кто-то довольно сильный, держался на расстоянии, но я его не узнавала, поэтому лучше перепрятаться, чем попасться такому человеку. Что удивительно, к воротам я вышла одновременно со вчерашней знакомой Серафимой и показала пузатую вазу. Мы вместе нашли цветочный магазин, я выбрала себе букет из разнообразных пионов, пока девушка проводила какие-то манипуляции с моей вазой, а затем клятвенно заверила меня, что цветы будут стоять пять лет и не засохнут, сила фрукта задействована на вазе. Так же она гордо заявила, что её фрукт настолько сильный, что его никакая вода с вазы не смоет, а цветы я могу менять — они не будут вянуть. — С меня обед! — с радостной улыбкой сказала я и потащила её из цветочного магазина в ближайшую таверну. На улице резко стало пусто. То есть, минут десять назад еще был народ, но сейчас только перекати-поле и несколько собак. Через минуту, как раз половина пути до таверны, я поняла, почему и куда испарились люди — на улице было неимоверно жарко. Самое интересное, что девушке было вполне хорошо в её футболке и шортах, она даже не вспотела. В таверне было прохладнее, хотя и пустынно. В углу похрапывал пьянчуга, несколько разномастных людей сидели у окошка и что-то радостно обсуждали, стоял за стойкой бармен и протирал стаканы. Мы сели за один из дальних столиков, подошла официантка — молоденькая и веселая, она перекинулась парой слов с Серафимой, будто они уже знакомы, пока я устраивала в ногах вазу с цветами, официантка записала заказ и умчалась в неприметную дверь за стойкой. — Так почему ты назвалась чародейкой? — первая спросила она. — Ну, у меня прозвище такое. Моя очередь. Ты откуда? — Почему? — она, кажется, пропустила мой вопрос мимо ушей, — А в газетах много писали, когда ты нашумела на одном из островов. И листовку я твою видела. И, если ты та самая Чародейка, то где твои крылья и белые волосы? Я вздохнула. — Допустим, что да, та самая. Мое имя светить не надо, а внешность сменить не так уж и сложно. Парик надел и гуляй где хочешь. Почему-то многие про это забывают. А такая чудесная вещь! Итак, я жажду знать, откуда ты. Она немного замялась. — Ну, из Саут Блю… — Россия? — тихо перебила я. — Ты что, тоже? Я ошарашенно уставилась на девушку, теперь она предстала в другом свете. Майка с надписью «Nike» и шорты из синтетики начали значить несколько другое, да и кроссовки на небольшой платформе тоже. — Да. Ты давно здесь? У тебя совсем другая одежда… — Ну не то чтобы. Слушай, ты наверное маг? Тебя из какой школы отправили? Ты тоже Книжные Миры ишешь? — Погоди, какой маг? Я самый обычный человек, меня закинуло сюда полтора года назад. Или у нас в мире школа магии? Рассказывай! — Ну, скажем так, что я учусь в одной из таких школ, вроде… Хогвартса, вот! Только в Хогвартсе бардак, а у нас все цивильно — тепло, твари всякие где попало не ползают, нарциссы власть не захватывают. Володя еще гуманист. Ой, а ты читала Гарри Поттера? — Да, читала… То есть Книжные Миры — это то, что я думаю? Если написать книгу и прописать какой-либо мир, то он будет существовать? — Скорее, наоборот — если мир существует, то он где-то записан. Если что, мир, в котором мы сейчас — Ван Пис, мне пришлось прочитать мангу, чтобы понять, как все утроено. — Ты можешь перемещаться между мирами? Я откинулась на спинку стула. Ничего себе. Где-то в моем родном мирке существует школа магии, а где-то далеко еще и Гарри Поттер есть. Же-е-есть… — Да, это моя дипломная работа. Я доказала эту теорию, ну, о том, что Книжные Миры и Параллельные — одно и тоже. Если придумать мир, то он где-то существует, потому что если мира нет, то и придумать его нельзя. Вот. Я думаю, мне бесполезно перечислять все миры, в которых я побывала, магов, но которых я ссылалась и так далее. Я помню, как сюда попала. — Рассказывай! Я требовательно скрестила руки на груди. — Ты — настоящая пиратка, — мечтательно сказала она, — Это было весьма неожиданно. Я проводила простенький ритуал, а в этом время — это я уже потом узнала, — В Международной Ассоциации Магии принимали междумирных гостей, их должно было быть пятнадцать, а получилось четырнадцать, одного не донесло, вместо этого меня закинуло очень далеко. Я летела между звезд быстро-быстро, а вокруг все было такое красивое, — она развела руками, — Я очнулась на одном из островов Саут Блу и нашла там одного умирающего парня, это было лет пятнадцать назад, я его вытащила, а взамен он помог мне найти местных магов — они, оказалось, полубоги или перворожденцы. Ты знаешь, кто это? — Перворожденецы — те, кто появился вместе с жизнью на этой планете. Сто существ, которые жили вечно. Вечность — не значит бессмертие. Неизвестно, сколько их осталось, но часть точно погибла. Перворожденцы — это пятьдесят существ Света и Мрака, пятьдесят мужчин и женщин. Встретить хотя бы одного такого за всю жизнь — невероятная удача. Эти существа сильно напоминают людей внешне — прямоходящие, высокие, позвоночные. У них нет репродуктивной системы, но отличия между двумя полами есть. Они мудры и спокойны. И очень сильны. Самые сильные существа на планете. Они могут скрыть свою силу, могут открыть какую-то её часть. Помимо трёх известных типов Воли у них есть еще какие-то две. Про них могут знать драконы с Аделаиды. — Да, они! — радостно отозвалась Серафима, — Они, оказалось, очень сильные колдуны, на уровне наших преподавателей. Огорчает, что их не очень много, но они такие красивые, как Эльфы из книг Толкина. Их я тоже нашла, они даже лучше, чем книжные. Жаль только, что мне директор запретил менять историю, которая в этих книгах есть, а вот изучать я миры могу совершенно спокойно. — То есть ты по своему желанию можешь оказаться в любом из двух миров? — Да, только я не смогу тебя с собой взять и вернуть на родину, я могу только вещи носить, а чтобы тебе перенести, нужно уже с Магической Ассоциацией соглашаться, но они вряд ли это одобрят. — А есть какой-нибудь способ освежить канон? Я уже начала забывать, что там через год начнется… — У меня есть идея получше, — заговорщически прошептала она, — Я принесу тебе все тома манги в небольшом мешочке с чарами расширения. Где ты будешь? Я задумалась. — Вообще без понятия. — Тогда, раз у тебя есть крылья, то через полгода я жду тебя на Дресс Розе — там как раз будет Карнавал по случаю годовщины чего-то там, все будут несколько дней ходить в масках, это неделю длиться. Это будет с первого по седьмое число, система простая — жду тебя на том поле с подсолнухами у того дома. Первого в час, второго в два, седьмого в семь, система простая, но её сложно разгадать. Будет тебе канон. Еще пожелания будут? Учти, я найду, что с тебя потребовать… Я задумалась. В целом, мне ничего было не нужно. Полгода отсчитать и долететь до Дресс Розы не так уж и сложно. Нам принесли еду. — Да, гитара шестиструнная, три струны — металлические и три — пластик. И чехол зимний. А струн, давай, три набора… Они же лопаются… — Все можно сделать проще! — радостно оповестила меня Серафима, — Я вырежу руны, и они еще долго не порвуться и не сломаются, и влага гитаре не будет страшна. Я откусила кусок от сочного мяса и зажмурилась, распробовав. — Я-то не против, но что ты хочешь взамен? У девушки загорелись глаза. — Ты шутишь? Полцарства отдам за путешествие на корабле Белоуса, знакомство с Сильнейшим человеком, братом Луффи и… — она мечтательно облизнулась, — Ма-арко. Я осторожно взглянула на неё из-под ресниц. — Ты не влюбилась, нет? А похоже… — Он же шикарный мужчина, к тому же, я надеюсь, что он сможет меня поносить на руках. Я-то проклята. — То есть? — Вешу полторы сотни килограмм. Но это только кажется, на самом деле я меньше вешу. — Я не знаю, зачем командиру носить тебя на руках, но не думаю, что будет сложно уговорить его на то, чтобы ты с нами пробыла до следующего острова. — Кстати, про книгу Семи Драконов. Она поможет найти Драконий остров Аделаиду, она у одного из Теньрюбито, Небесные Драконы. И её можно выкрасить. Я даже назову имя той мрази, у которой она сейчас находиться и немного помогу с её добычей. Я там уже была. С тебя — путешествие с сильнейшими мира сего. Ну? Да, ради таких знаний и канона под рукой, я могу много чего сделать! Книга Семи Драконов! Это как мне повезло! За ней придется внимательно следить, чтобы она не причинила вреда Отцу и братьям, но это того стоит! Я сохраняла на лице маску спокойствия. — Я всё ещё не очень уверена. Но, так и быть. Согласна. Мы пожали друг другу руки, и дальше обед прошел весело — мы рассказывали разные истории, царила легкая атмосфера. На корабль я вернулась очень странным путем — Серафима назвала это портованием, — девушка просто схватила меня за руку, и мы внезапно оказались на берегу, недалеко от Моби Дика. Я взошла по трапу практически впервые, как нормальный белый человек и повела Серафиму к Отцу. Он не спал, я радостно с ним поздоровалась и обнялась. — Отец, эта милая девушка очень хочет побывать на нашем корабле и ей очень нужно на следующий остров! Можно она поедет с нами? Серафима стояла в околошоковом состоянии и радостью рассматривала все вокруг. Отец рассмеялся. — Можно, дочка. Только отвечаешь за неё головой. Серафима отмерла. — Спасибо вам большое, — она изящно сделала реверанс, — Я обещаю, что не причиню прямого и косвенного вреда никому из экипажа этого корабля, в настоящем и прошлом. Я обещаю слушаться Айс до истечения уговоренного срока, — выдохнула она, — Клянусь магией, и пусть Роджер будет мне свидетелем! Она приложила ладонь к груди, её окутало золотистое сияние, закружились вокруг неё синие искорки, колыхнулись темные волосы, а потом все стихло. Она шепнула что-то и выставила руку с маленьким огоньком. — Видите, клятва принята, я физически не смогу сделать Вам и Вашей семье плохо, пробуду с вами три дня. Не смею требовать себе отдельную каюту, если Айс разрешит, то поживу с ней. Мне нужно немного — безопасное место, где можно оставить сумку. — Раз все разрешилось, то не буду больше вас задерживать. Айс, не забыла про Нэо? — Отец, я помню. Я даже знаю, кто может ему помочь лучше, чем я, но найти их сразу не смогу, потом объясню. Отец кивнул и отпустил нас, что называется, с миром, а я начала выпытывать у Серафимы, что значили её слова, что за клятва магией (хотя об этом я догадывалась) и какого Роджера она имела в виду. — Давай по порядку, — мы сидели у меня в каюте на аккуратно заправленной кровати, — Кровать и переносная квартира у меня есть в сумке, — она показала на рюкзак, который пристроился у шкафа, — Меня же не всегда к людям выносит. Первый раз эта вещь меня здорово выручила. Там есть система электричества, канализация, продукты где-то на месяц, в общем, хорошая вещь. И прятаться в ней удобно. Клятва магией — та клятва, после нарушения которой я останусь без магии. Очевидно, не правда ли? Я подтвердила, потом спохватилась, вспомнив про вазу с пионами, и поставила её на стол. Комната преобразилась и стала очень уютной. — А Роджер… Если сравнить его с кем-то из мира Гарри Поттера, то это будет Мерлин. Его тоже иногда вспоминают. Похож на морского Дэйви Джонса, может быть. А теперь я хочу увидеть командиров дивизионов! Кто сейчас на борту? Я задумалась. — Эйс однозначно где-то тут, Татч, Изо. Может Харута тут. — А Марко? — А Марко — не знаю. Он может быть почти где угодно — хоть на ближайшем нашем корабле. А еще он крайне бдителен, так что не рекомендую сразу лезть с признаниями в любви. — А с Татчем мы познакомимся? — Можно прямо сейчас и познакомиться, — прикинула я, — Обед был недавно, он вполне может быть на камбузе. — У меня есть гениальный план. Ты ведь еще не забыла, что он скоро умрет? — Убьют, — мрачно отозвалась я и продолжила выплевывать слова, — Его убьют. А я не хочу, чтобы его убивали. Он — мой брат, я не допущу, что бы какой-то гальюнный червь ради своих амбиций убил моего брата. Серафима перестала радостно улыбаться и четко сказала: — Если у него один платок на все случаи жизни, то я могу за полчаса нашить руны и навесить пару заклинаний, который привлекут беду, но защитят. — Ты хочешь привлечь беду? — рыкнула я. — Если я её уберу, то она на кого-то другого упадет, а так я защищу одного человека, но удар останется на нем. Я же не могу весь Моби Дик защитить. А так пойдем к Татчу, украдем платочек, вышьем руны, вернем по-тихому. Я остыла. — Ладно, пошли к Татчу. Серафима вылетела из каюты первой, нетерпеливо поглядывая на меня, а потом быстрым шагом направились на кухню, в конце коридора Серафима сорвалась на бег и столкнулась с Марко. Мне показалась, что грохот стоял оглушительный. Серафима, в отличие от Марко, не растерялась, а проворно перекатилась, схватила комдива за грудки и, притянув за ворот, поцеловала.