Ты можешь, ты хочешь?..

Когда мимо проезжают полицейские машины, Барри и Лен тут же прячутся. Барри выждал десять минут после их ухода, прежде чем позвонил Джо. Им пришлось прокрадываться к выходу, это бесило, но выбора не было. Они вместе решили, что если после их ухода сразу появится полиция, это будет выглядеть подозрительно. По счастливой случайности, пока они крались по лестнице вниз, кто-то врубил музыку на всю катушку, так что приезд копов и так был вопросом времени. Телефонный звонок Барри лишь ускорил неизбежное. Тем не менее, они не хотели, чтобы их уход связали с этой «облавой», но Барри еще не хотелось, чтобы кто-то из друзей Джо его узнал и предложил подвезти до дома. Не обсудив это толком, Барри и Лен просто пошли домой вместе. До дома Уэстов не так далеко, но Лен ведет их длинным путем, видимо, решив поговорить, как он и обещал. Тротуары такие темные, что они с трудом видят друг друга, поэтому держатся рядом. Барри то смотрит на дорогу, то косится на Лена, который не сводит глаз с асфальта под ногами. Кажется, что Снарт вообще не думает, куда они направляются, его мысли расползлись как тараканы и ни одну он не собирается озвучивать вслух. В итоге всю дорогу они прошли в полнейшем молчании, Барри не знал, как начать разговор, а Лену, судя по всему, и не хотелось. — Вот и твой дом, — говорит Лен, когда они оказываются у подножия лестницы. Барри кивает, глядя на знакомый зеленый дом с таким видом, будто тот сейчас с ним поздоровается. — Знаешь, я думал, что… разговоров будет больше. Ну… ты понимаешь… — Послушай, — вздыхает Лен, — я же сказал, что мы поговорим. Просто… мне нужно домой, пока дерьмо не оказалось на вентиляторе, лады? — Конечно, — говорит Барри. — Я понимаю. Лен смотрит на Барри — его щенячьи глаза полны разочарования и замешательства. И стоит признать, сам Снарт в этом и виноват. Он снова устало вздыхает, хватает Барри за локоть и тащит за ближайшее дерево, подальше от света фонаря. Позволяет себе обхватить его за затылок и притянуть к себе. Он целует Барри, не говоря ни слова, не спрашивая разрешения. Этот поцелуй не такой напряженный, как те, предыдущие, но тоже страстный. Медленный и мягкий, нежный и сладкий. Похож на… прощание. На данный момент. — Увидимся позже, Барри, — прощается он, легонько хлопнув его по плечу. — Ага, — кивает Барри, провожая взглядом Лена, идущего по свежеподстриженному газону. — Увидимся.

***

Лен не появляется в доме Уэстов все выходные, что бывает редко, поэтому тревожит. С тех пор как они с Барри стали друзьями, Лен проводил там по крайней мере всю субботу после обеда — читал в тишине, пока Барри заканчивал домашнюю работу. Иногда он брал с собой Лизу, когда они оба пытались скрыться от отца. Но ни в субботу, ни в воскресение он не приходит. Он даже на сообщения не отвечает и не звонит сам. Даже Лиза кажется необщительной. Барри заставляет себя не идти к ним домой, ничего не говорит Джо, ни про свое беспокойство, ни про… его причины. Лен заставил Барри поклясться жизнью, что он никогда не расскажет Джо о том, что происходит в семье Снартов. Он никогда не говорил конкретно, и Барри подозревал, что дело в Лизе — если они будут далеко друг от друга, Лен не сможет ее защитить. Он всегда говорил, что способен справиться с буйным нравом отца, и до сих пор так и было. Барри боялся, что рано или поздно настанет день, когда у Лена ничего не выйдет. Появление Барри или Джо лишь усугубит ситуацию. Барри наконец встречается с Леном в понедельник, в школе. У Снарта под глазом здоровый синяк. Барри не знает, от отца это, от Митчелла или еще от кого-то из команды. Не знает, потому что Лен отказывается с ним разговаривать. Нет, не совсем нет. Он не сообщает Барри, что теперь не хочет с ним общаться, даже не игнорирует. Он просто делает своей целью невозможность остаться с Барри Алленом наедине или в непосредственной близости от него. Им удается прожить больше недели, не сказав друг другу больше трех слов. Лен извиняется, когда огибает угол у столовой и врезается в Барри, который пытался выцепить его перед математикой. А потом кидает «пока», уносясь по коридору от преследования. Каждый день Барри пытается загнать Лена в угол в коридоре или поймать в школьном дворе, но безуспешно. Барри зовет его, но Лен поворачивается спиной. В большинстве случаев он даже не смотрит на него. Барри сначала думал, что Лен все равно придет поговорить про деньги, которые он ему должен, но похоже, что Лен готов выкинуть на ветер сто пятьдесят баксов, лишь бы с ним не пересекться. В следующую пятницу, после двух недель непрерывной игры в тупые догонялки, Барри находит Лена в нише за библиотекой, склонившегося над листами с заданиями и яростно строчащего в потрепанной тетради. Барри не окликает его, не предупреждает о своем присутствии, накидывается прежде, чем тот успевает собрать вещи и сбежать. — Привет, — говорит Барри, стараясь звучать как можно более беззаботно, хотя сердце бьется где-то в области голосовых связок. Лен резко вскидывает голову. Он видит, что Барри приближается, и испуганно таращит на него глаза. — Привет, Барр, — бросает он, с дикой скоростью запихивая книги и бумаги в сумку, будто только что вспомнил, что опаздывает… куда-то. — Чем могу помочь? — Ну, я пытался поговорить с тобой, — говорит Барри с таким видом, будто это не очевидный факт. — Ты ведь обещал, что мы поговорим, а мы ведь так и не… — Знаю. — Лен встает, поспешно перекидывая ремень сумки через плечо. Ремень соскальзывает, сумка падает на пол — из нее вываливаются несколько ручек и книга. Лен выглядит так, будто хочет сказать «Да пошло оно все», но, подумав, наклоняется за вещами. — Я просто был, типа, очень занят. Тренировки, домашнее задание и все такое. — О, ладно. — Барри делает вид, будто поверил, но на самом деле он не купился на это нелепое оправдание. Он здесь не для того, чтобы выводить Лена на чистую воду. — Тебе что-то нужно, Аллен? — спрашивает Лен, возясь с остатками вещей. — Я пытался вернуть тебе долг. Деньги с вечеринки, — уточняет Барри, когда Снарт бросает на него озадаченный взгляд. — Я подумал… ну, знаешь… если ты заедешь ко мне после школы, я мог бы тебе его отдать. Может, мы поедем вместе? — Знаешь… — Лен дважды проверяет, застегнута ли молния на сумке, после чего снова перекидывает ремень через плечо. — Принеси их ко мне домой днем. Так будет лучше. — Окей, — говорит Барри. В его груди расцветает крошечный цветок надежды. Они не пойдут домой вместе, но Лен хотя бы впустит его к себе. — Я так и сделаю. — Отлично, — говорит Лен, засовывая руки в карманы джинсов. Он выглядит так неловко, будто собирается вот-вот сбежать. — Это будет замечательно. Спасибо. Пока, Барри. Он не прощается привычно, не жмет руку, а только кивает.

***

Как бы Барри не радовался приглашению в гости, он терпеть не мог зависать в доме Лена. Потому что их дом кажется таким чертовски… нормальным. Ничего такого, что могло бы навести на мысль о происходящем внутри. Не похоже, что отец Лена позволил дому развалиться. Не похоже, что трава снаружи не зеленая, а кусты роз зарастают — их приводят в порядок с почти одержимым рвением. Если был рядом с домом Уэстов находился дом Снартов, разницы между ними не было бы вообще. Единственное различие — то, которое никто никогда не видит, — то, что происходит за запертыми дверями и тщательно окрашенными ставнями. Барри медленно поднимается по ступенькам крыльца, сердце стучит в груди, готовое вырваться в любую секунду. Дверь распахивается, появляется Лиза — она занимает весь проход, давая понять, что не собирается приглашать его войти. — Привет, Лиза, — говорит Барри. Энтузиазм поугас, но сердце ничуть не замедлилось. — Я пришел кое-что вернуть Лену. — Ага, — кивает Лиза, прислонившись к косяку и глядя на Барри, стоящего на ступеньку ниже. — Он сказал, что ты придешь. Улыбка Барри тускнеет. — Его нет?.. — Нет, — соглашается Лиза, переводя взгляд куда-то Барри за плечо. — У него изменились планы. В последнюю минуту. — Оу. — Барри немного обижен, но… чего он ожидал? Нужно было понять намек еще неделю назад. — Ну, вот. — Он делает шаг назад и протягивает Лизе деньги. — Вот деньги. Пожалуйста, передай ему. Я знаю, что ему это важно. Скажи, что там… — Барри спускается еще ниже, — чуть больше. Ну, за все то дерьмо. Он поймет. — Я передам, — говорит Лиза с благодарной улыбкой, словно от ее брата. — Ладно. — Барри украдкой смотрит на окна спальни Лена. — Я пойду тогда. Он не успевает отвернуться. — Знаешь, ты ему правда нравишься. — Да ну? — сухо усмехается Барри. — У него довольно странный способ это показать. — Ну, посмотри на это с его точки зрения. Думаешь, ему это легко дается? — А мне легко? — Барри пытается защититься с возмущенным смешком. — У меня проблем тоже полно, особенно если это касается… — он возвращается к Лизе, чтобы никто их не услышал, — каминг-аута. — Извини, конечно, но нет. Не в этом дело. Барри хмурится. — А чем тогда? — Твои акции значительно выросли, когда ты замутил с моим братом, ботаник Барри Аллен. Но у Лена есть определенная репутация. Которая может развалиться, не только из-за каминг-аута, но и из-за отношений с тобой. — Вот оно что! — Барри обиженно поджимает губы. — Ну, спасибо за честность. — У тебя полно поддержки, Барри, — продолжает Лиза, не давая ему уйти. — У тебя есть друзья, которые защитят тебя, мой брат в их числе. Но у Лена… — она качает головой. — Только я. Плюс папа, но он… — Лиза замолкает, прикусывая щеку и озираясь — проверяет, нет ли поблизости отца. — Он, наверное, возненавидит Лена, если узнает, что его сын… — Гей? — Думаю, Лен предпочитает пан, — усмехается Лиза. — Блин, Аллен, ты вообще знал моего брата до того, как проникся его сексуальностью? — Честно говоря… — плечи Барри поникли, — я вообще не чувствую, что знаю его. Лиза вздыхает, и ему кажется, что разговор свернул в то русло, в которое ей не хотелось бы. — Послушай. Твоя жизнь отстой. Никто и не спорит. Ты пережил то, чего я никому не пожелаю. Что касается рулетки разбитых сердец, ты просто сорвал банк. Но! У тебя были папа и мама, которые любили тебя. А когда все пошло наперекосяк, ты попал в другую семью, которая очень тебя любит. Джо относится тебе как к сыну, а Айрис стала твоей сестрой. Большинству людей так не везет. Некоторые люди… просто застревают в болоте. — Лиза смотрит на свои ноги. Она делает глубокий вдох, одинаково измученная и расстроенная этой ситуацией. Но потом снова смотрит на Барри с улыбкой. — Ты хороший парень. — Так все думают, — говорит Барри со здоровой долей сарказма. — А тебе не кажется, что Лен хочет замутить с хорошим парнем? — перебивает его Лиза. — Но получить хорошего парня — значит, возможно, потерять его. Он этого не хочет. И не заслуживает, только не… после того, через что он прошел. Барри до глубины души тронула страсть в ее словах. Он не может придумать ни одного путного ответа — никаких аргументов, никаких больше жалостливых заявлений о себе. Учитывая все, что с ним самим случилось, иногда Барри действительно упускает свою удачу, принимает ее как должное, забывает, что его мать погибла, отец в тюрьме. Для него это ад, а другие люди в таком аду живут. — Я обещаю, что буду помнить твои слова, если он когда-нибудь заговорит со мной. — Он заговорит, — заверяет его Лиза. — Ты его друг, по правде говоря, у него их не так много. — Он не похож на того, у кого есть острая необходимость в друзьях. — Верно, — кивает Лиза, пожимая одним плечом. — Но это не значит, что они ему не нужны. Барри машет рукой, взглядом снова ища окно наверху, он надеется увидеть знакомое лицо, но нет. Он спускается с лестницы. Лиза смотрит, как он добирается до тротуара, после чего сразу закрывает входную дверь. Она поднимается на второй этаж, держа деньги в руке, подходит к первой двери и стучит. — Заходи. Лиза входит и запирает за собой дверь. — И чего там? — спрашивает Лен со своего места на кровати. Он смотрит на слегка напряженную и отстраненную сестру, она явно не совсем им довольна. — Как все прошло? — На! — Лиза бросает брату на колени аккуратно сложенную пачку двадцаток. — Он сказал, что тут все. Лен берет деньги и аккуратно пересчитывает новые хрустящие купюры. Краем глаза он видит, что сестра наблюдает за ним — сложила руки на груди, а на лице — смесь беспокойства и разочарования. — И чего там? — еще раз спрашивает Лен, не отрываясь от пересчитывания денег. — Я думаю, что ты спятил, раз сам не открыл дверь, — говорит Лиза. — Я считала, он тебе нравится. Лен кладет последнюю купюру и вздыхает, пальцами поглаживая серийный номер. — А сама ты как думаешь, Лиз? — Не знаю я, — говорит она, забираясь на кровать рядом с братом и наблюдая, как он аккуратно складывает деньги и убирает их в задний карман. — Думаю, тебе стоит дать ему шанс. Мне кажется, что он будет только рад не особо афишировать ваши отношения. Поэтому проблем в школе у тебя не будет. Он вроде как не против. — Ну, с моей стороны это будет довольно грубо, тебе не кажется? — спрашивает Лен, наполовину утверждая, наполовину интересуясь. — Ха! — смеется Лиза. — Как будто это когда-нибудь имело для тебя значение. — Если бы когда-нибудь оно имело значение, разве не было бы важно сейчас? — Наверное, — говорит Лиза, глядя на Лена. — Тебе надо взвесить все «за» и «против». Чтобы он мог встречаться с кем-то еще. Лен кивает, и часть его сознания буквально вздрагивает от комментария Лизы. — У него есть Айрис… типа того. И им хорошо вместе, понимаешь? Они оба одинаковые. Одного поля ягоды. Нет причин портить все это. — Конечно. А как же ты? — А что я? — Разве ты шанса не заслуживаешь? — Ха, — отвечает Лен, не желая спорить со своей донельзя упрямой сестрой. — Ну же, Лен! — Лиза почти стонет. — Ты же влюблен в этого парня! И кстати, почему именно Барри Аллен, а? Конечно, он очень милый, но раньше из таких парней ты вытряхивал деньги на обед. И вдруг втрескался в одного? — Было бы довольно глупо с моей стороны пытаться у него что-то украсть, так ведь? — спрашивает Лен, съезжая со скользкой темы. — Учитывая, что он живет с копом. — Конечно! — фыркает Лиза. — Вспомни того тупого Себастьяна, у которого ты спер бумажник. Его отец был прокурором штата! Он бы тебя на всю жизнь закрыл, но ты запугал парня до полусмерти! Лен посмеивается над этим воспоминанием. Себастьян был тупым придурком — титулованным, высокомерным, но жутким ослом. Не таким, как Барри. Лен заканчивает тему с Себастьяном и его папашей-прокурором одним своим смешком, который только больше злит Лизу. Она уже устала видеть, как страдает ее брат, когда счастье — даже временное — живет всего в нескольких кварталах отсюда. — Ты же знаешь, что говорят. — Лиза кладет голову брату на плечо. — Лучше любить и потерять, бла-бла-бла. — Ты так думаешь? — Лен прижимается лбом к затылку Лизы. — Ну, давай ты сначала попробуешь, а потом расскажешь мне.

***

«Какова эмпирическая формула соединения, содержащего 60 процентов серы и 40 процентов кислорода по массе?». Барри записывает ответ, даже не думая о вопросе. Это же химия. Тут ему не нужно напрягать мозги. Решать уравнения и вычислять формулы ему легко так же, как дышать. Математика и естественные науки. Если бы только все в его жизни было так просто… «Известно, что соединение содержит 23,3 процента магния, 30,7 процентов серы и 46 процентов кислорода. Какова эмпирическая формула этого соединения?». Тук-тук. — Барри! — Минуту! — небрежно отвечает Барри, не вполне понимая, чей это голос и откуда взялся. — У меня тут еще… «Какова эмпирическая формула для соединения, содержащего 38,8 процентов углерода, 16,2 процентов водорода и 45,1 процент азота?». Тук-тук-тук! — Барри! Барри Аллен! Эй, открой это чертово окно! Я не хочу свалиться и сломать шею! Барри отрывается от учебника, оглядывает комнату, задерживая взгляд на окне и…. и тут он понимает, какого вообще черта?! Но как бы там ни было, это именно Леонард Снарт, который, бросив дерзкий вызов законам гравитации, висит за окном спальни Барри. — Оу! Привет! — Барри вскакивает со стула, спеша впустить Лена, дабы он не превратился в пятно на лужайке. — Спасибо, — говорит Лен, с помощью его руки забираясь внутрь. Барри выглядывает в окно, все еще озадаченный тем, как Снарту это удалось. Очевидно, математика и естественные науки — не такие простые, как он думал. Ну, вот. Вся его жизнь — ложь. Барри закрывает окно и опускает жалюзи — уединение лишним не будет. Обернувшись, он смотрит на Лена — на нем синие джинсы и зеленый лонгслив. От синяка под глазом остался только слабый след. — Привет, — говорит Лен, поднимая руку в неловком приветствии. — Привет, — отвечает Барри. — Итак, ты наконец решил перестать меня избегать? — он ухмыляется мысли, что Снарт прокрался к его дому и залез в окно, лишь бы только поговорить. Очевидно, входная дверь казалась ему более страшной перспективой. — Послушай, я знаю, что ты ждешь извинений, но я не могу. У меня… были причины. — Знаю, — кивает Барри. — И я это понимаю. — Барри… — Нет, все нормально, — печально настаивает Барри, уверенный в том, что Лен пришел сюда для того, чтобы признаться — они не могут быть вместе, и друзьями — тоже. Хочется облегчить Снарту ношу, как ни странно. Барри думает, что просто не сможет это услышать, оглохнет сразу. — Я все понял. — Нет, Барри, — ты не понимаешь… — Послушай, — снова обрывает его Барри, — ты мой друг, я не хочу усложнять тебе жизнь, так что… м-м-м! Губы Лена заставляют его замолчать. Это короткий, быстрый поцелуй, но у Барри все тело прошивает взрывом фейерверков. — Ты не мог бы… заткнуться на пять секунд? — просит Лен, медленно отстраняясь. — Чтобы я наконец договорил? Я хочу кое-что сделать. Что-то вроде предложения. Барри заторможенно кивает. — Я слушаю. Лен криво улыбается, услышав когда-то сказанные им самим слова. — Я не могу… мы не можем быть вместе в школе. Мы можем быть друзьями, как раньше, но вот держаться за руки… — он морщится, — или что-то такое… У Барри челюсть отвисает. Разговор явно свернул не в том направлении, что он планировал. — Я… я понимаю, — говорит он, на этот раз и правда понимая… вроде бы. Главное, он наконец понял причины, это — самое важное. Держание за руки и прочая ваниль для него ничего не значат. Но Лен… значит много. — Но. — Лен опускает взгляд на руки Барри, мысленно размышляя, стоит ли его коснуться. — Ты можешь быть со мной по вечерам и выходным… если все еще хочешь. В голове Барри так легко, словно он парит над землей. В космосе. В стратосфере. — Быть с тобой? — недоуменно повторяет он. Полуулыбка Лена превращается в дерзкую ухмылку. Он смешно закатывает глаза, а потом снова лукаво смотрит на Барри. — Ага. Ты можешь быть со мной. Затем Лен снова целует его.