Afraid to poison you

Из дверей дома, где проходила вечеринка, вываливались пьяные подростки, своими шатающимися телами усложняя вход трём парням. Эдди опасливо косится на всех этих людей, понимая, что его первая в жизни вечеринка началась слишком неожиданно, и что он меньше всего на свете хочет находиться здесь. А потом он задевает плечом идущего вплотную к нему кудрявого брюнета, и это прикосновение всплывает в мозгу неоновой вывеской, словно напоминание: «Я здесь, чтобы с этим придурком ничего не случилось. Я здесь, просто потому, что надо хотя бы иногда уступать и пробовать что-то новое. Я слишком долго сидел в норе». Они медленно пробираясь через потоки людей идут вслед за Стефаном, и оказываются в большой комнате, эпицентре этой тусовки. Шторы плотно задёрнуты, чтобы не пропускать в комнату закатные лучи и свет фонарей с улицы, по стенам развешаны разноцветные гирлянды, мигающие и меняющие цвета с жуткой скоростью. «Спасибо, что у меня хотя бы эпилепсии нет до кучи, а то сразу же б словил приступ» — промелькнуло в голове Эда. Посередине стоит длинный стол, накрытый дешевой прозрачной клеёнчатой скатертью, на которой расставлены горки бумажных стаканчиков и кучи бутылок разных форм, цветов и содержания. Посередине стояла огромная чаша с пуншем. Стол был облеплен со всех сторон танцующими девушками, одетыми слишком легко и откровенно для сентябрьского вечера, и крутящимися возле них парнями. Музыка была такой громкой, что чувствовалась везде — от неё тряслись картины на стенах, от неё подрагивали ноги и переставал работать мозг, пораженный таким оглушительным шумом. Но Стеф не остался в этой комнате и повернул в еще один коридор, осмысленно идя куда-то вглубь дома. Эдди через шаг сталкивался с каким-то новым человеком, лицо которого он всё равно не запоминал в попытках не потерять из виду Ричи и не отстать от него. Когда в узком коридоре стало слишком тесно, на ногу Эдварду наступило что-то острое, и вслед за этим на него рухнуло тело девушки в нежно-розовом коротком шелковом платье. Не устояв на каблуках-шпильках, она в попытке не упасть схватилась за плечи брюнета, который в свою очередь поймал её за талию. Придя в себя, блондинка встряхнула длинными кудряшками, и, буркнув короткое «пардон», привела себя в стоячее положение и подняла глаза на своего спасителя. Секунду они молча смотрели друг на друга, и, отойдя от неловкой ситуации незнакомка скромно улыбнулась уголками рта, всё так же глядя в глаза Эдсу. — Спасибо, что поймал, но я уже могу стоять, так что не мог бы ты… — девушка опустила взгляд вниз. Эдвард опомнился и в немом ужасе отдёрнул руки с её талии, проклиная себя за то что впал в такой ступор. Блондинка звонко рассмеялась, вгоняя парня в краску. — Да не смущайся ты, я бы тоже впала в короткий шок, если бы на меня кто-то так нагло упал. Кстати, я тебя тут первый раз вижу. Где мой герой пропадал до этого вечера? — язык девушки слегка заплетался от алкоголя и от скорости её речи. — Ох, всё равно извини, я не хотел… И я недавно переехал сюда, так что неудивительно, что мы не были знакомы, — парень смущённо провел рукой по волнистым каштановым волосам и улыбнулся, глядя в пол. — И мы всё еще не знакомы. Меня зовут Дэйзи, а тебя?.. — новая знакомая протянула свою маленькую ладошку, которую Эдс аккуратно пожал. — Эдвард. Или Эдди, как угодно. Твоё имя, оно как… — Да-да, моя мать десять раз перечитывала «Великого Гэтсби» и ещё до моего рождения уже знала, как меня назвать, — блондинка закатила глаза и улыбнулась. Эдвард был смущён обществом такой красавицы и никак не мог принять того, что девушка первая захотела познакомиться с ним. Внутри тела крепкого, симпатичного юноши с умными глазами всё ещё жил неуверенный, запуганный мальчик. Щеки пылали от жары и стеснения, и он всеми силами молился, чтобы она не заметила этого из-за слабого мерцающего освещения. — Так раз ты новенький, с кем же ты сюда пришёл? — Дэйзи нахмурилась. Эдди мог бы ещё долго смотреть на её сведённые к переносице брови, серьёзный задумчивый вид, если бы осознание самого вопроса не встало поперёк горла. Он же с кем-то пришёл. С гребанным Ричи, да, про которого забыл уже на несколько минут и теперь не имел никакого понятия, где его искать. — Я пришёл с другом, но если честно, за разговором с тобой я упустил его из виду. Так что я, наверное, побегу на поиски, но надеюсь, что мы ещё увидимся, Дэйзи. Девушка легко приобняла его, кивнула и с улыбкой пожелала удачи в поисках. Эдс побежал вперёд по коридору, лавируя между людьми. Он всматривался в каждое лицо, но не находил знакомых острых скул и квадратных очков. Он начал ломиться в двери всех комнат, в каждой натыкаясь на парочку целующихся подростков. Отчаявшись, он решил пойти в главную комнату, руководствуясь тем, что там происходит основное веселье и Ричи в любом случае рано или поздно заявится туда. О том, что он сейчас вдвоём со Стефаном, и каким они дерьмом вместе могут заниматься, Эдди думать совершенно не хотел, поэтому торопливо побрел обратно. Казалось, что в комнату набилось ещё вдвое больше народу, выпивка так и не кончалась и все дёргались в такт попсовой песне из «топ-10» айтюнса. Брюнет нашёл свободное местечко на диване в углу комнаты и поспешил занять его. Сев, он с облегчением выдохнул и хотел написать Тозиеру и спросить, где же он пропадает, но вспомнил, что они не обменялись никакими контактами. Убирая бесполезный телефон в карман, он заметил, что перед ним стоят две пары ног в туфлях. Подняв взгляд выше, Эдс обнаружил двух симпатичных девушек, смотрящих на него в упор, шепчущихся и явно обсуждающих его скромную персону. Он вопросительно поднял бровь, переводя взгляд с одной девушки на другую. — Ты пришёл один? — Одну из девушек вконец замучило любопытство и жалость к одиноко-сидящему парню. — Нет… Просто я потерял тут своего друга. — А может он специально тебя оставил и сейчас развлекается с кем-то, пока ты тут сидишь в гордом одиночестве? Ещё и, кажется, трезвый, — вторая девушка улыбнулась, помахав перед лицом Эдса пластиковым стаканчиком, из которого пахло алкоголем вперемешку с апельсиновым соком. Эдварда задели её небрежно брошенные слова, и фантазия уже рисовала сцены, как Ричи и вправду где-то отрывается со Стефаном, пока он один должен сидеть на вечеринке, на которой никого не знает. «А должен ли? К чёрту гребанного Тозиера» — промелькнула мысль вперемешку с обидой от того что его оставили, и он не думая встал и широко улыбнулся двум брюнеткам. — Так где тут выпивка? Девушки мгновенно взяли Эдди под руки и повели к столу с напитками, в самую гущу людей. Плеснув в стакан водки, незнакомка разбавила её томатным соком, взяла трубочку и перемешала ей жидкости. — Твоя «Почти-кровавая-Мэри», зайчик, — девушка протянула коктейль Эдсу и он сразу отпил из трубочки, поморщившись от незнакомого вкуса алкоголя. Люди вокруг танцевали под музыку, сотрясающую дом, и Эдди незаметно для себя начал переминаться с ноги на ногу и пританцовывать в такт. Водка давала знать о себе, и лицо парня растягивала улыбка, а в уже опустошенный стакан ему подливали очередную порцию выпивки. Одна из незнакомок танцевала рядом с ним, повернувшись к парню спиной и беззастенчиво прижимаясь к нему всем телом. Слегка приобняв за талию, он начал двигаться с ней в такт. «Чёрт возьми, а эта вечеринка не так уж и плоха. Даже без Ричи» — пьяный мозг давал сбой, и парень просто отдавался музыке и терял контроль над собой. Он больше не чувствовал себя задепрессованным подростком, ни разу в жизни не ходившим на такие мероприятия, не пробовавшим ни капли алкоголя. «Знала бы мама, что я сейчас вытворяю, у неё бы точно случился инфаркт». Но мысли про маму, про дом, про последствия быстро улетучились из головы «тихони» и сейчас он просто хотел забыть всё дерьмо и стать хоть на один вечер кем-то другим — более раскрепощенной, общительной и свободной версией себя. — А как зовут твоего друга? — танцующая с ним девушка приподнялась на носочки, и кричала в ухо, пытаясь перебить шум музыки и смеющихся людей. — Ричи. Ричи Тозиер. У него ещё такие чёрные кудрявые волосы, и… — О, можешь не продолжать, мы знаем его, — девушки переглянулись между собой. — Ох, правда? Как вы с ним, ну, познакомились? — Не сказать, что мы особо знакомы, но этого парня тут знают многие. Его можно встретить на каждой вечеринке, напивающимся в дрова, но если между нами — он немного странный. Вторая девушка кивнула, подтверждая слова подруги. — П-почему? Почему он странный? — от количества выпитого у Эдди стал заплетаться язык. — Он постоянно тусуется, но никого не подпускает близко, такое чувство, что он приходит только напиться и ему хорошо и одному, ну или в компании его нескольких придурковатых друзей, — девушка пристально смотрела в глаза Эдварда и говоря, наклонилась к нему, будто делилась секретом. — А мне кажется, что он просто зазнавшийся высокомерный мудак с завышенными стандартами, — подала голос вторая подруга. — Куини, солнце, если он тебя отшил — это ещё не значит, что он мудак, — девушка смеялась над своей подругой, которая уже сделала обиженную мордашку и скрестила руки на груди. — Такого добра и даром не надо. Оу, смотрите-ка, кто лёгок на помине. Она кивнула в сторону, и Эдди расфокусированным взглядом увидел прорывающегося через толпу Тозиера. Вид у него был, мягко говоря, рассерженный и Эдс невольно поёжился. Преодолев море людей, он подскочил к Каспбраку, и, схватив его за рукав толстовки, начал оттаскивать от девушек. От резких движений парень пошатывался и изо всех сил старался не упасть. На ходу помахав двум новым знакомым рукой и крикнув «извините», он тащился за Тозиером, пытаясь быстрее передвигать ногами и не отставать, в то время как кудрявый брюнет всё так же тащил его за кофту подальше от большого скопления людей. Добравшись до маленького закутка в конце коридора с одной единственной дверью, Ричи повернул ручку и ударом руки распахнул её так, что она ударилась об стену, а грохот от удара в десять раз громче отозвался в голове Эдди и тот схватился за висок с тихим «ай-й». Следом последовал такой же громкий хлопок уже закрывающейся двери. Ричи резко дёрнул за руку Эдди, притягивая к себе, и астматик пролетел метр вперёд в свободном падении, едва не сбив друга с ног. Тозиер схватился за ворот его кофты, не давая Каспбраку сделать ни шагу назад и смотря тому прямо в глаза. — Говнюк, ты где, блять, был? Я искал тебя по всему дому, — прошипел пылая злостью очкарик. Эдди на секунду опешил от слов друга и почувствовал укол вины, но… «Секундочку, кто кого ещё искал?». Эдс со всей силой схватил руку Рича за запястье и оторвал вцепившиеся пальцы от ворота своей толстовки. Но и это ему показалось недостаточным, и обеими руками он ударил в грудь друга, оттолкнув его и едва не сбив с ног. — Искал? А ничего, что ты меня потерял в толпе и даже не обернулся, чтобы проверить, иду ли я за тобой? Ничего, что ты оставил меня среди людей, которых я вижу первый сраный раз в жизни? — вдруг парень заметил сидящего в кресле в углу комнаты Стефана, вальяжно закинувшего ногу на ногу и с неподдельным интересом наблюдая за сценой ссоры. Его вид вывел из себя брюнета ещё больше. — Ничего, что я там был один, пока ты развлекался со своим дружком? — О-ох, один, значит? Ты завираешься, Каспбрак. Когда я пришёл за тобой, ты и без меня отлично проводил время в компании тех двух… — Не приплетай их к этому, они хотя бы пытались помочь мне не умереть там со скуки, в отличие от тебя! — Эдс срывался на истеричный крик и, подойдя вплотную к Тозиеру, тыкнул тому пальцем в грудь с пышущей волнами злобой. Ричи отшатнулся назад, но остался стоять на месте и почувствовал исходящий от друга запах алкоголя. — Эдди, ты пил? Посмотри в зеркало, ты же пьяный к чертям, что если твоя мать узнает? Боже, тебя можно хоть на секунду оставить одного? — Рич начал тараторить с огромной скоростью, волнуясь, что после первого алкогольного опыта тихоне-Эдсу станет плохо. Придерживая нетрезвого и заметно успокоившегося друга за плечи, он довёл его до кровати и усадил на край. Эдди уже выговорился, перешел все допустимые рамки, и теперь, будто по щелчку, в голове наступил полнейший штиль и он выдохнул так, что казалось, с этим выдохом из него вышла вся злость и обида. Не теряя ни секунды, брюнет упал спиной на мягкое покрывало и залился смехом. Эдди было слишком хорошо, чтобы злиться на чертового Тозиера дальше. Мысли улетали прочь из этой комнаты, тянулись к каждой ноте дурацкой попсовой песни, которую было слышно в любом уголке дома. Но что-то смущающее и странное плавало в его мыслях, и Эдс пытался зацепиться за мысль, но каждый раз в голове просто всплывало то, как разнервничался балабол, как аккуратно он подвёл его к постели, как смотрел с тревогой в глазах. Но он не мог понять, почему это казалось таким странным. «Ричи обращается со мной как с дорогим семейным сервизом, и при этом вспоминает о моей матери, хотя ведёт себя точно как она» — подумав об этом, Эдс захохотал, напугав этим вздрогнувшего от внезапного звука Тозиера, стоящего в полнейшем недоумении. — Чувак, твой дружок совсем поехавший. Ты как хочешь, а я пойду пообщаюсь с нормальными людьми. Позвони, если захочешь найтись. Развлекайтесь, детки, — с этими словами Стефан встал с кресла, кинул на кровать маленький пакетик с «колёсами» и вышел из комнаты. Ричи подобрал таблетки и сунул в карман джинс, оставляя самое сладкое на потом. Он сел на кровать рядом с Эдсом, внимательно рассматривая друга, который до сих пор лежал на спине и с блаженной улыбкой рассматривал потолок. — Эй, пьянь, ты точно в порядке? — кудрявый брюнет легко коснулся руки астматика, привлекая внимание. — Я в полнейшем и бесповоротном порядке! А почему ты трезвый? Знаешь, нам нужно пойти и выпить, Ричи, прямо сейчас! Это так расслабляет, вот бы я знал раньше, это лучше всех таблеток и успокоительных, ну пошли же! — Эдди резко сел, и схватившись обеими руками за худые костлявые плечи друга, начал трясти его и уговаривать пойти выпить то с безумной улыбкой на лице, то делая щенячий взгляд. Ричи снял руки друга со своих плеч, и, кивнув в сторону выхода, встал. Спорить с Эдсом было бесполезнейшей вещью, особенно когда он строит эти умилительные мордочки. Этот приём безотказно работал с детства, и Ричи так и не научился противостоять этому полному надежды и грусти взгляду. Эдс радостно вскочил и за долю секунды допрыгнул до двери, и только собирался повернуть ручку, как его запястье перехватили длинные бледные пальцы Тозиера. — Мы пойдём, но мне нужна небольшая помощь. У меня есть эти витаминки, — Ричи помахал пакетиком с наркотиками перед лицом Эдса и убрал обратно, — и когда я попробую это, ты должен быть недалеко от меня и контролировать, чтобы я не наделал какого-нибудь конченого дерьма. Всё понял? Эдди кивнул, приняв самый серьёзный вид на который он только был способен, будучи настолько пьяным. Ричи двумя пальцами выудил из пакетика одну таблетку и закинул в рот. — Теперь можем идти. Тозиер сидел на диванчике в главной комнате, наслаждаясь мягко наступающим приходом. Он лениво наблюдал со стороны за танцующими телами. За одним. За Эдсом. Люди вокруг него были как подвижная масса, лица смазывались и не оставались в памяти ни на секунду. Астматик привлекал к себе внимание, на то, как он самозабвенно танцевал, с одобрением смотрели люди, и он улыбался каждому в этой тесной комнате в ответ. Все эти мелочи разжигали огонёк злобы в Ричи. Он привёл этого тихоню сюда, так какого чёрта он там, купается во взглядах и новых знакомствах, а Ричи — тут, на диване, как всегда? Комната кружилась в глазах парня, движения окружающих становились то чересчур резкими и дёрганными, похожими на удары, будто они были не на вечеринке, а в бойцовском клубе; то комната словно погружалась под воду и танцы перетекали в медленные и тягучие, бесчисленные руки вздымались вверх и плавно опускались, превращая людей в изящных мифических русалок, в рыб, попавшихся в сеть, в колышущиеся на дне водоросли. Тозиер поднялся с мягкого дивана, и нетвёрдым шагом направился к Эдсу. Ритмы музыки проходили через всё тело как разряды электрошока, и парень сжимал и разжимал кулаки, буквально чувствуя покалывание искр на кончиках пальцев. — Хэй, — Ричи прикоснулся пальцами к локтю Эдса и сразу же отдернул руку, опасаясь, что друга ударит током из-за него. Прошла пара секунд, прежде чем кудрявый брюнет осознал, что все эти фокусы с электричеством в его руках лишь игра воображения из-за чудо-таблеток. Повернувшись в ответ на прикосновение, Эдди с удивлением обнаружил смущённого друга, и мягко взяв его за предплечья, начал двигать в такт его руками, вовлекая во всеобщее веселье и танцы. Смотря в глаза стоящему напротив счастливому Каспбраку, Ричи и сам подхватил волну и, прикрыв глаза, покачивался под мелодию. Сменялись песни, ритмы от медленных перескакивали к импульсивным и танцевальным. Тозиер растворился в этой толпе, как таблетка в его рту. Он танцевал уже полчаса без остановки, и к черту то, что он никогда раньше этого не делал. Худые руки взметались вверх и разрезали плотный воздух резкими угловатыми движениями, голова моталась из стороны в сторону в такт миганию цветных лампочек в немногочисленных осветительных приборах на стенах, чёрные волнистые пряди прилипали к мокрому от пота лбу и спадали на полуприкрытые глаза. Люди вокруг казались Ричи большим чудовищем с сотней глаз, и оно окружало их с Эдди, смыкало плотное кольцо вокруг, давило, и каждый из глаз пялился только на них двоих. И Ричи ловил от этого внимания кайф даже покруче, чем от своих витаминок. Все смотрели на них двоих — бывших лузеров ― астматика и очкарика, и никто, Тозиер был уверен, никто не посмел бы сейчас сказать о них хоть одно дерьмовое слово. Упиваясь помутнением рассудка, вниманием и весельем, Ричи еле открыл глаза и сосредоточился, когда Эдди прокричал ему в ухо «нам нужно отойти». Вопросительно подняв бровь, Ричи приблизился, чтобы лучше расслышать. — Тут слишком жарко, мне срочно нужно в другую комнату и… ингалятор. — Что? — Ричи всё ещё не мог понять слов либо из-за шума, либо из-за невозможности сосредоточиться. Каспбрак включил всё своё актёрское мастерство, отточенное годами изображения из себя другого человека, и начал свою пантомиму. Тозиер молча вникал, смотря как Эдс машет руками в воздухе на себя, будто веером, притворно кладёт руки на шею и делает вид, что кашляет, кивает и тыкает пальцем в сторону выхода из комнаты. Кудрявый брюнет кивнул в ответ, и поняв, что от него требуется, встал сзади Эдварда, придерживая того за плечи, и принялся пробираться сквозь людей к выходу, попутно расталкивая всех и прося разойтись перед другом. Изо рта болтуна сыпались многочисленные «пардон, пропустите», «спасибо», и даже грубые «отойди», если человек не уступал дорогу и игнорировал просьбу. Добравшись до арки, ведущей в коридор, Тозиер хлопнул себя по лбу. — Эдди, ты помнишь, как дойти до комнаты, из которой мы пришли? — Ну, вроде того, — Брюнет скрестил руки на груди. — Можешь подождать там? Я забыл телефон на диване, я сбегаю за ним супер-быстро. — Хм, ладно, тогда жду тебя в комнате. Ричи кивнул и ураганом умчался обратно, уже не церемонясь и расталкивая людей на пути. Эдс пошёл по узкому коридору в сторону комнаты, и почти все идущие навстречу девушки приобнимали его, а парни давали «пять». Парень понимал, что это все те люди, с которыми он пил, танцевал и знакомился в главной комнате, но он не помнил ни имён, ни лиц. Он отвечал всем взаимностью, раздавал свой номер телефона направо и налево. Эдди смущало одно — когда очередной человек просил добавить в друзья на фэйсбуке, он заминался и бормотал, что пришлёт ссылку позже через смс, придумывал кучу отговорок и старался как можно скорее уйти от этой темы. У Эдди не было профиля на фэйсбуке. Да и зачем, если пару прошлых лет он провёл затворником? Наконец преодолев расстояние до комнаты, Эдс зашёл и прислонился спиной к прохладному дереву двери, наслаждаясь одиночеством и сравнительной тишиной. Пальцы вытянули из переднего кармана толстовки телефон и быстро забегали по экрану. «Приложения». «Социальные сети». «Фэйсбук». «Скачать». Минута — и Эдс уже вводил в пустые поля свои имя, фамилию, любимую музыку, дату рождения. На графе «город» он споткнулся. Город, где он пережил худшие годы жизни в одиночестве, или Дерри, уже такой чужой и забытый? «Все мои новые знакомые отсюда, так что, наверное, это будет логично…» — и палец скользнул по клавиатуре, вбивая «Дерри». Юноша присел на кровать, трясущимися от алкоголя руками вводя информацию о себе, совершенно отключившись от шума и топота за дверью. «Друзья». Эдс не запомнил ни одного имени, и, решив, что кому нужно — найдут его сами, пока что добавить хотя бы Тозиера, чтобы хоть как-то с ним связываться. Поиски не составили труда, и вот он уже жмёт на кнопку «добавить в друзья» и в комнате раздаётся громкий сигнал уведомления. Эдди озадачено смотрит на свой телефон, проверяет все вкладки — ничего. Комната всё ещё кружится перед глазами, но юноша зацепляется взглядом за чужой смартфон, лежащий на туалетном столике. Чувство, что хозяин телефона может зайти в комнату в любую минуту не покидало парня, но и не могло сдержать любопытство. Добравшись до телефона одним прыжком, Эдс нажал пальцем на кнопку. На экране высветились многочисленные уведомления. И верхним было грёбанное «Вам поступила новая заявка в друзья от Эдварда Каспбрака». «Но если телефон Ричи здесь, то почему он пошёл за ним в комнату? Хотя, под таблетками еще и не такое в голове перепутается». Эдди нашёл логическое объяснение и уже собирался положить телефон на место, но те, другие уведомления не давали покоя. Он вновь разблокировал экран, и от каждого смс на экране глаза парня становились всё шире. «Ричи, когда вы уже наболтаетесь?». «Выйди в дворик сзади дома, мне нужно еще колесо». «Говнюк, я стоял в комнате почти рядом с вами, ты вообще замечаешь хоть что-то помимо своего мамкиного засранца?!». — Кто тут еще мамкин засранец, говна ты кусок? — в пустоту сквозь зубы сказал Эдди и нервно сглотнул. И кончик пальца вновь опустился на экран, пролистывая сообщения дальше. «Скажи спасибо, что при всех не оттащил тебя и не пошатнул твоей репутации, за которую ты, блять, должен быть благодарен мне». Все сообщения были от одного контакта ― Стефан. Эдди не мог сдержать злости на придурковатого блондина с манией величия, и на Ричи, который прогибался под всем этим дерьмом, что на него выливалось. Брюнет хотел листать и дальше, ожидая от сообщений отборных матов и унижений, но по ту сторону двери раздались шаги, и ручка поползла вниз. Руки мгновенно вспотели от страха быть пойманным, и телефон буквально выскользнул из ладони, упав на столик. В один прыжок Эдс пересёк комнату и сел на кровать, вытирая руки об одеяло. Спустя секунду, в дверном проёме появился Ричи, всё с таким же бегающим взглядом и широкой улыбкой на лице. — Я не слишком долго? — Вовсе нет… Ну что, нашёл телефон? — Эдди сосредоточенно, стараясь унять дрожь, смотрел в глаза друга. — Да-да, всё в порядке, я оставил его на диване, как и сказал, — Ричи демонстративно похлопал себя по заднему карману джинс и неловко улыбнулся уголком рта. — А это тогда что, а? — астматик уже не мог усидеть на месте, и ложь Тозиера жалила его как надоедливая пчела, и он вскочил на ноги, указательным пальцем тыкнув в сторону «потерянного» предмета. Взгляд обоих парней упал на телефон, мирно покоящийся на гладкой поверхности стола, и оба одновременно ринулись к нему. Трезвеющий и более развитый физически, к тому же подгоняемый злостью, Каспбрак добрался быстрее, схватил смартфон и поднял руку с ним над головой кудрявого брюнета. — Ты читал что-нибудь?! Признавайся! — Рич только что был уличён во лжи, но это не помешало ему сваливать вину на другого человека и продолжать нападки. — Да к чёрту мне сдался твой телефон, твои дела, твой Стефан! — Эдди держал руку всё выше и выше, не давая допрыгнуть другу до телефона и отобрать его, и не сразу понял, что выпалил. — Не читал, значит? — прошипел очкарик, и, воспользовавшись секундным ступором Эдварда, вырвал свою собственность, мгновенно затолкав в карман. Эдди тяжело вздохнул, устало плюхнулся на кровать и опустил взгляд в пол. «Мда, ну и хорош же я — наезжать на человека из-за лжи, и тут же палиться на своей» — Эдди не мог найти оправдания своему поступку и его захватила совесть. Он спрятал красное от смущения лицо в ладони и почувствовал, как кровать рядом с ним прогнулась под чужим весом. На плечо легла ладонь Тозиера. — Эдди, да ты чего… Я не обижаюсь. И даже почти не злюсь. В любом случае, мне нечего скрывать, тем более от тебя. Ну кто еще знает меня с детства, кто еще знает меня так хорошо, как ты, ну же! Эдс убрал руки и с ухмылкой посмотрел на друга. В его расширенные зрачки, на его потерянное выражение лица, на серьезно сведенные к переносице брови. И ухмыльнулся еще шире. — Сейчас мне кажется, что я совершенно тебя не знаю, — Каспбрак качнул головой и вновь отвёл взгляд в пол. — Да и Стеф явно тебе очень… Близок. Оба юноши боялись столкнуться взглядами и неловко прокашлялись. — Так где ты был, Ричи? Где ты «искал телефон»? — в голосе юноши сквозило непоколебимое желание выбить всю правду. — Со Стефаном. Мне нужно было… — Отдать таблетки? — бровь Эдса вопросительно изогнулась. — Что? Откуда ты?.. — но вспомнив, что телефон с сообщениями был в чужих руках, и что Стеф мог писать об этом, Ричи просто кивнул. — Если честно, мне всё равно на ваши дела, но когда же ты перестанешь терпеть всё это? Ты же можешь просто… Перестать с ним общаться? Зачем ты держишь около себя такого подонка? — вырвавшись, слова уже лились потоком и Эдс не сдерживался в выражениях. — Эдди, я уже объяснял, так нужно. Не лезь в это, прошу, — взгляд Тозиера был пустым, беспомощным и направленным в никуда, а пальцы без прекращения отбивали неизвестный ритм по одеялу. — Как я могу не лезть, если с ним ты сам не свой? Вспомни, как полчаса назад тебе было хорошо там, среди людей, танцуя и не вспоминая об этом гаде! И посмотри на себя сейчас, — брюнет размахивал руками для пущей убедительности, и даже думал подтащить друга к зеркалу, но быстро отмёл эту идею, дабы не устраивать совсем уж клоунаду. — Эдди, это наркотики. Я могу закинуть еще одну, и мне опять будет круто и весело. Давай? Ты же этого хочешь, Эдс? Кому я вообще к чёрту сдался унылым, так? — парень, будто подражая другу начал срываться на крик, и засунул руку в карман, уже вытаскивая цветной кругляш из пакетика. Ему помешал резкий удар по ладоням. Пакетик отлетел в другой конец комнаты, на лету разбрасывая разноцветные таблеточки, будто конфетти. От неожиданности Ричи потерял дар речи и молча переводил взгляд с одной таблетки на другую. — Я не хочу, чтобы ты был весёлым. Точнее хочу, конечно хочу, но вспомни, сколько раз в детстве ты ругался с родителями, сколько раз уходил из дома, сколько раз я уговаривал тебя не пинать от злости каждый мусорный бак по дороге? И я хоть раз послал тебя, когда тебе было плохо? Мне дерьмово, Ричи! Дерьмово, потому что ты тратишь себя на такого уёбка, из-за которого тебе становится еще хуже! Да, сука, я не хочу, чтобы ты притворялся, будто ты в порядке ради кого-то, а еще я просто хочу, чтобы ты хотя бы сегодня больше не кидал меня одного и не уходил к этому придурку. Хочу… — Эдвард кричал, махал руками, но последнее слово прозвучало так приглушенно, так по-детски, что Тозиер, слушая друга, не смог сдержать улыбку. Одну из немногих искренних улыбок за долгие месяцы. Его веселил вид разъяренного Эда, изо рта которого лилось столько «неправильных» слов. И Ричи трогали за живое его слова. — Так дело в том, чтобы я не оставлял тебя? Извини. Я не буду. Весь оставшийся вечер я не отойду от тебя дальше, чем на метр. Хорошо? — Ричи старался говорить как можно спокойнее, тише и с уверенностью, но боялся, что голос дрогнет. К Ричи стало возвращаться то чувство из детства, те эмоции, когда он защищал Каспбрака от всяческих бед, лишь бы с ним только ничего не случилось, а то не дай Бог Эддичка упадёт — и всё, считай, что его дорогая мама не выпустит гулять сына еще добрую неделю с лишним. А чем же тогда Ричи заниматься одному? И вот снова его капризное «хочу» заставило Тозиера почувствовать себя сильным, почти всемогущим, и плевать, что теперь друг на порядок сильнее его самого. Только не сейчас, когда он в смущении от сказанного прикрывает лицо ладонью, а второй сжимает ингалятор — уже наготове. Через бесконечно долгие несколько секунд Эдди так же тихо ответил. — Хорошо. — Тогда пойдём танцевать? — Ричи опять широко улыбнулся, увидев открытый в удивлении рот Эдса. — Но… Все эти таблетки… — обведя растерянным взглядом комнату, Эдс всё еще не знал, как реагировать на резкую смену настроения Тозиера и тянул момент. В отличие от Тозиера, который пронёсся по комнате и моментально собрал с пола все кругляши, ссыпав их обратно в пакетик. — А теперь? — К-к-конечно. Идём. Стоило выйти за дверь, как всё вмиг поменялось, будто встало на свои места — и снова водоворот незнакомцев, водки с соком и танцев под оглушительную музыку в душной комнате.

***

15 минут назад.

Кудрявый брюнет и блондин вышли в вечернюю прохладу внутреннего дворика, захлопнув за собой стрелянную дверь дома. Привычная ухмылка Стефана стерлась с его лица. Он поджег сигарету, дёрганно сделал пару затяжек подряд, выдохнул дым и повернулся к Ричи, смотря на него так внимательно, будто пытаясь найти ответы на его лице. — Что, натанцевался? Я стоял рядом с вами, но ты, блять, даже не смотрел в мою сторону! Был слишком увлечён? А сообщения? Ты хоть видел, сколько я оставил смс? И чего ты так таскаешься с этим правильным ублюдком? Тозиер, смотря вникуда, был беспечно-спокоен, пожал худыми плечами, взял из пальцев Стефа сигарету, и вместе с вдохом своей порции никотина пришёл и единственно-верный ответ на вопрос. — Я просто пытаюсь быть ему хорошим другом, понимаешь? Тем другом, которого у него не было последние пару лет. Я поступил как ёбаный эгоист, забив на него и развлекаясь, в то время как он оказался в чужом городе без друзей и поддержки. — Каким же мямлей ты стал, Ричи. Этот парень влияет на тебя самым отвратительным образом. — И похуй. Вспомни-ка, что меня ты подобрал в примерно таком же состоянии. Так что спроси у себя: зачем? На этот раз я должен сделать всё правильно, и если тебе что-то не нравится — я никого не держу. Ричи вернул сигарету, и оставив пышущего гневом Стефа одного, зайдя обратно в дом, от раздражения и нервов слишком громко хлопнув дверью.

***

— Выйдем на крыльцо? — Идём. Два юноши вышли из дома, Ричи присел на ступеньку, вытянув ноги, и закурил. — Ричи, мне, наверное, уже пора домой… — Эдди не решался сесть рядом, неуверенно качаясь на ступеньке рядом с другом. — Сейчас? Ты же еще не протрезвел даже! Что скажет твоя мамочка? Еще и через весь город пьяный потащишься. Оставайся, камон. Когда ты еще повеселишься? Эта ночь твоя, друг, или тебе уже скучно? — Нет-нет, всё здорово, и очень необычно для меня, и… Я уже немного хочу спать, честно говоря… — В чём проблема? Я и сам готов отрубиться. Можем пойти в ту же комнату, забаррикадироваться изнутри и ты вернешься утром домой в целости и сохранности, еще и выспавшийся, — кудрявый брюнет поднял ладонь вверх, будто произнося клятву. Пытаясь логически мыслить затуманенным мозгом, Эдс подумал, что в словах друга есть огромная доля правды. Маму тут же инфаркт хватит, приди он посередине ночи, пропахший алкоголем и сигаретным дымом. «Отправлю смс, что со мной всё в порядке, и… Всё». — Хорошо, я остаюсь. Но пожалуйста, докуривай быстрее, а то я усну прямо тут и тебе придётся тащить мою тяжёлое пьяное тело до кровати, — оба подростка усмехнулись, и Ричи затушил недокуренную сигарету.

***

Подперев изнутри дверь комодом, Ричи разбежался, прыгнул на кровать и завернулся в одеяло. Ночной ветер оказался слишком холодным для парня в одной тонкой футболке. Нерешительно помявшись на месте и дождавшись, когда Тозиер отвернётся, Эдди стащил с себя влажную от пота толстовку и бросил на спинку стула, оставшись в футболке. Комната была погружена в темноту, за исключением света уличных фонарей, падающего на кровать, да полос света от редко проезжающих машин. Эдс лёг на оставшуюся свободной сторону кровати, ближе к окну, и уснул, стоило его голове едва коснуться подушки, успев напоследок пробормотать «спокойной ночи». А вот Ричи не спалось. Он долго вертелся с боку на бок, раскутывался, мёрз и закутывался в одеяло заново. Действие наркотика тягуче и неприятно отпускало его. Тихо встав с кровати, парень открыл окно и закурил в него, стараясь выдыхать так, чтобы дым не попадал в комнату. Сделав последнюю затяжку и выкинув фильтр в окно, он обернулся, чтобы обойти кровать и вновь попытаться уснуть. Но так и не смог сдвинуться с места. В голове закрутились механизмы, и он непроизвольно вспомнил, что что-то во внешнем виде Эдди зацепило его еще днём. Он бегло осмотрел комнату — лицо мирно спящего Эдса, полосы света на нём, сброшенное на пол одеяло, стул с толстовкой друга. Толстовка, которую Эдс снял только сейчас, хотя весь вечер ходил с мокрыми волосами и раскрасневшимся лицом. Подойдя к стулу, он взял мягкую тёплую ткань в руки, внимательно рассмотрел, и не найдя ничего любопытного пожал плечами и кинул кофту обратно. «Мало ли, почему он носит эту чёртову толстовку в такое тепло. Его мама — чокнутая и сверхзаботливая, так что ничего удивительного». Подойдя к кровати, кудрявый брюнет задержался напротив Эдди, рассматривая его. «Я как сраный маньяк — одежду потрогал, на спящего человека посмотрел, осталось пойти передёрнуть на это». Тозиер усмехнулся шутке в своей голове и тут же смутился, вспомнив, кто лежит перед ним. Смотря на спящего Эдса, Ричи чувствовал себя защитником. Будто это он специально не спал и оберегал его сон, а не комод, которым они подпёрли дверь, чтобы ночью никто не зашёл. Воспоминания вновь возвращали его в четырнадцатилетний возраст, когда он наблюдал за каждым шагом Каспбрака, лишь бы с маменькиным сыночком ничего не случилось. И он постоянно предупреждал его о ступеньках, отгонял пчёл, ловил на лету, когда тот спотыкался и падал вперёд, чтобы в конце ткнуться носом в асфальт. И никогда не долетал до него, будучи моментально подхваченным Тозиером. Память о тёплых летних днях, прогулках по Пустоши и катании на велосипедах так согрела юношу, что его начало клонить в сон. Еще раз вглянув на спящего друга, Ричи улыбнулся и подошел к кровати, чтобы аккуратно перелезть на свою сторону. И лишь приблизившись, парень заметил на коже Эдса тонкую полоску. Любопытство победило. Аккуратно и мягко взяв его руку за предплечье, Рич развернул её так, чтобы на неё попадал желтоватый тёплый свет из окна. Красно-малиновые, белые, тонкие — едва заметные и толстые-выпуклые — рука Эдса была исчерчена шрамами от запястья и почти до локтя. Ричи выронил руку на постель и в ужасе зажал ладонями рот. Вдох. Выдох. Сопение Каспбрака. Резко открывшиеся глаза. Короткого взгляда на Тозиера, сидящего на полу перед кроватью с полными страха глазами и затем на свою руку хватило, чтобы даже сонный мозг сообразил — он видел. Эдди за секунду отполз на дальний край постели, прижался к спинке кровати и судорожно пытался закинуть одеяло на руку и спрятать позорные доказательства его слабости. — Ри-ч-ч-и, не пугайся, всё хорошо, это было слишком давно, ложись спать, прошу. Кусочки паззла в голове Тозиера складывались с чудовищной скоростью. «Грёбанная толстовка с длинными рукавами в жару. Чтобы скрыть. Очевидно. Я идиот.» Впервые при Эдсе парень испытал настолько сильную беспомощность и слово «бесполезный» прокрутилось в голове десятки раз. Медленно встав с колен, он, глядя в глаза Эдди, присел на кровать и начал придвигаться к нему так неспешно и осторожно, как двигается зверь к своей добыче. Одним резким цепким движением сорвал одеяло к чертям и бросил на пол. Эдс попытался вскочить с постели, но был схвачен за край футболки длинными худыми пальцами Тозиера, такими бледными, что почти светились в темноте. Астматика парализовал страх от неожиданных движений товарища, а хаос, творящийся у того в голове, нельзя было просчитать никакими формулами и циферками, к которым так привык парень за годы одиночества. Он сидел, боясь даже шевельнуться, дыша через раз, всё так же продолжая глупую игру в гляделки. — Эдди, достань руку из-за спины. Я уже всё видел. Давай же, — голос Ричи был спокойным, глубоким, доверительным. Будто бы поглощал всю неуверенность и неловкость за двоих. Брюнет тяжело выдохнул, нашёл силы и вытянул руку вперед, прямо под падающий на простыню свет. Рич осторожно и заворожено, боясь спугнуть друга, провёл холодным пальцем от сгиба его руки до ладони, по всем неровностям шрамов, мысленно пересчитывая их. — Эдди, я должен был быть рядом. Должен был защищать тебя. — Моя мама увезла меня из города. А я был пугливым сопляком, ушедшим в себя от постоянных насмешек и издевательств. Кто угодно виноват, но не ты, — Эдди до сих пор немного лукавил и отчасти всё-таки винил друга, но не мог признаться в этом сейчас. — Не отводи взгляд, я же всё равно знаю, что ты врёшь. Эдс, ты так вырос, но всё так же прост, как открытая книга, — парень горько ухмыльнулся, отвернулся от Эдварда, который не мог найти слов, и сел на край кровати, бесцельно глядя в окно. — Эдди?.. — позвал парень, даже не обернувшись. — Да? — Я на связи 24 часа в сутки. Ты можешь позвонить в любую секунду, слышишь? Однажды я поступил как придурок, но твоё возвращение — повод всё изменить. И, да. Стефан больше тебя не потревожит. Думаю, я разобрался с этим. — Х-хорошо. Спасибо, — неуверенно пробормотал Эдс, совершенно не понимающий что происходит и выпавший из реальности. — За что спасибо, глупый? Я просто буду рядом. На всякий случай. Вдруг ты споткнешься, — после секундной тишины, оба подростка, не сговариваясь вспомнили все неловкие ситуации из детства и рассмеялись, будто и не было тех нескольких лет. — Глядя на тебя, мне думается, что теперь моя очередь тебя спасать. Может, уже займёшься своим здоровьем? — в голосе Эдди звучали поучительные нотки и очкарик закатил глаза. — Ты хоть иногда перестаешь думать о таблетках? — А ты хоть иногда перестаёшь быть язвой и прислушиваешься к кому-то помимо себя? — астматик насупился. — Теперь да. Буду слушать каждое твоё скучное слово о лекарствах и болезнях, — Ричи рассмеялся и тут же умолк, боясь привлечь в комнату незваных гостей, пришедших на шум. — Придурок. Прошло около десяти минут в тишине, и Ричи стал окутывать сон. Устроившись на кровати, он перевернулся на другой бок, лицом к Эдварду, и обнаружил, что тот мирно сопит. Рука в порезах лежала на подушке перед его лицом, уже без стеснения, и будто барьер разделяла парней. Ричи задремал почти сразу. Его пальцы остались невесомо лежать на руке Эда, подушечками пальцев касаясь шрамов.