Джокер без анастезии

Каждое утро начиналось с волны ненависти к самому себе, а вечер... Вечер - нет, как затем не пытался себя пристыдить Чонгук, ему стало нравится. Его навыки в различных областях расширялись. Например, ориентирование по звёздам, конечно, та ещё полезная штука, но кулинарная наука и метание ножей? Интересно, полезно, а главное - забавно. Он познакомился ещё с ребятами, которые были активными участниками: непосредственно ходили на задания. Особенно с Дином: он стал его верным напарником в играх против Зико и Хосока в пейнтбол, теннис, даже парные шахматы. - Мы тебе не враги, - хмыкает Дин, хмурый парень со шрамом на щеке. - Че волком вечно смотришь? Они были посреди очередной игры в захват флага в садике, том самом райском, с прудиком, только ночью и в тишине, с противниками в лице Хосока и Зико, он был далёк от рая. Скорее, полигон военных действий. Катапульта всегда стрелял шариками с краской по болевым точкам, а Хамелеон... Он был таким. Непонятным. Вроде, игра, вроде, названный соперник, но Чонгук не мог в него стрелять. Поразительное качество так располагать к себе, говорить слова, которые добавляли тебя в зону комфорта. Это сложно объяснить, но Хосок размывал границы правды и неправды, и ты уже был похож на его послушного кролика. Перед лицом кобры. - Какое у тебя прозвище? - узнавая людей ближе, Чонгук мог бы понять, что тут вообще за место. - Осторожнее с вопросами, - хмыкает Дин, предупреждая. - А то что? - не отстаёт Чонгук. - А то ты труп, - горячий шёпот и болезненный точечный удар в шею: его подстрелили. И сзади него... Он чувствовал это всем своим существом, тот, кто пропадал целую неделю, прятался или был занят - Чон не знает. Но это давало возможность немного забыться, отойти от трясины ненависти и жажды мести. - Ты долбаный труп, раз тратишь на разговоры время, когда сражаешься, - шипит на ухо Джокер, а вдали раздаются недовольные крики их противников. - Хотя ваши соперники - такие же соплежуи. Разочарован. Чонгук оборачивается, чтобы увидеть все такого же собранного и в чёрном костюме парня с нечитаемым лицом, который спокойно шагает в сторону здания, на ходу показывая палец вниз идущим ему навстречу Зико и Хосоку. Те расстроены, их маски в зеленой краске - значит выстрел был почти влобовую. Да кто это, черт возьми, смог вырубить в их игре всех разом в одиночку? - Он лучший, запомни это, пацан, - Дин болезненно трёт плечо, куда ему угодила пуля. Время десять, самый отбой для всех живущих в этом... Допустим, заведении. Строгое расписание, чёткий режим, вот и Чонгук уже стягивает вещи, планируя забраться после тяжёлого дня в кровать под одеяло. Но дверь неожиданно распахивается, и на пороге Зико с двумя сумками в руках. - Ты заколебал всех своим подозрительным взглядом и колкими репликами, - говорит Катапульта и ворошит свои волосы на затылке. - Любишь Хеллоуин? - Ну так, - Чон судорожно пытается просчитать ответ, чтобы не попасть в просак. - Костюм Бонда или Железного человека? - предлагает тот. И в любой другой момент он бы выбрал любимого героя Марвел, но из-за происходящего вокруг... - Бонд, Джеймс Бонд, - твёрдо отвечает Чонгук, и ему кидают одну из сумок на кровать. - Хороший выбор, - Зико кивает и исчезает за дверью. - Полчаса, и машина будет ждать тебя у входа. И все. И ебись как хочешь с этой информацией. Раз уж сам подписался. Чон делает глубокий вдох и срывается в ванную делать красивую укладку. Чёлку на бок, чтобы было видны брови, от косметики он отказывается - не в стиле агента. Смотрит в зеркало: что ж, он всегда был привлекателен, особенно так. Затем одежда. В сумке оказался темно-синий костюм, приятный на ощупь материал, дорогой. На бирочке - YSL. Сен Лоран? К нему белоснежная рубашка и бабочка в тон костюму. Все идеально село: приталенный пиджак будто по его параметрам сшит (не исключено), зауженные, чуть укорочённые брюки подчеркнули все его достоинства: длинные ноги и мускулистые бёдра. - Взболтать, но не смешивать, - подбадривает он сам себя перед выходом. На улице его ждёт, конечно же, навороченный спортивный Бентли. Никто за рулём, молчит как всегда. - Куда мы едем? - делает попытку Чонгук, но провал. Рой мыслей заставляет нервничать: это вряд ли увеселительная поездка. Значит, дело. Первое? Его боевое крещение? Вложенные в него силы и деньги надо отрабатывать? В этот момент посещает страх, что он не готов, но Чон отметает его как надоедливую муху: не сегодня. Ему нужно быть уверенным в себе и самодостаточным, как Бонд, трезво мыслить, быстро реагировать. Не сильная его сторона, но все же слабости можно обратить в пользу? Выглянув в окно, он замечает, что там яркие огни и витрины Каннама. Где же ещё, кроме как самого дорогого района Сеула? Нервы не перестают шалить, но это непозволительная блажь, Чонгук щиплет себя с силой за ногу, и боль отрезвляет. Надо запомнить. - Приехали, - говорит водитель, когда Бентли остановился у древнего Буддийского храма, который располагался как раз посреди этого элитного района. Чонгук оглянулся вокруг: неужели это шутка или развод? Но начал, так иди до конца. Он грациозно выходит из машины, поправляет пиджак, надевает маску самодовольного богача и мачо, чуть вздергивает нос и идёт твёрдой походкой сквозь вход на территорию храмового комплекса. Темно, но в отдалении слышится музыка. Поджилки трясутся, противный голосок мычит внутри: "вернись, беги". Но ноги сами его ведут на звук. И привели. Это один из самых больших молельных домов, на входе три здоровяка и парочка тощих парней в костюмах бабочек курят. По запаху, разносящемуся по округе, - марихуана. И почему это не выглядит удивительно? - Вы к кому? - басит амбал, скрещивая руки на груди. Чон на миллисекунду опешил, а затем ... Игра началась. - Меня ждут, - и от уверенности в его движениях и словах, почему-то Чонгука пропустили внутрь. А может, им что-то успели сказать в наушник. Вполне возможно. Звуконепроницаемые двери растворяются, и привет, Содом и Гоморра. Громкие басы, толпа полуголых тел в диких костюмах, больше похожие на костюмы шлюх. Хотя, стоп, это именно так и есть. Чон чуть не закатывает глаза от прозаичности картины. Каждый дорогой клуб выглядит так. За исключением того, что этот находится - в ХРАМЕ! - Привет, малыш, - чья-то рука скользит по его бицепсу и прижимается обнаженной кожей. - Тебя ожидали. Незнакомое лицо ведёт его мимо танцпола к лестнице, они поднимаются на этаж выше, и вот перед ним дверка с табличкой "SuperVip". - Добро пожаловать, мистер Джеймс Бонд, - на диване сидит, развалившись, неприятный жирный мужик, пока его целуют с макушки до пят две миленькие блондинки. - Спасибо, - Чонгук уважительно кланяется, попутно рассматривая помещение и вспоминая, что у него есть яйца, чтобы не проколоться. - Надеюсь, ваше гостеприимство распространяется на алкоголь? - Хаха, - когда тот смеётся все его складки жутко колыхаются. Он реально огромен. Чон даже вспомнил чудесное сравнение из Звёздных войн: Джаба. Вроде, так. Но озвучивать шутку не стал. - Сболтать, но не смешивать? - уточняет его неприятный собеседник. - Достаточно розового Кристал, спасибо, - Чон всегда мечтал попробовать. - Бабский напиток, но приятная штука, - Джаба (а почему бы его так и не называть?). - Значит, Сеульский университет? - Очевидно, - парирует Чонгук, начиная понемногу улавливать суть. - Значит, мы можем договориться? - А ты мне нравишься, - цокает мужчина и машет что-то своим сподручными. - Но сейчас же праздник! День всех святых! Какая чудесная ирония! Покажем истинные лица? Наденем блядские костюмы и утешим хороших папочек? Чон должен держать марку и вести себя как важная персона - ректор Сеульского, как он понял. Один неверный жест, и этот наркобарон его порешит. Не хотелось бы. - У меня специфические вкусы, - Чонгук хмыкает и медленно делает глоток чудесного напитка, не разрывая зрительного контакта с Джаба. - И я могу тебе угодить, - теперь этот жирдяй смеётся в голос: звучит мерзко. Мужчина хлопает в ладони, и со стороны шторок выходят две фигуры. Чтобы не закричать Чон вонзил ноготь себе в кожу, и смог: даже бровь не дрогнула. - Как тебе мои красоточки? - урчит Джаба, подзывая пальцем к себе вошедших. - Прекрасная Сакура, - и он хватается за изящное запястье парня... Джина... Он полуобнажён, без верха. На его коже нарисованы бело-розовые цветы в витиеватом рисунке. Они чудесно сочетаются с волосами такого же оттенка, его длинные ноги подчеркиваются темно-коричневыми кожаными штанами. Джин босс. И так воздухолишабельно красив. - Ааа, оценил, - брюзжит Джаба, а затем выводит под свет второго. - Крошка Плейбой. Тэхен... Последние силы воли дались, чтобы не дёрнутся навстречу. Чон позволил себе лишь кровожадно облизнуться: это подходило ситуации. Неужели это тот самый Джокер? На голове ушки кролика, бабочка на шее, жилетка, не скрывающая почти ничего, золотые мини-шорты (Чонгук осушил до конца бокал и внутренне взвыл)... Эта тряпочка на Тэхене выглядела убийственно... Задница... Агх, прекрасна.. Трахабельная, черт, Чон уже возбуждён, а эти выпирающие косточки и тонкая талия... Шикарные ноги на высокой шпильке... С обложки Playboy, не иначе. - Хорош? - Чонгук согласно кивает. - Омега и парень? Вишенка на моем десерте. Помогите нашему гостю отпраздновать Хеллоуин. Эти двое синхронно двинулись к нему, с томными взглядами и такой блядской походкой от бедра... Да, они демоны! Чон почувствовал себя монашкой в вертепе. Хотя, кажется, он ею и был. Его отвели в кресло, и оба расположились от него по бокам. Пальцы Джина скользили по его плечам, забираясь под пиджак, касаясь ногтями выпирающих сосков. Чон напрягся, и дыхание стало чуть учащеннее. Тэхен смотрел на это, улыбаясь, а затем начал выцеловывать шею, жарко облизывая ушную раковину... И стоны... Он издавал потрясающие стоны. А затем. - Расколи его, мы записываем разговор, - между томными вздохами Джокера. А вот и приказ. И нужно это сделать побыстрее, иначе Чонгук сейчас спустит в свои штаны, как юный шкет. Это было бы позором. А терпеть становилось невыносимо. Какие же эти двое жестоких мальчика талантливые. И Чон не должен рисовать в голове картинки, как поимеет и Джина, и Тэхена одновременно. Брр, так нельзя. - Скучно, - собравшись, устало бормочет Чонгук и даже зевает для убедительности. - Не хотите ли сыграть? Мужчина ака Джаба отвлекается от поцелуя с одной из девочек и изумлённо выгибает бровь. - Думаю, вам понравится, - Чон поднимается, не стесняясь сильно выпирающего стояка, и идёт к одному из охранников. - Дай пушку. Амбал смотрит на босса, тот кивает, мол, давай, любопытно же. Но второй достаёт свой пистолет и держит теперь на мушке гостя. - Расслабьтесь, русская рулетка - это весело! - хохочет Чонгук и вынимает все патроны в магазине кроме одного. - Нам повезло, что вы предпочитаете револьверы. Чон встаёт напротив Джаба и протягивает ему орудие, предлагая первым сделать ход. Мужчина берет, и Чонгук чувствует затылком напряжение каждого в комнате: от ошибки зависит исход операции. Но фортуна... Что скажет она? - Оп, - нажимает на курок наркобарон и начинает вопить как свинья. - Я так и знал! Я поцелован небесами! Тэхен еле слышно за спиной тяжело выдыхает, и Чонгук ощущает посторонний запах в комнате. Лёгкий аромат клубники. Но он не успевает сильно задуматься, ему протягивают револьвер. - Ваша очередь, - мужчина жмурит и без того узенькие глаза. - Отличная проверка на вшивость, не так ли? - Конечно, ведь после мы сможем поговорить, как нормальные мужики, а не в компании шлюх, - Чон брезгливо морщиться, и Джаба доволен. В его руках смертельное оружие, там всего одна пуля, и на одну осечку стало меньше. Страшно? А чего ему терять? Слишком много дерьма навалилось в последнее время, он истощён морально и психически, и шампанское неплохо дало в голову. Чон отключает мозг, подносит дуло к виску, и прямо перед нажатием курка клубника так сильно забивалась в нос, что зрачки болезненно расширились. Выстрела не происходит. Чонгуку все равно. Его обоняние горит адским пламенем, а ноздри судорожно втягивают воздух. Кто? Кто тревожит его альфу так сильно, что он вот-вот сорвётся? Как невыносимо, как ему хочется сожрать источник запаха! Разодрать зубами и... - Все на выход! - командует Джаба, и через минуту они оказываются только вдвоём в этой комнате. - Ты меня повеселил, признаюсь, я решил, что ты холёный мальчик из спецслужб, - Чон изображает звуки блевотни. - Да, тоже так думаю. Значит, приступим к делу? Они подходят к столу у дальней стены, тучное тело плюхается на него и отчего-то ржёт. - До чего же забавная игра, прям нервишки почувствовал, давно такого не было, - да уж, а Чону было плевать, как ни странно. - Назначь контрактное лицо, поставки начнутся со следующего месяца, - и протягивает ему косячок. - Мы хотим самого качественного, - уверено замечает Чонгук, скептически оглядывая травку, но все же садясь рядом и закидывая ногу на ногу. И предсказуемо по ней ползут толстые пальцы: вверх по бедру. - Только самый лучший кокаин, с моих плантаций в Южной Америке, и самая вкусная марихуана из восточной Европы, твои милые студентики оценят, - обрюзгшая физиономия, вся в рытвинах и шрамах, тянется за поцелуем, и, кажется, Чон и впрямь готов сейчас затошнить здесь весь пол. Но дверь с грохотом раскрывается с ноги на высокой шпильке. Тэхен врывается в кабинет, мигом заваливает толстяка на пол и надевает наручники, не забыв при этом мощно двинуть тому между ног. - Вы можете сохранять молчание, все сказанное может быть использовано против вас, - Джокер скалится. - Так бы сказала полиция, ублюдок! А затем ещё пару сильных ударов под рёбра, в нос и снова по яицам. И только тогда, когда приехала полиция, они оба покинули клуб. Молча шли, под звук каблуков Тэхена. Как джентельмен, Чонгук снял пиджак и накинул на вздрагивающие плечи. Зачем? Необъяснимая забота, да и тот его, вроде как, выручил. Никто их ждал, как по расписанию, напротив входа в храм. - А где Джин? - поинтересовался Чонгук, когда они выдвинулись в путь обратно. - Дома твой дружочек, - Тэхен пробубнил, закрывая глаза. - Расплатился за грехи и был прощён. - Но я думал, - начал Чон, но его перебили. - Что я монстр? - смеётся беззвучно Джокер и щёлкает того по носу. - Нет, я зайчик-плейбой. Хихикает над своей же шуткой Тэхен, и он кажется в этот момент таким озорным ребёнком, тёплым и домашним. - Тем более, он не больше, чем жертва обстоятельств, - добавляет парень, устало потягиваясь. - Мы нашли ему работу и отмыли досье. Удивление. Прекрасное чувство, которое может трогать ещё не совсем очерствевшее сердце. Возможно, Чонгуку стоит пересмотреть отношение ко всей организации в целом: может, в ней есть смысл? Может, изначально ее идеалы прекрасны? Ужасны лишь некоторые отдельные личности, которые умеют больно предавать? Ему нужно найти ответы ещё на столько вопросов, на столько непонятных ситуаций, но сегодня он понял тоже достаточно много. 1. Он вполне подходит под роль агента этой конторы и способен импровизировать на удачу. 2. У него стальные яица, согласитесь: русская рулетка, твою ж мать. 3. Сегодня он впервые учуял запах омеги. Омеги парня. Тэхена. И это было слишком впечатляюще сильно для него, чтобы не захотеть в будущем ощущать такой аромат снова. Чонгук вполне мог потерять здравый рассудок от одновременно сладкого и свежего запаха деревенской клубники. И это спутает все его планы. Он и так еле держится, балансируя на грани любви и ненависти.