Талисман клана Узумаки

      Война не стала для нас всех неожиданностью. Всё давным-давно вело к этому. Однако было больно видеть, как каждый день из Конохи уходят весёлые жизнерадостные дети, а возвращаются сломанные войной шиноби. Если вообще возвращаются.       Я смотрела на очередную тренировку Минато с тремя его подопечными. Малышка Рин была собрана и скрупулёзно оттачивала навыки тайдзюцу с Обито, явно витавшим где-то в облаках. Минато тренировал Какаши. Я снова с болью вспомнила недавние события.

flashback

      Вернувшийся с очередной битвы сенсей был встречен всеобщим неодобрением. Вместо того, чтобы выполнить прямой приказ хокаге, он спас свою команду. Всех до одного, включая меня, он вытащил из полыхающей ловушки. Не знаю, почему они так ополчились на него, но с каждым днём Сакумо-сенсей всё больше и больше поддавался угнетению. Пока в очередной вечер не появился в храме Узумаки. Я как раз заканчивала тренировку фуиндзюцу, когда сенсей вошёл в храм и передал мне очень важный для него свиток. — Когда Какаши исполнится восемнадцать, или же когда он станет джоунином, передай ему это, Кушина-доно.       В глазах сенсея была скорбь. Я сразу поняла, что именно он собирается сделать. Отложив свиток в сторону, я бросилась к Хатаке. — Прошу, не делайте этого…       Тяжёлая мозолистая ладонь легла на мою голову. — Я рад, что ты до сих пор веришь в меня. Но… — Да к чёрту других! Я — часть вашей семьи! Вы клялись защищать мою семью, клялись не сдаваться до самого конца! И теперь решили вот так уйти?!       Ответа я не услышала, потому что сенсея и след простыл. Я рванула в сторону усадьбы Хатаке, на ходу отсылая клона к Минато. Но, не успела я добраться до их дома, как воздух прорезал отчаянный крик Какаши.       Ноги подкосились, и я рухнула в ледяную лужу. Почему-то я только сейчас поняла, что идёт сильный дождь.       После этого Минато долго отпаивал Какаши чаем, а меня саке. Из-за присутствия во мне Курамы, было затруднительно напиться. Так, впервые за двадцать лет жизни, я по-настоящему возненавидела людей. Только Курама останавливал меня от кровопролития, умоляя не превращаться в монстра. Он вообще был единственным, кто знал все мои мысли.

end flashback

— Кушина-доно…       Я подняла взгляд на трясущего меня Какаши. На мгновение, мне показалось что он из последних сил сдерживается, чтобы не рвануть от меня подальше. Я постаралась улыбнуться и расслабиться. — Я просто задумалась, Какаши-кун. Что случилось?       Мальчик сел напротив меня, поджав ноги. — Минато-сенсей сказал, что вы владеете техниками Воды. Хотел попросить вас потренировать меня. — Но разве твоей основной стихией не является Райтон?       Хатаке-младший смутился. — Глупо полагаться на одну стихию в бою.       Я с улыбкой вспомнила себя саму. — Конечно, Какаши-кун.

***

      Когда Минато сообщил, что их посылают на стратегически важное задание, я едва не расплакалась от отчаяния. Они же всего лишь дети! — Почему?! Почему вы?! Почему не послать туда опытных шиноби?!       Минато крепко меня обнял, глуша всё же прорвавшуюся истерику своим плечом. — Я обещаю тебе: я сохраню жизнь этим детям. Мы все вместе вернёмся через неделю, ты отчитаешь нас за безрассудство, и мы дружно пойдём есть рамен в Ичираку.       Я молча рыдала. Оттуда, куда их посылают, ещё никто не возвращался прежним. «Кушина, вы — шиноби…» — Да плевала я на войны, на шиноби и на глупые правила! Они дети! Мы учим детей убивать и умирать! Как нас, тоже детей, учили этому! Я плевать хотела на глупцов, считающих это нормальным!       Минато молча слушал мою истерику, всё так же прижимая к себе. Даже Курама больше не решался ничего говорить.       Утром я стояла у ворот Конохи, провожая их маленький отряд, отчётливо понимая, что что-то забыла. От размышлений отвлёк звонкий голос Обито Учиха: — Кушина-сан, не переживайте! Мы вернёмся, не успеете оглянуться!

***

      Всю неделю я провела как на иголках, успокаиваясь лишь за работой в храме, выполняя заказы на печати фуиндзюцу. Тревога снедала меня до того самого момента, пока я не наткнулась на свиток сенсея. «Он, кажется, говорил передать его Какаши в день совершеннолетия или в день становления джоунином» — Верно… надо будет отдать его Какаши, когда они вернутся.       За спиной на улице послышались шаги. Решив, что это очередной заказчик, я увидела спешащую ко мне Мебуки. — Кушина-чан, они вернулись! Они смогли!       Объяснять мне было ничего не нужно. Я тут же сорвалась в сторону ратуши. Я знала педантичность Минато: сначала он пойдёт докладывать всё Третьему.       Однако, едва увидев их, я будто наткнулась на стену. — Трое… вас… трое…       Зажав рукой рот, чтобы не разреветься в голос, я почувствовала, как меня обнимают родные руки. Они вернулись… только не так, как уходили. — Обито погиб под обвалом.       Какаши и Рин стояли опустив головы рядом с нами. Я крепко обняла этих детей. — Вы двое… слава Ками, вы вернулись.       Я протянула Какаши свиток. — Сакумо-сенсей просил меня передать тебе это.       Левый глаз Какаши был прикрыт. Лис внутри меня тихо зарычал. «У него шаринган… Откуда у этого пацана шаринган?!»       Я решила спросить обо всём Минато чуть позже. — Идёмте в Ичираку. Я ужасно голодная.

***

      Позже, проводив всех по домам, мы с Минато шли в сторону моего дома. Он тихо рассказывал о миссии, о том, как всё произошло. А я в очередной раз думала, какие же мужчины лжецы. Обещают, а сами… — Кушина, я…       Остановившись в шаге от моего дома, Минато немного неуверенно смотрел на меня. — Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Обещаю, я буду оберегать тебя от всего, что может заставить тебя плакать.       Крепко обняв Намикадзе, я сдавленно прошипела: - На этот раз я заставлю тебя сдержать своё обещание.