Адамово яблоко

— Что за чувство тебя душит? Я вижу, еще чуть-чуть и от тебя ничего не останется. — Чувство… Ах да, это же чувство. Любовь, полагаю.

***

Мир ненавидит меня, или это я ненавижу его теперь. Боль любит меня, или она стала моей спутницей насильно? Чувства боятся меня, или это я страшусь их? Как не пыталась, я не могу найти ответа на эти вопросы. Всё стало слишком безнадежно, но когда? Этого я тоже не знаю. Как много дней прошло, или недель, или месяцев? И вновь мне нечего сказать. Все будто застыло, остановилось. Вся моя жизнь, словно черно-белый фильм без звука; я вынуждена его смотреть, и увы, попкорна не предусмотрено. Единственным неизменным событием, за все это время, является сон. Каждую ночь я вижу одну и ту же стальную комнату. В ней нет ничего, она пуста и холодна, не единого звука нет за ее пределами. Страшно, промозгло, одиноко. Но потом картинка резко меняется, появляется цвет. Глубокий синий окутывает меня в свои объятия — это море. Нет воздуха, но я дышу солью, которая обжигает мои слизистые. Я не чувствую боли, как странно… Вновь утро, вновь я проснулась в холодном поту с криком. Как хорошо, что парни далеко от меня живут. Из всего, что происходило в последнее время, я точно знаю одно, никто из BTS так и не знает, почему тогда я попала в больницу, и никто из них не спросил причину того, что я не полетела в Москву. Такое ощущение, что они поставили жесткое табу на этот разговор. В любом случае, у меня не было что об этом говорить, да и сейчас нет. И наверно уже никогда не будет. Внезапно постучали в дверь. Как по мне, трио стало уже традицией. Почти каждый день, ко мне приходят парни и зовут на завтрак, ну, а причины отказываться у меня нет. Тем более повар из меня никакущий. Кто же на этот раз? В дверь снова нетерпеливо постучали. Я резко открыла дверь, и надела на себя приветливую улыбку. — Доброе утро, Чонгук. — Утречка. Что же ты так долго не открывала, я уже забеспокоился. — какой же этот парень милый, маленькое чудо. — С чего это обо мне нужно беспокоиться, о себе лучше позаботься, что не так с твоими волосами? — на голове у него творился какой-то беспорядок, будто ураган прошелся. — Ну-ка зайди. — Да не нужно, пошли лучше завтракать, все ждут. — Не нужно отпираться, тем более мне еще нужно переодеться, так что заходи. Я быстро. — не знаю зачем я это сделала, но мне не хотелось оставаться сейчас одной. С Гуки мне легко, все же мы погодки; я принимаю его за младшего брата. — А ты не боишься зазывать парня к себе в комнату, тем более мы тут одни. — ты просто не представляешь себе, как я боюсь оставаться в ней одна. — Заходи уже. Пошли в ванну. — Еще и в ванну меня тащишь. Ты уверена в своих действиях, на минуточку, если ты забыла, я — парень, парень. А у тебя между прочим есть жених. — я остановилась, как вкопанная. Парень? Жених? Гук, что же ты со мной делаешь? Но я не могу винить тебя, ты не знаешь. Боль поднимается комом всё ближе к горлу, нельзя, нельзя вспоминать это чувство. Забудь! — Что с тобой? Тебе плохо? — Чон Чонгук! — я почувствовала, как парень слегка вернулся; больше игривости, больше, — Не слишком ли ты навыдумывал себе, а? — перевели всё в шутку. Я подошла к нему вплотную, улыбнулась, и потрепала по волосам. — Йа, что ты творишь? — такой приятный смех. — А что, не видно? Работу себе усложняю. — Мы еще долго смеялись. Да и идея пойти в ванну была не очень хорошей, в итоге ведь перешло в морской бой, ну зато волосы не нужно укладывать, мокрые сами уложились. Времени, что бы высушиться не было, и быстро переодевшись, я с Гуки направилась к парням. -Почему вы так долго? Гук уже прошло 40 минут знаешь ли, а до комнаты туда и обратно идти 5 минут от силы! — надув губки сказал Джин. — Это сейчас не так важно. Лучше скажите почему вы оба мокрые? — у Чима были глаза полные ужаса и волнения, слишком уж он беспокоится обо мне, будто я дитя малое. — Упс, нас спалили! — шутя, округлила я глаза, — Что же делать, Гуки? — На самом деле мы…- не удержавшись я схватила парня за плечо, должна отметить оно было настолько мускулистым, что отпускать его мне не хотелось, а изо рта будто слюни потекли. — Это наш секретик! — не удержавшись, я сдавила его плечо, от чего парень слегка дернулся. — Ащщщ, да откуда же в тебе столько силы? — А ты не знал? Ева маленькая, да удаленькая! — рассмеялся Джун. — Я так-то боксом занималась. — угрожающе подняла я руку, продемонстрировав свои мускулы. — Ого, давайте сравним, у кого бицепс больше? Мне кажется Гук проиграет! — глаза Хосока так разгорелись от этой идеи, что я аж испугалась, не дай бог это еще и в армрестлинг все перейдет. — Может всё-таки вы уже за стол сядите, или собираетесь ледышки кушать? — хмуро произнёс Джин. — Мамочка ругается. — закатил глаза Шуга. Все мы уселись за стол, и должна сказать, что пахло всё восхитительно. Кроме как Богом кулинарии, я Джина никак больше не могу назвать. Да, если бы не Ян, я бы вышла за него замуж!..... Что же я несу. Ян..... — Ева, чего зависла? — спросил Гук, усаживаясь возле меня. — А? Что? — Ух ты, да ты еще не проснулась. Ну и Соня! — вновь съязвил Шуга. — Юнги, ты можешь помолчать? — прикрикнул на него Тэ. Стоп кто? Тэ Хён? Неужели он только что заткнул Мина из-за меня? Я вопросительно уставилась на Ви, но никакой реакции не последовало. — Поменьше болтай, больше жуй. Тебе не повредит! — на что я надеялась? Да и почему надеялась? Что за глупости. Минут 15 парни молча жевали уставившись к себе в тарелки. За столь долгое время они не проронили не слова, довольно необычно. Внезапно, они все переглянулись, что-то тут не так. Задницей чувствую. — Мы давно хотели тебя спросить, но боялись. Ждали подходящее время. Думаю уже нет смысла тянуть. — неожиданно начал Стёклышко, — Ева, скажи, что случилось тогда в караоке? Почему ты теперь так себя ведешь? — так и знала. Рано или поздно это разговор бы состоялся. И вот теперь все 7 пар глаз уставились на меня в ожидании ответа. Я молча взяла стакан с колой. Не знаю, как долго я смотрела на лопающиеся пузырьки, но за это время уже успела подумать о смысле жизни, о Яне, сравнить его жизнь с этими пузырьками, вообразить, как было бы легко, если бы я была ими. И поняв, что больше нет смысла тянуть с ответом, да и выдумывать историю тоже не хотелось, я поднесла стакан к губам, выпивая колу, я чувствовала, как пузыри взрывались у меня на языке. Их больше никогда не будет, именно их не будет. Легкая усмешка улеглась у меня на губах. Нотки сумасшествия? Я вроде бы еще в себе. — Ах вы о той ситуации. — натянула улыбку, нельзя показать боль. Я обещала все забыть. Я должна быть сильной. — Мой жених умер тогда. Поэтому я в Москву не полетела. — Все семеро вновь впились в меня взглядом. Что же это? не смотрите на меня так, как будто вы все в миг испытали крах. Ведь я еще тут, только его больше нет. Да, все верно, больше нет. Уже в который раз, я напоминала себе об этом, уже в который раз я убивала себя различными способами. Но почему я всё еще сижу здесь. Я же обещала. Спокойно взяв палочки я продолжила есть, как ни в чём не бывало, но напряжение всё больше сгущалось в комнате, лишая шанса вздохнуть полной грудью. — Что ты только что сказала? — не веря своим ушам произнёс Джин. — Ты глухой что ли? Она сказала, что он… — сорвавшись на крик, запнулся Чимин. — Почему ты сразу же нам не сказала? — что за глупые вопросы Джун? тебе такое несвойственно. — А что бы это изменило? Я бы лишь обременила вас ненужным грузом. — Мы бы тебя поддержали! — вскрикнул Чимин. Вот он встает со стула, подходит ко мне, и беря за руки падает на колени. Что же ты делаешь? — Ева, ты не должна сдаваться. Я всегда поддержу тебя, всегда, слышишь меня? — А нужна ли ей твоя поддержка? — подал голос Тэ, единственный кто так же, как и я спокойно продолжал поедать завтрак. — Ким Тэ Хён, ты что на драку нарываешься? Не слишком ли грубо? — Ты прав. — вновь эта глупая усмешка, когда же она стала моей постоянно гостей? — Стёклышко, — я слегка повернулась к парню, сжимая его руки в ответ. Его глаза, наполненные нежностью и скорбью, такие чистые. Меня не нужно жалеть. Я справлюсь, я сильная, как ты мог забыть? Холодный взгляд и такая же улыбка, словно вернулись в первую встречу. — он абсолютно прав. — в его глазах я читала испуг. Он спокойно встал, и не спеша вернулся к себе на место. Его руки дрожали. И мне стало невообразимо холодно. Будто всё тело превратилось в лёд. — Спасибо за завтрак, всё было очень вкусно. — спокойный тон, тихие движения, бесшумно, словно призрак я направилась к себе в комнату. POV Чимин. — Зачем ты сказал это? — накинулся на Ви, Чимин. — По-моему тут всё очевидно. — вновь также спокойно ответил Тэ. — Ах, очевидно тебе всё. Ты что, совсем всякие чувства и совесть потерял? — не успокаивался Чимин. Его глаза пылали ненавистью, казалось он прямо на месте готов испепелить Кима. — А ты подумай. Поставь себя на её место. Тебе бы стало легче, если бы тебе говорили, что все хорошо, ты можешь положиться на меня, я помогу, утешить. И с каждым этим словом, всё вновь и вновь повторяется в твоей голове, замыкаясь в круг. Одиночество, боль, саморазрушение. Всё что у тебя останется. И как думаешь какова реакция будет? В лучшем случае, ты сможешь вновь полюбить, но пережив множество боли, а в худшем, как думаешь будет? — Чимин успокоился. Он опустил руки, его глаза перестали испепелять Ви, они просто смотрела сквозь тарелку, полную еды. Куда-то в глубину своего сознания, которое ярко рисовало те страшные картины, что описывал его друг. — Правильно, сумасшествие или смерть, суицид. — в комнате повисло гробовое молчание. Каждый задумался над словами Тэ Хёна, каждый пережил те эмоции, что он описал. Конечно им не понять их полноту, пока они этого не испытают. Но всё же уже сейчас, им казалось, что это слишком тяжело, слишком страшно, пережить такую ситуацию. Уже сейчас они испытали невыносимую боль. А как же Ева? Что будет с ней? — Выживи, просто выживи. Я знаю, ты сможешь. — думал про себя Тэ. — Я не смог, но хотя бы ты. Живи.