Выживая среди сильнейших

      Кажется Эдвард оскорблён.       Вампир весь урок просидел молча, задумчиво рассматривая учебник и слушая учителя. Со мной он больше не пытался заговорить или коснуться.       Прозвенел звонок и я поспешила присоединиться к Джессике с Майком. Те весело шутили про мой растрёпанный вид и клятвенно заверяли, что, если бы я таки опоздала, они бы грудью встали на мою защиту. Я благосклонно улыбалась, слушая эти заверения. В голове переворачивались тяжёлые мысли.       Эдвард меня беспокоил. Всё же я была не права, когда позволила себе воспользоваться его заинтересованностью. Поехала с ним в Сиэтл, познакомила с отцом и просто мило разговаривала, когда нужно было слать его матом на все четыре стороны.       Нет, не так, послать его матом смерти подобно. А вдруг он разозлится и перестанет контролировать свою силу? Одного взмаха его руки хватит, чтобы маленькая Белла впечаталась в ближайшую стену со смачным хрустом костей. Нет, нет, так нельзя. Я должна продолжать быть с ним милой, но как же тогда не позволить ему пойти дальше?       Как ни крути, а злить вампира, тем более всю его семью, мне не с руки. Я должна быть такой, какой ему удобно меня видеть. Маленькой, глупой девочкой подростком. Чтобы он не захотел меня убить. Должна терпеть и притворяться, что он мне интересен.       Но ведь я не притворяюсь.       Я раздражённо мотнула головой, игнорируя вопросительный взгляд Джессики. Я ведь не притворяюсь на самом деле. Что за самообман? Мне ведь действительно нравится с ним разговаривать, и я даже жду, что при следующей встрече в школе Элис со мной поздоровается. Мне действительно интересно думать над его вопросами и гадать, что же он спросит дальше. У него приятный голос и взгляд такой внимательный и изучающий. Если бы не знала, что он столетний вампир, я бы действительно влюбилась. Это ведь не трудно. Он действительно очень привлекательный.       Кажется, я расслабилась. Мне нужно снова сесть и хорошенько подумать о том, почему мне следует избегать вампиров и всего что с ними связано. Почему я когда-то решила их избегать.       Сделала мысленную пометку в голове. Как только доберусь до дома обязательно этим займусь.       — Зимний бал — это важно! — неожиданно громко воскликнула Джессика.       — Ой да ладно, это просто глупые танцульки, что в них интересного? — несколько задорно ответил Майкл за что тут же получил лёгкий толчок в бок от Джессики.       — Ты шутишь! Это очень красиво и важно! Между прочим, считается, что судьи ещё на зимнем балу высматривают короля и королеву бала. Не знаю как ты, а я не собираюсь упускать свой шанс и свою молодость. — Заявила Джессика, изящным движением перебросив копну волос с плеч на спину. — Пока я молода, я буду блистать при каждой возможности.       Я невольно хихикнула в кулак. Блистать, о! Знаю я тех кто может блестеть хоть каждый день.       Майкл воспринял мой смех как поддержку и за спиной Джессики весело мне подмигнул и закатил глаза, мол, ты тоже считаешь её упёртой? Она может говорить о важности бала час кряду.       Я ободряюще ему улыбнулась. Джессика крайне целеустремлённая личность, лучше с ней зазря не спорить, тем более в вещах для неё важных.       День прошёл спокойно. Я вернулась домой и приготовила лазанью для нас с папой Чарли. До конца дня я то и дело натыкалась взглядом на Эдварда. Он уже не пытался скрыть свой взгляд и просто смотрел. Прямо и пугающе. Я поймала его взгляд раз, я заметила его два и чуть подумав, в третий раз замерла, изобразив тихий ужас на лице. Только это его и проняло. Вздрогнув, вампир отвернулся, внезапно смутившись собственного неадекватного поведения. Значит ещё не всё потерянно. Теперь только Элис бросала на меня обеспокоенные и грустные взгляды. Я видела, как ей хочется подойти ко мне и поговорить, но Розали каждый раз её останавливала. Высокая и светлая красавица неизменно демонстрировала равнодушие, но упорно становилась между мной и Элис с Эдвардом. Похоже она твёрдо намеренна не позволять своим глупым родственникам связываться со смертной. Вот и хорошо, мне же лучше.       Божественный запах лазаньи наполнил кухню и папа Чарли тут же появился, с благодарностью принимая свою доверху наполненную тарелку. Мы сидели рядом в гостиной перед телевизором. И я с неким умилением смотрела, как он быстро поглощает ещё горячую еду.       — Не забывай запивать, пап, — я указала на стакан молока и папа Чарли кивнул, за раз выпив пол стакана.       Это уже стало традицией ужинать вместе. В гостиной перед телевизором или на кухне за столом. Я пыталась настаивать на цивилизованном приёме пищи, как полагается, за столом и без телевизора, но тут папа Чарли был на удивление упрям. Именно во время ужина показывают сводку новостей по миру, и он не хочет её упускать. Вот и садились мы вместе на диван, ужинали в молчании, слушая лишь бормотание телевизора. Было очень уютно.       После ужина я помыла посуду, предупредила отца про свежее печенье в банке, если ему захочется перекусить ночью, и ушла к себе наверх. Вытащила своё платье, присланное матерью из какого-то городка, где они были проездом с Филом и вывесила на шкаф. Ещё раз внимательно его осмотрела. Чтобы не было нигде ни пятнышка, ни торчащих ниток. Хуже нет неопрятного вида.       Платье было приятного синего оттенка в маленький светлый горошек без рукавов и до середины икры. Достаточно целомудренное и нарядное. Не совсем то, чтобы я сама себе выбрала, но мама Рене была от него в восторге и настоятельно просила сделать кучу фоток для неё в платье. Туфли в тон я поставила рядом. Получившаяся картинка меня порадовала. Не думала, что мне вообще это нужно. Все эти весенние и зимние балы, но почему-то на сердце стало приятно. Так мама Рене проявляла свою заботу. Я это чувствовала и старалась продлить это приятное чувство, просто выставив платье и туфли на видном месте. Вся жизнь состоит вот из таких маленьких приятных моментов, так почему бы их не использовать по максимуму?       Засыпала я с улыбкой на лице.       Тем неприятней было проснуться посреди ночи из-за стойкого ощущения что за мной следят. Я открыла в темноте глаза и ничего не видя, и не шевелясь, просто вслушивалась в звуки дома.       Ничего.       Но стойкое ощущение взгляда на коже не пропало. Я поёжилась. Одеяло соскользнуло и, выпростав руку, я щёлкнула выключателем лампы. Мгновенная вспышка, тёмное пятно на периферии зрения и моё сердце тяжело ухнуло вниз. Я замерла во все глаза вглядываясь в стену рядом с окном. Никого не было, лишь занавеска колыхалась потревоженная резким порывом ветра.       Я медленно выдохнула, стараясь унять поднявшуюся тревогу в душе. Острый страх на мгновение пронзивший моё тело твердил, что здесь кто-то был!       Они пришли за мной?!       Да нет же, нет! Я постаралась вернуть себе разум. Комната заперта. Здесь пусто пусто! Никого нет.       Медленно встала с кровати и подошла к окну. За окном непроглядная темень. Крона ясеня яростно качалась из стороны в сторону под порывом сильного ветра. Вдалеке виднелся одинокий огонёк фонаря, освещающего дорогу.       Я чуть приоткрыла окно и пронзительный, ледяной ветер тут же ворвался в натопленную комнату. Я закрыла окно. Ажурная занавеска яростно закачалась, потревоженная ветром, словно рассерженная этим внезапным вторжением.       Я села на кровать и задумчиво уставилась на дверь. Я старалась не поддаваться панике, поэтому не позволяла себе запираться на замок в собственном доме. Это было проявлением слабости, и я яростно вырывала из себя эту слабость. Запрещала себе. Таблетки помогают, мне ничего не угрожает. Все страхи в моей голове. Все.       Кроме одного.       Вампир может двигаться очень быстро и очень тихо. Эдвард всегда двигается тихо. Я встала и дрожащей рукой повернула замок. Металлический щелчок запертой двери ожидаемо вселил в меня уверенность. Успокоенная, я вернулась в постель и выключила свет. В темноте лишь слабо светлело вывешенное платье. Если вампир действительно проник в мой дом, то это был первый раз. Я достаточно чутко сплю. Я припомнила это давящее чувство чужого взгляда на коже и зябко поёжилась, потирая предплечья. Если так, то он начинает проявлять пугающие наклонности. Зачем он это делает? Считает меня своей собственностью? Мне нечем защититься.       Наутро я накормила папу Чарли завтраком и отправила на работу. Ни словом не обмолвилась о бессонной ночи, но он всё равно исподлобья поглядывал на меня, смущённый моим не выспавшимся, бескровным лицом.       Захватив список покупок, я вышла из дома. Заперла дом своим ключом и положила его в карман куртки. Замерла в задумчивости. Затем наклонилась и достала из-под горшка запасной ключ от дома. Папа Чарли всю жизнь оставляет его там. Ещё с тех пор как тут жила мама. Положила этот ключ в карман к остальным. Нужно будет предупредить папу Чарли, что впредь оставлять ключ там, где его может достать любой, небезопасно. Вампир уже мог сделать копию.       Я тяжело вздохнула. Тогда он в любой момент может проникнуть в мою комнату. Он хочет смотреть на Беллу, не знаю зачем. Это страшно, когда за тобой следят. Что мне делать?       Что я могу сделать?       В обед мне позвонила Джессика и пригласила к себе на подготовку к балу. Придёт и Анджела, вместе нам будет веселей и сподручней краситься, и укладывать волосы. Я соблазнилась обещанием Джессики сделать мне первоклассный макияж и согласилась. А Анджела обещала принести щипцы для завивки волос. У Беллы не было ничего из подобных вещей, а я сама за год так и не сподобилась что-то прикупить. Не было необходимости.       В ярко освещённой комнате Джессики было много этих милых сердцу молодой девушки вещей. Всякие статуэтки, постеры с красивыми мальчиковыми группами и мягкое пушистое покрывало на кровати. Очень стильно и мило.       Джессика была в ударе. Она носилась как угорелая из ванны в комнату и обратно, постоянно что-то мне рассказывала, а из колонок звучала тихая задорная песня. Наверное, какой-то из этих мальчиковых групп, что с глупыми улыбками взирали на меня со стен.       Пришла Анджела и наши платья были тут же вытащены из чехлов на свет божий и оценены. Наши с Анджелой скромные платья были довольны похожи по духу и удостоились вежливого «очень мило», Джессика же с гордостью продемонстрировала своё яркое и дорогое платье, которая она купила на распродаже прошлогодних коллекций в Сиэтле. Её гордость была правомерна, она полгода работала в магазине консультанткой после школы и на выходных, чтобы заработать на него. И теперь чуть ли не прыгала от радости. Наконец-то у неё появилась возможность его надеть.       — Правда всё равно у Калленов будет лучше, — обиженно пробормотала она, садясь рядом со мной на кровать.       — Ну и что? Главное, что ты будешь в нём хороша и от души повеселишься, — я ласково похлопала подругу по плечу и она улыбнулась мне в ответ. Анджела яростно закивала, соглашаясь.       Было весело вот так вместе собираться. Я перестала волноваться об Эдварде, а вечером мне позвонила Саманта и пожелала хорошо провести время. Мы славно поболтали о каких-то мелочах, когда я таки решилась осторожно ввернуть слово про Эдварда. Реакция Саманты была мгновенной и ожидаемой. Полное презрение. Я упомянула, что возможно Эдвард ко мне неровно дышит и может начать преследовать теперь, когда я ему так явно отказала. Саманта зло отчеканила: «как начнёт, так и перестанет, в противном случае ему всегда можно глотку перегрызть».       Разговор с Самантой меня успокоил и вселил какую-то слабую уверенность, что я под защитой. Пусть даже это не так. Я вдруг вспомнила, что партия кулонов, которые я «зачаровывала» на защиту от чтения мыслей должна быть уже проверена мистером Блэком и она может сходить к нему, взять один. Заодно и Ребекку навестить. Тем более ей же будет лучше не оставаться долго в одном доме со своим пьяницей отцом. В последнее время мистер Тейлор вновь принялся за старое. Пил и шумел, мешая жить Саманте и её матери.       Наступило время активной защиты от вампиров. Теперь уже мне не кажется хорошей идеей не показывать вампирам кулоны. Пусть знают, пусть заинтересуются откуда у оборотней защитные амулеты. Калены поймут сразу, что что-то изменилось чуть только Саманта придёт в школу с кулоном. Эдвард мониторит всех и не оставит это без внимания. Тогда они начнут копать и выяснят, что я очень часто бываю в Ла Пуш, что старик Блэк привечает меня в своём доме, что стая меня любит. Догадается он или нет, что это я создаю обереги не столь важно. Это не Вольтури, с этим знанием они не будут делать ничего, но вот задуматься о том, чтобы прекратить преследовать меня он может.       Будет просто замечательно, если вампиры нагрянут в Ла Пуш и обратится ещё несколько щенков. Чем больше стая — тем мне спокойней. Приготовления были завершены. Нарядные и благоухающие, мы сели в машину и выехали в школу. Забирать нас пообещала мать Джессики. Она состояла в родительском комитете и должна была волонтёрить на балу. Ради этого она отпросилась пораньше уйти в работы.       Красиво украшенный спортивный зал был наполовину заполнен учениками. У стенок и у стола с напитками стояли строгие и неприступные родители с учителями. Некоторые разбились на группки и, заняв стратегически важные места по периметру зала, наблюдали за детьми. Была и фотозона, и танцплощадка, и сидячие места. Меня несколько ошеломило это светопреставление. В прошлом году в Финиксе я отказалась идти на бал, сославшись на плохое самочувствие, но теперь мне это даже показалось интересным. Джессика тут же потянулась нас к фотозоне. На один нормальный снимок пришлось десять с кривляющимися лицами. Джессика смеялась и наигранно злилась. Когда к нам подошли парни, Майкл с Эриком, наша женская компания уже была слегка возбуждена и весела.       Двери спортивного зала в очередной раз распахнулись и появились звёзды сегодняшнего вечера. Каллены. Две пары утончённо красивых вампиров и замыкающих эту процессию нарядный Эдвард.       — Так и знала, что с ними и соперничать нечего, — расстроенно пробормотала Джессика, с силой вцепившись в руку Майкла. Я встретила его обеспокоенный взгляд и слегка качнула головой, мол, утешь свою подругу. Парень вздрогнул не сразу сообразив, а затем неловко наклонился к Джессике:       — Ты сегодня выглядишь просто сногсшибательно, так что ну их, этих Каленов.       — Спасибо, дорогой, — Джессика ярко улыбнулась. Но её взгляд всё равно неизменно вернулся к чинно позирующим перед фотокамерой вампирам.       — У Каленов деньги куры не клюют, не говоря уже про везение в генетической лотерее. — Как можно пренебрежительней сказала я, отворачиваясь от вампиров. — Завидовать нехорошо и деструктивно, так почему бы нам не заняться чем-то более веселым? Я видела только, что Лорен с подозрительно блестящей флягой в руках. А ведь она из комитета подготовки к балу. Уверена, она будет не против рассказать нам о сегодняшних конкурсах, а, как думаете?       Я хитро улыбнулась, лукаво смотря на своих друзей поверх стакана с пуншем. Джессика сообразила первой.       — О, может она знает какие будут задаваться вопросы на конкурсе мисс эрудиция!       — Но зачем ей нам говорить? — недоуменно спросила Анджела, исподлобья посматривая сначала на Джессику затем на меня.       — Затем, что в этой фляге точно не что-то разрешённое, — уверенно заявила Джессика с победной улыбкой. — Вот и намекнём ей, что секретами надо делиться. Идем!       — Без меня, я лучше посторожу эту потрясную тарелку с мини-сэндвичами, — я указала на фуршетный стол. — Идите, потом расскажите, как всё прошло.       — Ты не пойдёшь? — Джессика недоуменно посмотрела на меня. — Ладно, — она пожала плечами, вновь принимая боевой вид. — Изабелла, знай, я тебя люблю, ты классная. Не скучай тут!       Улыбнувшись мне на прощание, она целеустремлённо ринулась наперерез Лорен, таща на буксире несопротивляющегося Майкла. Анджела с посмеивающимся Эриком последовали за ними.       Я вернулась к столу. Сэндвичи действительно были очень вкусные и у меня стояла серьёзная задача, придумать как умыкнуть пару десятков штучек для Саманты, когда за моей спиной словно сгустилась тень и тяжёлое ощущение взгляда мурашками побежало по коже.       Выпрямившись, я обернулась, мысленно готовая к чему угодно.