Людская Предательница. Дополнение

Ребят, глава маленькая, наверняка есть бред, простите! Не стесняйтесь мне указывать на ошибки. Повторюсь, с темой о беременности было много вариантов, но этот мне в сюжете нужнее. Если ошибка, Толкинисты, простите!

      Ох, какой недобрый был прищур у Амайры. Ага, очень смешно, когда эльфийки, которые принесли обед, пересолили порцию Джасти. Причем нарочно! Всем вкусно, а человечка тут жалуется.       — Вообще, низкий ход, — злилась Джасти, двигая тарелку от себя. — Так надо мной ещё никто не издевался.       Амайра молчала. Она молчала весь последний месяц, который у Джасти выдался просто отвратительным. Только и была отрада, чтобы домой прийти и с Йорветом пообщаться. Хотя и с ним был неприятный случай. Причём тоже с едой. Девушка тут как-то с суток пришла. Ну, благоверный, дабы порадовать супругу, приготовил завтрак. Безвкусный, противный завтрак, который Джасти есть отказалась, зато одной ложки хватило, чтобы вечером её стошнило. Да и напряженная неделя тогда вышла — это была последняя капля, и человечка, как дура, разрыдалась. А Амайра лишь смеялась в ладошку и хитрюще улыбалась.       Вот и сейчас. Скалит зубы, улыбается, а Джасти от этого стало противно. Знаете чувство такое, будто против тебя весь мир. И плакать так резко захотелось... Вроде и сдерживаешь себя, а в горле становится больно и тесно — как говорят, точно ком.       — Очень смешно! — психанула девушка и, вскочив из-за стола, вышла из своего кабинета, где они обедали (который теперь был учебной комнатой, а та под операционную ушла).       Но вот тебе ещё сюрприз. Дверь открыла нормально, а сделав шаг, больно ударилась в чью-то грудь. Подняла озлобленный взгляд и встретилась с Йорветом. А этот-то что тут делает?       — Джасти, привет, — поприветствовал муж с полуулыбкой на лице, но когда приметил её настрой, нахмурился. — Что-то случилось?       — Да. То есть... Нет. Нет, наверное...       — Джасти просто не понравился сегодняшний обед, вот и всё, — проворковала Амайра, встав из-за стола. — Приветствую Вас, господин Йорвет.       — И я тебя, Аймара, — едва склонив голову женщине, Йорвет перевел взгляд на Джасти. — Я хотел сообщить тебе это как можно раньше: Трандуил вновь хочет уйти в поход. Белок и Серых Стражей берёт с собой.       — Ч-что? — распахнула глаза Джасти. — Как так? Так скоро?       — Серых Стражей? — вскочила целительница. — За-зачем они в обычном патруле?       — Владыка беспокоится, что рано или поздно пограничные патрули будут не столь... безопасными. Кажется, на этот раз он хочет подойти к границе слишком близко. Я не знаю причин, мне же не докладывают.       Аймара также была поражена услышанным. Джасти рассказала о гномах ровно столько, сколько знал Йорвет — очень мало. Но сам факт, что речь идёт о них, сильно взволновал и даже напугал эльфийку. Она страшилась больше всего войны. А если владыка устраивает походы и посылает к границам патрульных так часто, значит, было отчего волноваться. Тем более, раз брали каких-то... Кстати, а Джасти ни разу не слышала о Стражах. Надо бы потом расспросить.       — Прости. Не хотел расстраивать тебя, но мы выступаем завтра на рассвете. Сколько продлится — я не знаю, — ещё и так скоро... Конечно, Джасти расстроилась, опустив голову. Как же ей это надоело. Вот честно. Эти вечные... командировки. Да ещё и такие неожиданные в последнее время. — Прости.       «Да что мне от твоих извинений?» — девушка лишь махнула на него рукой, пошла к шкафчику с перчатками. Свидетели, то бишь, беременные, молча наблюдали за этой сценой и, кажется, даже прониклись сочувствием к человечке. Джасти только услышала тяжелый вздох Йорвета, а потом удаляющиеся шаги. Вечером она вернётся домой, они обо всём поговорят, но легче от того не станет. Джасти вновь останется одна. Но насколько? Неделя? Две? Три месяца?

***

      Прошла ещё неделя, во время которой у Джасти появился новый ритуал: каждое утро проверять своё нижнее бельё. И это утро не стало исключением. «Опять чисто», — с этой мыслью Джасти нахмурилась. С каждой такой проверкой сердце взволнованно билось. Она не эльфийка — её здоровье по сравнению с ними очень слабо. И если у неё началась какая-нибудь болезнь от гормональных до (тьфу, тьфу, тьфу) миомы*, то её путь спасения — вернуться на землю. Начало цикла задерживалось на пять дней, а иногда, буквально пару раз, у неё болел живот. В Лихолесье только могла принять роды, а вот лечить болезни, советовать... Это нужно УЗИ, мазки, специалисты, в конце концов!       И сегодня Джасти убедилась, что цикл так и не начался. Сначала она списывала задержку на стрессовые три недели, что прошли, но теперь действительно забеспокоилась. Любая нормальная девушка в первую очередь подумала бы о беременности, но Джасти этот вариант моментально отмела — они с Йорветом никогда не защищались. И если первые месяцы их совместной жизни Джасти списывала всё на то, что ей просто «везло», то за двадцать лет убедилась, что от эльфа ей зачать не суждено. Первое время молодой дух был этому рад — хотелось пожить для себя и Йорвета, распробовать вкус супружеской жизни, встать на ноги и завоевать признание на новом месте, но последние десять лет ей было горько от того, что она лишена прелести материнства.       Она об этом уже давно не думала, но когда Йорвет в походе или в патруле, а сама она не обременена работой, то, сидя у камина и практикуя эльфийский за чтением приключенческих историй, Джасти не раз откладывала книгу и с задумчивостью переводила взгляд на огонь. Только в такие моменты думала о детях. О том, что да, она хочет их. И работа редко её спасала от этих мыслей, учитывая, в какой сфере работала.       А теперь не хватало ещё какой-то болезни.       Этим вечером она пошла в гости к Мариэль и Зевинасу. Для пары был построен домик в лесу, недалеко от Джасти. Малышка ссылалась на то, что сама выросла в очень маленькой деревне — Амарайл для неё был слишком велик, а в лесу спокойнее. Да и не гоже молодой паре жить под одной крышей с супругами. Зевинас, дабы не расставаться с Мариэль, не стал покидать этот небольшой городок, нашёл себе работу среди дворцовой разведки. Говорит, что ещё ни разу не пожалел.       Когда Джасти постучалась в дом, юноша с улыбкой встретил гостью и поспешил уведомить возлюбленную. Когда в лазарете их было кому подменить, подруги частенько ходили в гости друг к другу, особенно, если кто-то из мужей отправлялся на задание.       — Доброго дня, — с улыбкой встретила подругу Мариэль и жестом пригласила войти в гостиную.       — Привет.       Их домик был в два раза меньше, да и второго этажа не было, но паре здесь было уютно, а вот Джасти частенько чувствовала себя третьей лишней.       — Я тогда на рынок, — махнул Зевинас девушкам рукой и сразу скрылся.       — Нет, ты ему точно рассказала, что я жалуюсь на тесноту, — засмеялась Джасти, усаживаясь на диван. Мариэль же скрылась на кухне и говорила оттуда:       — Честно слово, нет! Ты же знаешь, натерпелся он женского общества от нас в своё время.       — Подумаешь, я над ним поиздевалась разок. Нечего было меня спаивать.       — Кто же знал, что ты пьянеешь, как гном... Ой, прости. О Йорвете-то не слышно?       — Нет. Как бы они опять на три месяца не пропали.       — То было вынужденной мерой, Его Высочество же говорил тебе, — сразу после этих слов Мариэль вышла с подносом в руках, на котором в красивых и аккуратных чашечках был заварен чай. С грацией кошки эльфийка подошла к дивану и поставила поднос на столик, что располагался напротив.       — Я знаю, — взяв одну чашку, Джасти поспешила отпить немного. У Мариэль были необыкновенные способности к чаю! Быть может, опыт знахаря, но она так искусно смешивала разные сорта, что каждый раз у неё получался просто бесподобный, неповторимый... Джасти поморщилась. Сегодня что-то было не очень вкусно.       — Горячо?       — Кисло, — медсестра вернула чашку на поднос и усмехнулась на хмурость Мариэль. Эльфийка же, проверяя, отпила из своей чашки и, будто что-то вспомнила, усмехнулась. Может, этот чай она заваривала специально для Зевинаса, а не для гостьи? Красавица на это так ничего не ответила, а Джасти ощутила, как вновь у неё начал болеть низ живота. Не больно, вполне терпимо, на девичьем лице ничего не отразилось, но мыслями она вновь вернулась к тому страху, что охватил её утром.       — Я давно хотела спросить тебя, — начала Мариэль. — Вы с Йорветом стали весьма состоятельными. Ты мне столько раз говоришь о моём маленьком доме, но отчего сама не переедешь в город? Можно даже ближе к дворцу или лазарету.       Джасти пожала плечами. Да, действительно, её зарплата была как у королевской целительницы (ну, может вполовину меньше, но всё равно много), Йорвет был командиром высокопоставленного отряда... Они вполне могли приобрести дом в Амарайле, но...       — Знаешь, наверное, по тем же причинам, что и ты. Мне тоже нравится быть поближе к природе. Да и привыкла я уже. Тихо, спокойно. Зимой, конечно, тяжело. Если честно, я скучаю по многим удобствам на Земле. Отопление, санузел, чайники со свистком...       — Ты опять уснула, когда поставила чайник? — на этом Мариэль не могла сдержать смех. Ну да, не первый раз уже. А что? Бывает со всеми же!       — Тяжелая была смена! — в ответ засмеялась Джасти.       — Вот, ты хоть улыбнулась, а то ходишь в последнее время, как будто тебя вновь похитили. Из-за Йорвета? — человечка печально опустила голову и задумчиво посмотрела на свою отставленную чашку. Рассказать? С кем-то о своих волнениях надо поделиться, тем более сейчас, когда супруга нет рядом. Но что-то останавливало. Может, боязнь услышать какую-нибудь страшную вещь о том, как эльфы лечат такие недуги? А если состояние будет ухудшаться, и Джасти необходимо будет вернуться на Землю, а Трандуил не пустит?       — Не только, — таки решилась. Взяв чашку в руки, только чтобы просто что-то держать, Джасти огляделась по сторонам. Никого, конечно, не было. — У меня появились проблемы с.. со здоровьем. Я очень переживаю, так как осложнения могут быть опасными.       Красавица со всей серьёзностью взглянула на подругу и подсела ближе, словно в этой комнате действительно могли быть лишние уши. Чёрт знает этого Зевинаса! В разведке теперь всё-таки.       — Что случилось?       — Помнишь, я как-то рассказывала о циклах у человеческих женщин, о том, как у нас обстоят дела с зачатием... У меня задержка. Уже пять дней. Такое бывает, конечно, но ещё появились боли. И я беспокоюсь, — Джасти нервно усмехнулась и сделала глоток чая. — Как же я завидовала своим сверстникам, которые ничего в медицине не знают. А я чихнула, так у меня в голове сразу столько вариантов появляются...       — Ты зря беспокоишься. Значит, Амайра оказалась права.       Джасти непонимающе подняла на подругу голову. А эльфийка мило так сидит и широко улыбается. Очень смешно! Джасти тут с ней своими переживаниями делится, а она! И вновь ею овладел непонятный приступ раздражения, что сопровождал человечку в последнее время.       — Да, Мариэль, это очень смешно! Знаешь, а ведь у меня может быть такая болезнь, от которой люди умирают! У меня нет такого иммунитета как у вас, эльфов!       — Двадцать лет назад я бы взволновалась из-за твоей... болезни, — теперь ей так весело, что она ещё и хохот еле сдерживает. — Но в данный момент могу сказать, что от беременности сейчас умирают достаточно редко.       — Что ты рот ладонью прикрываешь? Очень смешно, да? От берем... — и тут до девичьей головы дошёл смысл слов. И это было настолько неожиданно, в смысле... Джасти была готова услышать любое предположение! Даже самое смехотворное, но, когда ты сам в свою голову вбил, что это невозможно, а тут так всё совпадает, да ещё и Мариэль подтверждает... Чашка из рук Джасти выскользнула, обливая стол и падая на пол, но на это никто не обратил внимания. — Что? — только и смогла выдавить из себя девушка. — Как это... Почему сейчас-то? Ведь мы с ним столько времени без...       — Джасти, у нас же всё иначе. Я помню, что ты говорила о рождаемости в своём роде. Но у нас дети рождаются не потому, что родители просто переспали в нужный период цикла. Это случается, только когда мы желаем от всей души зачать ребёнка.       — Но... — Джасти задумалась. — Нет, всё равно не верю.       — Не веришь мне, спроси Амайру. Она давно заметила в тебе изменения и рассказала мне о своих подозрениях. Теперь, поговорив с тобой, они подтвердились, — такое впечатление, что это Мариэль забеременела. Улыбается тут... И видно, что она была рада за подругу от чистого сердца, а Джасти сидела с распахнутыми глазами и даже не пыталась осмыслить того факта. Она невольно искала лазейки, в которых было доказательство, что это не так! Быть может, она искала их, чтобы как раз не найти? Чтобы зародившаяся в сердце надежда не оказалась растоптана? — Но я же... человек, у меня физиология другая!       — Как оказалось, это ничего не значит.       — Хочешь сказать, что Йорвет, когда мы с ним... спали, горел желанием зачать ребёнка?       — Другого объяснения нет, — Мариэль явно было смешно от поиска этих лазеек.       — Ладно, я поверю, если такая вещь имеет место быть, когда оба родителя эльфы, а я? Это получается, что сперматозоиды Йорвета имеют свой интеллект, и они такие: «Так, хозяин ребёнка сейчас не хочет. Ребята, к яйцеклетке ни на шаг!». Так, что ли?.. Мариэль, это вообще не смешно! Мариэль, я с тобой о серьёзных вещах говорю!       Но девушка всё смеялась не в силах остановиться. Джасти вот было не смешно. Она ещё долго слушала веселый смех подруги, после чего перевела взгляд на свой живот. Неужели?.. А если правда? Поговорить с Амайрой? Надо бы. А она-то откуда знает? Хотя... Если подумать, чем Джасти и занялась, вроде всё совпадало. Быть может. Над Джасти никто не издевался, и у неё просто вкус изменился? И этим можно объяснить её усталость, раздражительность...       Беременна...       Это же здорово, ведь так? Подождите, а Йорвет? Что он на это скажет? Знал ли о том, что Джасти могла в любое время забеременеть? Почему тогда у неё не поинтересовался? Она бы хоть подготовилась морально. Знаете, если честно, счастья не было. Точнее, его напрочь перебивал страх.       — Мне нужно поговорить с Амайрой, — и не ожидая ответа от Мариэль, Джасти встала и быстрым шагом направилась к выходу. Да, сейчас это было самое верное решение. Убедиться во всём и поговорить с более опытной женщиной. На удивление, подруга, крикнув «Я с тобой», побежала следом.