Мы раньше встречались?

Джек, не любящий докторов, теперь больше возненавидел их. Его внезапное появление разрушило этот момент, которого Джек ждал с их первой встречи. Выслушав все рекомендации доктора, Джек и Элизабет, наконец-то, вышли из трактира, который им уже надоел. Они молча прогуливались по улицам Тортуги. День был солнечным. Джек размышлял, думает ли она о них, или обдумывает слова доктора… Доктор сказал им, что Элизабет, возможно, никогда не вспомнит свое прошлое. Была вероятность, что ее воспоминания могут вернуться в любой момент, но шансы были минимальны. Если она никогда не вспомнит о своем прошлом… Это была опасная мысль. Заманчивая. Джек почувствовал себя неуютно. Вчера он планировал рассказывать ей правду. Когда-нибудь. Однако сегодня он начал понимать, что его определение «когда-нибудь» было неоднозначным. Краем глаза он увидел, что Элизабет посматривает на него. Едва видимая улыбка мелькнула на его лице. Одним быстрым движением он схватил ее за руку. — Я не хочу тебя потерять, — объяснил он, небрежно глядя на нее. Элизабет на мгновение уставилась на него. Она не знала, что сказать. С одной стороны, она хотела объяснить ему то, что произошло утром было случайно, непреднамеренно, неправильно. Но с другой стороны… — Я тоже, — пробормотала Элизабет. — Что ты сказала, цыпа? — спросил Джек, глядя на нее с любопытством, хотя он прекрасно слышал, что она сказала. Элизабет собиралась оставить этот вопрос без ответа, но, в конце концов, решила ответить. — Я сказала, — тихо начала она, глядя по сторонам, — что я тоже не хочу тебя потерять, — закончила она, ее последние слова были едва слышны. —  Почему я говорю это?! Он подумает… Бог знает, что подумает. Элизабет боялась взглянуть на него, поэтому она просто пристально смотрела на свои туфли. Тем не менее она задавалась вопросом, каким может быть его выражение лица. Кривая улыбочка? Ухмылочка? Насмешка? Она хотела знать, но не могла посмотреть. Джек пристально посмотрел на нее. Она почувствовала, как его глаза блуждали по ней, и это заставляло ее занервничать. Парадоксально (или нет), она сжала его руку. Она просто не хотела упасть. Джек улыбнулся, скорее себе, чем ей, но она все равно не смотрела на него. Он никогда не думал, что прогулка может быть такой приятной. Он всегда считал прогулку процессом передвижения из одного пункта в другой. А теперь ему было все равно, куда он идет. — Разве мы не должны спрашивать? — спросила Элизабет низким голосом и, наконец, посмотрела на Джека. — Спрашивать? — эхом отозвался Джек, внезапно выпадая из своих мыслей. — Знают ли меня здесь, — намекнула Элизабет, обнаруживая, что она пристально смотрит на него. Она быстро отвернулась, надеясь, что он этого не заметил. — Ты можешь смотреть на меня, когда пожелаешь, Лиззи, — усмехнулся он после, а Элизабет залилась краской, надеясь, что он не заметил ее взглядов. — Я не… — она посмотрела на него и замолчала. Она не знала, что именно происходит. Она должна сосредоточиться исключительно на своей жизни, на своем прошлом. Может быть, если она будет достаточно долго думать… Но почему-то она все время думала о нем. Она чувствовала себя виноватой, и она злилась на себя. И она не понимала, почему она думает о нем. Как ни странно, она надеялась, что он тоже о думает о ней… —  Почему я хочу, чтобы он думал обо мне?! — Давай начнем спрашивать, — сказал Джек, озираясь по сторонам. — Спрашивать? — Элизабет рассеянно посмотрела на него. — Знает ли тебя кто-нибудь, цыпа, — ухмыльнулся Джек, наклонившись к ней и мягко поцеловав в щеку. Она поспешно отвела взгляд. Он отчаянно хотел поцеловать ее в губы. Это одно воспоминание, один поцелуй мучили его. Этот поцелуй мучил его, потому что был только один раз. Ему нужно было снова поцеловать ее. Но он не хотел ее пугать. Он не хотел, чтобы она думала, что он был каким-то похотливым пиратом… Он им и был, но не рядом с ней… Не сейчас… Миллион мыслей кружили в голове Элизабет. Она хотела оттолкнуть его; она хотела обнять за шею: она хотела ударить его: она хотела поцеловать его: она хотела поцеловать его, поцеловать его, поцеловать, поцеловать… — Лиззи? Она резко повернулась к нему. — Да? — О чем ты думала? — спросил Джек, с интересом глядя в ее мерцающие глаза. — Ни о чем, — она покачала головой и отвернулась.

***

Казалось, что никто на Тортуге не слышал о Элизабет. Никто ее не узнал. Никто не видел ее раньше. Никто даже не вспомнил о пропавшей без вести. Она была такой же странной для людей, как и для самой себя. Интересно, что почти каждый человек, с которым они столкнулись, знал капитана Джека Воробья. Элизабет с удивлением глядела на всех этих людей, которые приветствовали Джека, махали руками в его сторону. Было значительное количество женщин, которые улыбались ему, но они не подходили к нему, возможно, из-за Элизабет. — Если бы ты потерял свою память, — сказала Элизабет, когда они уже вышли из города, — у тебя не было бы проблем выяснить, кто ты. Она смотрела по сторонам, и хотя Джек слышал в ее голосе нотки игривости, он также слышал нотки печали. И он был тем, кого обвиняли в этом. Он только что провел четыре часа, выполняя безрезультатные поиски, и наблюдая, как ее лицо освещается надеждой, но спустя несколько секунд, когда очередной встречный человек пожимает плечами в знак отрицания, этот огонь надежды вновь угасает. Даже самого Джека впечатлила его хитрость. Тем не менее он лгал в своей жизни и по более тривиальные, худшие причинам… Итак, все это было совсем не так плохо, ведь… Прежде всего… всего… Конечно, все это было ужасно! Это было… Он остановился в раздумье, чувствуя, как голова Элизабет опиралась на его плечо. Он посмотрел на нее. Она шла рядом с ним, все еще крепко сжимая его руку. На самом деле, она не отпускала его руку даже на секунду. Ветер нежно развеял золотисто-коричневые локоны ее волос, которые искрились на солнце. Она была грустной, но была так прекрасна. И она была здесь. Она была рядом с ним. Она держалась за него, как будто он был единственным человеком во всем белом свете. Словно он был ее миром. И было бы ложью сказать, что ему не нравилась эта идея. На самом деле ему очень была приятна эта идея. — Добряк… Он усмехнулся про себя. Какая мысль, Лиззи. Какое понимание. — Я знаю, что мы можем сейчас сделать, — прошептал Джек ей на ухо. Она съежилась, чувствуя его дыхание на коже. Она подняла глаза, встречая его взгляд. В его присутствии она начинала чувствовать себя чужой и незнакомой. Она вопросительно посмотрела на него. — Я покажу тебе кое-что, цыпа, — сказал он с улыбкой. — Делай все, что хочешь… Элизабет отвернулась, так как ее глаза широко распахнулись от внезапного осознания того, куда направлялись ее мысли. Они вышли из города по маленькой тропинке, ведущей через лес. В конце была поляна, за которой был высокий обрыв. Когда они достигли края, Элизабет ахнула, увидев, что перед ними открывается потрясающий вид — огромный, бесконечный океан, мерцающий всеми оттенками синего. — Это потрясающе, — тихо сказала она и сделала несколько шагов вперед, но Джек быстро обнял ее за талию и потащил назад. — Надо быть осторожнее, Лиззи, — прошептал он. — Ты же не хочешь упасть вниз? Она хотела ответить, но его губы коснулись ее кожи, слегка поцеловав ее лицо, щеку, подбородок… — Что ты делаешь, Джек?  — потребовала она, изо всех сил пытаясь казаться серьезнее, но потерпела неудачу. — Что я делаю, как ты думаешь? — он поддразнивал ее, проведя губами по ее шее. — Понятия не имею, — лгала она дрожащим голосом. — Вот почему я спрашиваю. Он остановился, и она с недоверием посмотрела на него. Он развернул ее, глядя ей прямо в глаза. — Как ты думаешь, цыпа, мудро ли бродить вместе с пиратом? — он сузил глаза, и сжал в объятиях. Глаза Элизабет расширились, когда она внезапно поняла… Пират. Она никогда не думала об этом. Она никогда не думала о нем, как о пирате. Да, теперь это имело смысл. Он был похож на пирата… Он был капитаном… Это просто никогда не приходило ей в голову… Тем не менее, было что-то еще… Пират… Слово звучало странно… Странно… Это что-то значило… Только она не знала, что это значит… Она встряхнула головой, избавляясь от своих размышлений, понимая, что должна не отталкивать его, а дать ему шанс удержать ее, пока она занимается бессмысленным подбором ассоциаций. — Я уже сказала, что доверяю тебе, — сказала она, будто защищаясь. Джек раздраженно закатил глаза. — Нет, нет! Ты не должна так говорить. Ты сейчас начнешь умолять меня, чтобы я пощадил твою наивность, — терпеливо объяснил он. Элизабет рассмеялась. Джек удивленно посмотрел на нее. Он когда-нибудь слышал, как она смеется? Он быстро перебрал все свои воспоминания о ней. Она улыбалась, она усмехалась. Но она никогда не смеялась. Он приподнял ее подбородок рукой и посмотрел ей в глаза, тепло улыбаясь. Элизабет перестала смеяться, но радость все еще мелькала в ее глазах. — Ты недооцениваешь меня, цыпа, — прошептал он. К его удивлению, она наклонилась к нему и прошептала: — И ты недооцениваешь меня. Джек поправил прядь ее волос, пристально глядя на нее. Элизабет уставилась на него, ее глаза странно блуждали по его лицу. Спустя минуту молчания он сказал голосом, полностью лишенным каких-либо эмоций: — Мне нужно кое-что рассказать тебе, Элизабет.