Мы раньше встречались?

— Господи… — только и смог произнести Гиббс. Он смотрел в темный горизонт, пытаясь понять, что произошло в течение одного часа. Всего один час! Это было непостижимо. Элизабет была мертва. Убита Барбоссой. Гиббс с трудом мог поверить в это, но бледное лицо Уилла, которое на данный момент больше походило на маску призрака, чем на лицо живого человека, было доказательством этого… Мальчик был настолько шокирован случившимся, что не мог ни плакать, ни кричать. Гиббс и Уилл долго стояли в угнетающей тишине. Уилл смотрел на мачту, желая поскорее уйти. Тем не менее он знал, что не может просто повернуться и убежать, независимо от того, как сильно он хотел это сделать. Ему нужно было больше времени, чтобы все было более правдоподобным, убедительным… Правда… Он дал себе клятву, что не будет лгать… Что он не будет лгать… Элизабет. И это была не Элизабет. Это были люди, которых он должен был убедить, что она мертва. Но это была ложь… Но эта ложь не в счет! — Я думаю… — неуверенно начал Гиббс, отвлекаясь от своих мыслей. — Я думаю, что он захотел бы увидеть ее в последний раз… когда придет в сознание, то есть… Он понятия не имел, как будет сообщать такую новость Джеку. И как он отреагирует… Но Гиббс был уверен, что Джек захотел бы увидеть в последний раз свою жену, прежде чем «Летучий Голландец» унесет ее душу в другой мир… — Не думаю, что это хорошая идея, — безнадежно ответил Уилл, сжав кулаки, что не ускользнуло от внимания Гиббса. — Почему? — нерешительно спросил он. — Я уже забрал ее на «Летучий Голландец»… Я просто… не хотел, чтобы кто-нибудь увидел ее, — Уилл замолчал и закрыл глаза, на мгновение подумав о том, чтобы отказаться от всего этого и во всем сознаться. Он чувствовал тяжесть, не мог говорить… не мог продолжать лгать… — Ты выйдешь за меня? … но он продолжил. — Она… я бы не узнал ее, если бы не был уверен, что это она… — прошептал он и посмотрел на Гиббса, сузив глаза, как будто каждое его слово вызывало боль. Он ненавидел себя. И все же он ненавидел бы себя больше, если бы не сделал этого. Гиббс уставился на Уилла широко раскрытыми глазами с выражением абсолютного смятения на лице. Он сглотнул. — Она изуродована… — прошептал он, ища на лице Уилла ответ, который и так казался очевидным. Уилл закрыл глаза и кивнул.

***

Это была больше не мечта. Он открыл глаза, ничего не помня с прошлой ночи. Если это вообще была ночь… Он сел и выпрямился, вспоминая, что произошло. Он оглянулся, обнаружив, что был один в каюте. — Лиззи. Ее образ всплыл в его голове… она лежит на палубе — его охватил дикий страх. Он со злостью откинул покрывало и вылетел из спальни, наткнувшись в другой комнате на Раджетти. — Что ты здесь делаешь? — спросил Джек, оглядывая его с ног до головы. Раджетти моргнул, не зная, что ему нужно ответить. Теперь была его смена присматривать за Капитаном, который был без сознания в течение нескольких часов. — Я… — неуверенно начал Раджетти. — Где Элизабет? — пробормотал Джек, оглядывая каюту, миллионы мыслей всплывали в его голове. Возможно, они нашли его и Элизабет на палубе и решили отнести ее в другую каюту. Или, может быть, с ней все было хорошо, она пришла в себя раньше, чем он… Но… Почему он потерял сознание? Почему она потеряла сознание? Он вспомнил боль… Кто-то, должно быть, ударил его по голове… Ход его мыслей был прерван Гиббсом, который вошел в каюту, но затем сделал шаг назад, увидев Джека. Он надеялся, что Джек придет в себя чуть позже, и это дало бы ему больше времени подумать о том, как сказать ему о… Джек посмотрел на Гиббса, и как только он увидел панику в глазах своего первого помощника, он понял, что что-то не так. — Где Элизабет? — повторил он, его губы едва двигались. Он пристально смотрел на Гиббса, уже начиная ненавидеть тишину. Он задал очень простой вопрос и ждал простого, очень простого ответа на свой простой вопрос. Гиббс вздохнул, потер лоб, а затем махнул рукой Раджетти, который выбежал из каюты. — Мистер Гиббс, — сказал Джек почти приказным тоном. — Джек… — Гиббс сглотнул, но слова так и застряли в горле. Джек сделал несколько шагов к старпому. — Что происходит? — спросил Джек спокойным или, скорее, слабым тоном, изучая лицо Гиббса. Джошами глубоко вздохнул, заставляя себя посмотреть в глаза Джеку. — Джек… — он попробовал снова. — Слушай… — Я слушаю, — прервал Джек. — Кажется, у Вас временные проблемы со связной речью, поэтому я сам найду свою жену, — сурово сказал он и попытался пройти мимо Гиббса. — Джек, подожди, — Гиббс сделал несколько шагов назад, закрывая собой дверь, — ее здесь нет… Джек бросил на него вопросительный взгляд, собираясь оттолкнуть Гиббса в сторону и выйти, но Джошами, наконец, удалось выкрикнуть то, что он так долго пытался сказать. Разочарование и сострадание были видны на его бледном уставшем лице. — Джек, Элизабет… Элизабет мертва…

***

Уилл стоял у штурвала «Летучего Голландца», крепко сжимая его. Но как бы сильно он ни сжимал штурвал, он не мог остановить дрожь в руках. Ему было холодно, он весь дрожал. Холод и дрожь… Он отплыл, не став будить своего отца. Он все еще не знал, как он скажет ему (самое главное — что он скажет ему?). Если он вообще скажет ему… что-нибудь. Но это было неизбежным, поскольку он не мог покинуть корабль вместе с Элизабет, не попрощавшись с отцом. Рано или поздно Билл проснется и спросит, почему они отплыли, почему «Черная Жемчужина» отстала от них, и, наконец, почему Элизабет была на борту да еще и без сознания? И у него не было ответа на все эти вопросы. Пока что. Но он должен был что-то придумать. Все шло очень хорошо. Очень хорошо… В конце концов Гиббс согласился с ним, что вид изуродованной Элизабет причинил бы большего вреда психическому здоровью Джека, чем простой факт ее смерти… Как бы не было жалко… Уилл уставился в темноту, поражаясь, как он вообще придумал такой план… Все его мысли и воспоминания, мечты и надежды, его убеждения и идеи были смешаны, превратились в бесцветную смесь, которую он не мог проанализировать. Он сжал штурвал, пока не почувствовал непривычную боль в руках. Холод и дрожь… Такие же неопределенные, как и его действия… Его действия… Он едва мог вспомнить… Что он делает? Зачем? Почему? Почему бы и нет… Почему бы и нет? Это было неправильно… Он просто хотел начать все сначала… И он хотел, чтобы она была счастлива… Он хотел… … быть счастливым. Он провел рукой по своему лицу. Ему было холодно, но он весь вспотел. Или, может быть, это была просто морская вода… капли морской воды… Холод и дрожь… Им нужно было доплыть до какого-нибудь порта и сделать остановку. Флаг, показывающий уровень влажности, начал высыхать… Но им нужно было проплыть это море. Он слышал от команды «Черной Жемчужины», что нужно закрыть глаза и тогда он сможет видеть закрытыми глазами… Закрытыми глазами можно было видеть… Он никогда бы не додумался до этого… Возможно… Элизабет сможет увидеть правду, сможет принять настоящую любовь… И тогда они смогут быть по-настоящему счастливыми… Он закрыл глаза, ведя корабль через жутко тихие воды моря, надеясь, что на обратном пути не будет шторма. На пути к новой жизни, которую Джек Воробей не сможет уничтожить. Уилл крепче сжал штурвал и стиснул зубы, ее образ невольно всплыл в его голове… Элизабет… в его рубашке, в его каюте: румяная, она улыбается, и голос ее словно мед. Улыбается… … пока не замечает его. Уилл вздохнул. Сейчас это не имело значения… Все было кончено. Теперь они собирались начать все заново, с чистого листа. Как будто этой части ее жизни никогда не существовало. Как будто Джека Воробья никогда не было.

***

Джек долго смотрел на Гиббса, его лицо выражало спокойствие. Отрицание. И вдруг он фыркнул, на его губах появилась улыбка, и Гиббс моргнул, с тревогой наблюдая за своим капитаном. — Хах, это было не смешно, — заявил Джек голосом, который звучал довольно обыденно, если бы не намек на что-то странное. Он махнул рукой и обернулся. — Лиззи, выходи, — крикнул он, оглядывая каюту. Гиббс еще больше побледнел. — Джек… — осторожно начал он. — Ах, — Джек обернулся и направился к двери. — Я знаю, где она, — он оттолкнул Гиббса и открыл дверь. — Джек, — Гиббс последовал за ним, и его охватил страх, когда Джек, осмотрев каюту Элизабет, вышел в коридоре, хмуро оглядываясь по сторонам. — Где ты, Элизабет, — произнес Джек ровным голосом. — Тебе удалось меня обмануть, — он улыбнулся. — Теперь выходи. Гиббс стоял на месте, не зная, что ему делать. Он смотрел, как Джек открывает все двери в коридоре, и казалось, что каждую последующую дверь он толкал со всей силы, а потом и вовсе стал выбивать ногой. Двери скрипели, захлопывались или оставались приоткрытыми. Последняя дверь, которую Джек выбил ногой, упала на пол, заставив Гиббса вздрогнуть. — Где она? — спросил он, приближаясь к Гиббсу с жуткой полуулыбкой. Гиббс инстинктивно сделал шаг назад. Он ожидал увидеть гнев, безумие, ярость. Он ожидал хоть какой-то реакции. Но то, что происходило с Джеком, было намного хуже. Это было пугающе и непредсказуемо, и Гиббс был в полной растерянности, не зная, что еще сказать или сделать. Подыграть ему? Сказать еще раз ужасную правду? Оставить его в покое? Он не знал, поэтому просто стоял и смотрел на него с беспокойством, смешанным с паникой. — Мистер Гиббс, — сказал Джек сквозь стиснутые зубы, его руки сжались в кулаки, и Гиббс подумал, что он собирается ударить его. — Джек, пожалуйста. — Замечательно. Я сам найду ее, — сказал он, направляясь к погребу. Гиббс тяжело вздохнул, провел рукой по лбу и последовал за Джеком, наивно полагая, что он пошел за ромом. Гиббс услышал, как он снова зовет Элизабет. Джошами замер, держась за перила. Это было сложнее, чем он думал. Джек вышел из погреба и начал подниматься по лестнице. — Куда же она спряталась? — пробормотал он, проходя мимо старпома. К своему ужасу Гиббс понял, что Джек не задавал ему этот вопрос: он задал его самому себе. — Джек, — Гиббс предчувствовал что-то плохое, и холодный страх, охвативший его сердце, дал понять, что весь ужас еще впереди. — Джек! Но Джек уже был на палубе, приказывая нескольким матросам обыскать корабль. Они посмотрели на Гиббса, как будто ожидая, что он объяснит, почему им приказано искать того, кого явно не было… Они уже обыскали корабль в поисках Барбоссы. Гиббс провел рукой по лбу, расстраиваясь все больше и больше. Команда стояла неподвижно, словно застыла в замешательстве. Джек на мгновение исчез из поля зрения, вероятно, чтобы проверить еще одно место, о котором он вспомнил, а затем вернулся и внезапно остановился, сердито оглядывая команду, которая не последовала его указаниям, а лишь грустно и немного испуганно смотрела на него. — Что с вами? Чего вы смотрите на меня? Вы оглохли? Идите и обыщите корабль! — прокричал Джек, но никто не сдвинулся с места. Несколько мужчин посмотрели на Гиббса и опустили глаза в пол; несмотря на все зверства, свидетелями которых они были, чувствовали себя странно опустошенными из-за одной смерти и ее последствий. — Джек, — Гиббс медленно подошел к нему, осторожно положив руку ему на плечо. Джек некоторое время стоял, не двигаясь, но затем резко обернулся. — Где она? — спросил он громким голосом, его темные глаза впились в Гиббса. Слова словно эхом раздались в полумраке. — Я уже сказал тебе, Джек, мне… очень жаль, — прошептал Гиббс. — Мне очень жаль. Джек несколько секунд смотрел на него, а затем обернулся, обвел взглядом команду, которая по-прежнему стояла, наблюдая за сценой. Его взгляд приобрел странно угрюмое сияние, выражение его лица ожесточилось, лицевые мышцы напряглись. Он развернулся и направился к лестнице, ведущей под палубу. Гиббс махнул рукой команде, чтобы те вернулись к своим обязанностям, а затем снова последовал за Джеком.

***

Билл Тернер проснулся от странного ощущения: корабль неустойчиво качается на волнах, набирая высокую скорость. Он встал на ноги. Они действительно отплыли? Или это все происки его воображения? Он поднялся по лестнице и осмотрелся, заметив Уилла, стоящего за штурвалом. Он направился к нему, оглядываясь в поисках «Черной Жемчужины», которой нигде не было. — Может, нам стоит погрузиться? — спросил Билл Тернер. — Нет, еще нет, — ответил Уилл, придумывая достойное объяснение… — Нам нужно переправить души? — с любопытством спросил Прихлоп, улыбаясь сыну. —Нет, — Уилл покачал головой, отводя взгляд от отца и сосредотачиваясь на собственных руках. Холод и дрожь… — Так почему мы отплыли? — Барбосса жив, — сказал Уилл, внезапно придумав достойное объяснение. — Что? — Билл сделал несколько шагов к сыну. Они уже проплыли черное море, теперь снова плывя через Призрачное, и зеленый туман сгущался вокруг них. — Но мы не смогли его найти. Карцер, куда его отнесли, не заперли, и он, очевидно, не умерев, смог каким-то образом сбежать, — Уилл смотрел прямо перед собой, пытаясь придать хоть какой-то бодрости своему голосу. Билл Тернер вздохнул. — Вы проверили оба корабля? — спросил он после паузы. Уилл моргнул. Вообще-то ему не пришло в голову обыскать «Голландец». — Нет, я… мы обыскивали только «Жемчужину», — сказал он, неуверенно переводя взгляд на отца. — Я прикажу команде осмотреть корабль, — сказал Билл Тернер с легкой улыбкой и, успокаивающе похлопав сына по плечу, развернулся. — Подожди, я… — Да? — Прихлоп остановился. — Элизабет на борту, — поспешно ответил Уилл. Билл Тернер удивленно поднял брови. — Эл… — Она… мы… я… — Уилл глубоко вздохнул, тысячи мыслей кружились в его голове. — Мы подумали, что после того случая ей было бы небезопасно оставаться на «Жемчужине», поэтому я предложил забрать ее и высадить на берег как можно быстрее, а «Жемчужина» последует за нами, как только они тщательно обыщут корабль, — Уилл бросил взгляд на отца, ища на его лицо какие-либо признаки сомнения, недоверия… И только после того, как он все это сказал (его подсознание зарегистрировало, что он только что сказал еще одну ложь — и, более того, он обманул своего отца), он вспомнил, что минуту назад думал признаться отцу во всем, что натворил. Но эта мысль ушла — она казалась такой отдаленной и непостижимой, как будто она даже не приходила ему в голову… — Где она? — наконец спросил Билл Тернер, и Уилл не был уверен, был ли это намек на подозрения или просто (неправильно растолкованное им) беспокойство в голосе отца. — Внизу, — ответил Уилл, глядя прямо в глаза отца. Он хотел добавить, что она спит, но потом решил не говорить. Будет лучше, если отец подумает, что она заснула в тот момент, когда они остановились в порту. — Хорошо, — наконец сказал Билл Тернер с обнадеживающей улыбкой, и на сердце у Уилла стало легче… до того момента, как он понял, что причиной его радости был успешный обман. — Думаю, будет разумно, — задумчиво сказал Билл.  — Если мы прибавим скорости. Не переживай! — крикнул Прихлоп, прежде чем спуститься по ступенькам и скрыться из виду. Искусственная улыбка застыла на лице Уилла. Он хотел снова оказаться на суше. Сойти с корабля и отвезти Элизабет в какое-нибудь красивое место, в небольшую деревушку, где они могли бы начать новую жизнь. Он устал от океана, от ощущения соленого ветра на лице, от запаха рома… от запаха прошлого. Он хотел оставить все это позади. Он сжал руки, подсознательно падая в бездну своих запутанных, лихорадочных мыслей.

***

Гиббс осторожно открыл дверь капитанской каюты и медленно вошел внутрь. Джек стоял у окна, повернувшись спиной к двери. — Джек… — повторил Гиббс уже в сотый раз после часа бессмысленных поисков Элизабет по всему кораблю Джек неподвижно стоял. Гиббс закрыл дверь и решил, что сейчас стоит объяснить все произошедшее. Он собрал все свое мужество и рассказал Джеку (который, казалось, даже не слушал) о том, что Барбосса не умер, о… о том, что он убил Элизабет… И они решили, что лучше позволить «Голландцу» забрать ее душу, несмотря на то, что Джек хотел бы увидеть ее… Но было бы лучше… лучше, если бы он запомнил ее такой, какой знал… возможно, даже сама Элизабет не хотела бы, чтобы ее запомнили изуродованной. — О чем ты говоришь? — прервал монолог Гиббса металлический голос Джека. И это был даже не вопрос. Джек не обернулся. — Я… — Гиббс замолчал и облизнул сухие губы. Он не знал, что еще сказать. — О чем ты говоришь? — повторил Джек, странно подчеркивая слова и медленно оборачиваясь. И когда он повернулся к Гиббсу, его лицо было бледным, глаза широко раскрыты. Гиббс не ответил. Джек сделал несколько шагов к нему, повторяя свой вопрос. Он остановился прямо перед Гиббсом, который с тревогой смотрел на него. Джек медленно положил руки ему на плечи. — Просто, — начал Джек искусственно спокойным голосом, словно разговаривал с ребенком. — Просто скажи мне, где Лиззи. Гиббс вздохнул, выражение боли отразилось на его лицу. — Джек, я уже сказал тебе, — прошептал он, чувствуя, как Джек сжимает его плечи. — Просто скажи мне, где она. Прошу. Холодная дрожь пробежала по позвоночнику, Гиббс заметил в глазах Джека отчаянность… Ожидание… Мольбу… — Ах, я понял, — прошептал Джек, отпустив Гиббса и делая шаг назад. — Это Тайник, — тихо сказал он, оглядываясь по сторонам. — Я снова в Тайнике, — пробормотал Джек. — Это все не по-настоящему. — Джек, — Гиббс сморщил лоб и покачал головой. — Это… — Тс-с-с, — Джек махнул рукой, заставляя его замолчать. — Это, — начал он тихим голосом. — Это все не по-настоящему, — прошептал он, словно раскрывая какую-то великую тайну. Гиббс смотрел на него, не зная, что делать. — Это всего лишь галлюцинация, — уверенно прошептал Джек, оглядывая каюту. — Я докажу тебе, — внезапно сказал Джек, и Гиббс прищурился, пытаясь увидеть… А затем его глаза расширились при виде пистолета в руке Джека, но прежде чем он успел выкрикнуть «нет!», раздался оглушительный выстрел, и Джек упал на пол.