Frustration

У Магнуса много страхов. Он боится глубины озер, ненавидит ужастики и не любит находиться в темноте. Богатое воображение резво рисует в голове образы: заливающая легкие вода, прячущиеся в закоулках сумасшедшие или еще черт пойми что. Магнус – взрослый мужчина, который и хотел бы с гордо поднятой головой провозгласить, что он бесстрашен, как рыцарь средневековья в сияющих доспехах, но он не любит врать, и тем более, врать самому себе. Он не стыдится своей тихой и спокойной работы в издательстве, лишенной всяких опасностей, кроме, разве что, острого канцелярского ножа, которым Магнус едва не проткнул себе руку на прошлой неделе. В мире достаточно угроз, повлиять на которые человек не в силах, так зачем увеличивать риски, не пристегиваясь в машине, или прыгая в воду, предварительно напившись в хлам? В школе его называли трусом, в колледже – маменькиным сынком. Хах, забавно, ведь именно мама была тем человеком, который готов и со скалы спрыгнуть, и на спор набить татуировку. У нее их было две. Змеи, акулы, клоуны (серьезно, ему снились кошмары после просмотра того фильма) и всеобъемлющее человеческое сумасшествие, которое порождает убийства, разбои и теракты. Магнус понял, что все предыдущие страхи полная чушь, когда с телефона Алека ему впервые позвонил чужой голос. Поглотивший его ужас он запомнил надолго, как и то, что в тот раз он приехал в больницу в одной пижаме и новых туфлях Алека, которые смотрелись на нем как калоши. Сегодняшний звонок стал пятым, но Магнус все равно подрывается, спешно натягивая на себя вещи. Дорога до больницы смазывается в единое цветное пятно, и уже плевать, что он наверняка получит несколько штрафов за превышение скорости. Доктор вздрагивает, когда Магнус налетает на него со спины с расспросами и уверяет, что все в порядке. Называет номер палаты и провожает его нечитаемым взглядом. У Алека ссадина на щеке и яркий синяк на ключице, исчезающий за воротом рубашки. Кожа немного покрасневшая, и, кажется, подпалены кончики волос. Он улыбается и тянет к нему свободную руку для объятий – вторая плотно перебинтована и прижата к груди. Недовольно бурчит, что это просто сильный ушиб и звонить никому не следовало. – Ты мой муж, – выдыхает Магнус ему в шею, – мне обязаны такое сообщать. Алек фыркает, немного смещаясь на кровати, чтобы они смогли уместиться на ней вдвоем, и сжимает в ладони пальцы Магнуса. – Прозвучало так, будто я твой раб, а ты мой хозяин. – Алек понижает голос до того тона, каким обычно рассказывает племянникам страшилки. Болезненные ощущения всегда пробуждают в нем желание острить. – Грозный мистер Лайтвуд-Бейн, запирающий в большом подвале невинных жертв. – Я не против ролевых игр, дорогой, но позже. Алек издает смешок в ответ, болезненно морщась, и осторожно выдыхает, постепенно расслабляясь. Кладет голову на теплое плечо мужа и закрывает глаза. Магнусу остается только вплести пальцы в немного спутанные черные волосы и с неприязнью смотреть на форму, аккуратно сложенную на тумбочке напротив кровати. Темная, с яркими желтыми полосками, она когда-то вызывала восторг перед храбростью и самоотверженностью тех, кто её носит. Сейчас же он просто хочет её сжечь. Хах, какой каламбур, учитывая, что он замужем за пожарным. Алек сопит ему в плечо, приоткрыв рот, и слегка хмурится. Это далеко не первая их ночь на узкой больничной кровати и, Магнус знает, что не последняя. Алек слишком предан своей работе. Обратно пропорциональная осторожности Магнуса отвага мужа обескураживала. И пугала. Он и думать не хотел, что однажды на его вызов ответит знакомый голос – о смерти кого-то из своих всегда сообщала команда. Алек полтора года назад отвечал на звонок девушки Брендона, задохнувшегося во время тушения большого торгового центра – тот отдал свою маску ребёнку. И осознание того, что Алек при необходимости сделает так же, каждый день разъедало его душу. Магнус вздыхает и неосознанно стискивает объятия сильнее. Алек болезненно пыхтит в ответ, и приходится ослабить хватку, чтобы не разбудить его. Он скользит взглядом по ссадине на бледной щеке, темным ресницам и губам. Втягивает знакомый аромат, смешанный с запахом гари, и прикрывает глаза. Да, у Магнуса много страхов. И самый главный из них носит форму и улыбается, прежде чем зайти в пекло.