Эфир

Том проснулся очень помятым, да ещё и от того, что его расталкивал Билл. — Вставаааай, мама зовёт к столу. — Как ты умудрился подняться раньше меня? — Ты всю ночь ворочался и плакал, так что я в принципе заснуть не смог и просто ждал. Ты знаешь, как для меня мучительно ожидание? Скажи спасибо, что раньше не разбудил! Том подумал, что про плач — это шутка, но потом потёр своё лицо. Под пальцами зашелушились высохшие дорожки от слёз. Он никогда раньше не плакал из-за кошмаров. — Что тебе снилось такого? Том напряг память. — Ммм… кажется, я разрезал живот Беленькой, и оттуда на меня выпрыгнула Дея и сожрала… А потом… — Том воскресил в голове картинки того, как он переоделся в жёлтое платье и танцевал с обросшей белой шерстью Орхидеей. — Не помню. — Нифига тебя та кассета впечатлила! А кто такая Беленькая? — ...Никто.

***

— Ты уж прости, Том, я взяла на себя наглость приготовить тебе завтрак из твоих продуктов, — заискивающе сказала хозяйка дома, ставя перед ним тарелку. — Спасибо, мадам. Я могу доплатить за это… — Ну что ты такое говоришь! Мне в радость поухаживать за тобой, — кокетливо ответила она, огладив его по затылку. «Начинается… Надо будет поскорее съехать», — подумал Том, точно зная, к чему всё это идёт. Мадам наверняка мысленно торгуется сама с собой, постепенно приближаясь к мысли, что возраст — всего лишь цифра, и ничего страшного в том, что она считала недопустимым ещё недавно, на самом деле нет. Миссис Коул прошла тот же путь, прежде чем впервые его тронула. Пришлось немного подправить ей память, не используя при этом палочки, что было непросто. А спустя какое-то время пришлось это повторить. И ещё раз. И ещё… — Эй, у тебя планы на сегодня есть? — Нет. Том не понимал, почему он, освободившись, не кинулся налаживать свою жизнь, возвращать свой авторитет и прокачивать магию. Впрочем, что он может делать? Вражда с Гарри Поттером теперь казалась ему мышиной вознёй, не стоящей и выеденного яйца. Его опыт с Орхидеей всё обесценивал и превращал в ничего не значащую пыль. Даже мысли о том, что в противостоянии с национальным героем он одержит безоговорочную победу, ведь сейчас он воплощён и полнокровен, не вызывали эйфории или хотя бы нервного возбуждения, которое он испытывал при мыслях о своём превосходстве ещё до попадания в дневник. Может, просто зажить обычной жизнью? Но разве он может? Риддл обеспечил ему не самую хорошую репутацию, да и он сам, высасывая душу из Джинни и пытаясь убить Поттера, предстал не в лучшем свете. Само по себе это проблемой не было, а вот Дамблдор — был. Пока Том прозябал в дневнике, бывший профессор трансфигурации стал директором Хогвартса и судьёй Визенгамота, что придавало ему довольно значительный вес в обществе. Юноша сомневался, что Дамблдор ещё раз позволит себе ошибиться на его счёт и не примет меры, чтобы его ограничить. Посадит в Азкабан или сразу умертвит. Забавно, что вариант со смертью казался Тому более лакомым, чем с Азкабаном. Хотя после Орхидеи дементоры уже не внушали того трепета, который он испытывал раньше, читая об их загадочной тёмной природе. Как бы то ни было, у Тома не получалось заставить себя запланировать что-то дельное. Всякий раз, когда он задумывался о своём будущем, на него наваливалась апатия. — Сегодня солнышко. Хочу позвать ребят на озеро. Пойдём с нами? — Ладно, — юноша пожал плечами. Он сидел, обхватив ладонями кружку горячего чая, и задумчиво смотрел на идущий вверх пар. От такого соприкосновения с кипятком уже становилось некомфортно, но после Орхидеи всё, что не превращалось в ожог, воспринималось вполне терпимым. Впрочем, ожог первой или даже второй степени его бы тоже не сильно потревожил. Билл обзвонил всех вчерашних ребят. Грег и Трейси согласились сразу, а вот Рейчел уточнила, будет ли Том. — А что, без него не поедешь? В трубке что-то смущённо защебетали. — Ну тогда какая разница?.. Ну вот… Так едешь? Решено было отправиться на озеро ближе к вечеру, потому что Биллу нужно было хоть немного поспать. Том остался сидеть на своей постели. Билл подсунул ему несколько книжек, чтобы скрасить ожидание, и юноша с ужасом обнаружил, что все они были с картинками! — Я похож на ребёнка? — Комиксы — литература не для детей! — возмутился Билл. — Тут круто закрученный сюжет и глубокий смысл! Почитай сначала, а потом бубни! Том испытывал неловкость, начиная вчитываться в диалоги нарисованных персонажей. После учебника по квантовой механике или методам рунической ворожбы подобное чтиво казалось пошлым, потому он был настроен крайне скептично. Впрочем, он довольно быстро изменил своё мнение. Перед ним было доказательство того, что магловское общество готово узнать о существовании магов. Практически в каждом комиксе рассказывалось о людях, которые обладали сверхчеловеческими силами. Большинство из представленных способностей было подвластно любому магу, который не поленился бы освоить пару сотен основных заклятий. Согласно сюжету таких героев либо боялись, если они выступали на стороне зла, либо же их восхваляли, когда те принимали сторону гипертрофированного добра. Но суть была не в этом! По описанным здесь реакциям обычных гражданских и по словам Билла, подобные способности воспринимались очень даже нормально. Если человек не убивал с помощью них людей, то окунать его в воду или вешать за ведьмовство никто не стал бы. Больше всего Тома заинтересовал комикс под названием «Люди в чёрном». Главными героями в нём были обычные маглы, у которых были опережающие своё время приборы. Они боролись против странных существ, которых называли инопланетянами. Том раньше никогда не задумывался о том, есть ли жизнь на других планетах, своих леших и гоблинов хватало, но ведь концепция была действительно интересной. Сами люди в чёрном сильно напоминали невыразимцев. Те тоже занимались секретами, недоступными обычным людям, а при необходимости спокойно стирали память свидетелям. Насколько Том знал, они даже друг другу память основательно подчищали, когда приходило время уйти в отставку, что нередко приводило к помешательству и различным умственным недугам. Его удивляло, как кто-то вообще соглашался там работать при таких условиях. Он-то смог бы избежать подобной участи и скрыться, обладая всеми их секретами, но обычные маги на подобное вряд ли были способны. Когда Билл проснулся, было уже четыре вечера, хотя за чтением комиксов Том даже не заметил, как пролетело несколько часов. Юноша наконец-то принял душ, проигнорировав билловы «да зачеееем, мы же всё равно купаться будем». Том очень удивился тому, что из крана казалось бы бедного дома под хорошим напором течёт чистая ничем не пахнущая вода. В его приюте такой роскоши не было, а в Хогвартсе подобное обеспечивалось магией. Вместе они загрузили гриль в машину. Билл удивлялся, отчего тот легче обычного. Конечно, легче. Ещё бы Том тяжести без магии таскал. Они заехали в мясную лавку и вскладчину набрали сосисок и стейков. Ещё купили соков и угля. Том не сопротивлялся и даже не бурчал — было бы вполне неплохо хоть раз для разнообразия поучаствовать в пикнике. В этот раз Грег не пытался прогнать его с переднего сидения, молча сев на заднее, но лицо у него при этом было очень угрюмое. Озеро не шло ни в какое сравнение с тем, что располагалось у Хогвартса. Оно скорее напоминало лужу-переростка. Билл с Грегом принялись за установку гриля. Девочки сидели рядом с Томом. Трейси читала какой-то яркий журнал со стильно одетыми женщинами, а Рейчел расспрашивала его обо всяких глупостях. — К-какой тво-тво-твой любимый цвввет? — Зелёный. — М-м-мой тоже! Том посмотрел ей в глаза. — Неправда. Ты любишь красный. Если от внимательного взгляда Рейчел начала лишь слегка розоветь, то теперь, пойманная на лжи, она густо запунцовела. — От-от-откуда… — Эй, ваше величество! — окликнул его Грег. — Если ты думал, что мы всё за тебя сделаем, ты ошибся. Давай хотя бы костёр разожги! Зажигалок нет, так что используй это. Парень сунул ему в руки пару камней, которые совсем не были пригодны для высекания искры, и Грег прекрасно это понимал. Том пожал плечами, подошёл к приготовленному мангалу, чиркнул разок камушками друг о друга для приличия и послал магическую искру, которая быстро объяла угли пламенем. — Прославляй своего Короля, смерд, — усмехнулся Том, перебрасывая камушки обратно растерянному Грегу. Тот какое-то время пытался сам зажечь ими искру, но, когда не вышло, в гневе зашвырнул их далеко в озеро. Первыми отправились плавать Грег и Трейси. Тома очень сильно смутил девичий купальник. Он закрывал даже меньше, чем нижнее бельё из его времён. Это буквально было четырьмя треугольничками ткани на завязочках! У Рейчел оказался более сдержанный купальник, полностью прикрывающий туловище, но он всё равно заканчивался на сгибе бёдер, оставляя ноги полностью обнажёнными. Неужели у современных людей не было хотя бы намёка на стыд? Впрочем… Может, человечество за это время тоже прошло тяжёлый путь, итогом которого стало равнодушие к подобного рода мелочам? Он сам, в прошлом презирающий подобную разнузданность, теперь стоял в одних трусах с кучкой каких-то случайно встреченных маглов, и ему… ему было всё равно. Он не был смущён, не корил себя за то, что опустился до их уровня, даже не испытывал какого-либо дискомфорта, который всплывал, когда переступаешь себя. Он не переступал через себя. Он… получал искреннее удовольствие от ненапряжного досуга в компании людей, которые не ждали от него ничего, даже приказов. — Крутая у тебя татуха! А мне мамка не разрешила набить. Хотя оно и к лучшему, сидел бы я сейчас с глазом Орхидеи на запястье и думал, какой я долбоёб. Том не сразу сообразил, про какую татуху идёт речь, и только потом вспомнил про Ш-ш-шаис-с-са, трансфигурированного в картинку на ноге. — Чт-чт-что символизи-зи-зирует эта з-змея? Тома этот вопрос ненадолго поставил в тупик. — Змею. — Он пожал плечами, намекая, что это должно было быть очевидно. Рейчел обняла себя руками и смущённо отвела взгляд. Когда Грег с Трейси вылезли из воды, Билл тут же бросил хлопотать над сосисками и ринулся к озеру. — Рейч, давай пошли! — крикнул он, махая ей руками, но не останавливаясь. — Т-том, дава-ва-вай с нами, — предложила Рейчел, потянув его за руку. Он пошёл. Держаться в пресной воде оказалось гораздо сложнее, чем в солёной, но он справлялся. Кое-как. Не сказать, что в море он плавал хорошо. Всё, что у него получалось, — это работать всеми конечностями вразнобой, барахтаясь на поверхности и с трудом удерживая лицо над водой. — Ты так угарно плаваешь! Как котёнок! — ржал Билл, нарезая вокруг него круги со скоростью лосося, спешащего на нерест. — От-тстань от-от-от него! — Рейчел плеснула в Билла водой. От обиды тот утопился. — Я те-тебя научу пла-пла-плавать, Т-том. Надо рассла-ла-лабиться. Она легко проскользила мимо него изящной стрелкой. — Выпрями-ми-мись и поочерё-рё-рёдно двигай руками и но-но-ногами. Если разгребать воду руками у него получалось сносно, то вот держать ноги у поверхности оказалось очень трудно, они постоянно опускались на глубину. — Давай я тебе помогу! Билл подхватил его под живот и бёдра и распрямил. Том настолько изумился подобной наглости, что даже сначала пару раз ударил ногами по воде, создавая брызги и продвигаясь вперёд, и только потом разозлился. — Отвали! — он оттолкнулся от Билла, погрузился в воду с головой, начал захлёбываться, вынырнул, глотнул воздуха, но тут же ушёл обратно на глубину. Чьи-то руки обхватили его под мышками и подняли вверх. — Пойдём пожрём, — смеясь, сказал Билл ему на ухо, и, прижав Тома к себе, спиной поплыл к берегу. — Тебе как, искусственное дыхание сделать? Я могу. — Обойдусь, — ответил Том, не видя абсолютно ничего из-за налипших на лицо волос. В настолько неловкое положение он ещё не попадал. Приготовленная на свежем воздухе еда — ящерицы, которых он был вынужден есть на острове, не считаются — оказалась нереально вкусной. Билл, причмокивая от удовольствия, рассказывал, что в следующий раз нужно будет запланировать всё заранее и замариновать сосиски с мясом в особом соусе, рецепт которого в его семье передавался из поколения в поколение — от его матери к нему. Ребята укоряли его в том, что запланировать ничего заранее он не способен. Билл грустно соглашался. Том ещё несколько раз заходил в воду. С тех пор, как он провёл время на острове, плавать ему стало нравиться. Тем не менее делал это он плохо. Остальные ребята плавали гораздо эффективнее — их конечности работали слаженно, они легко держались на воде и совсем не напрягались. У него так не получалось, потому что ноги неумолимо опускались, а следом тонул и он сам. Пришлось пойти на ухищрение. Том обособил вокруг ног тонкую прослойку воздуха, закрепив его с помощью щитового заклинания. Такие импровизированные пузыри поднимали ноги, благодаря чему Том смог начать плавать в горизонтальном положении. Билл научил его загребать руками и правильно захватывать воздух ртом, а Рейчел показала, как плавать на спине. Когда потемнело, плавать стало холодно. Они оделись, развели костёр — Том опять заставил Грега недоумевать — и снова поели, слушая байки Билла про последователей некоего Теда Банди, которые прячутся в темноте и подстерегают беззащитных девушек на каждом углу. — Тебе тоже стоит опасаться, Том, ты слишком красив для этого мира, — подмигнул Билл. — Опасаться в этой ситуации стоит не мне. — А что, ты тоже карате знаешь? — Я знаю кое-что получше. — Кунг-фу?! Господи, сколько же странных словечек знал этот балбес. — Интеллект — самое устрашающее оружие. — Пффф, ага, запугаешь их законами Ньютона, как же. В конце концов Билл полностью переключился на Рейчел, рассказывая ей про что-то под названием "аниме «Акира»". Грегу и Трейси ни до чего не было дела. Они целовались, если это можно было так назвать. Широко открывая рты и крутя головами, они будто пытались заглотить друг друга. Неприятно было ассоциировать их со змеями, но именно клубок совокупляющихся змей они и напоминали. Том понял, что ещё немного рядом с этими причмокивающими придурками, и его стошнит. Он отошёл подальше от них, к озеру, и уставился в небо. Прошёл ещё один день без Деи. Интересно, пытается ли она его найти? Его очень тревожила мысль о том, что эта гадина может внезапно появиться. И не появлялась. Он ощущал себя котом Шрёдингера, в коробку которого могут в любой момент пустить газ — в полной неопределённости. Том внезапно осознал, что он абсолютно не верил в то, что его отпустили навечно. Он скорее… ждал её появления. И ожидание это было мучительным. Развлекаясь с новыми знакомыми, он просто старался отвлечься. Позади раздались шаги. Рядом села Рейчел. — Ты то-тоже любишь один-один-одиночество? — Когда как. Повисла неловкая тишина. Рейчел ёрзала, меняла позы и смотрела по сторонам, не находя себе места. Наконец, её озарило. Она вытянула руку, ткнув пальцем в небо. — Это Си-си-сириус, самая яркая зв-зв-звезда на небе. Прямо как т-ты. Том улыбнулся, снисходительно взглянув на девушку, и легонько коснулся её локтя. — Ты показываешь на Венеру. А Сириус… — он направил её руку так, чтобы теперь она показывала в нужную точку, — …вот здесь. Он последний в пятёрке самых ярких объектов на небе. Даже в темноте было видно, что Рейчел густо залилась краской от смущения. Она потупила взгляд. — П-прости. — Ничего. Нам в школе преподавали астрономию и астрологию. Сомневаюсь, что вас этому учили. — Ас-ас-астрологию? — удивилась Рейчел. — Я пошутил, — быстро объяснился Том. — ПОТЕСНИСЬ! — распихивая их руками и плечами, Билл устроился посерединке. — Чего вы ушли? — Да там эти… Неприятно смотреть, — ответил Том, качнув головой в сторону всё ещё плотно сплетённых Грега и Трейси. — Чего это? Что естественно, то не безобразно! Это же любовь! Я бы тоже сейчас с кем-нибудь целовался! — На меня не рассчитывай. — Том отодвинулся от греха подальше. — Тебе и не предлагали! Когда девочки стали подмерзать, Билл развёз всех по домам. Перед тем, как зайти к себе, он начал инструктировать Тома. — Крадись, как мышка, чтобы мамку не разбудить, а то оба пиздюлей огребём. Ну, ты, может, и нет, но тебе будет неприятно смотреть, как их огребаю я. Будет же? — Пачка попкорна скрасит мои страдания. — Злой ты. Следующие пять минут Том наблюдал, как Билл идёт крабиком, тщательно выверяя, куда поставить ногу. Когда парень преодолел коридор до комнаты и жестами призвал Тома повторить за ним, юноша просто зашагал вперёд, как сделал бы это и днём. Билл перепуганно вылупился на него, ещё отчаяннее замахал руками, но потом осознал, что ничего не слышит. Удобно было скрадывать шум магией. Билл назвал его каким-то ниндзя. — Эй, Том? — жалостливо протянул парень со своей постели, когда они улеглись. — Да, Билл? — сдержанно откликнулся Том. — Ты не мог бы не флиртовать с Рейчел? — И не думал. — Ты флиртовал! Любой разговор о звёздах с девушкой — это флирт! — Разговор о звёздах — это разговор о звёздах. — Том, я серьёзно, — Билл выглянул из-за борта кровати, скрестил перед собой руки и положил на них голову. — Она мне нравится. — Тогда зачем ты, придурок, её со мной познакомил? Билл явно не на такую реакцию рассчитывал. — В смысле? — В меня все девчонки влюбляются, — заявил Том. — И не только. — Не ожидал, что ты такой нарцисс… — Это не нарциссизм, это факт. Девочки, девушки, женщины, некоторые парни… Да в меня влюблена даже твоя ма... ммм... — в последний момент Том решил, что говорить о сексуальных предпочтениях его матери будет неуместно, — …обожаемая Орхидея. Билл дооолго смотрел на него с подозрительным прищуром, а потом взорвался. — Да как у тебя получается врать так, что все мои инстинкты кричат, что ты говоришь правду?! — Билл хлопнул Тома по одеялу. — Колдун ебучий! Всё, я обиделся! Парень скрылся внизу. Том слышал, как тот возмущённо ворочается и пыхтит. — Эй, Билл? Пыхтение. — Эй, Билл! Ещё более обиженное пыхтение. Том свесился с кровати и, ухватив уголок подушки, начал её легонько подёргивать так, чтобы голова Билла моталась из стороны в сторону. — Бииилл… — Ну что?! — Отвези меня завтра в Лондон. — Если пообещаешь больше не флиртовать с Рейчел! — Ладно. Клянусь, что только и буду, что рассказывать ей о том, насколько ты… клёвый чувак, — Том решил научиться современному лексикону и, похоже, он подобрал верные слова. — Правда?! — Билл так и подскочил от радости. — Правда. — Тогда давай! Но бензин с тебя! — Хорошо. У Тома наконец-то появились силы сделать что-то полезное. Его проблемы после завтрашнего мероприятия, конечно, не исчезнут по мановению волшебной палочки, но, по крайней мере, у него эта волшебная палочка появится. А заодно он убедится в верности своей гипотезы. Или разубедится…