Просто друзья

Тэ пришел в себя лишь ночью. Тут же ощутилась ломота в теле, тугой узел боли и желания, неприятное стягивающее кожу ощущение. Осознание пришло как-то резко, заставляя глаза раскрыться в изумлении. Это был не сон, не бред, вызванный течкой, а самая настоящая реальность! «Что же я наделал?!» — взвыл про себя омега. Ему срочно нужно все обдумать! Парень осторожно откинул одеяло и собрался уже соскочить с кровати, когда его схватили за запястье. Резкий рывок заставил улечься обратно, а сильная рука, устроившаяся поперек живота пресекла любые попытки вырваться. «Спи, завтра все обсудим.» — тихий шепот опалил ухо, вынуждая покраснеть от неловкости и смущения.

***

Однако в эту ночь Тэхёну так и не удалось уснуть. Мысли в голове роились, пробуждая совесть, стыд и здравый смысл. Неизвестность пугала хлеще, чем маньяк с ножом в руке. То, что они оказались истинными, ситуации, как таковой, не меняло. Открытым оставался вопрос: как они умудрились за один вечер разрушить многолетнюю дружбу? Нельзя было поддаваться своей природе. Нельзя было закрывать глаза на прошлое. Нельзя было пренебрегать и так опасным положением — неизвестно, что учудит сталкер, узнав о произошедшем (а в том, что он будет в курсе, почему-то сомнений не возникает). Да много этих «нельзя», вот только все они уже нарушены. Дождавшись рассвета, омега всё же выполз из кровати, посчитав, что лучше заняться домашними делами, нежели лежать бездыханным трупиком. Он не спеша привел себя в порядок и, посмотрев на время, решил, что Чонгук проснётся не скоро, и сейчас можно заняться уборкой. Нужно чем-то отвлечь себя, иначе беспокойные мысли с легкостью могут довести до ужасной депрессии. Что это такое и к чему приводит, Ким знал не понаслышке и повторения того, что было несколько лет назад, не хочет. Надев наушники, парень начал разгребать свинарник в комнате Гука (больше, в принципе, ни одна часть квартиры в «скорой помощи», как таковой, не нуждалась). Работы тут было много. Таких завалов, как у этого конкретного человека, Тэ еще никогда не видел. На столе валяется скомканная одежда (кажется, джинсы, носки и грязное нижнее белье), часть которой попадает в кружку с плесневелым чаем; на углу книжного шкафа висит плед; незастеленная кровать «радует глаз» перевернутым одеялом на одной стороне и разбросанным хламом (зарядкой от телефона, планшетом, книгой, конспектами, канцелярскими принадлежностями и недоеденной сдобной булочкой) другой; ковер усыпан опилками от простого карандаша и крошками от чипсов; а на стоящем под окном кресле-груше покоится переехавшая из шкафа одежда. Тяжело вздохнув, Тэ приступил к уборке. Это даже лучше — можно отвлечься. Вот только Ви не учел, как тяжело ему придется в комнате наполненной запахом истинного альфы во время течки. И если на момент, когда он проснулся, состояние было просто неприятным, то как только парню стоило пробыть в чужой комнате минут пятнадцать, так самочувствие ухудшилось. Голову дурманил запах свежей мяты, в животе вновь завязался морской узел из желания и боли, смазка начала выделяться активнее, а пульс участился. В конце концов, Тэхён, не выдержав, решил закончить с письменным столом и пойти на кухню готовить завтрак. Весь мусор был быстро ликвидирован, вещи брошены в стирку, книги расставлены в шкафу. Осталось только убрать тетради на полку. Взгляд карих глаз прошелся по всем тумбочкам и выцепил немного приоткрытый ящик. Решив, что там конспектам и место, Ким потянул за ручку и тут же выпал из реальности — перед ним лежала толстая стопка рисунков и художественные принадлежности. Но самое главное: омегу поразил не царящий в этом месте порядок, а его собственное изображение на бумаге. Не отрывая взгляда от портрета, парень отложил конспекты на стол и взял в руки всю стопку. Начав просматривать рисунки, Тэ даже не заметил, как выпал из реальности повторно. А дело все в том, что на каждом, без исключения, листе был изображён именно он. Сверху лежали совсем новые изображения: вот он с задумчивым видом смотрит в окно, а на следующем сосет чупа-чупс, а на другом сидит с джойстиком в руках (и, кажется, все это Чонгук рисовал по памяти, воспроизводя все в своей голове до мелочей, иначе Тэхён бы знал о существовании собственных портретов). А снизу находились совсем старые — по стилю художника и имиджу «модели» заметно — художества: на одной странице Ви сидит над тетрадью и, по-видимому, решает домашнее задание за восьмой класс, на второй — читает какую-то книгу, а на третьей… курит? Да, именно так. Причем подобных портретов — то с сигаретой во рту, то в руке, то с дымом струящимся меж губ — было больше всего. Ким расширившимися от удивления глазами просматривал все новые и новые изображения, как вдруг услышал шаги за дверью. В панике омега даже забыл вернуть порядок, в котором находились работы, возвращая их на место так, как они были в его руках и закрывая ящик стола. Как раз вовремя. На пороге комнаты появился ее сонный хозяин. Чонгук трет кулаками глаза, — и выглядит при этом очень уж мило и уютно — непонимающе осматривает преобразившееся (хоть чуть-чуть) помещение и спрашивает: — Хен, что ты делаешь? — Не видишь что ли? — в этот момент Тэхён надеется, что его голос не дрогнет. — Убираю твой свинарник. Сейчас завтрак пойду готовить. — А-а… — многозначительно тянет Чон. — Ну тогда не буду мешать… — альфа разворачивается и шлепает босыми ногами в ванную, оставляя Ви наедине с облегчением.