Желать

Дирижабль плавно летел к пункту назначения, наполняя салон уютным, едва слышным гулом двигателей. Этот звук напоминал Гарри мурчание огромного кота, и, если быть откровенным, действовал умиротворяюще, сглаживая легкую нервозность. Которая не укрылась от Снейпа. — Ты боишься высоты? — едва слышно, чтобы не смущать Гарри перед сидящими сзади и спереди пассажирами. — Не совсем. Но изредка… Я вижу как падаю, падаю с башни огромного замка вместе с каким-то безносым уродом в черном плаще… — как-то бессвязно, бормоча себе под нос, будто витая где-то в своем мире. Северус нахмурился. Будь он проклят, если… Что за чертовщина! — Ой! — Поттер тем временем захлопнул рот. Что он несет в самом деле?! Надо же так было так задуматься. Причем тут вообще замки и башни?  — …Я еще никогда не летал… Нет, нет, все хорошо… Мне не душно… — омега стал путаться, зачем-то оправдываться, а потом резко замолчал, нервно и неосознанно поднося ко рту большой палец. Северус уже давно провел логическую цепочку действий своего юного супруга. Тянет палец в рот — значит жутко переживает. Воцарилась пауза. — Может поговоришь со мной? — первым нарушая молчание, мягко отодвигая палец ото рта Гарри. — Ты знаешь, мне кажется, тебе вообще есть что мне рассказать. Северус не знал почему ему это пришло на ум. Он просто осознал и принял. — Что рассказать? — теряясь и в то же время понимая, что невероятно хочется поделиться, открыться… Как странно. Он, Гарри, с каждым разом испытывал все большую и большую потребность поговорить с мужем о том, что ему порой снится. Ведь в начале их удивительного, и чего уж скрывать интимного, знакомства он и помыслить об этом не мог — его точно посчитают нездоровым: все эти смешные слова, немыслимые твари, парящие в воздухе вещи… — Ты будешь смеяться, — вжимая голову в плечи и усердно рассматривая ногтевые пластины. — Никогда, — Северус положил свою руку на руку удивительного мальчишки, которому удалось завоевать его сердце. Глаза в глаза, на секунды замирая и будто бы выпадая из этой реальности, где дирижабль «плыл» меж взбитых словно сливки облаков… Их «уединение» нарушил трехлетний малыш в цветастом костюмчике, громким хныканьем возвестивший, что он устал и желает поспать. — Мне нужно собраться с мыслями. — Я не тороплю тебя, Гарри, — бережно проводя большим пальцем по коже ладони омеги, вычерчивая там незамысловатые круги. Такая простенькая ласка, а Гарри вновь окатило жаром с ног до головы. Да что же это? Хотя что тут можно сказать? Он явно «пропал», попал в «сладкие сети» обхаживающего его альфы. Который совсем недавно стал его супругом. Он «расцветал» словно цветок, на который льется свет. Он понимал, что его альфа не идеален, как и не идеален и он сам, но каждая его клетка тела будто стремилась навстречу Северусу. Запах которого он даже не знал. Сказать, что Гарри испытывал глубокое чувство досады — не сказать ничего. Он уже почти смирился со своей проблемой и вдруг эта встреча. Как же сложно. И тревожно. — Все будет хорошо, Гарри, — невероятным образом угадывая о чем сейчас беспокоится его мальчик и ободряюще сжимая тонкую кисть его руки. И снова единение, которое было нарушено громким голосом сидящего позади них подростка. А самый маленький пассажир к тому времени уже мирно посапывал в специальном разложенном кресле. — Отец, там же этот… Автор приключенческих романов. Аластор Грюм! — Тише. Веди себя прилично, — облаченный в легкий песочный костюм альфа отложил газету, снял с переносицы очки и укоризненно посмотрел на сына. — Ну пап… — мальчишка теперь прижался ко второму родителю, строя умоляющее лицо. — Вон он. В самом конце салона. Это точно он. Обалдеть! Летает общим классом. А я думал у него свой дирижабль. Ой как хочется автограф! Родители любителя приключений синхронно закатили глаза. — Джонатан! Это некрасиво приставать к людям, — привлекательный омега заправил за ухо выбившуюся прядь золотистых волос и строго взглянул на отпрыска. Гарри прислушался к разговору. Он тоже любил романы этого автора. Правда не все. Некоторые слишком изобиловали страшилками на его вкус. И псевдоним у него был жутковатый — Грозный Глаз. Гарри почему-то упорно виделся искуственный глаз от которого не могло укрыться ничто и никто. Хотя ассоциации были неудивительны. Аластор Грюм давно произвел частичную модификацию тела и теперь являлся полукиборгом. Что вызывало еще больший ажиотаж у подростков. — Ой, он выходит! Сейчас пройдет мимо нас. Как здорово, что ему надо в туалет, — Джонатан аж подпрыгнул в кресле и прижал к груди зачитанный до дыр роман. Гарри хихикнул, Северус улыбнулся уголками губ, видимо вспомнив себя в детстве, а родители неугомонного юного альфы вновь закатили глаза. — Сэр, пожалуйста, сэр… — Джонатан! Извините нас… Но Грюм поднял руку, показывая, что совершенно не против уделить внимание своему поклоннику. — О, юный читатель. Такссс… «Тайна черного черепа»… Вам не страшно? — Нет, сэр, — Джонатан порозовел от удовольствия. Еще бы — он разговаривает с самим Грозным Глазом. — Но ужасно интересно. — Вот она современная молодежь, — хмыкнул Грюм, ставя свой автограф и желая хорошего полета. Гарри выглянул в пространство между креслами: — Здравствуйте, сэр, — чуть смущенно, не сводя своих выразительных глаз с известного писателя. — Добрый вечер, юноша. Вам тоже автограф? — Если можно… — протягивая захваченную в дорогу книгу. — «Пески времени». Любите читать про сокровища? — Очень. А еще мне нравится ваш рассказ «Загадка Хогсмида». Он маленький, но смешной. И так не похож на остальные истории. — Это был эксперимент. — Никогда не читал про перемещающиеся лестницы. — Мы с вами нигде не встречались? Мне кажется я вас где-то видел, — ставя размашистую подпись на первом листе романа и не сводя проницательного взгляда, который казалось мог заглянуть в самые потайные уголки души. — Нет, сэр. Вы ошибаетесь, — почему-то внезапно испытывая совершенно неуместную тревогу от взгляда на искуственный глаз Аластора. — Возможно, возможно… Иногда я вижу необычные… Впрочем неважно… Прошу меня простить. Желаю хорошего полета. И на миг задержав цепкий взгляд на Снейпе, Грюм поспешил прочь. — Полукиборг… Грозный Глаз… Ему так подойдет плащ… Мракоборец… Откуда я взял это слово?.. Поттер часто задышал и зажмурился, сцепив пальцы рук. — Гарри, Гарри… Я не понимаю тебя. Какой мракоборец? Это из твоих романов? — Северус осторожно дотронулся до локтя своего спутника. — Ты так побледнел. Тебе нехорошо? — А? Да. То есть нет. Я… Я опять задумался. Прости. Я много читаю. Да, видимо так. Снейп приподнял вопросительно бровь. Впрочем, прекрасно помня, что он обещал Гарри не торопить его, перевел разговор в другое русло: — Вот видишь, Грюма своего увидел. — Ага. И он дал мне автограф! — искренне улыбаясь Северусу. В самом деле — что это он? Он рядом со своим альфой, они летят к морю. Кстати о море. — А там песок есть? На пляже. — Конечно. Золотистый — золотистый. Там очень красиво. Я же обещал, что тебе понравится, — интимно-бархатно, вкладывая особый смысл в последнюю фразу, вновь заставляя Гарри смущенно опустить взгляд. И чего скрывать Северусу это нравилось. Как и нравилось заботиться об этом маленьком омеге. Который вызывал мысли об уюте, доме… О том, что раньше пугало Северуса, а сейчас казалось значимым и важным. Он принял решение. И пусть с меткой он еще колебался, то с остальным он знал четко — он хочет, чтобы Гарри поселился у него. Северус был действительно весьма и весьма консервативен. Омеги созданы для дома. Так надежнее и безопаснее. И так, в конце концов, правильно. Нет, конечно если Гарри захочет пойти учиться — он, Северус, не будет этому препятствовать. Он же не совсем деспот, желающий запереть мальчонку в четырех стенах. И к тому же альфа не считал омег недалекими от природы и годными лишь на то чтобы ублажать в постели своего партнера, вести хозяйство и продолжать род. Да, они удивительно слабые, во многом уступающие альфам, нуждающиеся по большей части в сильном защитнике, но не недалекие. И его Гарри именно такой. Гарри, даже не подозревающий, что его сила — в его слабости. И это будоражило, волновало. Абсолютные противоположности: сила и мягкость, твердость и уступчивость. Альфа вновь коснулся своего омеги. Маленький, вкусный… Зверь поднял голову, заворчал… «Мое, мое…» Гарри сглотнул будто догадавшись о мыслях супруга. И надо сказать теперь это его почти не пугало. Как занятно. *** Остаток пути провели за чтением — Гарри за своим романом, а Северус за научным журналом по химии. А когда дирижабль опустился на землю — мягкие сумерки встретили путешественников ароматами цветущих в этих краях деревьев. Северус втянул носом окружающие его запахи. Теплый воздух, нотки цветений… И посмотрел на Гарри с любопытством осматривающегося вокруг. Посмотрел и вздохнул, погладив по плечу. — Устал? — Нет. — Ну тогда в отель, а потом… — Что потом? — Это сюрприз, — коснувшись кончиками пальцев губ Гарри. — А вот и наш транспорт. — Никогда не ездил на таком. Как они перемещаются? — разглядывая цветные кабинки-коробочки, управляемые улыбчивыми водителями. — Понятия не имею. Я же химик, а не механик. Возможно по принципу поездов: колеса есть — есть и движение. Они абсолютно безопасны. Не беспокойся. До отеля домчат быстро. В городе у нас их немного, а здесь они пользуются популярностью. Давай поспешим, нас уже ждут. Поездка Гарри понравилась, хотя привычнее были все же экипажи. Гарри любил цокот лошадиных копыт, ощущение легкого покачивания… И неспешность. А у отеля у него захватило дух. Огромный, выстроенный из белоснежных плит — он царственно возвышался над подсобными домиками, окружавшими его словно гномы великана. И стало даже как-то боязно туда заходить. А швейцар уже гостеприимно распахнул перед ними двери. — Пойдем, ну что ты? Ты же со мной, — галантно пропуская своего спутника вперед. Гарри улыбнулся. Да, он со своим альфой. Надежным и внимательным. Он с альфой, которому он отдал свое сердце. И Гарри видел как смотрит на него Северус. И верил ему. Искренне, как верят в юности. *** — Посиди пока там, — Северус указал на группу мягких кресел, где уже расположились уставшие с дороги омеги, поджидающие пока их спутники оформят все необходимые документы для заселения в номер. Гарри послушно кивнул. В конце концов, ведь действительно лучше немного отдохнуть, чем болтаться у ресепшна. Уголок был уютный: кресла, столики с ворохом ярких журналов, освежающие напитки, цветы в больших кадках… Гарри бросил взгляд на омег — ухоженные, одетые с иголочки — все они явно прибыли с обеспеченными альфами. На мгновение Поттер даже почувствовал себя не в своей тарелке. Особенно стало неловко за обкусанный ноготь на большом пальце. Чушь, пустяк? Но дело обстояло именно так. Ведь он действительно «расцветал». Нет, ему не интересны все так же были новинки макияжа, украшений, но вот руки все же стоило привести в порядок. В первую очередь для самого себя. Гарри присел в свободное кресло, налил себе стакан воды… И облегченно вздохнул. Ничего страшного не произошло. Никто на него не таращился, не смотрел сверху-вниз. Внимание привлекли яркие брошюрки. От одной вспыхнули щеки: шоу обещало быть сногсшибательным — стрип-данс, откровенные зрелища и многое другое. — Рекомендую. Освежает отношения, привносит особую изюминку в интим, — шепнул сидящий рядом омега, изящно затягиваясь ароматной сигариллой. Поттер вспыхнул еще больше. Омега был зрелый, ухоженный с головы до ног и явно находящийся не первый год в браке о чем свидетельствовало обручальное кольцо. — Я… Эмм… Не уверен… А это правда интересно? — Гарантирую. Как и… Поттеру подтолкнули рекламу маникюрного салона. — Прошу меня простить, но такие руки оставлять без должного внимания верх кощунства. Попробуйте. Вам несомненно доставит это удовольствие. О, мне пора, — заметив, что супруг уже разобрался со всеми необходимыми документами. — Всего хорошего. А к «Анджело» обязательно загляните. Гарри вежливо кивнул на прощание и повертел в пальцах рекламку, предлагающую всевозможные приятные омегам услуги. Да, попробовать стоит. «Он же не подумает, что я испорченный…» — косясь теперь на соблазнительную брошюрку с ночным шоу. Взять или не взять? Было стыдно и… интересно. В конце концов, любопытство победило. *** Номер Поттеру понравился. Очень. Он опасался, что там будет излишне роскошно и он, Гарри, будет себя чувствовать неловко. Не привык он ко всей этой помпезности, вычурности, которую успел рассмотреть в рекламках, представляющих некоторые апартаменты. Снейп же явно был приверженец классики. И Гарри еще раз осмотрелся. Да, несомненно ему здесь нравится. Что не без удовольствия заметил альфа, собственнически притянувший к себе мальчишку. Внутренний зверь рвался наружу. Глубокое порыкивание, ворчание… И из груди омеги вырвалось ответное ворчание. Тихое, мягкое… Зверь сыто облизнулся про себя. Ах эта игра… Волнующая, будоражащая. Альфа обнажил клыки, омега покорно приоткрыл губы… Новое рычание набирающее обороты, новый покорный «ответ» омеги… Поцелуй был глубокий, жадный. Поцелуй альфы, говорящего: ты мой. Но даже сейчас Северус не хотел спешить. Ведь он обещал своему мальчику незабываемые впечатления. — Сегодня мы будем ночевать не здесь. Палатка, «шепот» моря… И никого, — поглаживая ягодицы разомлевшего в его руках Гарри. Гарри, от удивления приоткрывшего рот. Подходящих слов не находилось. Неужели это все для него? *** На пляже их уже ждали. — Ты же не против небольшого путешествия на лодке? — протягивая руку немного замешкавшему Гарри. Ладонь в ладонь, глаза в глаза… Лодка плыла неспешно и Гарри наслаждался тихим всплеском волн. Ему казалось он попал в сказку. Где бархатная ночь, лодка, управляемая ловким туземцем, и альфа, с глазами цвета этой ночи и «похитивший» его. *** А потом они лежали на песке и смотрели ввысь. И там, в вышине целая река звезд поднималась из-за горизонта. Захватывало дух, казалось мерцающие звезды бесконечны. И между ними не было темноты. А было свечение, словно кто-то там наверху разлил нежно-розовое молоко. — Что это? — Не знаю. Просто красота. В этой точке земного шара небо особенное. И Гарри не мог с ним не согласиться. Как и не мог не согласиться, как вкусны экзотические фрукты, которые были припасены для них, и которыми его собственноручно кормил Северус, подсовывая самые сочные кусочки. Северус, который увлек его голышом в теплую воду, где они плавали, наслаждаясь друг другом в свете звездной реки. И Гарри снова увидел звезды от умелых рук альфы, от его шепота, стонов… Там, на золотистом песке. И свернувшись калачиком в уютной палатке под боком Северуса, Гарри вновь услышал грудное урчание хищника. Сытого, умиротворенного. — Завтра…- целуя своего мальчика. — Завтра у нас насыщенный и интересный день. Сначала долина цветущих лотосов, затем… Но ответом альфе было лишь смешное посапывание. Утомленный впечатлениями маленький омега крепко и безмятежно спал.