Комната, в которой...

— Я ушла, не скучайте, — раздался голос женщины в коридоре, а двое парней лишь синхронно угукнули в ответ. Это стало для них двоих привычкой, которая успешно выработалась в течении этой недели. Тэхен под давлением нуны все же согласился сидеть с Чонгуком. Естественно, тому было необязательно знать, что сделал он это не только из-за Миндже, но и из-за слабого чувства вины. Тэхен приходил рано утром, выслушивал наставления нуны, провожал ее за порог, а после шел готовить завтрак Чонгуку. Ну, завтрак он пытался готовить готовил только первые пару дней. Потом Миндже стала оставлять готовую еду в холодильнике, а все из-за того, что Тэхен вообще не умел готовить. На что ему неоднократно жаловался сонный Чонгук, когда он приходил его будить. Чонгук в такие моменты ощущал себя самым счастливым на свете, словно они жили вместе с любимым хёном, но его фантазии и оры в подушку каждый раз прекращал удар от Тэхена в какую-нибудь часть тела. Нет, Тэхен не любил бить Чонгука, просто тот слишком многое себе позволял: подкрадывался сзади, пока он заваривал чай, и приобнимал за талию, прятал покрывала перед его приходом, а потом, жалуясь, что холодно, обжимал его руками и ногами на диване. Один раз он даже умудрился затащить его в свою постель по утру, притворившись спящим, конечно. Это Тэхена ужасно заводило бесило, ведь он все еще помнил, как мелкий любил над ним издеваться. — Ты уже чувствуешь себя хорошо, долго мне еще тебя обхаживать? — надулся Тэхен, стараясь не краснеть от того, как Чонгук расположил его голову на своих коленях. — Хён, что ты такое говоришь? Я все еще болен, — наигранно покашлял Чонгук, скользнув по его талии и ниже. — Так. Все, — раздраженно простонал Тэхен, вырываясь из чужих теплых объятий, — Завтра пойду на работу. Сидя здесь, денег не заработаю. Чонгук уже хотел было сказать что-то типа «я буду платить», но во время остановился, потому что знал, что это не приведет ни к чему хорошему. — Хён, — с мольбой в голосе заговорил он, — Можно мне хотя бы разочек сходить с тобой? — Чонгук, нет, — возмутился Тэхен, — Тебя и так в последнее время слишком много, и творишь ты непонятную хрень. — Какую? — удивился Чонгук и, схватив его за руку, потянул на себя, — Такую? Тэхен с громким ругательством приземлился задницей прямо на его коленки и встретился глазами с его приоткрытыми губами, что были сейчас в нескольких сантиметрах от него. Тэхен сглотнул и уперся в грудь Чонгука, но тот заключил его в кольцо своих рук, прижимая к себе еще теснее. — Эй, что ты делаешь? Отпусти, — не унимался Тэхен, хотя внутри понимал, что ему начинает нравится происходящее. — Нет, хён, не отпущу. Ни-ко-гда, — прошептал Чонгук на ухо, — Ты не представляешь, как я рад, что ты потратил, наконец-таки, свое драгоценное время на меня. Твоей едой можно убивать, но я рад, что все еще жив, хён. — Ты идиот, а без этого никак нельзя было? — рассердился тот от очередного упоминания своего провала. — Хён, пожалуйста, можно? — не унимался Чонгук, проигнорировав вопрос, — Я очень хочу посмотреть на место, что так тебе приглянулось. — Ладно, только отпусти. Чонгук на радостях разжал свои стальные объятия, а Тэхен чуть отпрянул, но с коленок не слез. Он громко и часто дышал, что-то раздраженно бурча и доставая из кармана джинс телефон. Из потока непонятной словесной информации Чонгук уловил лишь «как посетители». — Ну что? — спросил Чонгук, по-хозяйски спуская руки с талии на тэхеновы бедра. Он был уже полностью уверен, что не сможет просто так отпустить своего любимого хёна. Никогда. Тэхен, видимо, осознал, куда тот ручонки расположил, прокашлялся, оторвался от телефона и плавно сполз на соседнее место. — Можешь одеваться. Думаю, ничего плохого не случится.

***

Тэхен, несмотря на уговоры Чонгука, разорился на такси. Он не хотел, чтобы с почти зажившей ногой тот тащился по городу, поэтому настоял. На Чонгука ему денег было не жалко. Он не мог понять, почему же согласился привести этого идиота на свою работу, до тех пор, пока не начал вспоминать, как тот лапал его на диване. Лицо раскраснелось, а сам он поспешил натянуть на голову капюшон, чтобы его не видел Чонгук, который, между прочим, все прекрасно знал и видел. Чонгуку кафе приглянулось еще с того раза, как он его отыскал. Да, он уже был здесь пару раз до того, как предложил эту работу своему хёну, но тот, видимо, по своей забывчивости, не помнил этого. Чонгуку просто хотелось увидеть коллектив, что окружал целыми днями его Тэхена. Раздался звон колокольчика, и Тэхен затащил Чонгука в пустующее кафе. Он знал, когда там народу меньше всего, поэтому и привел сейчас. — Тэхен? — послышался знакомый голос, и он улыбнулся, потому что его обладателем был Стиви, который стоял за барной стойкой и смотрел на новых посетителей огромными глазами. — Да, — протянул Тэхен, улыбнувшись, — Надеюсь, ты не против. Где остальные? Пока Тэхен начал чересчур сладкую беседу с коллегой, которого Чонгук все еще не забыл, он по-хозяйски приобнимал хёна за плечи. И он был рад, что тот не спешил увернуться, потому что костылей не было, и единственной опорой для него был он сам. Он продолжал сверлить взглядом довольную рожу Стиви, всем своим видом давая понять, чтобы тот не подходил. Тэхен все время рвался подойти поближе, но Чонгук не пускал. Послышались чьи-то довольные возгласы, и из раздевалки вынырнул какой-то азиат в форме официанта, сбивая по пути пару стульев. Чонгук напрягся. — Тэхен-и, — завопил незнакомец, — Я соскучился! — и полетел прямиком на Тэхена. — Хён! — радостно воскликнул Тэхен, засияв в лице. Чонгука аж передернуло от этого «хён», поэтому он стремглав вытянул руку перед ним, препятствуя объятиям. Исин замялся, а Тэхен в шоке взглянул на не менее шокированного Чонгука. Тот поспешил оправдаться: — Я туда хочу сесть, — махнул он рукой между китайцем и Тэхеном, показывая на какой-то отдаленный столик. Исин кинул нервный смешок, явно понимая, в чем тут дело, и поспешил проводить этих двоих за показанный стол. Он оказался с двумя диванчиками, один из которых поспешил занять Чонгук, прижав Тэхена к самой стенке. Исин расположился напротив. Из кухни вышел Олдри и стал о чем-то болтать со Стиви, который уже начал готовить коктейли для гостей. Он, кажется, совсем не замечал тех двоих, продолжая одним ухом слушать Стиви, а другим музыку в наушнике. Исин хихикнул, и Олдри сразу же развернулся, встречая взглядом довольную морду Тэхена. Точнее только ее половину, потому что вторую прикрывал профиль темноволосого незнакомца. — Привет, — кинул Олдри через всю кафешку, — Рад видеть. Что будете? — чисто на автомате спросил он, подходя к столику. — Десерт? — спросил Тэхен, наклоняясь к лицу Чонгука ближе, чем тот был готов. Тот лишь смог кивнуть головой. — Это твой друг, который в больницу попал? — спросил Олдри, записывая в блокнот свои мысли по поводу десертов. Тэхен кивнул, и все продолжили молчать. Олдри с Исином сверлили его улыбчивыми взглядами, и до него, наконец, дошло, что он не представил их всех друг другу. — Друзья, это Чонгук, — сказал он, показывая на замолкшего рядом паренька. Тэхен, если честно, думал, что Чонгук сразу же впишется в незнакомую компанию, поэтому, наверное, и боялся его сюда приводить, но то, что он видел сейчас, никак не шло с его представлениями. Чонгук оказался довольно-таки асоциальным парнем. — Чонгук, — обратился Тэхен к нему, — Это Олдри, — он показал на стоящего возле столика парня, — Исин, — указал на китайца напротив, — А вооон там, — он тыкнул в сторону барной стойки, — Стиви. — Очень приятно, — вымолвил Чонгук, наконец, приходя в себя, на что получил довольные ответы всех ребят. Даже Стиви, издав какие-то непонятные звуки, протянул громкое «очень приятно» издалека. — А где Хосок? — спросил Тэхен, ведь обычно от того не отделаешься. — Ммм, у них с семьей Ким вроде как пятничный боулинг, — ответил Исин, — Если бы Ким знал, что ты сегодня будешь здесь, он бы, думаю, подкатил шары именно сюда, — засмеялся он, но, встретившись с недовольным взглядом Чонгука, замялся и даже извинился. Тот своим взглядом реально пугал. Олдри отчалил, сказав, что скоро принесет что-нибудь вкусное. Исин стал рассказывать что попало. — Подожди, — крикнул Тэхен через весь зал повару, когда Олдри уже хотел скрыться на кухне, — Только без шоколада что-нибудь. У Чонгука на него аллергия. У Чонгука приятные мурашки побежали по телу, и он посмотрел на Тэхена, который, кажется, не видел в своих словах ничего удивительного. — Ты запомнил, — прошептал он одними губами. Тэхен не услышал, он лишь погладил его по волосам, продолжая выслушивать бредни своего хёна. Стиви притащил два молочных коктейля, которые Тэхен сразу же проверил на наличие шоколада. После все весело болтали о жизни и о своих увлечениях, даже Чонгук влился очень быстро и спокойно. Все просто обалдели с того, каким разносторонним мальчишкой был Чонгук и какой силищей он обладал. Потом все распрощались, а Тэхен сказал, что завтра уже вернется на работу, поэтому все были несказанно рады. Чонгук же всю дорогу был в чертовой прострации из-за того, что Тэхен помнил о его дурацкой аллергии на шоколад.

***

Четверка молодых парней сидела за последним столиком в боулинге. Иногда другие посетители оборачивались на них: то из-за слишком шумного красноволосого парня, то из-за привлекательной внешности кого-то из четверки, то и из-за того, что двое из них превосходно владели шаром. — Страйк? Чертов страйк?! Да ты издеваешься! — вопил Сокджин, тряся кулаками над столом. Он, наверное, единственный из всех посетителей, кто умудрился затесаться в боулинг в официальном наряде, а все из-за незапланированного «совещания», что устроил преподавательский совет. — Чего ты так злишься то? — вступился Намджун, закидывая ногу на ногу. Сейчас на нем не было привычной белой рубашки и черных брюк, лишь черная толстовка, потертые джинсы и кеды со сбитыми носами. — Да, чего ты злишься? — с ухмылкой спросил Хосок, который пять секунд назад сбил абсолютно все кегли. Его красные волосы от слишком сильной физической активности прилипли к вспотевшему лбу, а коленки на потрепанных джинсах были стерты до дыр от постоянных победных ликований. Он скинул свою джинсовку с плеч и приземлился рядом с Джином, что сверлил его раздраженным взглядом. — Господи, и почему я здесь с вами? — выдал тот, закрывая лицо ладонями, — Я ведь не умею играть в этот чертов боулинг, тогда почему я вообще здесь? — Потому что ты часть нашей компании, мой дорогой, — кинул радостно Хосок, сгребая со стола пару конфет себе в карман, — Согласись, это гораздо лучше, чем сидеть среди чертовых задротов и обсуждать поведение студентов. — Эй, поаккуратнее, а то один задрот тебе сейчас лицо разобьет, — подал хриплый голос четвертый из компании. Его черные волосы слегка прикрывали глаза, а бледная кожа сливала бы его с диваном, если бы неброские черные вещи, что облегали подтянутое тело. Даже на лице покоилась черная маска. — Прости, хён. Угроза, кажется, совсем не сработала на Хосоке, потому что он понимал, что у того просто своеобразный юмор, да и на язык тот был остряком, хотя по профессии преподаватель. Все, как обычно, засмеялись с лица Хосока, а у Намджуна зазвонил телефон. — Да? — компания сразу замолкла, обращая свое внимание на него, — Как работа? Что с посетителями? — повисла недолгая пауза, — Серьезно? Он же говорил, что… — снова пауза, — А, как посетитель… Что за друг? Тоже кореец? Серьезно? — ребята переглянулись, а на лицах заиграли улыбки. Встретить корейца в здешних местах было редкостью, поэтому-то они и сбивались в такие компании, — Да, спасибо. Отличная работа, — Сокджин начал что-то тихо шептать Хосоку, а тот совсем не сдерживал смеха, — Эй, Хосок! — обратился к нему Намджун, — Сказали, что хотят тебя к телефону, — Джун подал смартфон удивленному Хосоку. Повисла тишина, а три пары глаз уставились на серьезного парня, что сейчас выслушивал что-то по телефону. — Он сказал, чтобы я перестал отлынивать от работы, — взгрустнул Хосок, — Но я же с боссом, блин. — Ты же знаешь, он так шутит, — успокоил его Намджун, возвращая себе свой телефон. — Знаю, — улыбнулся красноволосый, — Еще он сказал, что Тэхен уже завтра выйдет на работу. — Серьезно? — удивился Джун, а бледнокожий парень в черном, который до этого даже не играл, вдруг оживился, вцепился в плечо испугавшегося Хосока и, стянув с лица маску, настойчиво задал вопрос: — Ты сказал Тэхен?!