Ты полюби меня пьяную.

       Проснувшись в холодном поту от очередного кошмара, терзающего меня уже долгое время, я устало выдохнула и встала с кровати. Пить хочу, умираю.        Осторожно пробираюсь мимо комнат не только из-за их плохой звукоизоляции, но и из-за чересчур чуткого сна их обитателей. Поверить не могу, что вновь вернулась в привычную глазу среду обитания. «Только на выходные», как гласил смелый призыв краснобанданного искусителя.        Пройдя лестницу и поежившись от мерзкого холода, свойственного любой канализации, я замерла, стоило мне кинуть взгляд на кухню.        Посередине просторной кухни семьи Хамато, за круглым деревянным столом, заставленным всяким горючим, повышающим уровень алко в крови сидел Донателло. Сняв очки с большими линзами и толстой оправой, стянув со лба так любимую мною фиолетовую повязку, юноша сидел, поникнув плечи, устремив глаза перед собой в никуда.        Раньше я бы влюбленными глазами наблюдала за его прострацией, ибо в такие моменты он казался мне максимально приближенным к Богу. А сейчас… Почему-то пусто внутри. Ни-че-го. Только вопрос. — Ты чего не спишь? Дон будто только заметил меня, стоящую в двери. Мысленно цокнув из-за его тормознутости, которая была результатом его алкогольного угара, я налила в стакан кипячённой воды. — Да не спится. — Ты считаешь, что коньяк — лучшее лекарство? Опрокинув в себя ещё полрюмки, парень поморщился и занюхнул кусочек лимона. — С точки зрения науки, для снятия душевного или физического напряжения, организму необходимо… — Понятно, не нуди.        Махнув рукой, я выпила остаток воды и уже хотела развернуться, чтобы пойти и официально доспать какие-то там 6 часов, как меня сзади окликнули. — Никки.        Будто от сильного удара, я передернула плечами. Чувствую, сейчас польется чья-та кровь. — Ты меня прощаешь? Недоумённо прищурив глаза, я села напротив загрустившего парня. — С чего бы это? Ты меня чем-то обидел, чтобы я тебя прощала? Моргнув, парень ошарашено почесал затылок. — Ну… как, мы же… как бы… Я тебя обидел тем, что отвергнул. Ну… тогда. Я встала, выпила ещё один стакан кипячённой прохладной воды и села обратно. Вздохнув, причмокнув губами, я иронично выгнула брови. — Ох, Донни, ты меня не обидел. Нисколько. Я тебе за это даже благодарна.        Удовлетворенно улыбнувшись, я развернулась под удивленным взглядом пьяного янтаря и поспешила в комнату Рафаэля, в руках которого так сладко спала.

Перелюблю остальных, и теперь буду лишь с ним.