В гостях у Мозгоедов

Утро началось бодро, хотя и довольно поздно. Высунув нос из каюты, я обнаружил, что все уже проснулись, умылись и теперь нетерпеливо принюхиваются к запахам, доносящимся с кухни — там снова колдовал Шурф под пристальным наблюдением Дэна. Я быстренько умылся и присоединился к ожидающим. Завтракать решили до прыжка — лететь к станции было ещё минут сорок, а выдерживать сгустившиеся в гостиной ароматы уже никто не мог. Полина, хихикая, сообщила мне, что я очень предусмотрительно проснулся поздно — утром в душ образовалась самая настоящая очередь. Потому что Шурф плескался там часа полтора как минимум, точнее никто не знал, так как когда они проснулись, было уже занято. Я схватился было за голову и начал извиняться, но девушка только махнула рукой: — Да Дэн такой же, мы привыкли. Кто бы мог подумать, что у них много общего. Пока мы завтракали, показалась станция, и Теду пришлось быстренько загрузить в себя содержимое тарелки и уйти за пульт. В этот раз обошлось без сюрпризов: гасилка работала, очередей не наблюдалось (вчера Тед пугал меня рассказами, что и такое бывает), так что мы покинули её очень быстро и отлетели в сторону, готовясь к прыжку. — Вот же привязался, — внезапно заворчал Тед, закладывая уже второй круг в обход небольшого, ничем не примечательного астероида. — В чём дело? — спохватился капитан. — Что за танцы? — Да кобайкер от станции в нашем же направлении полетел и теперь никак не отвяжется. Прыгать он, конечно, не мешает, но всё время вертится рядом. А я не могу работать в такой нервной обстановке! — Может, ему что-то надо? — спросил я обеспокоенно. — Ну там, случилось что, помощи просит? — Нет, он просто идиот, — огрызнулся Тед. — Если бы случилось — вышел бы на связь или сигнал какой подал, — объяснил капитан. — Просто хулиганит. Может, подождём, пока улетит? — Да вот ещё, самомнение ему поднимать! — оскорбился Тед. — Прыгнем и так, не идиот же он прямо под корабль лезть — его по обшивке как муху размажет. Я только хотел обратить внимание, что Тед противоречит самому себе, как двигатели взревели, резко бросив корабль в обход очередного астероида, и почти сразу картина на экранах поплыла — начался прыжок. — Тед, сзади на семь часов, — отрывисто сообщил Дэн. — @$^%я!!! — ответил ему пилот, давая понять, что он видит, но сделать уже особо ничего не может, и так резко положил корабль вправо, что от нас начал уезжать тяжёлый стол вместе со всей посудой. Оказалось, что Тед был прав. Но, к сожалению, в первый раз. *** Свет погас всего секунд на десять, но мне хватило и первых двух, чтобы впасть в панику. Сама по себе темнота не смущала — я уже давно начал видеть в ней почти так же хорошо, как коренные угуландцы. Слева от меня светились в темноте привычным молочно-белым светом глаза Шурфа. Он не стал, как я, вскакивать, а просто придержал уезжающий стол, и с ним — всех остальных. Напротив горели непривычно красным глаза Дэна. Для команды, очевидно, всё было наоборот, и я поспешил успокоить взвизгнувшую от такого зрелища Полину уже традиционным «новая технология». Почти сразу засветились экраны, а за ними — и остальной свет. — Тед, что с червоточиной? — спокойным, но каким-то уж очень отстранённым голосом спросил капитан. — Вошли ровно, — отозвался пилот, и все дружно выдохнули. Но оказалось — рано. — Правда, не под тем углом. «Что это значит?!» — возопил я на Безмолвной Речи. «Что нас не закрутит в прыжке, и выйдем мы из него почти гарантированно в том же виде, в котором вошли, а не скомканными или по частям, — я тоже было выдохнул, но это было не всё. — Только пока неизвестно — где. Точка выхода зависит от многих факторов, от угла входа в червоточину в том числе. Поэтому выскочить мы теперь можем практически где угодно: сейчас уже поздно делать расчёты, проще подождать и потом по звёздным картам сориентироваться». Я подумал и перестал паниковать: целые, вот и отлично. Остальное — мелочи. Наконец на экранах снова проступили звёзды. Тед защёлкал по кнопкам, а остальная команда терпеливо ждала вердикта. — И часто у вас так весело? — спросил я, чтобы разогнать гнетущую тишину. — Да нет, только однажды случалась похожая история. Даже похуже. А вообще, нам обычно везёт с маршрутами, у нас очень удачливая... то есть удачная навигационная программа, — ответил капитан. — Странно даже, что второй раз подряд какие-то проблемы с трассой. Я внезапно сообразил, что бы это могло значить, и даже немного расстроился. — Извините... — Да вы-то тут при чём? Случайность, бывает, — отмахнулся капитан. — Разве что это ваш знакомый кобайкер был? — подозрительно спросил он. — Что вы, я без понятия, кто это, и не имею к нему никакого отношения! В этот раз мне удалось заметить краем глаза, как едва заметно кивнул капитану Дэн, выслушав мой ответ. И порадовался, что догадался сформулировать его именно так. Честно сказать, что я тут совершенно не при чём, я бы, пожалуй, не смог. Насколько бы ни была велика их удачливость, вряд ли она может тягаться с желанием одного взбалмошного Вершителя «полетать по космосу ещё чуть-чуть». А в довесок — ещё и с желаниями Великого Магистра, который, так уж исторически сложилось, всегда получает то, что хочет. Мои покаянные мысли прервал голос Теда. — Похоже, всё не особо страшно. Да, бросило не туда, но относительно недалеко и, что главное, не в глухомань, где месяц бы провисели, а к вполне оживлённому сектору. Сейчас Маша ещё уточнит, но в любом случае, больше пары суток до ближайшей станции тут вряд ли будет. — Три часа не хочешь, ковбой? — гордо сообщила Маша. — О, круто. А ещё есть что поблизости? В пределах суток пути. — Три часа до автоматической станции 1350-дзета. Пять часов до Персвана — колониальной планеты альфиан. Одиннадцать часов до автоматической станции 57-альфа-28 и двадцать два часа до галамаркета «Восторг», — перечислил вместо Маши Дэн. — В «Восторг» не стоит, там очереди на пару суток. Кто прилетает, вначале очередь к гасилке занимает, а только потом за покупками идёт. Иначе там неделю болтаться можно, — скривился Тед. — Ну, нам туда в любом случае далековато, — вмешался капитан. — А вот на остальные варианты надо ещё посмотреть, может, лучше будет не к ближайшей станции лететь. Давайте пока повисим и рассчитаем. Михалыч пока на всякий случай проверит системы — мало ли что могло случиться. — Да-да, Михалыч, проверь, нет ли у нас на корме мокрого пятна от этого @%^*@ кобайкера, — вспомнил Тед. — А если нет, то я его найду и это мокрое пятно из него таки сделаю! — Тлкнентом крбле, — пробурчал Михалыч и вылез из-за стола. — Тед, ты бери Полину и марш в грузовой отсек, проверьте, не потеряли ли мы чего в этой свистопляске. Хрупкие грузы особенно проверьте. — Да там тех грузов... Мы ж налегке шли, считай, в отпуск. — Но что-то всё равно есть. И провизия, кстати, тоже. Посмотри, чтобы там ничего не побилось. — Мои огурцы! — побледнела Полина и выскочила из-за стола. — Я пойду, пожалуй, медотсек проверю, — сказал Вениамин. — Дэн, иди в каюту, не мешайся, — заключил капитан и огляделся. Гостиная почти опустела. — Может, мы тоже чем-то можем помочь? — напомнил я. — Вы... даже не знаю. Можете тут пока пособирать, что разлетелось, больше вроде нечем. Потом лучше в каюту идите. Или там в спортзал. Как определимся с дальнейшим маршрутом, я сообщу. Шурфу я демонстративно поручил убрать со стола, а сам занялся раскатившейся по углам мелочёвкой: поднял из-под стола насколько вилок, собрал чьи-то разлетевшиеся письменные принадлежности, достал из-под дивана какую-то непонятную металлическую деталь, одинокий тапочек и два раза кошку. Впрочем, пока я вставал, она снова исчезла. Вместе с тапочком. Закончив с наведением порядка, я собрался уйти в каюту, но Шурф пожелал посетить спортзал и получить разъяснения по поводу его оборудования. В Ехо спортом занимались разве что в удовольствие, а не с целью похудеть или подкачаться. Никаких тренажёров не было и в помине, а сам процесс редко проходил в помещении: зачем запираться в четырёх стенах, когда главные помощники — это свежий ветер и тёплое солнце? Поэтому сама идея спортзала была для Шурфа в новинку. Я, конечно, быстро сдался. Силовой тренажёр не произвёл на него впечатления. Неудивительно: его максимальный груз Шурф мог поднять без особых усилий. Боксёрскую грушу он, как оказалось, видел в кино, поэтому она тоже особого интереса не вызвала. Другое дело — велотренажёр. Велосипедов или чего-то хотя бы отдалённо похожего в Мире Стержня не было. Но Шурф видел их в кино и встречал в книгах, поэтому имел представление, что это и зачем оно нужно. Но вот суть велотренажёра я так и не смог ему объяснить, как ни бился. Зачем «ехать» куда-то на средстве для передвижения... которое никуда не едет? Сидеть, крутить педали, ещё и в маленькой, закрытой со всех сторон комнатке — какое удовольствие от этого можно получить? Какую пользу? Я пожал плечами, отчаявшись доказать, что смысл всё-таки есть. Хотя до обычного велосипеда тренажёру, конечно, далеко. После чего пришлось пообещать организовать прогулку на настоящем велосипеде — сам виноват. *** — Ну что? — спросил Станислав. — Стои́т, — ответил Вениамин, закрывая дверь в медотсек. Капитан вздохнул. Врач продолжил раскладывать по местам инструменты, горкой сваленные на столе. Он знал, что чем мучить друга расспросами, проще немного подождать, пока он сам начнёт ругаться. А вид у Станислава был такой, что сразу ясно — пришёл жаловаться. Если бы не испорченный прыжок — Венька бы уже достал коньяк. Но пока вместо него на столе стояла только бутыль медицинского спирта — для инструментов, — а капитан продолжал просто горестно вздыхать. — Посмотри ещё раз, — наконец попросил он. — Я туда четыре минуты назад выходил. И до этого уже два раза, я себя идиотом чувствую. Могу тебе не глядя сказать, что Дэн там так и стоит. Потому что ему явно от тебя что-то нужно, а он упёртый. В чём дело, Стасик? Может, у него что-то важное. Или он маршрут с тобой обсудить хочет. — С важным он бы сам сюда пришёл. Или по комму вызвал. А в трассах я всё равно мало что понимаю, чтобы со мной советоваться. — Ну что-то же ему от тебя надо. — Мозги ему мои надо, — простонал капитан. — Ну, это уж сам виноват. Как корабль назовёшь, такая команда на нём и заведётся. — Тебе самому ничего не кажется странным? — Да вроде нет, — растерялся врач. — А в чём именно? — Ну хотя бы в Дэне. Ведёт он себя странно в последнее время, параноит, под дверьми вон сторожит. Трасса эта... уже два раза подряд что-то случалось. Причём изменения в трассу каждый раз в последний момент вносились. Мы же не по заранее построенному маршруту полетели. Плюс сбои какие-то с памятью. Благо, похоже, не с родной, а с кибернетической — то номер карточки не запомнит, то состав камры. Мелочи, но такие странные... Не нравится мне всё это. — А про паранойю ты что там начал? — Да пассажиров наших он всё в чём-то подозревает. И ладно бы просто подозревал — я как будто ему не поверил бы. Но нет, он то утверждает, что они не врут, то, что он им не верит! Вот как мне его понимать, Вень? — Ох, Стасик, ты меня совсем запутал. Я сам уже ничего не понимаю. Хотя если Дэн говорит, я бы прислушался... — К какому из его утверждений — вот в чём вопрос. — К обоим. Представь, что к тебе это два разных человека сообщили. И постарайся понять, кто из них прав. Капитан в очередной раз вздохнул, но возразить не успел — в медотсек заглянул Тед. — Станислав Федотович, груз в порядке, провизия цела, даже огурцы на месте. Михалыч тоже дал отмашку, что всё в норме, так что можем стартовать. Трасса готова? — Не знаю ещё, пошли посмотрим. Под прикрытием пилота капитан наконец покинул медотсек. Вениамин выглянул им вслед и убедился, что Дэна и след простыл. Доктор покачал головой. Конечно, можно было вызвать киборга к себе и попытаться расспросить, но понятно было, что шансы на успех подобного предприятия близки к нулю. Если уж Дэн не хотел о чём-то говорить — клещами не вытащишь.