somnium, somnia...

Грузовик мчал по шоссе и стрелка скорости на приборе, дребезжа от тряски, приближалась к опасно высокой скорости. Дэрил не собирался сбавлять ход. Как и все, кто сидел в кабине. Они почти приехали. Почти поравнялись с воротами. Пытаясь спастись от тревоги, кровь мчалась по венам, подгоняемая разогнавшимся сердцем. Как и он сам. И всё, что хотелось — как можно скорей преодолеть этот отрезок пути. То расстояние, что ощущалось физически. То расстояние, что отделяло его от дома. От неё. Он позволил себе уехать надолго. Он чувствовал, мать его, что что-то надвигается. Он ощущал это грёбаное нытьё. И нихрена не предпринял. Если что-то… Если… Это будет его вина. Его. Ещё издалека зоркий взгляд охотника тут же обнаружил то, что разожгло тревогу сильнее. Сердце сжалось в груди. Заколотило о рёбра, панически ища ответов. И, спасая тело от перегрузки, на лбу выступил холодный пот в бесполезной попытке охладить встревоженный разум. Нины нет на наблюдательном пункте. Её там нет… Взгляд, скользнув по дороге, вновь впился в верхушку забора. Он не ошибся. Её там нет. Вместо Нины на посту стоял юный Джеф. Парню не больше восемнадцати. Не промах, но стрелял не часто. Зачем, чёрт возьми, ставить неопытного человека на ворота? Где зоркая и меткая Нина? Даже Саши нет… Расстояние стремительно сокращалось. Перед воротами нога вжала педаль в пол. Визжа шинами, грузовик остановился. И Дэрил нетерпеливо засигналил, требуя немедленно впустить. Перепуганный таким рвением Джеф исчез с забора, поспешив слезть. И, спустя несколько секунд, открыл сам. Значит, один. На воротах он один. Только не это… Дэрил ударил по газам. Где Нина? Где все? То, что в вечернее время на воротах стоит один человек, да ещё и неопытный мальчишка, било по вискам, давая волю воображению. Вырисовывая перед глазами жуткие картины. И он не мог от них отвертеться. Не мог убрать. Что могло с ними случиться? Что могло случиться с ней? Где она? Арбалетчик остановил грузовик прямо посередине двора. Джеф испуганно смотрел, как взволнованные друзья повыскакивали из кабины, перезаряжая оружие. — Где все?! — проорал реднек пареньку. — В центре у пруда, — честно выпалил парнишка, поспешно тыча в сторону городского прудика. — Рик с остальными, как приехал, сразу собрал всех там. Рик с остальными. Давящее напряжение ничуть не ослабло. Но позволило надежде воспрянуть. — Где она? Где Нина?! — прорычал арбалетчик, закипая от того, что жизненно важную информацию приходилось выпытывать по крупицам. Глядя в опасный прищур, что сверлил его насквозь, парнишка лишь растерянно моргнул. — Мне сказали встать на ворота, — выдавил он. Стиснув зубы до боли в мышцах, Дэрил, переглянувшись с Гленом, вновь просверлил прищуром паренька. — Закрой ворота! — приказал постовому охотник, уже разворачиваясь и переходя на бег. Друзья рванули к пруду. Тревожно переглядываясь, спеша сократить расстояние до заветной точки. С каменным лицом потери, с мокрой от слёз кожей, за ними поспевал Аарон. Поспевал, сквозь горе стараясь помочь остальным. И в данную минуту Дэрил до боли в рёбрах боялся лишь одного: что на его месте окажется он сам. Что больше её не увидит… Спустя минуту бега до них стал долетать шум сбивчивых голосов. А после, за поворотом, им открылась толпа людей. Они стояли, перешёптываясь, споря и загораживая собой говорившего. И реднек прекрасно слышал, чей это голос. Твёрдый уверенный говор Рика Граймса. Брат перечислял что-то. Кажется, имена. Жители плакали навзрыд. Слышались выкрики. Выкрики, что до ужаса бесили, мешая расслышать каждое имя. Расслышать, чтобы не услышать заветного. С каждым ярдом озлобленные возгласы становились слышны всё чётче, вырисовываясь во фразы. — Мы одолели самого Нигана! — кричал из толпы мужской голос. — Одолеем и их! — Это же просто больные выродки! — подключился женский. — Убьём их! — кричали сразу двое с другого конца толпы. Арбалетчик притормозил, обеспокоенно всматриваясь в толпу. Но, спустя секунду бесплодных попыток разглядеть хоть что-то, решительно зашагал прямо в эпицентр, расталкивая людей. Гленн, Хитт и Аарон поспешили за ним. Оборачиваясь и замечая элиту Александрии, люди почтительно расступались, пропуская их вперёд. Взволнованные друзья спешили к Рику. Брат, стоя около забора вместе с Мишонн, Джейкобом, Иисусом и Иезекиилем, твёрдо и мрачно сообщал новости. И Дэрил уже знал — какие…

***

Увидев приехавших, Граймс замер, прекратив рассказ. И его лицо озарила облегчённая улыбка. Сдвинувшись с места, Рик поспешил навстречу. И с радостью обнял брата. Сильнее и дольше, чем обычно. Он отстранился, задержав на плечах друга руки. Вглядываясь в его прищур. Не зная сам, что испытывает сейчас больше — радость от встречи или отчаяние от произошедшего. Он по очереди здоровался с теми, кто приехал. Гадая, знают они про ситуацию, или ещё нет. По взвинченному озирающемуся охотнику Рик понял, что знают. Дэрил не успокаивался. Паника лишила рассудка. Взгляд бегал по людям, ища родное сердцу лицо. Но лишь цеплял пустые, ничего не значащие для него сейчас, глаза. И это лишь усиливало темп колотящегося под рёбрами мотора. — Нина… — пробормотал арбалетчик охрипшим голосом, щурясь и обеспокоенно оглядываясь. — Рик, где Нина? Но Рик, заторможенный утратой, выбитый из колеи произошедшей трагедией, лишь озадаченно оглядел толпу. И тут, сзади, арбалетчика с разбегу крепко обняли до боли знакомые женские руки. Обняли нежно. Заботливо. Радостно. И в эту секунду Дэрил ощутил, как щемящая в груди паника, что не давала ему дышать, наконец, отпустила. Он взволнованно обернулся. Перед ним стояла Нина. Его Нина. В его растянутой футболке, повязанной на худенькой талии. С неизменно висящим на поясе кинжалом, что он дарил ей когда-то. С волной длиннющих волос, стекающих темными локонами вдоль её фигурки к поясу. Такая хрупкая, но такая сильная. Она светилась радостью, явно удивлённая его ранним появлением. А он во все глаза таращился на неё. Смотрел, вычерчивая каждый изгиб, каждую родинку. Её улыбку. Её глаза. Её брови. Каждую чёрточку, что вырисовывал в голове день ото дня, пока мотался на этой вылазке. Представлял, терпя до жжения в груди щемящее чувство тоски, что тлело там, внутри, глубоко под рёбрами. Он наркоман. Он зависим. Он давно продал за неё душу. Он так соскучился… И всё, что сейчас хотелось… — Иди ко мне, — пробормотал охотник, порывисто сгребая жену в охапку, крепко прижимая её к себе. Он с удовольствием зарылся в её длинные волосы, он с обожанием гладил её кожу — такую гладкую, такую бархатную. Он ощущал её. Тепло её стройного тела. Её счастье с ним рядом. Её пальчики, что с облегчением вцепились ему в руку. Будто боялись отпустить. И весь тот дурацкий сон, что так давил на виски, что не давал ему нормально соображать весь этот грёбаный день с момента как проснулся — исчез, полностью растворяясь в ней. Как и он сам. Арбалетчик не отпускал её из объятий. Лишь чуть ослабил тиски, заглядывая в глаза. Влюблённо. Завороженно. С той безграничной заботой, что каждый раз проглядывала сквозь его голубоглазый прищур. Извечно тяжёлый. Опасный. Но заботливый с ней. Глаза зверя — всегда смелого, ловкого и сильного. Одинокого. Верного. Его прищур с заботливым беспокойством бегал по её лицу, всматриваясь в глаза. Ища ответ. Будто пытаясь прочесть его там. Убедиться. Успокоиться. — Ты в порядке? — хрипло прошептал ей Диксон, мягко касаясь её подбородка. Первую ночь Нине не спалось. Удалось уснуть, лишь скомкав поближе к себе его рубашку. И днём становилось спокойнее, лишь когда одевала его футболку. А после, с тех пор как стали исчезать патрули, она и вовсе лишилась сна. И еды. Последня — не лезла в горло. Беспокойство доходило до тошноты. Она с головой ушла в работу, лишь бы быстрей скоротать время. И стало легче лишь сейчас. Несколько секунд назад. Лишь с момента, как появился среди толпы. Живой и невредимый… Да, она в порядке. Теперь — в порядке. На его вопрос Нина утвердительно закивала и, всхлипнув, вновь нырнула в его объятия. С облегчением прижалась к нему, обвив руками за пояс. Чертовски мило. До эйфории, до жжения в груди. Дэрил зажмурился. Он так ждал этого момента. Все эти долбаные дни на вылазке. Кайфовал, представляя, как вернётся назад. К ней. Это подгоняло закончить скорее, это гнало домой. Порой, не давая спать. Нина прижалась щекой к его пропитанной потом рубахе. Ткань намокла, выдавая девушку. — Малыш, — успокаивающе протянул Диксон. Он мягко отстранился, заглядывая в глаза и убеждаясь в её слезах. — Эй, — бережно пробормотал реднек, аккуратно вытирая слезинки. — Ну ты чего? — он мягко уткнулся в её лоб своим. — Всё хорошо, — прошептал арбалетчик, исподлобья всматриваясь в любимые карие глаза. — Всё хорошо, слышишь? — хрипло шептал он, успокоительно поглаживая кончиком пальца по её коже. Нежной. Ещё влажной. Скользя взглядом ниже, к родным губам. Безумно манящим. И, склонившись, с упоением впиваясь в них. Он так долго мечтал о ней. Об этих тёплых губах, запахе её волос, её соблазнительному теплу. Родному. Хрупкому. Она прикрыла веки. Её ресницы щекотали ему кожу. Почувствовал, как расслабилась, растворяясь в его изголодавшемся поцелуе. Позволяя углублять его. Отдаваясь в его хватку. Казалось, прячась в ней. Он рядом. Она чувствует. Знает. Он нехотя разорвал поцелуй, накрепко сжимая её в объятиях. И Нина, облегчённо обмякнув в его руках, умиротворённо выдохнула. Сейчас ничего уже не страшно. Он жив. Он цел. Теперь — всё хорошо. Она развернулась к толпе. Они оба вернулись в реальность, оглядываясь на остальных. Гленн и Мэгги радостно обнимались, и Мэг, сдавшись эмоциям, улыбалась сквозь слёзы. Аарон стоял один. Красные глаза. Глаза, полные боли. И злости… Сердце сочувственно сжалось, и Нина закусила губу, невесело переглянувшись с Риком. Рик ответил ей тем же. Он прекратил говорить, наблюдая за воссоединением. Но имя Эрика уже звучало в списке погибших. Она знала, что он погиб. Знала о потере. Эрик поехал на поиски, не желая сидеть в стороне. Опасаясь, что Аарон может не вернуться вовсе. А сейчас Эрик мёртв. Они с Аароном прошли вместе весь апокалипсис с самого начала. И многое до него, как рассказывал Аарон. Сейчас он держался молодцом. И оставалось лишь догадываться, какими усилиями ему это даётся. Это чувствовалось. Всем, кто стоял рядом. Рука Хитта заботливо легла на его плечо. Парень, поправив очки, переглянулся с толпой. Каков теперь план? Что теперь будет? Рядом с Риком стоял Джейк. Нина переглянулась с ним. Тот невесело покачал головой, глядя в ответ. Семейство Ри обменялись печальными взглядами с ней. Роз. Стояла, тоже с отчаянием качая головой. Косилась на Аарона. И всех, кто плачет. Смесь злости и шока на лице. И желания мстить. Она встретилась с Ниной глазами. Да, Нина её понимает. Пресытившись созерцанием воссоединения, люди вернули внимание Рику. Король, как и капитан Стивенсон, стояли с ним рядом. Но всё внимание толпы выливалось на шерифа. Народ возмущался, выкрикивая лозунги. Народ призывал к войне. Они призывали отомстить за родных. Они ждали его решения. Именно его. Отделяясь от массы, вперёд вдруг вышла немолодая пара, приковывая всё внимание к себе. — Рик! — шагнув ближе, воскликнула женщина. — Там погибла наша дочь! — её голос дрогнул, но глаза пылали желанием мстить. — Мы так просто это не оставим. — Сабла права! — положив руки на плечи жены, подхватил мужчина. — Наша дочь… — проговорил он, сдерживая гнев, и его голос тоже дрогнул. — Они не должны уходить раньше родителей, Рик, — покачал он головой. Граймс стоял молча, с искренним сочувствием поглядывая на них. И в этом взгляде таилось то, что, кажется, осознавал он и не осознавали другие. Как и вся эта толпа. Он глядел на пару. И понимал их. Прекрасно понимал. Казалось, ощущая их горе даже больше, чем они могут себе представить. Но лишь молчал, унимая в себе всё то, что хочет до них донести. Всё то, что видел лично. О чём только что рассказывал всем. — Как твоё имя? — с уважением спросил лидер Александрии, стараясь смягчить их горе. Стараясь выровнять назревающий разговор. Говоривший сделал ещё пару шагов навстречу. На него смотрела толпа. — Меня зовут Бакстер. Бакстер Хоуллз, — он обернулся на жену, протянул ей руку и подвёл женщину ближе к себе. — Это моя жена — Сабла. Поглядывающий на них Гленн поменялся в лице. Он мягко убрал руки с плеч Мэгги, выйдя навстречу этой семье. — Ваша дочь, — произнёс кореец. — Кэтрин? Они обернулись на него. — Да, — в отчаянии прошептала Сабла и всхлипнула, но, быстро взяв себя в руки, зло заявила. — Нам нужно отомстить за смерть наших близких! — она оглядела толпу, тут же поддержавшую её одобрительными выкриками. Стоявший рядом с ней муж гневно оглядел их. — Неужели вы все готовы простить этим тварям предсмертную агонию наших любимых?! Люди загудели громче, принявшись злостно выкрикивать, махать руками, поддерживая мистера Хоуллза. Всё медленно, но верно, стало выходить из-под контроля. Это ощущалось. Буквально, ощущалось кожей. Нина почувствовала, как арбалетчик крепче прижал её к себе, предостерегая от толпы. — Тихо! — вперёд вышел Рик. — Всем успокоиться! — выкрикнул он, тяжёлой решимостью созерцая толпу. — Мы не можем прямо сейчас пойти на армию мертвецов, — добавил он уже сдержаннее. — Нам нужен план. — Вы это слышали? — вдруг подал голос Бакстер Хоуллз, заставив Нину вздрогнуть от внезапности. Разгневанный мужчина, убитый горем от потери дочери, возмущённо заозирался на людей, встречая взгляды поддержки, и вновь с вызовом посмотрел на предводителя Александрии. — Рик Граймс боится шепчущихся?! — он с наигранным изумлением поднял брови, перебарывая слёзы утраты, тёкшие по щекам. — Тебе пригрозили, Рик! — процедил он. — И ты клюнул? Рика, казалось, не задели эти слова. Граймс с опасным спокойствием в упор глядел на Бакстера, разрешая ему это поведение. Понимая его горе. Но Нина прекрасно знала этот взгляд — Бакстер ходит по грани. Опасной грани. — И что? — желчно хохотнув сквозь слёзы, гаркнул отчаявшийся отец. — Ты думаешь, они реально могут управлять ими? — Кем? — прохрипел голос Дэрила, адресованный, скорее, самому себе. — Чё он несёт? Нина обернулась, в пол оборота взглянув на любимого арбалетчика. — Они управляют мертвецами, Дэрил, — пробормотала она невесело, сама ощущая, как жутко и абсурдно звучат её собственные слова. — Они управляют ими… Как бы она хотела знать, что происходит. Как же она ругала себя, что не смогла найти время, не узнала этот мир ближе. Когда-то. На лице охотника отразилось изумление, граничащее с привычной решимостью действовать. Как и всегда в условиях надвигающейся опасности. Вечной опасности. А к тяжёлому прищуру прибавилась вертикальная складка, что пролегла меж бровей. Он с молчаливой вопросительностью глядел на жену. После чего озадаченно перевёл взгляд на брата. — Что, нечего сказать, Рик Граймс?! — продолжал нарываться Бакстер. И Нине казалось, что нарочно. Рик мимолётом оглянулся на Дэрила. Успокоительно поднял в его сторону ладонь, показывая, что всё под контролем, и вновь взглянул на мужчину. — Откуда ты? — старательно-спокойным тоном произнёс шериф, кивая на Хоуллза. — Мы из Рошфоула, — подав голос, с вызовом вставила Сабла Хоуллз. — Знаменитый Рик Граймс обещал нам новую ступень, — проговорила она, подчёркивая слова. — Ты обещал нам безопасность, Рик. О тебе говорят больше, чем о всех других лидерах, вместе взятых. И что сделал ТЫ? Она гневно смотрела на него. Граймс, исподлобья глядя в ответ, старательно молчал, не желая развивать скандал. — Ты послал нашу дочь на смерть! — проорала женщина, возмущённо ткнув пальцем в его сторону. — Послал неопытную девушку, оставив в безопасности одну из лучших стрелков! В эту секунду Нина прекрасно понимала, о ком идёт речь. Арбалетчик, что стоял позади, бережно придерживал её за талию, закрывая своей спиной от толпы людей позади. И Нина невольно прижалась к нему. Что хуже всего — эта женщина абсолютно права. Сама она, Нина, сидела в стороне, в то время как остальные отправились на поиски. И все её попытки присоединиться разбивались о единогласное решение друзей запереть её здесь, за забором. Сабла не тыкала пальцем. Но мельком бросила на Нину преисполненный ненавистью взгляд, подтверждая догадки девушки. Увидев, кого имеет в виду женщина, Дэрил тут же ощетинился. — А ну замолкни, ненормальная! — возмущённо протянул реднек на повышенном тоне, крепче прижимая к себе Нину. Сабла бросила взгляд в сторону пары, с презрительным возмущением просверлив Диксона. — Этот деревенщина, — продолжила отчаявшаяся женщина, ткнув в сторону их с Дэрилом пальцем, — твой лучший друг. Он — её хахаль! Ты намеренно оставил эту девку здесь! В первую очередь ты позаботился о СВОИХ людях, Граймс!!! Слова женщины больно обжигали, отражаясь тянущей болью в грудной клетке, спускаясь вниз, к животу. Сейчас, вся эта разрастающаяся волна людского возмущения, Рик, стоящий напротив них, всё это казалось ей смутно знакомым. Откуда? Сейчас нет времени об этом думать. В ответ на слова Саблы раздался гул толпы. Голоса протеста смешались с голосами одобрения. И общее возмущение росло и в самой Нине. Она смолчала. Она не смогла бы перекричать их. Это сделал Дэрил. — А ну замолкни, нахрен! — чуть заводя за себя Нину, арбалетчик угрожающе шагнул вперёд, сверля её прищуром. Но его опередила самурайка, недобро прожигая женщину белками глаз. — Эй! — воскликнула Мишон, возмущённо шагнув к ней. — Твоя дочь добровольно вызвалась ехать на поиски! — гаркнула она железным тоном. Возмущение Мишонн казалось Нине абсолютно оправданным. Рик никогда не делал бездумных поступков. Он выживал в ситуациях, с коими этой паре, скорей всего, не довелось столкнуться. Он знает, что делать. Он знает, как вести свой народ. На него можно положиться. Всегда. Он, к слову, запрещал Кэтрин ехать. Но девушку, в отличие от самой Нины, уговаривали лишь раз. Она смогла отстоять своё право ехать на поиски. Всего лишь потому, что она обычный человек. Без сверх способности перебарывать вирус. Нина закусила губу, опустив голову и приглушая обиду. И вновь взглянула на Саблу Хоуллз, с надеждой ища в женщине понимание. И гордость за героизм погибшей дочери. Но, кажется, заявление самурайки только разозлило семью Хоуллзов. Бакстер вдруг сдвинулся с места, зашагав прямиком к ним. Прямиком к ней, к Нине… Рука невольно дёрнулась к рукоятке с кинжалом. Машинально. Уже машинально. В последний момент она себя остановила, настороженно поглядывая на злость мужчины. Хоуллз подошёл вплотную, с возмущением и раздражением тяжело поглядывая на неё. Она видела многое. Сталкивалась лицом к лицу и не с такими. С Ниганом, с Вилмаром, с Грэдом. Лидерами враждебных общин. Лично смотрела им в глаза. Но человек из дружной общины? Один из своих? Как быть в этой ситуации, не посеяв разлад? Испепеляя Хоуллза звериным взглядом, Дэрил рукой машинально завёл Нину себе за спину. Ещё немного и Бакстер нарвётся. Рик знал брата. Его лучше не злить. Вдвойне — если дело касается Нины. Сейчас — уже наступила та грань, которую Хоуллзу не стоило переступать. Нужно это пресечь. Беспокойства и разлад между общинами — одно из худших, что может возникнуть в условиях надвигающейся войны. — Бакстер! — предупреждающе позвал Рик, зашагав к ним ближе. — Это был мой приказ, — Граймс встал недалеко, позади мужчины. — Да, она хороший стрелок. Одна из лучших, — качнул он головой. — Но это далеко не единственное её качество. Именно поэтому она нужна была мне здесь. Поехали другие. Не менее ценные люди. Одна из них сейчас на больничной койке, если ты вдруг забыл. Задействованы были все. Твои обвинения напрасны. Но осиротевший отец будто не слышал его. И будто не видел перед собой глаза охотника, что смотрел на него, словно взбешённый волк. Весь вид арбалетчика сейчас особенно явно смахивал на опасного хищника. Ещё сильнее обычного. Сам взгляд реднека уже говорил о том, что приближаться не стоит. Хоуллз остановился, сквозь Дэрила буровя взглядом ту, что арбалетчик прятал у себя за спиной. Её настороженный, возможно, чуть напуганный, взгляд. Она растеряна. Рик знал Нину. И если это испуг — то испуг не за себя. Он понимал её. Он и сам бы не хотел оказаться причиной такой потасовки. Но оказывался. Не единожды. В который раз… — Эта девка, — злостно прорычал Бакстер, тыча пальцем в сторону Нины. — Она знает наше будущее. Она многое знает. Это уже всем известно! — он не сводил с девушки глаз, будто борясь с желанием вцепиться в неё. — Так почему же она не предупредила нас?! — всё повышал голос мистер Хоуллз под разрастающийся рёв толпы. — А?! Почему?! Толпа шумела. Кричала всё громче. Из толпы полетели возгласы. С одного края присутствующих часть людей соглашались с Бакстером, крича протестующее «да». Другие тут же принялись возмущённо защищать Нину. — Отвали от неё, придурок! — громко крикнул один из солдат Стивенсона. Рик бросил благодарный взгляд на парня. Солдаты капитана на стороне Нины. А значит, стоит надеяться, и всей Александрии. — Заткни пасть, мразь, а то сейчас без зубов, нахрен, останешься! — с вызовом рявкнул Диксон, опасно выходя вперёд и сверля Бакстера тяжёлым прищуром. Нина тянула мужа за жилетку, прося успокоиться. И, кажется, только благодаря ей угроза Дэрила ещё не воплотилась в действительность. — Бакстер, остынь! — крикнули Хоуллзу из толпы, с опаской поглядывая на взбешённого реднека. — Хочешь месяц у Берча проваляться? Тут Рик полностью разделял эту фразу. Доктор борется за выздоровление Саши. Возможно, в ближайшем будущем ему предстоит тяжёлая работёнка. Не помешало бы найти ему ученика. Энид хотела… Драку среди своих нужно пресечь, пока не поздно. Пресечь прямо сейчас. — Мистер Хоуллз, — позвал Рик, шагнув к нему и приподнимая руки в успокаивающем жесте. — Мы все понимаем ваше горе, но… Граймс не договорил. С бешенством обернувшись, Хоуллз в сердцах заехал шерифу по лицу. Замах привычный. Но ощутимый. Рик устоял на ногах, лишь машинально повернувшись от инерции удара. И, разрастаясь яростью, медленно обернулся назад, сплюнув кровь. — Всё, — многозначительно выдохнул Гленн. Толпа, разъярённая секунду назад, испуганно смолкла. Как и сама Нина. Затаив дыхание и догадываясь, что сейчас будет. Казалось, даже лес стих, ожидая, что случится дальше. Следующие мгновения для неё словно замедлились. Глаза Рика медленно приобретали оттенок бешенства. Долю секунды он испепелял Хоуллза яростью, после чего, схватив за грудки, отшвырнул от себя, в толпу. Бакстер налетел на народ, сбивая двоих. Его подняли на ноги. Часть толпы оттуда, заводясь, тут же кинулась в отместку. Они бежали на Рика. Разомкнув хватку, Дэрил отпустил Нину, срываясь мимо неё на помощь. Успел подскочить к Граймсу, ловко перехватывая первого. И беспроблемно нокаутируя его. Уворачиваясь от замаха второго. И в сердцах огревая его своим тяжёлым хуком справа. Завязалась потасовка. Оттолкнув Мэгги прочь из толпы, Гленн бросился помогать друзьям. Со стороны Нины, оббегая, спешили включиться в драку остальные. Её толкали в плечи, пробегая мимо. Путь влево и вправо казался отрезан. Нина стояла, пытаясь увернуться. Пятиться назад и трусливо сбегать она не собиралась. Знала, что нужно отойти, но ноги не слушались. Она просто не могла себе позволить. И, борясь с тревогой, обеспокоенно высматривала среди дерущихся Дэрила. Далеко не сразу удалось разглядеть его среди всей этой кучи тел. Вот он успешно увернулся от удара. Замахнулся сам, отправляя бедолагу в нокаут. А вот его с разбегу завалили на асфальт. В животе вновь давяще кольнуло. И Нина, забыв о безопасности, ринулась в толпу. Тот, кто уронил Дэрила, уже насел на него. И, кажется, от гнева не соображал, что душит одного из своих. Нина налетела на рослого мужчину с кулаками. Она не собиралась пускать в ход свой кинжал. Она не собиралась причинять ему жизненных увечий. Она хотела оттащить его от Диксона. Как может. — Отцепись от него! — прокричала она, хватая напавшего за волосы. Огорошенный неожиданным нападением слева, он замешкался, вскрикнув, пытаясь высвободить волосы и по-инерции сваливаясь с реднека. После чего был втянут в драку другим александрийцем. Освободившись от захвата, арбалетчик, кашляя, вскочил на ноги, ища спасителя. Но Нину уже волокло назад. Её с силой оттащили прочь от драки. Секундой после там, где она стояла, грузно упали двое сцепившихся друг с другом мужчин. Выпрямляясь, она освободилась от поддержки. И, обернувшись, обнаружила Сандерса. — Аккуратнее, «миссис Диксон», — вновь каверкая это звание, проговорил солдат, вопреки тону, глядя на неё с неподдельным беспокойством. Как бы ни раздражал этот человек в последнее время, сейчас он помог ей. Возможно, им удастся закопать топор войны. — Спасибо, Уилл, — искренне поблагодарила Нина. Парень замер, и несколько секунд смотрел на неё. После чего, коротко кивнув в ответ, бросился разнимать остальных. К ней подбежала испуганная Мэгги. — Ты в порядке? — выпалила она, хватая Нину за плечи. — Пойдём отсюда, — она поволокла её прочь, уводя подальше от драки. Растущая потасовка не угасала. Лишь набирала обороты, грозя вылиться в серьёзные жертвы. Это тревожило. Не на шутку тревожило. Что они все делают? Нужно объединяться. Бороться против настоящего врага. А что она видит сейчас? И Дэрил вместе с остальными в самом пекле этой драки. Нина беспокойно оглядывалась, но позволила Мэг вести её всё дальше. — Не стоило тебе туда ввязываться, — останавливая Нину на безопасном расстоянии от дерущихся, покачала головой Ри и встала прямо напротив неё. — О чём ты только думала? Этот вопрос стал последней каплей, невольно выливаясь в негодование. — Я думала о том, что мой муж пострадает из-за чужой неадекватной глупости, — сдерживаясь, твёрдо проговорила Нина. Мэг поджала губы и примирительно взглянула на неё. Она понимала её. Прекрасно понимала. — Нин, — подруга виновато качнула головой, собираясь извиниться. Но внезапно… раздался выстрел. Заставив обеих девушек вздрогнуть. Машинально пригнувшись, Мэг поглядела в толпу. Борясь с колотящимся сердцем, Нина уже смотрела туда же, выискивая, все ли целы. Дерущиеся замерли. Рик стоял с поднятым вверх револьвером и гримасой ярости на лице. Вся толпа, что некогда пришла в движение и избивала друг друга ещё несколько секунд назад, сейчас застыла, пригнувшись и настороженно поглядывая на предводителя. Шериф взвёл курок. В наступившей тишине барабан провернулся, со щелчком приготовив новую пулю. И в следующий момент Граймс медленно направил пистолет… на людей. Сердце внутри Нины ёкнуло. — Если ещё хоть кто-нибудь дёрнется, — опасно прорычал Граймс, водя по толпе оружием, — клянусь, я пристрелю! Борясь с шоком, Нина глядела на Рика. Да, она прекрасно знает, что за человек Рик Граймс. Через что прошёл и на что способен. И всё же, сейчас она не верила своим глазам. А в памяти промелькнула картинка. Мимолётная, призрачное воспоминание. Нет, скорее, догадка. Будто остаток сна. И тут же исчезла, растворившись в натянутой, как струна, атмосфере шокированной толпы. — Рик? — испуганно позвала рядом стоящая Мишонн, мягко положив руку ему на плечо. Граймс медленно опустил пистолет. В звенящей тишине вновь послышался шум леса. Отдалённый плач младенца. И шелест высохшей на солнцепёке травы, что колыхалась сейчас застилающей её вечерней прохладой. Из рассеченной щеки шерифа текла кровь. — Наших людей зверски убили, — громко проговорил Рик, возмущённо оглядывая ошеломлённо притихших людей. — И что мы делаем? — он помолчал, исподлобья прожигая каждого суровым взглядом. — Дерёмся друг с другом? — накренив голову, добавил Рик опасно-спокойным голосом. Жители молча таращились на него и его оружие, которое он всё ещё держал в опущенной руке. — Вместо того, чтобы придумать тщательный план, — проговорил Рик повышающимся тоном, — и метко ударить по этим мразям — мы бьём друг другу морды?! — рявкнул он, заставив нескольких вздрогнуть. Люди виновато молчали. Кто-то — задумчиво опустил голову. Кто-то — с благоговением взирал на лидера Александрии. — Мы были там, — твёрдо проговорил Граймс, сбавив тон. — Их лидер называет себя Альфой. Она показала нам свою армию. Армию ходячих мертвецов, — громко подчеркнул он. Его суровый взгляд сверлил по очереди каждого, будто оценивая, дошло ли до их голов то, что он пытается им вдолбить. — Они носят одежду из кожи людских трупов. И вливаются в их ряды, управляя ими. Их лидер считает, что живёт по законом природы. И называет людей животными. На моих глазах их человек пытался изнасиловать подростка. И никто из них не вмешался. Только мы, — в звенящей тишине Рик вновь обвёл людей взглядом, полным ярости и решимости действовать. — Мы уничтожим их, — прорычал он громко. — Уничтожим ради собственной безопасности. Мы разработаем стратегию нападения. Мы проведём срочные курсы повышенной квалификации выживания. С каждым. Каждый будет уметь защищать себя. Цивилизации не суждено возродиться. Это — новый мир. И я научу вас выживать в нём. Я научу вас убивать. Мы сотрём их с лица земли. Толпа взорвалась ликующими выкриками. Люди радостно скандировали «Рик Граймс!», воинственно размахивая руками. Среди ликующей толпы арбалетчик исподлобья глядел на Рика, тяжёлым прищуром молча одобрив всё и соглашаясь со всем, что сказал брат. Как и всегда. Даже в минуты, такие как сейчас, когда, казалось, Граймс не прав и перегибает палку, Дэрил, поразмыслив, соглашался с ним, понимая, что делает Рик, зачем и почему. Диксон не нуждался в дополнительных разъяснениях, как вся эта толпа. Он просто доверял ему. Другу, заменившему ему брата. Мишонн, напротив, не разделяла молчание арбалетчика и ликование толпы, со смесью ужаса взирая на Рика. Её широко распахнутые глаза, ещё больше оголив белки, вопросительно глядели на Граймса, ища вразумительных ответов. Возможно, надеясь, что всё это страшная шутка. Бравада ради спокойствия толпы. Но решающее слово Рик уже озвучил. И люди это слышали. Гленн и Мэгги, подобно Дэрилу, сдержанно безмолвствовали, кажется, тоже понимая причину поведения их друга. Иезекииль и Джейкоб невесело переглянулись. Джейк — одобрительно. Король — тревожно, явно опасаясь худшего. — Сейчас — всем разойтись по домам, — громко объявил Рик. — Завтра мы выезжаем на место, похоронить останки. Возьму с собой пять человек. Не сказав больше ни слова, шериф раздражённо направился в сторону дома. Люди, переговариваясь между собой, побрели в разные стороны. Вот что случается, когда сильного человека довести до крайности. Нина глядела на разозлённого лидера, привычным широченным шагом уходящего прочь отсюда. На Мишонн, что, отойдя от шока, поспешила за ним. Переглянулась со Стивенсоном. Тот грустно улыбнулся в ответ и, обменявшись кивками с королём, тоже зашагал к себе. Нина понимала — Рик прав: нужен тщательный план. Да, он разберётся. Со всем разберётся. Но они не могут сидеть в стороне. Она — не может. Нужно действовать. Срочно действовать, пока ситуация с вражеской группой не стала ещё хуже. Нужно опередить их, пока они не опередили в ответ. Как и всегда. Она поможет. Всем, чем возможно. Даже если больше не знает хода событий. Даже если больше не может подсказать. Она поможет. И сделает всё, чтобы общины выиграли в этой войне… Нина переключилась на Дэрила. Кусая губу, арбалетчик всё ещё провожал Граймса сосредоточенным прищуром. После чего оглядел оставшийся народ, ища среди толпы её. Нина улыбнулась этому. Муж без труда отыскал её среди остальных и, сдвинувшись с места, излюбленной пацанской походкой зашагал навстречу. — Ты в порядке? — прозвучал любимый хрипловатый голос. Муж тепло обнял её, с ласковой заботой заглядывая в глаза. Нина разглядывала мужа снизу вверх. Бровь рассечена. Синяк под глазом. Её ладонь покоится у него на груди. Часто дышит, ещё не успокоившись после драки. Весь в пыли. Нина ухмыльнулась. Сжала в ладони ткань его рубашки, потянув к себе. И, заставляя реднека склониться, нежно накрыла его губы горячим поцелуем. Удивлённо промычав, охотник хрипло выдохнул и, вжимая её в себя, ответил жадным поцелуем. Углубляя его. Жарко выдыхая. Переключаясь на её шею. Сдерживая сам себя и накрепко сжимая в стальных объятиях. Прижатая к его груди, она улыбалась, умиротворённо слушая, как учащённо забилось преданное сердце. — Это у тебя надо спросить, Диксон, — пробормотала она, — всё ли в порядке. Ухмыльнувшись, он чуть отстранился. — Я сейчас серьёзно, — прохрипел он, внимательно ища ответа в её глазах. — Тебя не задел никто? Волнуется. Она стоит перед ним, целая и невредимая. Но ему обязательно надо знать, всё ли хорошо. В Александрии у них сейчас наметятся дела поважнее. Судя по тому, о чём рассказывал Рик. — Я в порядке, — улыбаясь его заботе, тихо заверила Нина. Прижатая к его телу, она поднялась на цыпочки, чмокнув его в скулу. — Я в порядке, Дэрил, — шептала Нина, целуя его лицо. — Честно, — она чмокнула его в губы. Недоверчивый прищур ещё несколько секунд влюблённо разглядывал её, выискивая правду. Суматоха и общая драка могла задеть кого угодно. Её в том числе. — Точно, всё хорошо? — пробормотал охотник, убеждаясь на всякий случай. Нина закивала и, прижавшись к его груди, облегчённо выдохнула. — Теперь — хорошо, — тихо призналась она. Слыша эти слова, арбалетчик заботливо сжал её в своих тисках, ласково целуя в длинноволосую макушку. — Погнали домой, — прохрипел Диксон, расцепляя хватку. Домой. Улыбнувшись, Нина обняла охотника за пояс, и широкая рука мужа заботливо прижала её к себе. Они неспешно зашагали в сторону дома. Их с Дэрилом, целого дома. Спасибо друзьям за такой подарок на свадьбу. Мимо раздражённо прошагала Розита. — Роз, — спохватилась Нина, размыкая объятия и глядя ей вслед. Неизвестно что случилось бы, отпусти её Нина с Риком и остальными. Подруга остановилась, медля секунду. Будто раздумывая, оборачиваться или идти дальше. Наконец, она развернулась. В глазах латиноамериканки плескалась обида. — Что? — раздражённо бросила она, нетерпеливо сложив руки на груди и накренив голову. Будто готовясь встретить в штыки любую фразу. Она в гневе. Не важно, на что злится. Сама Нина не меньше неё хочет начать действовать. Главное — не делать это бездумно. Не делать ещё хуже. Что было бы? Что было бы, если бы Роз поехала? Тара, Франсин, Тобин поехали тоже. Сейчас — они мертвы. Розита беременна. Если бы убили и её… — Рада, что ты не поехала, — невесело улыбнувшись, Нина искренне глядела на подругу. — Думаешь?! — Розита расцепила руки, уперев их в бока, и с вызовом взглянула на Нину. — Рада, значит?! Картинка сложилась. Роз злится не на кого-то. Роз злится на неё, на Нину. — Роз… — начала Нина. — Я не поехала! — выкрикнула Эспиноза, перебив её и сделав шаг ближе. — Не поехала, и они погибли! — она шагнула ещё ближе, из-под кепки обиженно прожигая её глазами. — Всё из-за тебя! — Хей, — встрял в дискуссию Дэрил, выходя чуть вперёд, между Ниной и Эспинозой. — Нина тут не при чём, Роз. — Я могла помочь! — продолжая обиженно глядеть на Нину, возмущённо выпалила латиноамериканка. Нина молчала, выжидая паузу и пытаясь подобрать слова, которые могли её успокоить. Она не злилась на её слова. Пока что. — Ты могла погибнуть, — твёрдо, почти спокойно, заявила она Эспинозе. Роз сделала очередной шаг, оказавшись рядом и глядя ей глаза в глаза. — Ты этого не знаешь, — процедила она тихо. Нина с усталым несогласием покачала головой. Она не понимает. — Даже зная всё это заранее, я не пустила бы тебя. Тем более бы не пустила, — спокойно призналась ей Нина. Розита, услышав эти слова и, кажется, не ожидая их, отступила на шаг назад, с обидой и злостью поглядывая в ответ. — Да пошла ты, — процедила подруга и, просверлив взглядом, круто развернулась, зашагав прочь. Диксон озадаченно глядел ей вслед. — Чё происходит? — прохрипел он, переводя прищур с удаляющейся латиноамериканки на Нину. Такие вспышки ярости свойственны положению Розиты. Тем не менее, её слова всё ещё давили на больное, всерьёз обижали, подогревая желание рассказать её тайну. Хотя бы любимому мужу. — Я не пустила её с Риком, когда те уезжали. — Нина устало улыбнулась, вновь обняв его за пояс. — Это всё, что я могу тебе сейчас сказать. Арбалетчик ласково обнял её, внимательно глядя в глаза. — Не понял, — прохрипел он с шуточным подозрением, но влюблённый прищур продолжал внимательно всматриваться ей в глаза. — Чё ещё за секреты? Этот допрос до невозможности мило грел ей сердце. Улыбаясь, Нина воздела взгляд к небу. И, находясь в его крепких тисках, вновь взглянула в любимый голубоглазый прищур. — Это её секрет, Дэрил. Не мой. Возможно, я расскажу. Хотя, будь я на её месте, я бы тоже молчала. Последняя фраза ещё больше заинтересовала реднека. — Так, вот тут поподробней давай, — прохрипел муж. Его заботливый взгляд с настороженностью вопросительно сверлил её. Нина рассмеялась. — Хорошо, расскажу, — сдалась она. — Случись такое со мной, я — расскажу, — заверила девушка и, под его пристально рассматривающим её прищуром, примирительно улыбнулась. — Обещаю.

***

Широким шагом Рик молча удалялся к себе в дом. Беспокойство терзало её изнутри, словно отщипывая её по частям кусок за куском. Беспокойство не только за то, что же будет дальше с ними, с общиной, с людьми. Беспокойство за него. Отбросив мысли, Мишонн решительно зашагала следом, поспешив нагнать. Получилось это сделать уже у самого дома — высокий худощавый шериф спешил остаться один. — Рик, серьёзно? — воскликнула она, тоже поднимаясь около него по веранде. Граймс молчал. Толкнул дверь. Они вместе зашли внутрь. Вошли в гостиную. И, тяжко выдохнув, он устало рухнул на диван. Самурайка присела рядом, неотрывно глядя на него. Она понимала. Конечно, понимала. Но достучаться придётся. — Рик? — мягко, но настойчиво позвала она. Граймс продолжал глядеть перед собой. Даже не смотрел на неё. Лишь оторвался спиной от дивана и, уперев локти в колени, склонил голову, вдумчиво рассматривая пол. Словно тот невидимыми чернилами испещрён одному ему ведомым планом. Но, кажется, он слишком отчаялся, чтобы понять, что он творит. К чему себя ведёт. — Ты хочешь превратиться в очередного Нигана? — возмущённо прошептала негритянка. — Такого не будет, — тут же, спокойно, возразил Рик, первый раз нарушив своё молчание. — Сильно сомневаюсь, — хмурясь, парировала Мишонн, дождавшись, наконец, его диалога. Она осуждающе разглядывала его профиль, понимая, что поворачиваться для разговора он не намерен. — С таким подходом люди станут новыми «спасителями». И мы придём к тому, с чего начали. Граймс промолчал, игнорируя это предъявление. Возможно, он это и сам понимает. А, может, и вовсе поменял свою давнюю мечту, рассказанную ей. — Как же тогда твои речи про цивилизацию? — проговорила самурайка, надеясь, что Рик её услышит. Вслушается. Очнётся. Вспомнит. — Про новую ступень? Про новый этап жизни? — Ты разве не видишь? — он резко повернулся, пронзительно глядя ей в глаза. В нём пылал огонь. В нём пылала ярость. Но говорил он на удивление спокойно. Даже устало. Будто невидимая дамба держала весь этот нарастающий взрыв у него внутри. — Цивилизации не суждено возродиться, Мишонн, — покачал головой шериф. — Ступень была моей иллюзией. Всегда была иллюзией, с самого начала. Мы всё там же и всё те же. Мир — всё тот же, — подчёркивал Граймс каждое слово. — Ты либо выживаешь, либо нет, — он помолчал. — И я забыл об этом, — добавил Рик, с досадой пригладив себе волосы. Кажется, он сдался. Даже хуже. У него больше нет сил верить. Он готов сжигать все мосты. Готов оттолкнуться от очередного дна. И разжечь огонь. Но этим огнём он испепелит всё, что построил. Слишком многое может пойти под откос, если он решит идти по такому пути. По такому пути шло большинство общин. Вудберри, Терминус, Святилище. И множество тех, кто примыкал к нему. И где они сейчас? Где они все? — Но Рик, — тихо прошептала Мишонн, отрицательно качая головой, — разве не это привело нас к Нигану и спасителям? — Ты и сама прекрасно знаешь, — спокойно возразил ей шериф, — что теперь те работяги, что гнули спины под надзором спасителей. И те, кто сдались нам в самом начале битвы и выжили, — он повернулся к ней, — живут мирно, — подчеркнул Граймс последнее слово. — Живут мирно вместе с этими работягами, приобрели человеческое обличие и даже несколько раз сотрудничали с нами по торговле, — покачал он головой, убеждая в своей правоте. — В том числе Дик Тёрнер со своей группировкой. Самурайка промолчала, недовольно сжав губы. Обмен припасами с рабочими спасителей — тем более, с их остатками среди тех работяг — её совсем не радовал. Да, эта группа уехала далеко и сразу. Сразу после битвы. Они напоминают о себе редко. Либо оставляют письма в ключевых точках, либо подъезжают ближе и связываются по рации. Раз в месяц или два, отчитываясь, что у них всё хорошо. Скорый отъезд впоследствии спас их от расправы похитителя Нины — Вилмара. Чего не скажешь о тех из спасителей, кто намеревался тоже уехать. Но люди Вилмара убили их. Всех до одного. Вилмар мёртв, чему Мишонн искренне рада. Но все эти люди — теперь люди Дика Тёрнера. Всё те же люди. И это беспокоит. Беспокоит её до сих пор… — Нет, Мишонн, — невесело продолжил Граймс. — Одним Ниганом больше, одним меньше. Лишь объединившись, мы будем способны выстоять против дальнейших «Ниганов» и «спасителей». Против «шепчущихся», — закончил он, подчеркнув последнее. — Но Рик! — воскликнула негритянка, вскакивая. — Ты призываешь людей к мести, — она хотела достучаться до него. Хоть попытаться. — Вместо того, чтобы погасить в них этот гнев, ты ещё больше подлил масла в огонь, — настаивала самурайка. — От этого могут погибнуть люди! — Нет, Мишонн, — вновь невесело пробормотал шериф, качая головой. — Люди погибли, потому что я был слеп. Потому что позволил себе поверить в миф, забыв про ответственность. Про безопасность, — он помолчал, упираясь локтями в колени и устало глядя в пол. — Забыл то, что когда-то сам втолковывал всем этим людям. В те первые дни, когда наша группа оказалась в Александрии. Я понадеялся, — Рик с досадой взглянул на неё. — Это моя вина. Я больше не допущу этого. Я обучу их в солдат, способных к войне. Волна тревоги плескалась в ней, ища дальнейших возражений. Ища в нём проблески сомнений. Ища повод возразить… И не нашла. Она вдруг поняла Рика. Поняла всё то, о чём он пытался ей сказать. Вздохнув, Мишонн присела, примирительно обняв его за плечи. И Граймс с благодарностью положил руку поверх её руки.