somnium, somnia...

Карл шёл вдоль улицы, направляясь к воротам. Возможно, отец ещё не вернулся. Но беспокойство после всего, что произошло, не дало сидеть на месте. Прогремевшие в Александрии события не улеглись и сегодня. Люди так и не разъехались после ярмарки. Мимо ходили люди в полной боевой готовности и, собравшись в группы, вели активное обсуждение между собой. И Карл знал, о чём именно шла речь. Отец обмолвился обо всём кратко. О шепчущих, что вывели их попугать к своему стаду. О головах. Во время потасовки в городе Карл сидел с Джудит, услышал всё после — от Граймса старшего. Скрывать отец ничего не стал. Попытки отгородить его от взрослых проблем давно канули в прошлое, ещё в самом начале того, как мир перевернулся с ног на голову. И, тем не менее, что-то не позволило отцу вдаваться в детали. Возможно, давно привык, что сын во всём этом варится с детства и ничему не удивляется, как и отец. А может всё настолько серьёзно, что не хотел портить настроение или того хуже — пугать. Карл не стал лезть с допросом. Всё прекрасно понимал и сам: их люди на грани очередной войны. В подтверждение его словам, в городе царило оживление. Кто-то выглядел довольно спокойным и просто решительным. Кто-то встревоженным. Кто-то даже умудрялся шутить и улыбаться, привыкший, видимо, к периодическим катастрофам апокалипсиса. Но основная масса казалась озлобленной. Недавняя утренняя тренировка под руководством Розиты теперь разительно отличалась от предыдущих стрельб. Небольшая группа её учеников, кто хотел отшлифовать умения в меткости, теперь выросла в приличную массу. Люди, казалось, занятые каждый всё тем же делом, теперь выглядели мрачнее и решительнее. Вся община всё больше напоминала Карлу готовящуюся к выезду роту. Хотя, возможно, ему самому просто хочется так думать и это обычный день. Его мысли отвлекло ещё более непривычное оживление, чем то, что с недавних дней царило на улице. Мэгги, Гленн и Розита, встретившись с Аароном, спешно зашагали куда-то, чуть ли не переходя на бег. Карл ускорил ход, стараясь не упустить друзей из виду. Те, обогнув угол, скрылись в подвале для заключённых. Нехорошо. Нахмурившись, Карл проследовал за ними и, бдительно оглядевшись на наличие зевак, юркнул следом. Громкие голоса заглушала закрытая дверь. Карл спустился по ступеням вниз. Остановился, прислушиваясь в попытке заранее понять, в чём дело. Но, проиграв глухой двери, толкнул её и прошёл внутрь, обнаруживая скопление тех, кто составлял совет в Александрии. Их громкий спор скрыл его появление. Вместе с Мэгги, Розитой и Гленом здесь уже стояли Мишонн и Аарон, загораживая спинами тех, кто находился в самом дальнем конце подвала. — Что здесь происходит? — объявил о своём присутствии Карл. Тот факт, что он подросток, не давало всем им права скрывать от него нечто важное, что, очевидно, происходит здесь. Он член совета. Он Граймс. Он найдёт, чем помочь. Но оповестить его, конечно, не соблаговолили. И это дико бесило. Но даже не это сейчас важно. Что-то происходит. И это «что-то» явно не из числа хороших новостей. Обернувшись на голос юноши, друзья расступились, освобождая обзор. В окружении людей, привязанная к стулу, перед ним сидела светловолосая девушка. Рядом с которой, задавая вопросы, стоял его отец. Тот прекратил говорить, тоже обернувшись на сына. Обида охладила пыл, но не помешала мыслить здраво. — Когда ты вернулся? — вместо приветствия перешёл к делу подросток. Карл не знал, злиться ему на то, что отец не оповестил о возвращении, или радоваться, что видит его живым и невредимым. — Карл, — обрадовавшись сыну, шериф подошёл к нему, обняв и похлопав по спине. — Не успел предупредить, — разорвал он объятия. — Пару минут назад. Отстраняясь, Граймс младший подозрительно взглянул на пленницу. — Кто она? Брови отца хмуро сдвинулись. Он обернулся на девушку. — Одна из них, — мрачно оповестил Рик.

***

Машина медленно ехала вдоль забора, шурша шинами по мелкому гравию. Сбавив скорость до минимума, Дэрил свесил одну руку на руль, пристально всматриваясь в обширную территорию снаружи. — Это вторая в списке, — хрипло оповестил он, продолжая щуриться вдаль. Военный объект, что раскинулся перед ними, вмещал в себя несколько зданий и намного большую площадь, чем предыдущий. Степной ровный ландшафт, преобладание песочного цвета, во всём близлежащем, до чего дотягивался обзор. Казалось, всё перед глазами нарочно сливалось в единый цвет песка, ухудшая обзор. И лишь редкие зелёные островки разбавляли краски. — Осталось ещё две, — предвещая его вопрос, отозвалась Нина. Сидя на пассажирском сидении рядом, она, поставив руку козырьком, тоже вглядывалась сквозь плывущий мимо забор. Боевая, готова рваться в бой. Отважная девчонка. Диксон замер, задумчиво кусая губу и поглядывая на неё. Сейчас, в этот момент, он в который раз благодарил себя, что поехал другой дорогой, а не мимо шестов. Пусть и без голов, это херово зрелище вряд ли придало бы малышке такой энергии, какую он наблюдает сейчас. На горизонте вдоль сетки замаячили ворота и, вскоре, поравнялись с путниками. Автомобиль затормозил. — Огромная, — пробормотала девушка, глядя на военную базу. — Та была меньше. Арбалетчик мрачно осматривал опустевший объект. Выехав с Александрии, они свернули южнее, решив продвигаться на север оттуда. Две подбазы. Вчера, за тщательно отгороженным периметром, на первой, их встретили сотни трупов, блуждая среди раскуроченных зданий. Что говорило об одном: ловить там уже нечего. Соваться туда им уже не было смысла. Да и не стоило. От греха. А здесь… Да, малышка права, этот объект больше. Что его нездорово тревожило. Несколько таких же раскуроченных военных тачек, поваленные трапы, разлетевшийся по периметру мусор. Живых не наблюдается. Даже мертвяков не видно. А это может оказаться ещё хуже. — Да, огромная, — невесело подтвердил Диксон и, покусав нижнюю губу, обеспокоенно покосился на возлюбленную. Оставлять её за территорией и пробраться в одиночку? Идея неплохая, если учесть, что всё это не окажется дерьмом. Если же их поджидают — Нина попадёт в ловушку. Как и он, не способный ей помочь. Несколько спокойнее — видеть её рядом. И знать, что, в случае чего, он сможет прикрыть её, пока она даёт дёру из этой самой ловушки. — А раз так — будь начеку, — продолжая разговор, заботливо подытожил охотник. Удивлённо подняв брови, Нина взглянула на него. — Значит, проверим? — со смесью радости и тревоги переспросила она, очевидно, уже готовая обороняться от его уговоров остаться. Он предпочёл бы укрыть её где-то и сделать всё один, рискуя только собой. Да что там, связать её и оставить дома — перед каждой вылазкой кажется довольно неплохой идеей. Вот только дома небезопасно. Теперь нигде не безопасно. В этом они все убеждались уже не раз. В том числе и он сам. Как и в том, что безопаснее всего ей рядом с ним. Малышка сильная. И, несмотря на его вечную, как она часто говорит, паранойю, давно отвоевала себе право доказывать ему это на деле. — Ты у меня боевая, — с ухмылкой прохрипел Дэрил, с задумчивым умиротворением поглядывая в устремлённые на него карие глаза. — Не пущу — поставишь фингал. — Перестань, — улыбаясь, Нина шутливо пихнула его в плечо. — Не такая уж я и вредная. — Упрямая, — поправил её Диксон и тут же увернулся от второго замаха. — Ты у меня упрямая. — Всё, хватит, — Нина смеялась, улыбаясь тёплой светлой улыбкой. Улыбкой, которую Диксон, закрой он глаза, мог бы спокойно вычертить в памяти наизусть. — Как действуем? — вернулась она к их общему делу. Сильная, смелая девчонка. Спрашивает, уже готовая встретить там опасность. Она умничка. Лицо арбалетчика тронула пробежавшая кособокая ухмылка. И растаяла в серьёзности. — По-тихому глянем, что тут. — Дэрил, щурясь, обернулся на базу. — Аккуратно. Заходим и выходим, — он вновь обернулся, обеспокоенно посмотрев на возлюбленную. — Гляди в оба. Тут может оказаться полно мертвяков. Нина понимающе кивнула в ответ. Вновь покусав губу, реднек окинул её заботливым прищуром и, нажав на газ, крутанул руль.

***

Стиснув зубы, Рик угрожающе шагнул ближе, встряхнув пленницу за плечи. — Отвечай! — потребовал он. — Отец! — несогласно воскликнул Карл, придержав Граймса старшего за плечо. — Она тебе ничего не сделала. Посмотри на неё. Юноша кивнул на испуганную девушку. — «Ничего не сделала»? — возмущённо переспросил шериф, оборачиваясь на сына. Его лицо исказила гримаса гнева. Гнева не на Карла. На чужих. — Тебе рассказать в деталях, что сделали её люди? — «Её люди», — упрямо подчеркнул Карл. — Не она сама. — Тихо, оба! — оборвала их Мишонн и, подойдя к пленнице, мягко положила руку ей на плечо. — Я видела тебя, — проговорила самурайка тихим голосом, сочувственно разглядывая напуганного подростка. — Видела, на что они способны. Ты сама говорила, что это не первый раз. Нет смысла молчать ради них. Просто, расскажи нам всё. И мы примем тебя в нашу группу. Обещаю. Её слова будто пробили дамбу. Пленница с проблеском надежды глядела на негритянку, казалось, уже собравшись поверить в обещание. — Я… — девушка с отчаянием посмотрела на Мишонн и виновато опустила голову. — Я не могу. Разочарованно переглянувшись с друзьями, самурайка обернулась на Рика. Хмурясь, тот развернулся, широким шагом раздражённо направляясь на выход. Обменявшись взглядами с Карлом, Мишонн вместе с юношей пошла следом.

***

Обширная местность разлеглась перед летним светилом, отражая песчаный цвет и тепло, замершее в воздухе. Идея пробраться за периметр на машине потерпела крах. Ворота оказались запечатаны наглухо. Тихо выругавшись, готовый ко всему Дэрил вернулся назад, доставая из взятого с собой запаса кусачки. Они оставили машину снаружи. Бдительно оглядываясь по пустынной территории из стороны в сторону, на фоне усеянного песком асфальта, высохшего на солнце, они с Дэрилом быстро шагали к ближайшему зданию. Тепло жаркого лета обжигало ей кожу, оставляя загар. Тонкие струйки пота стекали по шее, убегая к груди и за шиворот. Треснувший асфальт, виляя, уплывал под ноги прочь. Охотник шагал быстро. Как и всегда, зорко косясь на проносящиеся мимо закутки на случай скрытой опасности, он умело держал перед собой арбалет, готовый в любой момент, не медля, пустить стрелу во врага. Чуть позади, держа наготове пистолет, шагала Нина. Козырёк кепки спасал от солнечных лучей. Выцветший бежевый топ оголял спортивные плечи. Точно также, она глядела из стороны в сторону, ища ходячих. По опыту с других вылазок, Нина уже готовилась наткнуться на толпу трупов. Рассчитывала, что придётся расстреливать их, добывая силой драгоценную взрывчатку. Врзывчатку, что поможет осуществить план Рика. Поможет ей спасти общины от шепчущих. Эта группа тревожила девушку. Если со спасителями всё было понятно сразу, то о шепчущих она не знала ровным счётом ничего. И, если она не поможет людям справиться с этой странной группой — значит, можно считать, проигнорирует возможность оказать им помощь. Она должна найти эту взрывчатку. Просто обязана. Но ни живых, ни мёртвых не встречалось им на пути. Лишь груда металлолома, что некогда ездила и стреляла. Мимо тихо шелестел сухой ветер. Отдалённая от жилой местности база открывала вид на равнину и трассу, уходящую вдаль. Тихо. — Я не понимаю, — озадаченно протянула Нина, оборачиваясь в другую сторону и вновь наблюдая пустоту за исключением нескольких обломков. — Где всё оборудование? Военные машины? Куда всё это делось? — Разграблено, — без сомнений протяжно предположил арбалетчик, тоже невесело оглядываясь на остатки раскуроченных машин и надеясь, что это предположение верно. Но Нина отрицательно качнула головой и забранные в конский хвост длинные волосы повторили эти движения. — Забор не повален, — возразила она. — Даже ворота закрыты. Охотник, перестав оглядывать местность, с настороженной задумчивостью покосился на девушку, меняя свой прищур на ласковое уважение. И, кажется, прекрасно разделяя её беспокойство. Заботливо глядя друг на друга, они обменялись предостережительными кивками, понимая друг друга без лишних слов. Нужно следить за любым шорохом. — Вот и проверим, в чём дело, — хмуро заключил Диксон. — Приготовься делать ноги. Задержав на муже обеспокоенный взгляд, девушка переключилась на широкие двери. Они подходили к первому на их пути зданию.

***

Широким шагом Рик удалялся прочь, сбегая от собственной злости и примешанной к ней безвыходности. Но посреди тротуара остановился сам. Взъерошив себе волосы, он упёр руки в бока, собираясь с мыслями. Мишонн и Карл, что шли по пятам, остановились следом. — Что она тут делает? — вышедшая из подвала Кэрол направлялась к ним. Граймс старший не отвечал, хмурясь и бегая взглядом по асфальту, будто это могло помочь найти выход. — Рик! — повторила она не оглашённый повторно вопрос. — Скажу на собрании, — мрачно произнёс тот, продолжая глядеть перед собой. — Собираемся сейчас. Мишонн с сожалением глядела на Рика. Непростое решение. Но его нужно принять. — Скажи мне сейчас! — не боясь его гнева, Пелетье вышла вперёд, перед ним. — Скажи, что наш враг делает у нас в подвале?! — Она — не враг, — тут же возразил Карл, подходя к отцу, в поле зрения Кэрол. — Она — враг, — тут же поправил сына Граймс, исподлобья покосившись на него. — Но сама — жертва, — добавив, пробасила самурайка, переключая мрачный взгляд с Рика на Пелетье. Та вопросительно смотрела в ответ. — Потом расскажу, — объяснила Мишонн, покосившись на Карла. Переводя невесёлый взгляд с самурайки на Карла, а с него — на Рика, Кэрол, поджав губы, примирительно вздохнула. — Соберу людей, — она многозначительно остановилась на Мишонн, а следом на самом Граймсе. — Собрание через пятнадцать минут. — Я помогу, — кивнула самурайка, оборачиваясь на своих мужчин. — Но кому-то нужно следить за пленной. Карл? — Нет, — отрезал Граймс старший, тут же очнувшись от тяжких мыслей. — Поставьте других. Я рядом с ней его не оставлю. — Лучше он, — обеспокоенно проговорила самурайка. — Она связана и за решёткой, Рик. Мишонн настаивала, чтобы Карл остался. Пойдёт с ними — услышит все подробности произошедшего, услышит про эту девчонку и то, что с ней сделали те люди. Рик не был против того, чтобы сын знал правду. Пусть горькую, но поучительную. Однако, кажется, самурайка не слишком разделяла это мнение. Возможно, она права. Изучая её протестующий взгляд, Граймс, передумав, согласно кивнул. — Только будь осторожней, — обернувшись, напутствовал он сына. — Не подходи близко к решётке. Не разговаривай с ней. И ничему не верь. — Но я должен быть на собрании! — возмущённо запротестовал тот. — Карл, — оборвал его отец и, приблизившись, пронзительно взглянул ему в глаза. — Эти люди — опасны. Держи с ней ухо востро. Не забывай, что она — чужак. Сын с секунду молчал, после чего, примирительно вздохнув, решительно кивнул. — Хорошо, я присмотрю, — поправив шляпу, с суровой серьёзностью ответил он Граймсу старшему.

***

Светло-бежевые стены. Точно такие же, как на всей территории. Двустворчатые двери, покосившись, остались приоткрыты. Слишком тяжёлые, чтобы поддаваться ветру. Петли заржавели, не дав путникам войти сразу. Дэрил навалился на ставни, открывая, и те, подтверждая его опасения, издали нарушающий тишину металлический лязг, поддаваясь его натиску. Он замер, прислушиваясь. И Нина, тут же поняв его без объяснений, замерла вместе с ним почти синхронно. Реднек одобрительно покосился на неё. Умничка. Секунда. Вторая. Третья. Ничего. Всё та же тишина. Они отмерли, переглянувшись. Не сдержали улыбки. И осторожно прошли внутрь. Перед входом витала взбудораженная впервые за долгое время пыль. Застоялый воздух. Здание встретило их сине-серым полумраком неосвещённых помещений, неприятно скрывая в тёмных углах потаённые участки. Стекло дверей помутневшими осколками лежало на полу, усеяв рассыпанные пожелтевшие листы документов. Люминесцентная лампа. Повисла на проводах перед взором, преграждая путь в коридор. Кабинеты, кабинеты. — Оружие не здесь, — разочарованно заключила Нина, продолжая разглядывать. — Это здание администрации. — Не здесь, — соглашаясь, хрипло протянул Диксон, продолжая пристально обшаривать взглядом приёмный зал. — Там, где пушки — большая охрана и часовые. И прочая хрень. А значит — забор. Девушка удивлённо покосилась на мужа. — Ты служил? Находясь в привычной боевой стойке, держа арбалет наготове, охотник продолжал водить оружием вдоль помещения, останавливаясь на затемнённых зонах, выслеживая, не застрял ли ходячий. — Не, — коротко возразил арбалетчик. — Мэрл был военным, — реднек с прищуром оглядел всё ещё раз и опустил оружие. — Нужно было убедиться, что здесь нет сюрпризов. — Да, здесь пусто. — Нина окинула взглядом опустевшее офисное здание и настороженно переглянулась с Диксоном. Ни одного ходячего. Ни одного убитого. Это странно. Кусая нижнюю губу, Дэрил с беспокойством взглянул на неё, думая точно о том же. Эта упрямая девчонка теперь шарит в подобном не меньше него самого. Хрен знат, быть может он просто параноик и сон — его больные долбанные страхи? Тем не менее, она права — здесь может оказаться всё хуже, чем выглядит. И они оба это понимают. Взгляд скользнул по стройной фигурке, соблазнительно обёрнутой в тоненькую майку. — Будь начеку, — хрипло предупредил Дэрил. Пусть он параноик — он не спустит с неё глаз всю поездку.

***

Сквозь ажурные занавески в комнату врывался яркий бежевый свет. Дом переговоров затрагивался жителями чаще, чем это требовало присвоенное ему назначение. Здесь проводили праздники, дни рождения и свадьбы. Устраивались совещания по продовольствию и обмену, по расширению границ. И вот сейчас, спустя месяцы, их вновь собрала нависшая над ними опасность. Переговариваясь вполголоса, группа людей собралась в одной зале. Опустив голову, Рик вертел в руках пулю, перебирая в голове возможные непредвиденные развития событий. Но всё не предусмотришь. Он поднял взгляд, оглядев присутствующих. Переступил с ноги на ногу, опустив руку на кобуру с револьвером. И приступил к новостям. — По поводу Рошфоула, — начал шериф, отчего совет тут же смолк. — Они согласны переехать, — выдержал паузу. — Но без охраны не поедут. Нужно направить туда людей. Позже. Граймс помолчал, вспоминая недавние события, и те, как по заказу, замелькали перед глазами. Все выжидающе смотрели на него. А Рик, глядя вникуда, размытым взглядом сверлил окно. — Когда мы возвращались с Мишонн обратно, — прервал он тишину. — Наткнулись на подростка. Девушку. Шла вдоль дороги по нашей территории. Одна из них… Пребывающий в безмолвии совет взорвался возгласами. Его слова утонули в их возмущении. — Я прошу тишины, — сдерживаясь и сам, проговорил Рик. Но народ продолжал возмущаться. — Заткнулись все! — гаркнула Мишонн, сверкнув на них белками глаз. Совет поутих. — Она не сказала, почему нарушила собственную границу, — продолжил Граймс. — Она не сказала ничего. Но мы были на их территории. Знаем, что там творится, — он вновь помолчал и продолжил после затянувшейся паузы. — Мы взяли её с собой. Замолчавший несколько секунд назад совет вновь взорвался яростными возгласами, требуя убить её. Мэгги переглянулась с мужем. После чего оба в сомнении посмотрели на Розиту. Присутствуя на допросе, они выведали от пленницы не больше тех, кто сейчас стоял здесь. Пленница упрямо молчала, выгораживая своих. А, может, себя. И всё же, убивать подростка никто из них не хотел. — Ей не место среди нас. — Кэрол, подойдя к Рику и остальным, обеспокоенно глядела на них, переводя взгляд с одного на другого. — Мы не знаем, кто она. Мы не знаем, какие последствия нас ждут. — Мы можем выведать информацию, — качнув головой, хмуро возразил ей Граймс. — Можем узнать больше об их образе жизни. О том, как мыслят эти люди. Друзья задумчиво переглянулись. — Это не люди, — гневно поджав губы, возразила Розита. — Согласна, — мрачно кивнула Пелетье. — Она не похожа на ту ненормальную, — возразила Мишон, поглядев на Рика, а затем на Кэрол. — Она вынуждена была жить среди них… — самурайка замолчала, но всё же решила закончить. — Над ней надругались там. Пелетье, меняясь в лице, поражённо взглянула на Мишонн, поняв её заступничество за эту девочку. — И это простили, — закончила негритянка. — Альфа назвала изнасилование «очередным мифом людей», — терпя закипающую ярость, объяснила Мишон. — Возможно, девочка просто сбежала оттуда, увидев нас. Увидев то, как можно жить. Граймс, взглянув на подругу, задумчиво замер, цепляясь за эти слова. Это может оказаться правдой. Кто знает, может девчонку удастся переманить. — Мне жаль её, правда, — оглядев друзей, Кэрол остановила хмурый взгляд на шерифе. — Но мы навлекаем на себя опасность, держа её здесь. — Пелетье помолчала. — Нина и Дэрил сейчас далеко, — добавила она уже тише, сглотнув беспокойство и плотно сжимая губы в попытке удержать заблестевшие слёзы. — Кто знает, с чем они столкнутся по пути обратно. Ты отправил их прямо туда. Отправил, когда опасность крайне высока. Слыша эти слова, Граймс тут же шагнул к Кэрол. — Мы не нарушали границу, — настойчиво возразил Рик, в глубине души сам тревожась за то же. — Даже если так, — качнув головой, несогласно договорила Пелетье. — Нельзя было отпускать их вдвоём. Это небезопасно. — Так было надо, — мрачно отрезал Граймс, исподлобья глядя на подругу. — Нельзя услать из города на разведку всех лучших, когда на пороге творится всё это, — проговорил он, сцепив зубы в попытке не повышать голос. Сдвинув брови, Кэрол замолчала. Спустя мгновение, на её плечо успокаивающе легла рука Мишон. — Дэрил с Ниной прекрасные стрелки, — ободряюще проговорила самурайка и, помедлив, улыбнулась. — Поверь, мы бы им только мешались.

***

Пожелтевшие, искарёженные под дождями, листы бумаги. Остатки упаковок. Перевёрнутый набор перевязочных материалов. Асфальт плыл мимо, демонстрируя остатки цивилизации. Они шли вдоль опустевших просторов базы, миновав очередной блок. Держа арбалет в руках, Дэрил, щурясь, косился по сторонам, больше не выслеживая цели. Нина шла рядом, не убирая назад пистолет. Встречающийся на дороге мусор стал попадаться чаще. Взгляд вдруг зацепился за гильзы от пуль, вбрасывая в кровь адреналин. Перехватив пистолет поудобнее, девушка пристальнее огляделась по сторонам. Они уже близко. Наткнуться могут на что угодно. Стоит быть осмотрительнее. Чтобы в случае чего подстраховать упрямого арбалетчика. Мгновением после путь вывел их к сетчатому ограждению, что опоясывало склад. Они нашли оружейную. — Это здесь, — хрипло констатировал Диксон, ускоряя шаг. Он поднял арбалет в боевое положение и Нина, готовя оружие, предусмотрительно оглядела пространство, останавливая внимание на всех ящиках и зонах, где можно устроить засаду. Никакого движения. Никого. Чисто. Открытые настежь ворота пропустили их за ограду. Смятый забор укрыл за собой одноэтажное здание из светлого кирпича. Прошедший в боевой стойке охотник кидал прицел по периметру, выискивая врага — мёртвого или живого. Слаженные привычные движения. Она давно изучила каждое из них. И каждое может визуализировать наизусть. Нина покосилась на Диксона. Взял себе левую часть, оставив ей участок справа. Он доверяет ей. Доверяет ей её безопасность. Уже давно. Они подошли ближе. Щурясь от солнца, арбалетчик хмуро оглядел полуоткрытые стальные двери. Высоченная двустворчатая конструкция. От времени сталь поблекла, сохранив в себе отверстия от пуль. Дэрил настороженно переглянулся с Ниной, вновь поднимая арбалет и на этот раз указывая на себя. Она отрицательно покачала головой, давно зная этот жест. — Я, — тихим шёпотом категорично отрезал охотник, заботливо вперив взгляд в любимую. Его не переспорит даже танк. Сдавшись, Нина приготовила пистолет, задержав на муже укоризненный взгляд. Диксон одобрительно кивнул ей. И, дав сигнал, первым вошёл внутрь. Их встретил полумрак, нарушаемый лучами света из узких окон под потолком. Слишком темно. Нина первой включила фонарик, фиксируя под пистолет и с расстановкой, по точкам, освещая путь им обоим. Позволяя Дэрилу вовремя просмотреть каждую, прежде чем выскочит потенциальный ходячий. Оба огляделись. Поваленные стеллажи опустевших полок. Разбросанные по полу гильзы. Стёртые годами, потускневшие пятна крови на стенах. А местами и следы расстрела у стены. Холодок прошёлся по спине. Но она не удивлялась. Уже нет. Нина в очередной раз посмотрела на арбалетчика, встретив покосившийся в ответ прищур. Диксон быстро пробежался по периметру, бдительно ища опасные точки. И, не обнаружив, вновь заботливо скосился на неё. Да, она понимала. Ни одного тела за всё время, ни следа убитых или ходячих. Вплоть до этого здания. Если где и закончилось то, что произошло на этой базе — то здесь. Дэрил шагал рядом и чуть впереди. Путь медленно вёл их вглубь ангара. Свет с верхних окон узкой полосой рассекал воздух. Стёкла выбиты. И, судя по высоте потолка, выбиты не руками. Здесь шла перестрелка. Такое встречается почти на каждой вылазке. Будь то обломки чьего-то лагеря, заброшенный дом или военный склад. Итог всегда один. И он — неизбежен. Их путь оборвался на середине ангара, останавливаясь перед стеной. Следующая зона. Прекратив шаг, они оба оглядели преграду. Приоткрытая дверь. Сквозь щель сочился всё тот же полумрак, что витал в этом зале. Безмолвно шагнув ближе, Диксон прошёлся прищуром по двери, после чего толкнул от себя вперёд. Скрипнув, та качнулась, но упрямо осталась на месте. Попытка повторилась. Сильнее. И снова. Результат оставался прежним. Хмурясь, Нина внимательно оглядела узкую щель в проходе. То, что мешало открыть дверь, упало на неё изнутри. Или поставлено нарочно. Осознавая это, она переглянулась с мужем, отмечая в его взгляде ту же догадку. И, не дожидаясь возражений, кивнула на щель, указывая на себя и выдерживая сосредоточенный на ней забеспокоившийся прищур. После чего решительно шагнула к двери. Её тут же дёрнуло назад. Дэрил цепко держал её руку, испепеляя влюблённым взглядом. Пускать её туда одну он не хотел. И явно не собирался. Выдерживая на себе возмущённый укор мужа, Нина исподлобья упрямо глядела в ответ. Это их шанс. В противном случае — отсюда они вернутся ни с чем. С четверть минуты они молчали, споря друг с другом переглядками. Арбалетчик держал её за руку, не давая вырваться. Но, кажется, сдаваясь. Он понимал. Помедлив, охотник ослабил хватку, указывая на себя. Вызывая всплеск возмущения у неё внутри. Но Нина молчала, лишь прожигая мужа несогласием. Он не пройдёт туда. Просто не протиснется. Подняв палец к губам, Дэрил перекинул лямку арбалета через плечо и первым шагнул к двери. Хмуро глядя на широкую спину с крыльями, Нина, помедлив, направилась следом. Они поравнялись с дверью вместе. И, по кивку, толкнули дверь. Под напором двух тел щель увеличилась, скрипнув тем, что подпирало её изнутри. Ещё раз. Ещё. Проход свободен. Вопреки ожиданиям, оглушительного грохота с той стороны не последовало. Плавно снимая с плеч арбалет, Диксон поднёс палец к губам и беззвучно проскользнул сквозь щель первым. Опасаясь за упрямого реднека, уже держа наготове кинжал, Нина поспешила следом. Но эта часть ангара оказалась пуста. Ходячих не наблюдалось. Как и признаков боезапасов. Пустые полки. Опрокинутые стеллажи. В наклонённом состоянии около двери в сомнительном положении замер один из стальных стеллажей. Сдвинуть эту конструкцию означало дождаться того грохота, что так и не последовал, вопреки их ожиданиям. Безмолвно договорившись, они зашагали вдоль ангара дальше. Спустя несколько десятков ярдов широкий коридор упёрся в запертый проход. Конец склада. Двери, что высились впереди, молча встретили их, наглухо перекрытые погнутой железной балкой. Будто пытались пробиться изнутри. Их заперли изнутри. Сглотнув комок, Нина взглянула на Дэрила, встречая безмолвное заботливое предупреждение. Кивнула. За дверью могут оказаться ходячие. Они синхронно подошли к проходу. Реднек заботливо посмотрел на неё, ожидая готовности. Нина убрала пушку за пояс. Она понимала. Он и рад не просить её. Но здесь по-другому никак. Этот взгляд она знала — им придётся вытащить это вдвоём. Длинная стальная балка, потащи её арбалетчик один, создаст много шума и навлечёт не только тех, что внутри. Но и возможных — снаружи. По готовности друг друга они с осторожно выудили длинную железку и медленно опустили её вниз. Глухо звякнув, та аккуратно приземлилась на пол. Диксоны замерли, прислушиваясь. Но, вопреки ожиданиям, за дверью оставалось тихо. Когда-то здесь заперли людей — живых или мёртвых. Расслабляться не стоит. Оба это понимали. С подозрением глядя на двери, Нина перевела внимание на мужа, задавая немой вопрос. Диксон ответил ей кивком. Выудил «глок», меняя арбалет на нож во второй руке. И девушка, делая шаг назад, направила ствол на проход. Он знал, когда она готова стрелять. Секунда. И реднек, распахнув двери, вскинул оружие на прицел. Нина, всё ещё держа пистолет, замерла от увиденного. Глазам предстала вереница сложенных в ряд ходячих. И груды гильз, разбросанные по измазанной кровью комнате. Девушка опустила пистолет, переводя луч фонаря от тела к телу. Военные. Несколько десятков. Возможно, убиты уже мёртвыми. Все они некогда числились в рядах солдат армии США. Кто бы ни одолел этих ходячих, они отдали им дань уважения. Помня, что когда-то эти ходячие жили и дышали. Сдерживая жалость, что уже подступала к глазам, Нина перевела взгляд на Дэрила. Арбалетчик стоял, опустив пушку и, кусая губу, мрачно глядел на трупы. — Мёртвых заперли вместе с живыми, — хрипло озвучил он, продолжая хмуро разглядывать убитых, — и его слова тихим эхом разлетелись по помещению. В ответ на его голос послышался глухой стук, отрывая от невесёлых мыслей. Оба вскинули пушки, направляя их в дальний конец комнаты. Луч фонаря Нины осветил дверь смежного помещения. Закрыто. Стук повторился. За дверью послышался хрип мертвецов. Пара переглянулась. И, молча поняв друг друга, прокралась к источнику шума. Последний шанс найти взрывчатку в этой точке — рухнул. Оставалась эта жалкая подсобка. Девушка ещё раз взглянула на охотника. И, по кивку, приготовила пушку, наводя луч фонаря на проход. Окинув прищуром прочную дверь, Диксон, передумав пробиться силой, поднял пистолет, целясь в замочную скважину. Звонкий выстрел оглушил уши. Но Нина не моргнула, опасаясь упустить момент. Замок сорван. Хрип стал сильнее. Из подсобки вывалился первый мертвец… — Не подпускай близко! — с предостережительной заботой прокричал арбалетчик, вскидывая «глок» и открывая стрельбу. Уши вновь оглушило, оставляя в голове привычный звон выстрелов. Комнату осветили вспышки огня. И тело, выдерживая это, разогнало в крови адреналин. Нина убирала одного за другим. Выстрелы летели точно в лоб. Но, кажется, подсобка оказалась полноценной комнатой. Число ходячих стремительно ползло вверх. — Дэрил! — тревожно окликнула Нина, бдительно отступая назад и продолжая стрелять. Упрямый охотник, продолжал обезвреживать ожившие трупы, держась к ним ближе. Бросая на девушку быстрый взгляд. Снова и снова. Его прищур изменился. Вместо уверенного в ней, как в выжившей, он беспокойно косился на неё, не подпуская мертвецов к ней близко. — Дэрил! — вновь прокричала Нина, выстреливая в голову мертвеца, подобравшегося к нему совсем близко. Справа шёл ещё. Из комнаты брели новые. Девушка бросилась ближе. Секунда. Хрипевший в паре сантиметров от Дэрила ходячий замер с лезвием в голове. И, спустя мгновение, шедшие спереди повалили её на пол. Первого тут же сбросило с неё. Второго пронзил тесак реднека. Скинув с любимой труп, Диксон рывком поднял её на ноги, задавая тревожным взглядом немой вопрос. Девушка отрицательно качнула головой и, бросая столь же тревожный взгляд позади арбалетчика, выстрелила ходячему в лоб. Последний рухнул на пол. На неё глядел возмущённый прищур. Но Нина, также возмущённая его рискованным героизмом, с упрямой злостью глядела в ответ. Несколько секунд назад, пытаясь уберечь её, он мог попасться сам. Он не должен так рисковать собой. Глупо. Неправильно. Они давно работают командой, привычно страхуют друг друга. Что на него нашло?! Нина просверлила его влюблённый, вечно беспокойный за неё взгляд, своим. И, задержавшись, обогнула его широкоплечую фигуру, молчаливо шагая в освобождённую подсобку. Нервно кусая нижнюю губу, реднек проследил за удаляющейся фигуркой жены и верной размашистой походкой побрёл следом. Несколько штук автоматов. Пара пачек коробок с патронами. Ремни для крепления. Кучи вещей, сложенные для места под ночлег. На двух таких лежало два трупа с простреленной головой. Нина осветила помещение, выискивая источники со взрывчаткой. Но заранее понимая, что здесь ничего нет. Пусто. Здесь изначально было пусто. Имей эти солдаты что-то подобное, возможно, исход стал бы иной. Луч фонаря упал на стол, осветив съёмочную камеру. Переглянувшись, они подошли ближе. Сверху, на приборе, лежала записка: «включи меня». Арбалетчик взял камеру в руки. И, повертев в ладонях, нажал кнопку. Электроприбор оставался неизменно спокоен. — Сдохла, — констатировал Диксон, предусмотрительно нажимая следом все кнопки подряд. — Эта хрень не заработает. — Постой, — девушка передала ему фонарик и, убрав за пазуху пистолет, взяла в руки камеру. — Это старая. Здесь батарейки. Нажав кнопку сбоку, она выложила на ладонь пальчиковые батарейки. Повертев в руках, положила на стол одну. И, придержав, несколько раз стукнула по ней прикладом, примяв без проблем поддавшуюся железку. Реднек, секунду смотревший на это действие с озадаченно приоткрытым ртом, ухмыльнулся, поняв задумку. — Умничка, — одобрительно прохрипел он и, взяв вторую батарейку, покусал её, приминая корпус. — В нашем доме батарейки использовались до последнего. Я проделывал с ними такую штуку всякий раз, как те собирались сдохнуть, — он передал батарейку девушке. — Но откуда этот трюк знаешь ты? Ухмыльнувшись, та молча взяла её, вставляя в камеру вслед за первой. И, закрыв корпус, нажала на «Power». Несколько видео в слоте памяти. Первое из них не длилось и минуты. Проверка купленной с рук камеры. Первые несколько секунд камера вертелась в ладонях. После, оператор за кадром пожал руку продавшему электроприбор товарищу и завершил съёмку. Второе длилось чуть дольше. « — Постой, вот «это»? — на оператора, весело посмеиваясь, смотрел сослуживец. — Вот это и есть твоя камера за сто баксов? — Отвянь, Фиджерс, — смеётся в ответ. — Она стоила меньше…» Крики за кадром прервали съёмку. Картинка метнулась. И замелькала. Оператор выбежал на улицу… И Нина увидела то, что и ожидала увидеть. Кто-то кого-то кусает. Превратился. Началось. Картинка потухла… Третья и последняя запись. Девушка включила «play». Картинка метнулась и развернулась к оператору. Перед Ниной и Дэрилом предстала комната, в которой они сейчас находились. С дисплея на них смотрел парень. Одышка, пот. Ему плохо. Он укушен. — Они прилетели почти сразу после начала, — рассказывал солдат, устремив взгляд под ноги и не глядя в объектив. — Все кричат. Мёртвые оживают. А укушенные — умирают. И оживают вновь. Десятки наших ребят… — он замолк, покачав головой и, помедлив, поднял взгляд. Этот взгляд заставил комок застрять в горле. Нина сглотнула слёзы. — Они просто загнали нас сюда, — продолжил военный. — Они не спрашивали, укушены мы или нет. Они просто начали расстрел. Спецотряд. Те, кто прилетел из Вашингтона. И сейчас… — он вновь помолчал. — Мы умрём здесь. Заблокированы. Да и смысла бороться уже нет. Я знаю, что бывает дальше. Я видел. Солдат перестал говорить и долго молчал. — Я не знаю, как быстро всё будет. Джеф и Си-Джей ушли сами. Мы отнесли их за дверь, к остальным. А вот я не могу. И Скотти. И Ларсон, — картинка метнулась, записывая на видео помещение и запечатляя людей. — Майки. Сержант Фиджерс. Эрл. Тим. Ронни, — камера вновь вернулась на оператора. — Мы все здесь. Укушены почти все, кроме Эрла и Ронни. Мы закроем себя. Мы не справились… Послушайте… — солдат поднял взгляд на объектив. — Если это дерьмо закончилось — передайте родным. Передайте это видео нашим близким. Отец. Мам. Я не подвёл вас, — парень заплакал и, сожмурившись, прижал пальцы к глазам, пережидая слёзы, после чего, справившись, смело взглянул в объектив. — Я уйду достойно. Знайте: я люблю вас… — он помолчал. — Хью Браун, сержант армии США. Конец записи…»