somnium, somnia...

Карл ушёл раньше. Пронёсся мимо и исчез за поворотом в сторону дома. Рик отстал. Отстал нарочно. Глядел ему вслед, подмечая, что сын по росту достиг его самого. И рвётся сам принимать решения. Сын многое пережил. Многое видел. Видел апокалипсис с самого его начала. Видел смерть матери. Бесчинство людей. И рос в условиях, совсем не тех, что Рик грезил о будущем Граймса-младшего. Школа, любое направление, что он выберет, колледж, что приглянётся ему больше. Но вместо этого сын учился убивать и выживать в условиях на грани жизни и смерти. Он вырос. И превратился в мужчину. Намного более сильного духом, чем Рик мог себе представить когда-то. Карл хлопнул дверью. И, едва Рик вошёл следом, как обнаружил пустую гостиную. Сын уже успел взлететь по лестнице к себе наверх. Досадная тяжесть легла на плечи и, глубоко вздохнув, Граймс прошёл к кухонному столу, опираясь локтями. Казалось, силы моральные слились воедино в физическими. И исчезли. И те, и другие. Шериф устало зажмурился. Потёр глаза, подмечая, что такой массаж после тяжёлого дня весьма приятен. Но от усталости не сбежишь. Только не здесь. Только не в этом мире. Отчего-то вспомнилась Нина и её рассказы о параллельной реальности, где всё хорошо и спокойно. Она говорила, что этот мир ей нравится больше. Рик не понимал. Многие не понимали. Кроме Диксона. Он понял её сразу. И, признаться, отчасти, Рик понимал и сам. Он открыл глаза, убирая руку. Взгляд словил старое обручальное кольцо. Он так и не снял его. И сам не знал, почему. Возможно, в память о прежнем мире. О мёртвой жене. Она мать его дочки. Мать его сына. Это дань уважения. Не только ради собственной совести. Но и ради детей. Ради Карла. Карл злится. Есть причины. Да, к радости самого шерифа, у сына голова на месте. Он смекалистый парень. Тем не менее, гармоны могут сыграть с ним злую шутку. Подвергнуть опасности. Лишить бдительности. И, кажется, уже взялись за дело… Этого допустить нельзя. Рик резко оттолкнулся и, разворачиваясь, отправился по лестнице наверх. Рука замерла около дверной ручки. И, передумав, Граймс твёрдо постучал. После чего, не услышав ответа, открыл сам. Комната сына. Окно открыто, шторы отодвинуты в самый угол. Место для обзора территории. Несколько пачек с девятимиллиметровыми на столе, там же местами видны остатки оружейного масла. Широкая односпальная кровать. Тумба с лампой. Лишь несколько комиксов, неаккуратно сложенных стопкой у кровати, свидетельствовали, что здесь живёт подросток. В сердце неприятно заныло. Шериф взглянул на сына. Карл сидел на кровати, угрюмо рассматривая свой пистолет. Рик не видел его лица — что в камере, где темно, что сейчас. Видел лишь спину и правое плечо, что было к нему ближе. Сын безмолвствовал. Не поворачивался, прекрасно зная, что вошёл он, Рик. Не спуская внимания с сына, шериф прошёл вглубь комнаты, останавливаясь около комода. Ожидая отклика. Но Карл не глядел на него. — Карл? — Мда? — после паузы отозвался сын. Рик промолчал, перебирая в голове несколько вариантов начала разговора. И ловя себя на мысли, что не знает, как подступиться. Он не знает, как начать разговор с собственным сыном. А каких-то десять минут назад он вошёл в подвал для заключённых, боясь, что сорвётся на словестную перепалку. — Что произошло? — задал Рик первый из вопросов. А в мыслях вновь повсплывали сегодняшние минуты прибытия в Александрию. Едва они с Мишонн вернулись, как его нашла Пелетье, сообщая, что его сын участвовал в потасовке. Дальше он слушать не стал, спеша найти Карла. — Разве тебе не рассказали? — с иронией усмехнулся сын. Рассказали. Кэрол поведала про Хоуллзов. И Рик уличил себя в том, что теряет к этой семье остатки сочувствия. — Они хотели казнить её, пап. — Карл, оборачиваясь, с укором взглянул в ответ. И Рик увидел всю картину целиком. Синяк. Под здоровым глазом сына набухал сиреневый синяк. — А знаешь почему? Но шериф уже не слушал. Ощущая просыпающуюся в нём ярость на Хоуллзов и охранника Меттью, Рик прошагал к сыну. И, взяв его за подбородок, поднял лицо к свету, рассматривая невесёлые последствия. Два свихнувшихся идиота. Он выгонит их. Бакстер и Сабла перешли всякие границы. Они стали опасны. Для общества, для благополучия его близких. Для безопасности сына. Пора это прекращать. Граймс стиснул зубы до скрежета, терпя гнев. — Это они? — задал он вопрос с таким спокойствием, что подивился ему и сам. — Они? — твёрже и с большей злостью процедил шериф. Сын лениво вывернулся, не желая поддаваться его заботе. Но взгляд не убрал, в упор глядя снизу вверх. — Это не могло не случиться, — пробормотал Карл, с укоризной поглядывая в ответ. И имеет он в виду не себя, а эту девчонку из шепчущих. Ощущая, как в мышцах челюсти заболело, Граймс, сцепив зубы, молчал, рассматрвиая, как под единственным целым глазом сына заплывает гематома, ухудшая ему и без того неполную видимость. Всё могло быть намного хуже. — Скоро совет по Бакстерам, — успокаивающе объявил Рик. Он бы убил их, если бы не их горе. Единственная причина, по которой они ещё живы. Такие люди — ходячие динамиты. Проблема для нормального общества. Обуза и угроза. И если раньше убийство подобных личностей порицалось цивилизацией и каралось законом. То сейчас цивилизации больше нет. И Рик вправе убить их хоть сегодня после совета. Или вытурить отсюда куда подальше. — Они вылетят отсюда, — железно заверил он, замечая, как в предвкушении правосудия просыпаются одобрительные нотки. — На все четыре стороны. — Нет, пап, — услышав это, оборвал сын. Заявление удивило. Настолько, что, казалось, из-под него выбили стул. Рик молчаливо глядел на сына, ожидая его объяснений. Но так и не дождался. — Тебе мало, что произошло сегодня? — сдерживая злость в угоду объясняющему тону, вкрадчиво произнёс шериф. — Мало того, что они учудили на том собрании? — Это о том, где ты целился во всех пушкой? — поддел в ответ сын. Поддел без упрёка. Даже с долей согласия. Но иронией. — Я понимаю, пап. — Карл задумчиво отвёл взгляд и вновь посмотрел на него. — Понимаю, почему ты это сказал тогда. И я с тобой, что бы ти ни решил. В этот момент Рик ощутил, что выбитый стул вдруг поставили обратно, позволяя ему сесть и передохнуть. И тяжкий груз, отнявший все силы, чуть ослаб. В глазах сына витало лишь то «но», что он пока не озвучил. Шериф ждал. — Просто… — сын расстроенно покачал головой. — Знаешь, сегодня они хотели убить её, — он помолчал, продолжая теребить в руках пистолет. — Я держал его на прицеле, пап. Я хотел убить его сам. Убить прежде, чем он натворит что-то. Как сделал бы ты. И убил бы. — Карл, — покачал головой Рик, начиная осознавать всё, что творится в голове у сына. — Но потом я вспомнил тюрьму. — Карл поднял взгляд на него. — И то, как ты учил щадить тех, кто сдаётся, кто бросает оружие. Помнишь? Граймс помнил. Помнил те дни. Помнил Хёршеля, что сообщил ему, как сын хладнокровно застрелил мальчика. Помнил тот жуткий испуг за то, кем может стать его Карл. Сын, вздохнув, отложил пушку, кинув её на кровать, и встал, задумчиво опустив голову. — Ты сдался, пап, — полы его шляпы нырнули вверх. Карл понимающе поглядел на него. — Ты отказался от мира в пользу войны. Такая тут жизнь, я сам знаю. И я с тобой. Эти слова благодарно осели теплом на сердце. Рик растроганно покачал головой. Пришлось приложить усилие, чтобы не прослезиться перед сыном-подростком, как столетнему старику. Вместо этого, шагнув к нему, шериф порывисто притянул Карла к себе, крепко обняв. Шляпа сына съехала набекрень. Тот не обращал внимания, крепко сжимая в ответ. И Рик в очередной раз заметил, как вымахал он за это время. — Просто когда-то ты помог мне не потерять себя в злости на весь этот мир, — тихо проговорил сын, не разжимая объятий. — Теперь моя очередь помочь тебе. Не выгоняй их. Они не понимают, что она хорошая. Это так. Есть действительно хорошие люди, даже если выросли в плохой среде. Ты тоже умеешь отличать хороших. Я просто хочу, чтобы ты не забывал об этом. В глазах защипало. Да, это он должен обеспечивать Карла поддержкой. Но в этот момент шериф чувствовал её от сына. Рик уткнулся в его плечо. Он всё-таки прослезился.

***

Вооружённая группа шла в нескольких ярдах позади. Что вызывало неприятный холод на коже. Вопреки царствующей над Атлантой жаре. Хотя, жара сейчас сменилась относительным теплом, и дышать стало чуть легче. Нина взглянула на небо, подмечая тёмные тучи, что собирались над головами. Намечается гроза. Если не хуже. Петляя меж домов, они сбросили со следа ходячих уже через несколько минут. Основная их масса в неведении продолжила путь дальше. Остальные разбрелись, ища ускользнувшую из-под носа добычу. По обеим сторонам и сзади шла вооружённая банда, не выпуская из поля зрения ни её, ни Диксона. Оружие они не отобрали. Но в нынешней ситуации она даже понимала, почему. Они с арбалетчиком под прицелом. Люди Диего, прекрасно зная местность, переулками вывели их с Дэрилом на одну из центральных улиц. И чем ближе они подходили, тем больше открывался уже знакомый ей вид на кафе. Кафе, где рядом расположилась уже известная ей блокада полиции. Блокада с бомбой. — Зачем нам туда? — старательно заминая тревогу в голосе, не сдержала вопроса девушка. Шедший впереди Диего с деланным удивлением оглянулся на неё. — Ты посмотри, а сеньорита умеет разговаривать, — одобрительно хохотнул он. — Прошу прощения, «сеньора», конечно же, — с развязной шутливостью добавил латинос. — Ты на вопрос ответь, — тут же раздражаясь на его реплику, предостерёг арбалетчик. Выдерживая слова Диего, Нина невесело покосилась на Диксона. Тот пронзил её бдительным беспокойством в ответ. Они не могут уйти прямо сейчас. И вынуждены идти, ведомые этой вооружённой группой. Люди Диего делали крюк. Возвращались к исходной точке. Дэрил тоже это понял. — Рабочие моменты, Диксон, — кратко бросил в ответ латинос, не собираясь объясняться. Они свернули в переулок, заходя с другой стороны от кафе. Диего, не сбавляя скорости, первым толкнул дверь. И за ним — вся банда, заводя внутрь и их с Дэрилом. Группа, опуская оружие, стала разбредаться, чувствуя себя внутри чуть расслабленней. Нина переглянулась с Дэрилом, словив его многозначительный прищур. Очевидно, их точка сборки. — Джейс, — оглядываясь на группу, приказным тоном позвал Диего. Отделяясь от толпы, один из банды сбросил с плеч рюкзак, вынимая оттуда пустые бутыли. И, пройдя к бару, стал наполнять их. Не тратя время на слова, Рамирез выжидающе хлопнул в ладоши. После чего ловко схватил кинутую ему бутыль, с удовольствием употребив сразу половину. И, довольно крякнув, вытер губы. — Будешь, Диксон? — Диего с радушностью протянул бутылку. Помедлив, Дэрил молча взял бутыль. И, минуя себя, передал воду Нине. — Так, как это случилось? — раздалось от Диего. Несмотря на жажду, она выпила немного, оставляя весомую долю арбалетчику. Тот, недовольно взглянув на неё, безмолвно укорил прищуром. Но бутыль взял, жадно отпив несколько крупных глотков. — О чём ты? — прохрипел реднек, возвращая воду латиносу. — Брательник, — с увлечённым интересом небрежно объяснил тот. И, сплюнув на пол, достал из-за уха свою измятую сигарету, прикуривая. — Пожертвовал собой, — мрачно прохрипел в ответ Дэрил. — Спасал людей. — Мэрл Диксон? — неверяще хохотнул латинос, выдувая дым. — М-да, — от арбалетчика раздалась тоскливая усмешка. — Сам тогда не поверил. Нине показалось, что в этот момент во взгляде Рамиреза мелькнуло сочувствие. Вооружённая банда распределялась по кафе, вставая на точки обзора. Часть исчезла из поля зрения, выйдя назад, к чёрному ходу. Часть расселась на потускневшие от апокалипсиса стулья бара. Раздумчиво поглядывая на арбалетчика, Диего развернулся, ища среди своих людей нужного человека. Рыжий Ричардс тут же подметил его взгляд. И, увидев нужный сигнал, захлопал по карманам. После чего кинул латиносу пачку. Ловко поймав, Диего протянул курево Дэрилу. Диксон поднял настороженный прищур с пачки на латиноса и обратно. И, помедлив, выудил сигарету, прикуривая от протянутого огнива. — Значит, была община, — догадался Диего. Реднек, не отвечая, выдул дым, сплёвывая на пол. — И где она сейчас? Дэрил помолчал, хмуро разглядывая стену. — Её больше нет, — сухо констатировал он. Рамирез понимающе кивнул. — Ну так давайте к нам, — без шуток проговорил он. Неожиданное предложение холодом легло на плечи. Нина обеспокоенно покосилась на охотника. Он уже посмотрел на неё, с не меньшей настороженностью задержав на ней взгляд. Арбалет Дэрил по-прежнему держал в руках. Он настороже. — Не, — после паузы протянул арбалетчик и, прихрамывая, шагнул к ней ближе, вновь вставая между ней и собравшейся бандой. — У нас своя дорога. Мы не останемся в Атланте. — Как знаешь, гринго, — примирительно согласился латинос и, разворачиваясь, взял барный стул, с грохотом ставя перед Ниной. — Садитесь, сеньорита. — Я постою, — не отвлекаясь на стул, она по-прежнему держала Диего под наблюдением. Рамирез, усмехнувшись, в очередной раз смерил её взглядом. В его глазах мелькнула доля уважения. — Ладно, Диксон, — помолчав, Диего задумчиво хмыкнул, — хрен с ним с долгом. Я и так понимаю, что твой отшибленный на голову братец не отдал бы должок. Я на это рассчитывал. Арбалетчик без удивления фыркнул. Очевидно, сказанное не являлось для него новостью. — Зуб даю, вы даже не чесались отдать его, — хохотнул латинос. Дэрил, хмыкнув, поднял на него взгляд. — Мы собирались, — спокойно возразил реднек. — Даже думали обчистить ту ювелирку. — На Оберн-Авеню? — Диего заулыбался. — Ага, — безрадостно признался Диксон. Рамирез, хлопнув себя об колени, со скрипом рассмеялся. И Дэрил, не сдержавшись, невесело усмехнулся следом. Со стороны чёрного хода вдруг послышался короткий свист. И следом — отдалённый звук мотора. — О, карета прибыла, Диксоны, — кособоко усмехнулся латинос. И, расслабленно держа автомат в одной руке, мотнул бритой головой в сторону выхода. Рассевшаяся банда тут же заподнималась с мест. И Дэрил, косясь на них, встал позади Нины, вновь отделяя её от основной массы вооружённых. Караулившие у входа люди уже вышли наружу, придерживая перед латиносом дверь. Диего вальяжно вышел на улицу. Автомат по-прежнему покоился в расслабленных руках. Их встретило темнеющее небо. И сменивший жару преддождевой воздух. Собравшаяся банда вновь зашагала к центральной улице. — Мы направляемся на северо-восток, ближе к Мидтауну, — вразвалку вышагивая, оповестил Диего. В подтверждение его словам послышался звук грузовика. Они вышли с переулка, выворачивая на шоссе. Два коротких выстрела из глушителя. И двое ходячих недалеко от них осели на асфальт. Рука крепче вцепилась в юэспи. Нина переглянулась с Дэрилом. Диксон без труда прочёл её немой вопрос. Покосился ниже, на её пистолет. Отрицательно качнул головой. Ещё рано. — Довезём вас до туда, — продолжал Диего, не оборачиваясь на них. — И там аривидерчи. Они вышли на дорогу, приближаясь к затору из блокады полиции. Спустя секунды, с ближайшего заворота вырулил и сам грузовик. Тот самый, что Нина видела, сидя в засаде кафе. Тревожно следя за приближением, она вновь покосилась на Дэрила. Диксон тут же почувствовал её взгляд, отвечая тем же. И без труда считывая её обеспокоенность. Тот грузовик. Настороженность арбалетчика сменилась собранной тревогой. Грузовик со взрывчаткой и оружием. Кажется, он понял. — Только одно «но». — Диего вскинул руку, давая отмашку машине и, получив короткий гудок, обернулся к ней и Дэрилу. — На вашем месте я бы поостерёгся шариться тут снова без моего ведома, — он с недобрым намёком посмотрел на арбалетчика. Дэрил молчал, тяжёлым прищуром исподлобья глядя в ответ. Грузовик поравнялся с ними. Группа остановилась недалеко от блокады. И, беспокоясь за близкое её расположение, Нина обошла Диксона, вставая между ним и потенциальной угрозой. Да, защита абсурдна. Но так ей спокойней. Она не могла рассказать ему прямо сейчас, что там. И в данную секунду корила себя, что не сказала сразу. Радовало лишь одно: люди Рамиреза стоят к угрозе ещё ближе. В ответ на её действия охотник с осуждающей тревогой поглядел на неё. И, дождавшись его взгляда, Нина вновь задала немой вопрос. Муж понял, косясь на зажатый в её руках пистолет. Но отрицать не стал. Она поняла. Уже скоро. — Дойти и сами сможем, — сохраняя бдительное спокойствие, прохрипел тем временем Дэрил и, не глядя, завёл руку за спину, отодвигая Нину за себя. Отгораживая, насколько возможно, ото всех, кто есть и прибыл. — Просто покажи, куда безопасно двигать. — Диего! — из салона выпрыгнули двое, с размаху захлапывая дверцы. Невольно переключая внимание на них, Нина настороженно следила за их приближением. Напряжение разлилось по телу. Это Тао. Тот азиат, что уехал с группой. Над головами сверкнуло. Нина вскинула взгляд вверх. Начинается буря. — Чё-то вы рано, — вместо приветствия бросил Рамирез. — Глухо? Двое прибывших в замершей предгрозовой тишине подходили к ним. — Кое-что есть. — Тао приблизился, передавая ему… Её кепку… По плечам прошёлся холодный ветер. Её передёрнул озноб. — Нашли ещё вначале, рядом со взрывчаткой. Неприятная находка пригвоздила к себе внимание. Ощущая холодок по спине, Нина встревоженно глядела на свою вещь в руках Диего. — Взрывчаткой, говоришь? — тот замер полубоком, с мрачной улыбкой разглядывая кепку, будто складывал в уме невидимый паззл. В небе раскатисто громыхнуло. И на плечи закапал разрастающийся дождь. — К слову о нарушенном плане, — уже без улыбки протянул Рамирез и покосился на одного из своих людей. — Ричардс? Говоришь, кепка мелькнула? Тот кивнул. Тревога уже стучала внутри. Сжимая рукоять пистолета, Нина крепче вцепилась в руку Дэрила, которая, по-прежнему отгораживая Нину, оставалась заведена назад, и лежала на её руке. — А ведь, мать вашу, толпа ушла бы целой, — задумчиво протянул Диего и обернулся, поглядывая на девушку. — Твоё? — он помахал кепкой. Нина сглотнула, невольно следя за своей кепкой в руках латиноса. — Эй, — рука Дэрила в очередной раз крепче обняла её, пытаясь задвинуть за себя. — На чё ты, нахрен, намекаешь? Но Нина осталась на месте, неотрывно следя за латиноамериканцем, готовая начать стрелять. В любой момент. — Толпа разделилась, — недобро протянул Рамирез. — И весь наш план полетел к херам, — он развернулся всем корпусом. — Не без помощи твоей очаровательной миссис Диксон, — латинос сверкнул догадливой ухмылкой, косясь на Нину. — Правда же, лапа? Взгляд Дэрила опасно потемнел. Арбалет по-прежнему висел наготове в одной руке. Левой он задвигал девушку себе за спину. — Пасть закрой, Рамирез, — теряя остатки осторожности, угрожающе прохрипел он. — Нина тут не при чём. Борясь с панической тревогой, разогревающей в её теле адреналин, Нина неотрывно следила за главарём группировки, перехватывая юэспи двумя руками. Волосы плавно намокали от первых капель дождя. Что мешало обзору. В небе мелькнула молния. — Не при чём? — с наигранной удивлённостью протянул латинос. — Целая кепка в городе с мертвецами. Вас засекли ещё около хозяйственного. А после — рядом с нашей кафешкой, — он, не глядя, кивнул себе за спину. Раскатисто прогрохотал первый гром. Дождь нарастал, и, казалось, в городе стало ещё темнее. Её майка намокла, неприятно облепив тело. Тучи застлали небо. И тёплая температура сменилась зябкой прохладой. Раздался одиночный выстрел из глушителя. Ходячий рухнул недалеко от группы. — Чё бы там не стряслось с вашим грёбаным планом, нас это не касается, — отчеканил арбалетчик, не сводя тяжёлого прищура с Диего. Нина нервно пробежалась взглядом по периметру. Несколько ходячих, что шатались сквозь дождь в их направлении. Кафе, чья обшивка колышется от порывов воздуха. Край затора из полиции, что виднелся отсюда. В тучах сверкнуло. — Ваш фургон расхерачило взрывом. — Диего, зло ухмыльнувшись, вразвалку сделал пару шагов вперёд. — Вам бы уйти, но вы продолжали шариться по Атланте. — Рамирез тяжело помолчал. — Ты знаешь, Диксон, я вдруг понял, что я — идиот, — латинос отбросил кепку в сторону, беря автомат двумя руками. — У вас и сейчас есть община. Ты соврал. Он рывком поднял автомат… Толкая её назад, охотник вскинул арбалет, угрожающе беря на прицел Рамиреза. Прогремел гром. Ветер опасно нарастал, поднимая вверх большие куски мусора. В прохладном воздухе вмиг стало жарко. Защёлкали предохранители. Спустя мгновение Нина осознала, что уже вышагнула из-за спины Дэрила, наведя дуло пистолета на толпу людей с автоматами. Людей в бронежилетах. У них нет шансов. Кажется, Атланта — их последнее пристанище. Она не боится смерти. Но сделает всё, чтобы Дэрил остался жить. — Мне плевать, зачем вы искали взрывчатку, — держа их с Дэрилом на прицеле, процедил Диего. — Вы либо показываете дорогу. Либо отправляетесь к мертвецам. Дождь разрастался, перейдя в ливень и угрожающе бросая порывы ветра. Прихрамывая, арбалетчик переступил с ноги на ногу, укрепляя стойку. Держа Рамиреза на прицеле. Нина не оборачивалась на мужа, держа на мушке остальных. Но знала — одно движение — и Диего труп. — Выбирай, Диксон, — холодно подвёл итог латинос. По плечам текли ручьи дождя, стекая холодным душем по волосам, груди и спине. Ветер, подвывая, колыхал крышу кафе. В небе снова сверкнуло. На этот раз прямо над головами. Диксон прожигал тяжёлым взглядом Рамиреза. — Чёрта с два, — прохрипел он. Скорее для себя, чем латиноса. Но тот его услышал. — Брату привет, — процедил Диего, собираясь нажать на курок. Над головами вновь сверкнула молния, вторя паническому испугу, что, будто та же молния, пробежала по её спине. — Стоять! — задыхаясь от тревоги, Нина подняла в руках гранату. — Ребята! У девки граната! — запоздало проорал один из них. — Ах ты ж, зараза! — прорычал Диего, переключая прицел на неё. — Нина!!! — испуганный за неё реднек бросился наперерез, прикрывая собой. Сейчас Рамирез застрелит обоих. Времени на раздумья нет. Выдернув чеку, она размахнулась, кидая в людей… На небе прогрохотал гром…

***

Секунды полёта замедлились, словно скорость на киноплёнке. Диксон сквозь шум кричал ей ложиться, сгребая в охапку и отворачивая от людей. Закрывая своей спиной. Чем заставлял её сердце сжиматься от отчаяния. Он открыл спину, лишь бы защитить её. Его же сейчас расстреляют. И Нина, вырываясь из его стальной хватки, пытаясь прикрыть сама, оборачивалась, ища свой смертоносный подарок. Люди Диего застыли, словно поставленные на паузу. Граната отскочила от асфальта… Картинка возвращалась в привычную скорость. Она не промахнулась. Подарок для Рамиреза прилетел точно к цели, упав около его ног. — Врассыпную, мать вашу! — предупреждая своих, Диего схватил гранату, поскорей откидывая её от себя. Откидывая на приличное расстояние… Весомый замах мужчины закинул смертельный подарок далеко вперёд… И, отскочив, он прилетел прямо… в блокаду полиции. К бомбе… Скованная ужасом, Нина мгновение глядела на затор полиции, снова срываясь в замедленные кадры. Люди Рамиреза, потеряв интерес к Диксонам, тоже смотрели в ту же сторону, медленно осознавая случившееся. Девушка схватилась за жилет арбалетчика. — Дэрил, — она попятилась, тащя его за собой. Переступая с ноги на ногу, всё ещё удерживая стойку, Диксон не спускал прицела с Диего. Бросил быстрый взгляд на неё, не осознавая, что сейчас будет. Вернул внимание Рамирезу, что вместе со всеми, открыв рот, глядел в сторону брошенной гранаты. — Дэрил… — Валим! — испуганно проорал Тао, отмирая и подбегая к грузовику. Банда Диего бросилась прочь. Хлопнули дверцы. Машина с четырьмя людьми внутри, визгнув шинами, рванула прочь. — Сукин сын! — орал вслед Диего, тоже отбегая прочь от затора. Бежавший Ричардс вскинул пушку, стреляя по колёсам, но на бегу не попал. Диксон метнул встревоженный взгляд в Нину, не понимая, что происходит. — Дэрил, там бомба! Лицо охотника побледнело. И, схватив Нину, он потащил её прочь, отволакивая к зданию, за выступ. — Твою ма…. Хлопок… И следом взрыв… Диего не успел докричать. Дэрил вжал Нину в выступ здания, стальной стеной прикрывая в углу. Прижимая собой настолько сильно, что ей стало трудно дышать. Но она лишь цеплялась за него, прижимая к себе плотнее. Прижимая, лишь бы его не задело. Настала секунда, в которой ей слышалось лишь частое дыхание Диксона. И бешеный стук его горячего сердца. Спустя мгновение она открыла глаза. Руки всё ещё ощущали часто вздымающуюся крепкую грудь. Переставая стискивать жилетку мужа, Нина подняла на него взгляд. Мгновение влюблённый прищур глядел на неё. Глядел с восхищённой заботой. С тревогой. Предупреждающе. Доля секунды, но она успела увидеть в его взгляде всё. Всё то, горячее и сильное, что кипело в его крепкой груди и обжигало её сейчас. Всё то, что им довелось пережить вместе. Всё то, что он хотел бы сказать. А спустя мгновение, кивнув ей, вскинул арбалет, плавно выныривая из-за стены… — Вон они! Рамирез… Поднял автомат. Выстрел. Стрела… Диего дёрнулся. И завалился назад. Диксон присел, перезаряжая. И открывая ей поле для обстрела. Нина вскинула пистолет. Выстрел. Правее. Выстрел. Правее. Выстрел. Она брала их на прицел, не оставляя себе права на ошибку. Визг шин. Грузовик затормозил, выплёвывая четырёх вооружённых. Стрела. Один упал. Дэрил рванул Нину за собой. И они бросились к ближайшей машине. Присели. Огонь. Автоматная очередь глушила уши. Над небом сверкнуло. И на миг стало светло. Гром. Выстрелы. По лицу текли струи дождя. И вновь стало темно, как ночью. Движение справа. Быстрый бег. Подсечка Диксона. Вооружённый рухнул на асфальт лицом вниз. Дэрил вырвал автомат, огревая того тяжёлым прикладом по макушке. Прицельный выстрел. Вздёрнул затвор. И, вынырнув из-за машины, открыл огонь. Уши вновь оглушило. Выстрелы от грузовика. Нина развернулась, открывая огонь по оставшимся. И, замечая с яростью бегущего на них с Дэрилом Ричардса, что уже вскидывал автомат, намереваясь стрелять по арбалетчику, выскочила из-за машины наперерез…

***

Положив почти дюжину, Дэрил присел, обыскивая труп «сражённого подсечкой». Ещё обойма. Рывком вынул пустую. Щелочок новой. Наплевав на вспыхнувшую боль в ноге, вскочил, выныривая из-за машины. И открывая огонь. Ещё один. Осталось четверо. Ощупывая намокший асфальт, Дэрил искал взглядом Рамиреза. Но попадались лишь бредущие сюда мертвецы. Дождь застилал глаза. Водяная завеса лишала точного обзора. К счастью, не только его, но и ходячих. Гроза глушила выстрелы. Должно наползти не так много. Выстрелы Нины рядом. Да, около грузовика ещё оставались бежавшие. Быстро метнул взгляд на неё… …Движение с другой стороны от их засады. И малышка вдруг поспешила наперерез. Сердце ухнуло вниз. — Нина! — оглядываясь, Диксон видел, как она выбегает навстречу рыжему придурку, что больше её раза, мать его, в три. Теряя дыхание от паники, арбалетчик сорвался на помощь. Как вдруг… Его схватили сзади. Рванули назад. И опрокинули на асфальт. Диего.

***

Дождь колючими точками рвался в лицо. Небо над головой чёрным одеялом скрывало свет. Асфальт блестел. Сверкал рыжими отблесками догорающего взрыва. Огонь тушило в развернувшейся дождевой буре. Выбежав наперерез Ричардсу, Нина преградила ему путь. Лёгкие глубоко и часто вбирали воздух. Ноги твёрдо вжались в асфальт. Да, она сейчас проиграет. Проиграет, но не позволит. Не позволит ему пройти дальше. Не позволит стрелять по Диксону. Рыжий остановился. — Что, детка? — насмешливо хмыкнул. — Не надорвёшься? Ещё и ухмыляется. Злость обожгла щёки. — Ты меня не знаешь, — угрожающе процедила Нина. Ричардс расхохотался. — С самого начала мечтал тебя, сучку, грохнуть, — он сплюнул, поднимая автомат…

***

Дэрил прокатился по инерции. Быстро вскочил. Рамирез уже летел на него. Замах. Диксон увернулся. И от души въехал по мордце. Давно пора было это сделать. Того развернуло. Качнулся. Рана в правом плече ближе к груди. Хренов дождь. Если б не он, попало бы в десятку. Короткий выстрел со стороны Нины. И автоматная очередь. И тревога лишила кислорода. Секундой — в голове уже разрывающий глотку образ расстрелянной малышки и её кровь на асфальте. Теряя почву под ногами, Дэрил метнул взгляд туда. Удар. Картинка перевернулась.

***

Она уже держала его на мушке в момент, когда Ричардс вскидывал автомат. Выстрел. И автоматная очередь пролетела мимо неё, уносясь в небо. — Ах ты, сука, — шипя от боли в плече, проревел рыжий. Рыча, вскинул автомат, нажимая на спуск. Сердце замерло. За секунду до того, как она поняла, что не успеет увернуться. Но в ответ послышались короткие щелчки. Нина облегчённо выдохнула, чувствуя бешеный стук собственного сердца. — Везёт тебе, крошка, — с яростью отбросив автомат, Ричардс пошёл на неё. — Сам тебя придушу.

***

Его свалило на асфальт замахом от Рамиреза. Пропустил хук. Даже не понял, куда прилетело. Адреналин лишил боли. Латинос насел сверху, вновь заехав по лицу. Бешеный оскал. Замах. Блок. Дэрил успел. Схватился за грудки, отвечая хуком. Увернулся. Дэрилу тяжело прилетело ответкой. В ушах зазвенело. Срань. Ещё удар. Ещё. Во рту появился привкус железа. Тварь. Закипая бешенством, Диксон схватился за грудки латиноса. Тот вцепился в ответ. И, наплевав на это, Дэрил отпустил, огревая его хуком. Свалился. Охотник прыгнул сверху, съездив Рамирезу по челюсти. Ещё. Ещё. Выстрел. Крик Нины… Мотор в груди тревожно сжался. Взгляд на скорости света нашёл малышку. Лежит, прижатая сверху этой рыжей тварью, беспомощно сучит ногами, пытаясь его сбросить. Тот, кажется, собрался её душить. Он труп, сука. Удар. Картинка снова перевернулась. Диего вцепился ему в шею. Кислород перекрыло. Дэрил, сумев дотянуться, вцепился в ответ. Рамирез захрипел. И, отпрянув, убрал руки, кашляя. И, едва Диксон думал вскочить, латинос вжал ногти ему в огнестрел. Охотник захрипел, жмурясь от боли. Челюсти свело от силы сжатия. Сука. Латинос ослабил давление. И, пользуясь выигранной паузой, съездил Дэрилу по лицу. Ещё. Ещё. Ещё. Перед глазами поплыло. Рамирез дотянулся до пистолета. Успевая перехватить, Дэрил перехватил в ответ, пытаясь отвести ствол. В лицо хлестал дождь, отбирая остатки обзора. Мешая выжить. Бросая в глотку порывы ветра. Взгляд невольно нашёл малышку снова. Лежит, совсем беззащитная, зажатая этой тварью. Мразь. Мразь. Чёрта с два он сейчас сдохнет. Он должен спасти её. Хрена с два этому миру удастся их разлучить, мать вашу. Зарычав от злости, Дэрил до боли стиснул челюсти, надавливая на чёртов ствол, отводя его от своего лица всё дальше. Разворачивая всё больше назад на латиноса. — Сука… — успел прорычать тот. Выстрел… С дырой в щеке Диего замер, остекленив глаза. Успевшие подойти мертвецы уже склонялись над ним и трупом Рамиреза. И Диксон раздражённо сбросил его с себя. Тут же вскакивая на ноги. Срываясь к Нине. И оставляя мёртвого латиноса на съедение трупам…

***

Тяжёлый Ричардс смог увернуться от выстрела. И, отбив пистолет прочь, поставил подсечку, роняя её на мокрый асфальт. В глазах совсем потемнело. Затылок болел от удара. Но ровно мгновение, пока испуг об руку с адреналином вновь не всколыхнулся в теле. Рыжий в два шага настиг её. И, насев сверху, с удовлетворённым оскалом схватил её за горло. — Допрыгалась, девочка, — рычал он. Руки до боли зажаты между колен мужчины. Но ей не впервой оказываться в критичной ситуации. Отсчитывая секунды до полной потери кислорода, Нина упрямо тянула к себе правую руку, постепенно освобождая её. Ещё мгновение. И, сбрасывая давление колена, рука оказалась свободной. Не раздумывая, она рывком схватилась за лицо Ричардса, вцепляясь ему в глаза. Вопреки задумке, тот вовремя увернулся, отпрянув назад. Умудряясь при этом не отпустить своего хвата. Но, разъяряясь, замахнулся, собираясь ударить… Как вдруг… Его сбило с неё. Дэрил, рыча, набросился на Ричардса, нанося бешеные удары. И быстро превращая лицо рыжего в месиво. Сзади уже брели мертвецы. И Диксон, успокоено выдыхая, оттолкнул ещё живого мужчину прямо в руки мертвецов. Раздался предсмертный вопль. А Дэрил обернулся к Нине. С кровоподтёками на лице. Кончики волос завились от пропитавшего их дождя. Раненый в ногу. Но неустанно упрямый и сильный Дэрил Диксон. Позади, шатаясь вразброс, к огню и к ним, брели мертвецы. А Диксон, игнорируя их, заботливо оглядел её тело, быстро цепляя повреждения. Влюблённым прищуром сочувственно замер. И, хромая, пошёл к ней. Облегчённо выдыхая, Нина расслабленно опустила голову на асфальт. Они живы. Они с Дэрилом живы. В лицо хлестал дождь, приводя в чувство. Серо-синее небо озарялось удаляющимися переливами вспыхивающих молний. И обжигающий адреналин уходил прочь, уступая место спокойствию. Каждая нитка одежды промокла насквозь. Грудь часто вздымалась от успокаивающегося дыхания. А в голове играла позабытая песня. Ей не холодно. Ей спокойно. Теперь спокойно. Обзор на небо закрыл Диксон. Пройдя чуть вперёд, он вынул тесак, привычным движением пронзая ходячего. Над головой, сзади, оборвался хрип. Раздался шлепок о мокрый асфальт. И арбалетчик, склонившись, протянул ей свою широкую ладонь. Устало улыбаясь, Нина взялась за надёжную руку её Дэрила. Рывок вверх. Вертикальное положение. В глазах потемнело. Девушка наклонилась, дожидаясь света. Глухая боль пронеслась внизу живота. И рассеялась в запоздало накатившей вымотанности. — Малыш? — Диксон обнял её за талию. Притянул к себе, подхватывая под плечо. Она кивнула — она в порядке. Они замерли, устало оглядывая поле битвы. Гроза уходила. Чёрное небо рассеивало тучи, обличая рыжий закат. И вновь позволяя лучам пробраться к Атланте. С асфальта медленной дымкой испарялся выпавший дождь. Бездумно шатаясь, к остаткам огня плелись мертвецы. Натыкались на убитых. И тут же падали на колени, приступая к трапезе. Грузовик, стоя с распахнутой дверцей, рычал мотором. Из кузова кабины ловил отблески огня объектив спасённой с моста камеры. А мёртвый Тао, истекая кровью, отклонил простреленную голову на ступеньку кабины, глядя на них стеклянным взглядом. Они выиграли. Им просто пришлось. Пришлось убить их. Всю их группу. Совесть кольнула иголкой. И убралась восвояси, уступая перед усталостью. Нина подняла голову, поглядев на мужа. Кусая губу, Диксон смотрел в сторону обглоданного Диего, подмечая брошенный там арбалет. Покосился в ответ, замирая преданной заботой. И, подбадривающе кивнул в сторону грузовика. Грузовика с оружием и взрывчаткой. Так нужно. Было нужно. Им пришлось. Ласково прижав её крепче, хромая, Дэрил сдвинулся с места, уводя за собой Нину. Они возвращаются домой.

(Фоновый трек: Hozier — Arsonis’t Lullabye)