somnium, somnia...

Джейк выйдет на связь минимум через сутки. Сейчас начало конец дня. Успеется. Переживать ещё рано. Пусть они с группой и выехали ещё вчера вечером. Возможно, им придётся остановиться на вынужденный ночлег. Со всеми случается. Вот и у них с Дэрилом такое было. Бывает. Пройдёт этот день, Джейк доедет и выйдет на связь. Нина подошла к воротам. С Розитой они не обмолвились ни словом. Вся процедура передачи винтовки прошла в абсолютной тишине. Нет, больше на латиноамериканку она не злилась. Лишь не знала, как начать первой. Жара сегодня проигрывала ветру. Что должно бы облегчить её дежурство. Если бы не одно «но»: ветер доносил запах жареного мяса, что сегодня казался Нине особенно мерзким. Отбросив мысли о запахе, девушка встряхнула плечами, перекинув лямку винтовки через плечи. Свежий ветер вновь усложнил задачу солнечным лучам, подув со стороны поляны. И Нина, чувствуя внезапно подступивший к горлу ком, схватилась за поручень лестницы. — Нин? — Розита, что ещё не успела уйти на смену Дэрилу, остановилась. — Всё нормально, иди, — Нина, всё ещё держась за поручень, выпрямилась. Но тут же пожалела об этом. Тошнота стремительно поползла выше. Сбросив винтовку на траву, Нина отбежала к ограде, падая на колени. Спустя секунду её стошнило. Мясо. Она стала ненавидеть мясо. Сзади послышались спешные шаги Эспинозы. Руки подруги беспокойно подхватили её подмышки, помогая подняться. — Что, чёрт возьми, с тобой? — Ничего, — буркнула Нина, устало поднимаясь и с досадой запинывая землёй рвоту. — Иди, я подежурю. — Ты издеваешься? — латиноамериканка, возмущённо глядя на Нину, упёрла кулак в бок. — Ты бледная, тебя рвёт. Какое «подежурю»?! Вот только ещё её не хватало. Нина устало выдохнула, воздев взгляд к небу. Зря. Головокружение никуда не делось. — Это то, что я думаю? — загадочно протянула Розита. — Можно радовать Диксона? Услышав это предположение, Нина резко бросила взгляд на подругу. Та не улыбалась, ещё соблюдая остатки их затянувшейся ссоры. Но улыбка, что мексиканка тщательно прятала на губах, всё же проскальзывала сквозь маску злости. — Нет, — тихо призналась Нина, без улыбки глядя в ответ. — Я не могу иметь детей, Роз. Врачи мне сказали об этом ещё четыре года назад. Улыбка на лице подруги и вовсе исчезла, меняясь на нешуточное беспокойство. — Так, — Эспиноза, нагнувшись, схватила винтовку, перекидывая себе на плечи. — Тащи свою задницу к Вернону. — Роз, — укоряя её за щедрость, протянула Нина. — Я сказала, тащись к врачу, Нина! — с беспокойством рявкнула она. — Пусть Диксон лишний час поучит этих дебилов, ничего с ним не случится. Пристыдив взглядом подругу, Нина накренила голову. Но спорить не стала. Да, ей нужен Вернон. — Спасибо, — передумав уходить сразу, пробормотала она Розите. Та, теряя злость, вздёрнула подбородком в сторону дома мистера Берча. И Нина, улыбаясь её злой заботе, зашагала туда.

***

Переступив с ноги на ногу, Рик взвешенно оглядывал собравшийся на поляне народ. Воскресные обеды Кэрол поднимали людям настроение. И поднимают. Несмотря ни на что, несмотря на новые обстоятельства. Обстоятельства, что сменяют один другое. Казалось, люди должны привыкнуть. Он и сам привык. Привык к извечной готовности выхватить револьвер. Вот только далеко не все из них готовы мириться с тем, как сейчас выглядит мир. Рик видел это. Видел по тем лицам, где без труда читался тихий гнев. Стоит ему только дать им отмашку — они побросают тарелки и, опережая друг друга, побегут к складу за оружием. Мысли о складе вернули его к обязанностям. Очнувшись, Граймс оглянулся, ища взглядом Мишонн. Самурайка успешно справлялась со сменами людей вдоль ограды. Первые несколько часов Рик не мог отделаться от ассоциации, что попал в охраняемую зону. Тюрьму. Он сбросил воспоминания, ища негритянку. Семейство Ри вместе с маленьким Хёршелем, улыбаясь друг другу, уже на месте. Кэрол вместе с миссис Томпсон щедро раскладывает приготовленный обед на протянутые тарелки. Кэрол хотела привлечь к готовке Энид, но девочка высказала желание учиться на врача. Осталась там, не захотев идти сюда, вместе со всеми. Сюда, где присутствует и Карл. Эти двое повздорили. И, к несчастью, Граймс догадывался, почему. Часть людей уже успела отпраздновать. И вот-вот сменит тех, кого в данный момент обучает Дэрил. А, значит, Диксоны скоро должны появиться здесь. Юджин уже отправился подменить Нину. Да, Рик пошёл охотнику на уступки. Быть может в попытке загладить вину, что, так или иначе, сверлила мозг. Он виноват перед арбалетчиком. Нина в деле. Так, как и хотелось Рику. Пусть Мишонн и считает это помешательством. Граймс, хмурясь, оглядел людей ещё раз. Нет, Мишонн нет среди них. Тихое беспокойство закралось в желудок. Но тут же растаяло: самурайка шла со стороны «штаба», видя его и улыбаясь уже оттуда. Очевидно, решала вопросы по патрулированию территории, Рик даже не сомневался. Мишонн взяла на себя всё это, сняв с него лишнюю ответственность. И Рик ей благодарен. Безумно благодарен. — Отец? Граймс обернулся к сыну. Карл стоял, покачивая на руках Джудит. Весёлое детское личико затмило собой все прошлые проблемы. Затмило даже мысль о том, что теперь Франсин больше не посидит с его дочкой. Что на вопросы дочурки об «Ансин» приходится нести чушь. Рик расплылся в улыбке, перенимая из рук сына дочь. — Пап, — повторил Карл, с решимостью поглядывая. Значит, начнёт убеждать в чём-то и ожидает протеста. Они оба знали друг друга слишком хорошо. — Ну, говори, — примирительно вздохнул Граймс, покачивая на руках Джудит. — Пап, дело в Лидии, — вздохнул сын, упрямо глядя на него из-под шляпы. Рик потерял улыбку, мрачно оглядев людей. Нарочно. Нарочно, чтобы не смотреть на сына. Огляделся, не заметив, что кто-либо может услышать. Перетерпел злость, возвращая внимание. — Кто сейчас у камеры? — переключаясь на своё, оборвал его Граймс. — С ней Саша, — решительно кивнул Карл. — Саша? — раздражение стало расти выше. — Саша только вышла от доктора, — удивляясь упрямству Джонс, возразил Рик. Сам — коря себя, что не проконтролировал лично. Да, он уверен в Саше. Уверен в том, что она не станет действовать без его ведома. В Саше, что вышла от доктора, ибо лежала после нападения шепчущих. И одна из них сейчас там, за решёткой. — Не хотела сидеть без дела, — пожал плечами сын. — Я сменю её после обеда. Миссис Томпсон как раз освободится, — кивнул он на сестру. Да, с Джудит должен кто-то сидеть. Неудивительно, если девочка, когда вырастет, станет называть миссис Томпсон «мамой». Рик отвлёкся, переключая внимание на дочку. Джудит росла. Слишком быстро, слишком. Её некогда светлые волосики уже сейчас начали темнеть, приобретая тёмный оттенок. Её голубые глаза постепенно становились темнее. Поначалу и у Карла волосы оставались светлыми. Вплоть до полутора лет, как он помнит. — Ты хотел поговорить, — напомнил Рик уже мягче, бросив взгляд на сына. Карл опустил голову, скрывая лицо за шляпой. Вновь поднял, упрямо поглядев в глаза. — Пап, Лидии не место за решёткой. Ностальгическая улыбка вновь затерялась за невесёлой обеспокоенностью этим увлечением сына. — Это поэтому Энид сейчас здесь нет? — с намёком укорил Граймс. — Или ты не заметил? Карл, опомнившись, мельком оглядел народ и вернул ему взгляд. Упрямый, но чуть более виноватый. — Пап, отношения — моё личное дело, — возразил сын. Возразил слишком серьёзно и по-взрослому. Карл, что, казалось, ещё не так давно, получил шляпу, которая тут же сползала ему на нос, будучи слишком велика. Карл, которого Рик мог унести на руках, пока бежал к ферме Хёршеля. Карл, что учился стрелять мальчишкой на этой же ферме и не мог удержать пистолет одной рукой, ибо был ещё слишком мал. А теперь, «отношения — его личное дело». Рик усмехнулся, качнув головой. — Пап? — с тихой угрюмостью снова завёл сын. — А если люди узнают? — покачивая на руках Джудит, внимательно взглянул на него Граймс. — Ты не думал об этом? — Они не узнают, — покачал шляпой Карл. — Не стоит им говорить, они ещё не готовы. — К такому, — Рик вновь усмехнулся, — они никогда не будут готовы. — Пап, — Карл вздохнул, опустив голову, вновь спрятав лицо за её полами. — Хорошо. Может, ты прав. Они оба замолчали. — Но знай, что она ничего не делала, — проговорил сын, взглянув на него. — Она пришла сюда за помощью. Увидела в нас нормальных. А в результате — сидит за решёткой. Граймс, хмурясь, убрал взгляд прочь, оглядывая народ. Со стороны полигона уже шла первая партия. Сейчас отправится вторая. Дэрила ещё нет. Возможно, пошёл за Ниной лично. Карл по-прежнему стоял, угрюмо глядя на него. В конце концов, Лидия сама прикончила того, кто пришёл за ней. Она просила оставить её здесь. Она хочет остаться. Рик стиснул зубы, ругая себя за то, что собирается сказать. — Хорошо, — проговорил он, вздохнув, продолжая оглядывать людей, качать Джудит и избегать взгляда сына. — Можешь освободить её. Рик перестал игнорировать Карла, взглянув прямо на него. Тот светился неверящей улыбкой. — Но я предупредил, — мрачно качнул головой Граймс. Сын едва ли услышал эти слова, продолжая обрадованно глядеть на него. — Спасибо, отец, — проговорил он искренне. И, забыв про обед, зашагал с поляны в сторону здания с камерой.

***

Запах медикаментов чуть меньше ощущался лишь здесь. Кабинет Вернона оказался маленьким и уютным. Два узких книжных шкафа по краям от окна, откуда стелился вид на улочку Александрии. Совсем как в мире «до». Если бы не тот факт, что весь городок обнесён стальной стеной. Сидя в кресле напротив стола, Нина беспокойно стучала пяткой, обняв себя руками и даже не сразу заметив это. — И как давно это началось? — поглядывая на неё поверх очков, доктор шествовал к столу с тетрадью. Как объяснил он, «карточка больного». От названия становилось только хуже. В голове вертелись невесёлые предположения, каждое из которых пугало её всё сильнее. Что может пойти не так? Что происходит с её организмом? Что если… что если давние укусы ходячих проявили себя сейчас? Что если всё плохо? Нет, не то, чтобы она боялась смерти. Но перспектива медленно гаснуть, не в состоянии утешить Дэрила, наблюдая его горе… Нет, куда лучше внезапно умереть от пули. — Сегодня, — буркнула девушка, сцепляя пальцы замком. — Именно поэтому я и пришла. Вернон со старческой усталостью сел в кресло, открывая тетрадку. — Я имею в виду первые признаки, — доброжелательно пояснил доктор, пролистав до новой страницы и вновь взглянув на неё поверх окуляров. Нина перестала стучать ногой, послушно погружаясь в мысли, ответственно перебрав все дни их с Дэрилом путешествия через Атланту. Нет, первый раз её вырвало тогда, при выезде с Атланты. Но то сказались старые консервы. Это частенько бывало с ней и раньше. — Было отравление, дней пять назад, — охотно отвечая на врачебный вопрос, кивнула Нина, осторожно поглядывая на него. — А так — сегодня. Спорить с доктором по поводу её пищи или нежелания принимать лекарства она не станет. Этот вопрос даже не возникал в голове. Если это не осложнение отравления, а что похуже — она выпьет всё, что он скажет. Мистер Берч молчаливо глядел на неё, будто она сказала совсем не то, что он просил. — Головокружения, слабость, тошнота? — мягко перечисляя симптомы, уточнил он. Такие вопросы лишь нагнетали ещё больше паники. Нина плотнее сжала собранные в замок пальцы, опустив взгляд в стол и старательно вспоминая всё, что просит Вернон. Всё, что происходило с ней в Атланте — следствие выживания, падения из фургона на скорости и прочих прелестей апокалипсиса. — Пока мы с Дэрилом были в Атланте, — припоминая, пробормотала она, — с нами… многое что происходило, — решив не уточнять, коротко объяснила девушка. — Головокружение, слабость и тошнота — вполне естественные реакции на всё это. Вернон внимательно смотрел на неё. — Значит, симптомы были, — сделал вывод доктор, беря ручку и склоняясь над тетрадкой. — И когда они начались? Сколько дней назад? — добавил он, видимо, увидев на её лице задумчивость. — Я не знаю, в поездке, — начиная проигрывать панике, буркнула Нина. — Мы недавно приехали. Доктор молчаливо записал в тетрадку сведения. — А до этого симптомы проявлялись? Когда её беспокоило что-либо, в последнее время это отражалось на ощущениях. В желудке, внизу… внизу живота. Чувствуя, что бледнеет, девушка беспокойно взглянула на мистера Берча. — Так, — поняв её взгляд, с упрёком протянул пожилой врач. — А когда у вас последний раз были месячные, душенька? Поняв, куда клонит доктор, Нина с уверенностью отрицательно покачала головой. — Это не беременность, мистер Берч, — примирительно улыбнулась девушка, чувствуя, как паника её отпускает. Что странно. Это может оказаться всё, что угодно, но именно беременность напугала бы её больше всего. Не ослабление иммунитета. Не то, что в её крови вдруг да остался вирус и сейчас решил себя проявить, уничтожая её изнутри. Не отравление и не что-то ещё. А беременность. Почему? Смертельная болячка или осложнения после давних укусов для неё менее опасны, чем беременность? Нет. Нет. Но беременность. Беременность — последнее, на что она хотела бы себя обречь. И, тем более, Дэрила. Этого ещё не хватало. — Почему вы так решили? — протянул доктор с иронией в голосе, будто разговаривал с нерадивым ребёнком. — Вы делали тест? — Я не делала, мистер Берч, мне и не надо, — вздохнула Нина устало. — Четыре года назад… — она помедлила, не решаясь вдаваться в детали своего появления в мире «ходячих мертвецов», пусть даже если окажется, что Вернон и в курсе. — Четыре года назад мне сказали, что я не могу иметь детей. — Кто вам такое сказал? — протянул он ещё с большей иронией. — Ваши коллеги, Вернон, — с ответной иронией констатировала очевидное девушка. — Это на самом деле так. Мы с Дэрилом… — она помедлила, смущаясь, пусть даже перед ней и доктор. — Значит, вы с мужем не предохраняетесь? — буднично уточнил врач, вновь склоняясь над тетрадкой и, записав, взглянул на неё поверх очков. — Так, когда в последний раз были месячные? Заранее осознавая, «что» сейчас выслушает от «человека науки», Нина глубоко вздохнула, мысленно выстраивая защитную стену. — Месячные у меня бывают раз в месяца два, порой, три, — объяснила она врачу. Не по-хорошему изумлённое лицо мистера Берча говорило само за себя. — Я редко ем мясо, Вернон, я давно не ела химию, чаще всего — фрукты-овощи, и плохо привыкаю к еде в апокалипсисе. Такие промежутки для меня — норма, — протянула девушка успокаивающе. — Вы сейчас шутите? — доктор смотрел на неё с беспокойством, даже осуждением. Нина устало воздела взгляд к потолку. Да, именно этого она и ожидала. Зачем она вообще сюда пришла? Послушала Роз. — Это у меня давно, оно так и осталось с тех пор, как я… — она снова смолкла, не желая углубляться в детали. — Это у меня было ещё «до» всего. — Так, — с долей раздражения из-за невозможности объяснить свою правду вздохнул Вернон, кидая ручку на тетрадь. — Досадно, что у нас нет рентгена, мне всё обещают достать, но пока только тесты, — он кивнул на дверь своего кабинета. — По коридору направо, третья дверь. Там сейчас Энид составляет учёт остатков. Возьмите у неё. Идите, сделайте и возвращайтесь ко мне. Она зря пришла. Она сюда зря пришла. Не было смысла. Сжав пальцы в замке, девушка переборола панику. — Я сейчас не хочу в туалет, мистер Берч, — да, довольно по-детски, но чем быстрее она отсюда уйдёт, тем лучше. — Я готовилась к четырёхчасовому посту на воротах. Позаботилась, чтобы не отвлекаться. На этот раз взгляд к потолку воздел Вернон. — Хорошо, идите, возьмите пару тестов с собой, — сжалился он. — Приходите ко мне завтра. С любым результатом приходите, — добавил доктор, внимательно глядя поверх очков. — Конечно, — радостно пообещала Нина, вскакивая с места. — Конечно, мистер Берч, — она зашагала к выходу, оборачиваясь. — Спасибо вам. Тот устало вздохнул. — Да пока не за что, душенька, пока не за что.

***

Она не хотела залезать наверх. Она и вовсе собиралась идти на воскресный обед Кэрол. Звук шаркающих шагов позади заставил Розиту обернуться. Это не шаги Нины. Юджин, глядя снизу вверх на неё, остановился, выжидательно замолчав. И, кажется, выглядел он озадаченно. — Чего тебе, Юджин? — раздражаясь его молчаливостью, проворчала Эспиноза. Беспокойство за упрямую Нину не оставило остатков терпения. — Мне велено встать на пост вместо Нины Диксон, — проговорил размеренно Портер. — Но на посту я вижу тебя, а не миссис Диксон, что означает спорный вопрос в дальнейших моих действиях. Ибо, с одной стороны, я только рад облегчить тебе работу, ибо в твоём положении… — Юджин, — раздражённо оборвала его Розита. Не хватало ещё поучительных фраз о беременности от Портера. Ещё чего. Юджин смолк. — Кто тебе сказал заменить Нину? — вскинула подбородок Эспиноза. Портер посмотрел на неё так, будто вопрос более чем очевиден. Конечно, очевиден. Для одного Юджина. — Наш уважаемый лидер, — кивнул Портер с тем самым выражением лица. — Рик Граймс. Роз вздохнула. Что бы Рик ни задумал по поводу Нины, стоит учитывать, что с ней что-то происходит. И если это не то, что она думает, это ещё большее дерьмо, чем могло бы быть. Хотя, возможно, Нина не права. В любом случае. — Вставай, — кивнула на ограду Эспиноза и, перекинув лямку винтовки, принялась слезать с лестницы. Портер проследил, как она спустилась, и Роз, оборачиваясь, наткнулась на всё то же неизменное выражение лица. — Чего? — проворчала она, чувствуя, что снова теряет терпение. — Перед тем, как перенять этот важный пост, раз уж ты здесь, я хотел бы обговорить не менее важный вопрос, хотя планировал сделать это только… — начал бормотать он. — Короче, — потребовала Эспиноза, вздыхая и дивясь своему терпению. Вместо слов, что удивительно, Юджин полез в задний карман, выуживая письменный список. Это её озадачило. — Что это? — не зная, чего ожидать, всё с тем же раздражением проворчала Розита. — Это список причин, по которым тебе стоит рассмотреть мою кандидатуру в качестве человека, на которого ты сможешь опереться, чтобы заботиться о будущем малыше, — решительно пробубнил Портер, протягивая список. Она ожидала чего угодно. Но столь необычная попытка затащить её в койку ещё не встречалась. — Оборзел? — изумляясь, зло усмехнулась Роз. — Я не стану спать с тобой, пойми ты уже, наконец! Да, жёстко и грубо. Зато в лицо и сразу. Надоел. Юджин, надув лицо, молчал, принимая весь спектр эмоций по очереди. И, тем не менее, оставался снисходительно понимающим. Что бесило ещё больше. — Я понимаю причины такого вывода, — кивнул он. — Но в данной ситуации моё предложение ограничивается исключительно совместной заботой о малыше. Если хочешь уточнить детали. — Портер протянул бумагу. — Вот, список. Здесь нет условия о постели. Совместной постели, — поправил он. — Хватит, — проигрывая нервам, Розита ударила по бумаге, забирая себе. — Иди, вставай на ворота, раз пришёл, — она скомкала бумагу, откидывая в сторону. — Мне нужно идти на обучение, сменять Диксона. Понуро посмотрев на выкинутый лист, Юджин вновь повернулся к ней. Роз смахнула винтовку, без объяснений передавая ему. И Портер также молча принял, с долей досады и обиды поглядывая на неё. Хоть она и привыкла, что этот туповатый гений всё держит в себе. Желая быстрей убраться от него подальше, Эспиноза развернулась, уже шагнув прочь. Но остановилась, матерясь на себя за сочувствие. В последнее время она становится сердобольной. Развернувшись, Розита поглядела на Портера, сама, в данный момент, испытывая не меньший спектр эмоций: от гнева и раздражения до чувства вины. — Извини, — выпалила она. Юджин стоял, изумлённо округлив глаза. По-видимому, даже не знал, как отреагировать. — Извини, о-кей? — раздражённо взмахнула она руками. — Я на взводе, — злясь на себя, призналась латиноамериканка. — Постоянно, чёрт возьми, — Эспиноза устало воздела глаза к небу. — Всё в порядке, — оттаивая, понимающе пробубнил Юджин. — Не извиняйся, в твоём положении… — Так! — Роз подняла указательный палец, прерывая фразу. — Чтобы ни слова лишний раз кому попало о «моём положении», — угрожающе предупредила она. Портер, стушевавшись, замер, после чего поспешно закивал. — Твой секрет в надёжных руках, — пробубнил он. Подозрительно щурясь, Эспиноза сканировала его слова на лживость. Нет, не врёт. Вроде как. — Но в завершении нашего разговора… — Короче. — Я бы посоветовал тебе подумать о моём предложении, — с уверенностью в правоте настойчиво кивнул Юджин. — Иисус не всегда имеет возможность прибыть из Хиллтопа. Нерадостно изумлённая его сведениями, Эспиноза припомнила тот момент, когда именно он мог об этом слышать. — Греть уши нехорошо, — зло проворчала она. — Я вовсе не грел, — спокойно кивнул Портер, лишь после осознав, что повторил её жаргон. — Я лишь стал невольным свидетелем вашего разговора. Мгновение они молчали. Юджин — понимающий и вечно прощающий ей её злость. Она — раздражённая его присутствием и внезапной помощью. — О, боже, — устало проворчала Эспиноза, качая головой и, разворачиваясь, зашагала прочь.

***

Энид, что выдала ей две коробочки с тестом, загадочно улыбалась. Видимо, будучи уверенная, что радостная новость очевидна. И даже не осознавая, что «новость» и вовсе оказалась бы далеко не «радостная», будь это правдой. От дома мистера Берча Нина уходила в спешке, коря Розиту, что заставила туда идти. И себя — за то, что послушалась. Просто распереживалась. На фоне того, что приехала она с вылазки недавно, на фоне всего, что произошло в принципе, это нормально. Ещё и от Джейка новости только завтра придут. Выхода на связь из Бругсворка пока не было, да и рано. Вот её и трясёт. Возможно, причина её стресса в этом, только и всего? Чем бы ни было вызвано ухудшение её здоровья — радовало одно: это не может оказаться беременность. Да, мистер Берч — врач. Но в этом и загвоздка. Вернон — человек науки. Наука не сможет объяснить её появление здесь. Нина вообще не отсюда. Отклонения возможны. Всё что угодно возможно. В конце концов, наука во все времена пыталась загнать необъяснимое в рамки объяснимого. Тесты пришлось заталкивать в передние карманы джинсов. И спешить на пост к Роз, чтобы та пошла освобождать Дэрила от обучения. Нина знала, как он относится к этому. К тому же, запах жареного мяса чувствуется даже отсюда. Голодный Диксон, очевидно, давно ждёт своего часа. Но вместо подруги на посту девушка застала Юджина. Оказывается, Портер, по просьбе Рика, пришёл сменить её, Нину. Но в результате — сменил Розиту. А, значит, Дэрил мог пойти сюда, искать её. И ненароком узнать о её самочувствии… Только этого не хватало. Никто не должен знать. Никто, кроме Вернона и Роз. Назревает война. На неё рассчитывает Рик, на неё рассчитывают люди. На неё рассчитывает Диксон. Нина должна быть среди тех, кто пойдёт туда. Дэрил будет там. Она не может подвести его. Не может оставить его там одного. Пусть даже они не в одной боевой точке… Взволнованно ища по периметру своего арбалетчика, Нина заспешила на поле с обучающимися «оборонке».

***

Широкая спина арбалетчика встретила её около людей, поставленных в ряд попарно. — Не, огибай его, — Диксон вскинул сильную руку, прокручивая в воздухе круговые движения. — Не, не так. Он сошёл с места и, прошагав к двоим, стал поправлять положение их стойки. Наблюдая это, Роз усмехнулась. А у него неплохо выходит. — Может, мне и вовсе тебя тут оставить? — шутливо протянула она его спине. — Смотрю, входишь во вкус. Реднек развернулся, на секунду с долей озадаченности ища её взглядом. После чего, сообразив о факте её появления, сменил озадаченность на облегчение. — Наконец то, — проворчал охотник и, качнув плечами, вразвалку побрёл к ней. — Я уж думал, эта хрень никогда не закончится. — Да, я задержалась, — спокойно признала Эспиноза. — Прости. — То-то я чувствую, долго, — прохрипел Диксон, останавливаясь перед ней и озадаченно меряя её прищуром. — Чё стряслось? Осёкшись, она пропустила вопрос. — Внутренние часы? — одобрительно покивала она. — А хорошо ориентируешься. — Ага, — проигнорировал он. — Так, чё стряслось? Юджин вас застал? Роз заулыбалась. — Значит, это твоих рук дело? — весело поддела она его. — Пользуешься служебными полномочиями? Диксон на это фыркнул. — Просто сменил одно задание на другое, — пожал он широким плечом. — А то совсем, блин, её не вижу, — Дэрил замолчал, с раздражённой вопросительностью сверля её прищуром. — Мне, чё, тисками из тебя тащить? Закусив губу, Эспиноза нарочно замолчала, наблюдая его нетерпение. — Успокойся, всё в порядке, — она вложила в свою улыбку всю свою искренность. — Иди, обедай. Она скоро подойдёт. Помедлив, арбалетчик несколько расслабился. — Пойду навстречу, — прохрипел он, разворачиваясь. — Нет, — выпалила Розита. Настороженно щурясь, тот, качнув плечами, перестал идти. — Чё происходит? — Диксон требовательно смолк. Если речь идёт о Нине, Дэрил, как всегда, настороже. Раздражённо вздохнув, Эспиноза устало воздела взгляд к небу. Вот, вздумалось же прикрывать её задницу перед Диксоном. Но прикрывает. Она понимает. Понимает больше, чем Нина думает. — Дай ей по-делам сходить, блин, Дэрил, — воскликнула Розита с упрёком. — Иди уже ешь, она туда подойдёт.

***

Когда на поле вместо Дэрила она увидела Розиту, внутри всё сжалось. Его нет. На учениях его уже нет. Он мог пойти навстречу. Мог узнать, что ей стало плохо. Если узнает — всё, всё накроется. Он не пустит её туда. Пойдёт туда один. И сам останется без прикрытия. Без поддержки. А ей придётся сидеть в Александрии, гадая, что с ним там. Либо тяжело разругаться, но пойти на «операцию» вопреки его заботе. Этого допустить нельзя. Чувствуя, как от паники спирает дыхание, Нина поспешно подошла к Роз. — Успокойся, — усмехнулась та, видя её волнение. — Ушёл на трапезу к Пелетье. А знает ли? За счёт чего ей повезло и её арбалетчик не прознал про её недомогание? Нина с надеждой смотрела на подругу. Та, наблюдая всё это, вновь усмехнулась. — Я тебя не сдала, — улыбнулась она и кивнула в направлении запаха жареного мяса. — Иди. А то Диксон пойдёт тебя искать. Выдох облегчения вырвался из груди. И Нина, отбросив необговорённое перемирие, шагнула, благодарно обняв латиноамериканку. — Спасибо, — пробормотала, отстраняясь, Нина. Розита, не ожидая объятий, больше не улыбалась, понимающе кивнув. Нина опустила взгляд, чувствуя всё то, что, очевидно, несколькими днями ранее ощущала Розита. В тот день, когда Нина решила всё за неё. — Прости меня, Роз, — пробормотала девушка, поднимая взгляд на подругу. Та мгновение смотрела, поджав губы, но, покачав головой, лишь хмыкнула. — Забей, — пробормотала она, примирительно улыбнувшись. — Возможно, ты оказалась бы права. Не хотела бы я числиться среди голов на долбанных шестах, — добавила Эспиноза с тяжёлой иронией. Нина накренила голову, укоряя за такие мысли. И подруга, наблюдая это, устало усмехнулась. — Иди, — кивнула она. — А то устала тебя отмазывать. Нина не смогла сдержать облегчённой улыбки. Не только от того, что Дэрил не в курсе её повторной рвоты. Но и потому, что с Роз всё разрешилось. А так не хотелось тянуть с этой поднадоевшей ссорой. Попятившись, она улыбнулась своенравной латиноамериканке и, развернувшись, поспешила к мужу.

***

Бодро сбежав вниз по лестнице, Карл зашёл в подвал. И, заворачивая к камере, стал вытаскивать ключи. Отправившаяся караулить Лидию Саша, как и ожидалось, стояла на месте. Тот факт, что она не сидела на стуле, а неотрывно наблюдала за Лидией, находясь напротив её решётки, несколько озадачил. — Саша? — Карл замер, переводя взгляд от Джонс к пленнице и обратно. И снова на Лидию. Та, обняв себя руками, испуганно глядела на свою охрану. Взяв нужный ключ, Карл подошёл ближе, настороженно глядя на замершую Сашу Джонс. В упор глядя на пленницу за решёткой, снайперша исподлобья сверлила её взглядом, даже не моргая. По крайней мере, Карл не заметил, пока смотрел. Плечи её тяжело вздымались. А взор — неприятно внушал страх. — Саша? — повторно позвал младший Граймс. Та, дрогнув, отмерла, ища взглядом источник голоса, позвавшего её по имени. Увидела его. И, подметив, вновь порывисто обернулась на Лидию. Нехороший признак. Поплотнее взяв ключи в руках, Карл бдительно следил за снайпершей. — Ты можешь идти, — проговорил он. Услышав это, Саша с ошеломлением обернулась, пронзив его опасным взглядом. — А кто будет следить за ней? — не оборачиваясь на пленницу, кивнула на неё Джонс. — За ней… — парень сглотнул, сбившись от того, насколько яростным оказался взор Саши. Да, он понимал, она попала под руку шепчущих. Но не Лидии. Лидия тут не при чём. Перебрав в голове несколько вариантов, Карл пришёл к выводу, что поставить Сашу перед фактом всё равно придётся. — Мы её освобождаем, — спокойным тоном оповестил он. — Что?! — чуть ли не взревела Джонс, округлив глаза. Могла бы она прожигать таким взглядом, от него уже остался бы уголь, Карл уверен в этом. — Мы приняли это решение, — начал было объяснять он. — Кто?! — почти прокричала Саша. — Мы с отцом, — выдерживая её гнев, продолжал сдержанно объяснять парень. От услышанного снайперша даже не кричала. Лишь с яростным возмущением сверлила его взглядом. — Отец не верил Лидии, — вновь начал Карл. — Правильно не верил! — оборвала Джонс. — Она — одна из них! — снайперша метнула в Лидию рукой. Выглядело так, что, могла бы, метнула и нож. — Саша… — вздохнул младший Граймс. — Они — отрезали людям головы! — взревела снайперша. — Они — перерезали кучу людей! Взяли в плен при мне половину! Ещё половину закололи прямо там! В том числе меня! Думали, что убили! — орала она. — А вы вздумали выпускать одну из них?! От переполнявшего её гнева Джонс хватала ртом воздух. — Не она, — пробормотал Карл, старательно смягчая свой голос. — Не она. Она сбежала от них, Саша, — проговорил он мягко, почти умоляюще, в надежде достучаться. — Она ушла от них сама. Тяжело дыша, Саша шагнула на него, с требовательным вопросом пронзая его негодующим взором. — И ты веришь в это? — процедила она вкрадчиво. — Веришь ей? Карл держал взгляд, глядя в упор в ответ. — Я — верю, — спокойно признался парень.